***
От занятий с Лионой у меня болели мышцы, о существовании которых я даже не подозревала. В последнее время боли стали слабее, но рукам все еще было тяжело.
Изначально я просила наемницу научить меня разрубать в ударе, но она сказала, что даст лишь упражнение. На деле такой удар под силу лишь человеку крупному, опытному и, что главное — облаченному в доспехи. Настоящему мечнику, одним словом. Поэтому я преимущественно тренировала выносливость и отрабатывала секуще-режущие удары.
— Не заваливайся назад! — бросила наемница.
Я опомнилась и выпрямилась. Под конец упражнений начала уставать, что сказывалось на чистоте движений и поз.
— Ей нужен более легкий меч. И так ростом с вершок, — раздался голос Рурдока.
Он подошел к нам и поправил мою стойку.
— Сделаешь мне меч? — спросила я, вытирая пот со лба.
Рурдок долго молчал.
— Он тебя скорее погубит, чем спасет. — Встретившись с моим упрямым взглядом, кузнец покачал головой. — Какой меч тебе нужен?
— Такой, которым можно убить дракона.
В свой выходной Лиона так расщедрилась, что позвала меня пообедать вместе с ней. Садясь за стойку, я пододвинулась к наемнице и выдала победное:
— Я знаю, у кого перстень-печатка.
— У кого?
— Хм. Что ваша гильдия готова предложить мне за информацию?
— Пытки, — ее угроза меня не впечатлила. — А ты и со смертью торговаться станешь, — усмехнулась она. — Хорошо, я спрошу у главы.
— Лиона... каково это, убивать?
— Мне нечего тебе поведать.
Она пододвинула ко мне порцию жаркого, намекая, что пора бы занять рот чем-то более полезным, чем разговоры. Однако на меня это не подействовало.
— Мне рассказывали о первом «опыте». До того, как один мой друг стал регулярно добывать дичь, его отправили в лес на охоту. Он встретил кабана. Испугался. Подумал, бешеный вепрь. Выстрелил и попал как-то криво, то ли в глаз, то ли просто в морду. В ушах у него такой пронзительный визг встал, что сердце сжалось. А рука сама собой поднялась, и снова выстрелил, и снова мимо, только тяжелее ранил... Он бежал домой и думал, что обрек кабана на долгую и мучительную смерть. С каждым вздохом жалел, что повстречал его в тех зарослях, и представлял, как тот лежит на земле, визжа и корчась от боли. Сказал мне, что лучше бы одним выстрелом прикончил. Потом ему не раз приходилось убивать тех, кто нападал на него, и даже тех, кому служил он сам. Только их он уже не помнил, а кабана запомнил на всю жизнь.
— Твой друг умеет передать главное.
Да, Иден умел.
— Ты ведь приметила, где у меня тайник? Когда искала кольцо.
— Да.
Лиона не любила отпираться. Она либо не отвечала, либо рубила правду. И деньги ей были ни к чему, иначе обчистила бы нас с Ивом еще с первого раза.
Забавно, как иной раз головорез оказывается порядочнее балаганщика.
— Если никто не вернется, — я помедлила, — если некому будет… Половину золота отдашь Рурдоку, половину отправишь в Триодиннадцатое, в Охотку. Вот по этому адресу.
Наемница кивнула.
***
Лорд Фортег послал за мной свою карету, обитую красным бархатом изнутри и украшенную позолоченными завитками. Я почему-то нервничала и раза три порывалась остановиться, выскочив посреди дороги.
А когда меня сопроводили в отведенный для ужина просторный зал, выяснилось, что герцог задерживается.
— Желаете пройти за столик?
— Спасибо, постою, — ляпнула я.
Небо, часто неспокойное над холодным морем, сейчас прояснилось. Зал с зажженными лампами буквально сиял от солнца, проникавшего в высокие расшторенные окна.
Ждать пришлось от силы минуту.
— Я опоздал, — сказал герцог резко.
Забавно, что он констатировал факт, но не извинился, как это принято у знати.
— И что вас задержало, если не секрет?
— Разговор с новым дворецким, — он отодвинул для меня стул, приглашая за стол. — Работает исправно, хотя и странноват. Днями не ест, одну воду хлещет.
— Как вы сказали? — герцог повторил мне странные симптомы. — А зевает он часто?
