Чхон Ун шёл по коридору, оглядываясь по сторонам.
В отличие от нижних этажей, где слонялись в основном рядовые бойцы, здесь всё было куда серьёзнее: охрана заметно усилилась, а присутствие мастеров ощущалось гораздо отчётливее.
«Чертовски огромное место».
И зачем было строить настолько большое здание? Сам факт, что Тайное Общество держит такую махину в качестве базы, говорил о его колоссальных богатствах. Вот почему здесь столько демонических мастеров, одетых в хорошие одежды и питающихся лучшей едой.
Грязные ублюдки из Демонического культа. Эти люди тоже шли Демоническим путём, а значит, уж точно не накопили богатство честным трудом. Наверняка набивали животы убийствами, грабежом, вымогательством и прочей мерзостью.
Чхон Ун всё это время ходил по зданию