— Не знаю. Это еще здесь при чем?
Я засомневалась, стоит ли говорить, но поняла, что герцог Фортег не такой уж плохой человек, чтобы утаивать от него подобное.
— Проверьте, не хранит ли ваш дворецкий в покоях бутылек с отваром ярко-зеленого цвета.
— Что, если он обнаружится?
— Тогда этот человек, возможно, как-то связан с гильдией наемников... А.
— Ой, — мрачно передразнил герцог.
Стоило сразу учесть, с какой частотой совершаются покушения на чету Фортегов. Если его дворецкий по старой привычке пьет душицу, то велика вероятность, что он и есть потенциальный наемный убийца.
В зал внесли блюдо с уткой. Ее оперение было нетронутым, поэтому я чуть не приняла ее за живую птицу.
— Чучело?
— Они готовят ее, а после надевают кожу обратно, — объяснил лорд Фортег, небрежно поведя рукой. — Клара говорит, так сейчас модно.
Я незаметно принюхалась к несчастной утке. Слуга рядом, пробовавший еду на яды, посмотрел на меня с недоумением.
— Как ваша сестра?
— Здравствует и процветает. Тянет из меня все жилы, если выражаться точнее, — добавил герцог.
Я уловила тень искренней улыбки в его голосе.
— Уверена, это у вас семейное, — и мгновенно осеклась. — Простите... я не имела ввиду, что вы тоже тянете жилы...
Каждый раз понимаю, насколько же была права мама. Меня с детства учили грамоте, учили быть вежливой, но дурость из человека не выкинешь.
— Вы сами на себя не похожи, — он закончил жевать, вытерев подбородок, и внимательно на меня посмотрел: — Мэгг, вам что-то нужно от меня?
— Нет, — сказала я, положив вилку с ножом на край блюда.
За весь вечер кусок в горло не лез. Еще и эта утка с мертвым взглядом.
Что я ему отвечу? «Не могли бы вы заплатить мне двести золотых, а я уж вам как-нибудь отработаю?»
У меня уже уши от стыда красные.
— Жаль, — произнес лорд Фортег. — А то у меня ощущение, что вы пытаетесь помочь другим, потому что не можете помочь себе.
От бокала чем-либо ядовитым также не пахло. Судя по всему, у меня уже паранойя развивается.
Двумя неделями ранее мы с Ивом выполняли заказ на охрану леди, которую подозрительно часто пытались отравить. До сих пор вижу лицо ее любовника с пеной у рта. Он сам был отравителем. Выпил свой же яд у нас на глазах, желая уйти от последствий разоблачения.
Мы-то с Ивом думали, что спасем очередную жизнь... а оказались наедине с новым трупом.
Прав был царевич, вредно столько работать.
Вечерний свет скользнул по лицу, я чуть зажмурилась.
— Лорд Фортег, я не так выразилась. Кое-что мне нужно. Видите ли, я пыталась найти некоторую информацию в газетах... но тщетно, — герцог Фортег нетерпеливо следил за мной, ожидая, когда мне уже хватит духу задать вопрос. — Принцесса Бизелия и вправду мертва?
— Да, — ответил он. — Если вы говорите о бывшей наследнице моего королевства, конечно же.
— За что ее казнили?
— За измену, подробности моим дознавателям не известны.
— Ясно. Благодарю за информацию.
— Рад был поужинать с вами, Мэгг. Надеюсь, эта встреча была не последней.
— Тщательно проверяйте пищу на яды, ваша светлость, — улыбнулась я тонко.
Как показывает жизнь, любая встреча может стать последней.
Когда покидала зал, услышала приказ Фортега заменить все спиртное на воду.
Приехав в лавку, скинула плащ и выдвинула ящик стола. На дне лежала лучина. Последняя из двух, что мне давал лорд Соль.
Оставалось пять дней. Я обещала Иву, что подожду... но царевич не появлялся.
Я даже не знала, жив ли он.
Лорд Соль был вариантом на случай, если мне станет страшно. Я действительно боялась. Сложно сказать, чего больше — прихода феи или последствий, с которыми придется иметь дело, если заключу сделку с магом.
Чиркнула спичкой, поднеся ее к лучине. Щепка мгновенно вспыхнула и начала гореть, потрескивая.
И... ничего.
Я просидела с волшебной лучиной до самого рассвета, но лорд Соль так и не явился.
***
Стоял жаркий солнечный денек. До конца срока, отмеренного мне феей, оставалось двое суток. Я взяла деньги и зашла к Рурдоку. Завидев меня еще у калитки, играющей с псом, он тут же проследовал в кузницу.
— Не двуручный, полуторка, — снял оружие со стены, показывая мне. — Чтобы при желании ты могла взять его одной рукой.
Меч был тонким, прямым, небольшого размера. Обоюдоострым. Рукоять отлично легла в мою руку в перчатке и ничуть не скользила.
— Спасибо. Я буду беречь его.
Сделала пару пробных замахов в воздухе, улыбаясь — меч был лучшим.
Точнее, это Рурдок был лучшим.
— У меня была дочь. Такая же упрямая, как ты, — сказал вдруг кузнец. — Она мечтала стать мечницей. И стала, — он указал на старую деревянную балку. — Видишь эти бороздки? Тут я ее рост отмечал.
Я промолчала, ощутив ком в горле. Рурдок никогда не упоминал об этом.
Он провел мозолистой рукой по балке и продолжил:
— Я научил ее всему, что знал сам. Но она погибла. Я это вот, к чему, Мэгг. Я всегда сделаю тебе новый клинок, если старый пропадет или придет в негодность. С оружием или без — возвращайся сама.
Я пообещала Рурдоку, что вернусь. Провожая меня за калитку, кузнец добавил:
— Кинжал тоже с собой возьми. Не продавай.
— Ни за какие коврижки, — пошутила, ожидая услышать рядом смешок Ива.
Но Ива не было, и я все не могла к этому привыкнуть.
***
Когда солнце находилось в зените, я покинула лавку и нырнула внутрь экипажа, назвав Бораксу адрес.
В письме было указано: «Третий поворот после Сизой рощи». Выглядело довольно-таки размыто. Но Боракс был мастером своего дела, с ним я не волновалась, что меня отвезут не туда.
Жители небольшого поселения жаловались на дракона, который недавно появился на их земле. Писали, что он успел пожрать половину скота и сжег один из домов. Люди жили в страхе и готовы были отдать все деньги, что у них есть, лишь бы избавиться от чудовища.
Привычный звук поскрипывания колес, тихого гула фиолетового огня. Всю дорогу я ехала, вцепившись в ножны с мечом. Грызло чувство, что очень мало я успела с ним потренироваться. Внутренне мне хотелось вновь убедиться, что могу нормально держать оружие, а внешне я сидела, словно оцепенев, и не могла даже пальцем пошевелить.
— Приехали, — стук от окошка извозчика. Я встрепенулась, открыла дверцу экипажа, как вдруг Боракс окликнул: — Эй, непутевая! Забыл возвратить тебе кое-что.
Он с кряхтением достал пару перчаток. Те самые перчатки, что я хотела подарить Идену перед отъездом. По внешней стороне шла тонкая вышивка в виде алых маков.
Первая встреча с Бораксом была незабываемой... Помню, как я с безумным видом поймала его карету у леса и кричала, чтобы вез как можно быстрее. На мне было разорванное платье, а с собой — серебряный комплект украшений и расшитые перчатки. Ими я и расплатилась.
Сняв свои, я надела перчатки Идена на руки. В шестнадцать лет они были мне велики, а теперь стали в пору. Как новые: видно, что их бережно хранили.
— Думала, ты их давно продал, — на глаза навернулись слезы.
— Ладно уж, — он спрятал смущение за бородой. — Давай, беги, куда тебе там надо.
Брать лошадь, чтобы двигаться быстрее, смысла не было. Раз дракон выдыхает огонь, животное может испугаться и скинуть наездника. Пламя также с успехом расплавило бы и щит.
Честно говоря, я не знала, чем, кроме стального клинка, можно одолеть гигантского крылатого змея.
Еще в дороге места показались мне знакомыми. Лес, заросшая тропа, за ней — равнина с валунами, а на равнине...
Башня. Я усмехнулась. Снова башня. Та, которую я так ненавидела.
Дракона нигде не было видно.
Я направилась к башне как к единственному строению, что здесь было.
Раздался страшный рев.
Очертания башни стали меняться, и из-за каменной кладки выползло нечто черное и длинное.
Чешуя сверкала на солнце подобно обсидиану. У шпиля показалась огромная черная голова, повторно исторгшая из себя рев.
Дракон «обнимал» башню всем своим телом.
Я побежала к ближайшему валуну. Дракон издал странный гулкий звук, слово готовился рычать, и выпустил столб огня. Я почувствовала, как жар коснулся спины.
Сгореть не успела, укрывшись за камнем. Языки пламени лизнули его по бокам, прямо у меня на глазах.
— Что же ты за тварь такая, — выдохнула я.
В голове родился план.
Я выглянула из-за камня и крикнула «Эй!». Дракон дернул головой, усеянной острыми наростами, и впился в меня змеиными глазами.
Я побежала к следующему камню, который стоял ближе к башне. Вновь гулкий звук и жар огня. Пригнулась и начала считать, сколько по времени длится его пламя.
Как только огонь исчез, я проделала то же самое, несясь к следующему камню, одновременно считая секунды, за которые дракон копил новый огонь внутри.
Выходило, что каждый раз у меня есть девять секунд на то, чтобы передохнуть.
Как только прекратился очередной столб пламени, я ринулась к башне.
Девять, восемь, семь, шесть...
Дергаю каменную плиту, обросшую мхом и остатками терновника. Поддалась! Из открывшегося прохода к лестнице повеяло сыростью. Если не успею задвинуть за собой плиту, то огонь заполнит все, и я сгорю.
Пять, четыре…
Слышу громкое скольжение чешуи о камень у самого уха.
Забегаю внутрь башни.
Чудовище опустило огромную голову вниз, и она оказалась прямо напротив входа. Его вертикальный зрачок, обрамленный желтым светом, дрожал и вдруг застыл, впившись в меня.
Тащу плиту изо всех сил.
Два, один!
Жгучее пламя частично прорывается внутрь, но плита защищает.
Быстро взбираюсь по лестнице наверх, в ту самую комнату с маленьким окном.
Тишина пугает. Она обманчива.
В комнате я перевела дыхание и посмотрела в окно, на черную чешую: драконья шея изгибалась надо мной, обхватывая шпиль башни. Отсюда не достать.
Осторожно вылезла из окна, цепляясь за выемки частично разрушенной кладки с остатками терновника. Совсем как тогда, у спальни Бизелии.
Осталось три секунды.
Я вскарабкалась на шпиль, держа меч. Направила его к мягкой коже между шеей и нижней челюстью.
Дракон рывком повернул голову... Снова пламя! Я едва успела пригнуться за шпилем, закрыв руками голову.
Возник запах гари. Опустила взгляд — это горела я. В панике потушила свою рубаху, хлопнув по огню.
Новый отсчет — девять, восемь...
Я пыталась несколько раз ударить мечом ниже, но клинок попадал по прочной чешуе.
Был только один вариант достать до кожи, не защищенной чешуей — в прыжке.
Два, один...
Оттолкнулась от шпиля и подпрыгнула, занеся меч.
Главное, чтобы не дернулся.
Сталь вошла в мягкую плоть, как в масло.
Дракон взвыл столь оглушительно, что у меня заложило уши. Заскользила по его чешуе, как по трубе. Однако тело чудовища начало извиваться, и в самом конце я сорвалась вниз. Меня отбросило в сторону, от чего полетела ногами куда-то вперед, а после приложило о землю.
Дракон рухнул, вспыхнув фиолетовым пламенем, и содрогнулось все в округе.
Когда я вновь смогла ясно видеть, то чудовища на месте не оказалось. Вместо него на камнях лежал человек, пронзенный мечом. Черные волосы, знакомый профиль...
— Соль!
Я подбежала к нему. Как... Как это возможно?
На груди у колдуна расплылось кровавое пятно.
— В кармане, — прохрипел он, — огонь.
Вытащила у него из нагрудного кармана лучину со спичкой. Дрожащими руками пытаюсь зажечь. Не попадаю… Снова не попадаю. На третий раз получилось. Как только щепка загорелась, я вложила ее в руку Соль.
И стала молить небеса, чтобы на этот раз волшебство сработало.
Конец 1 части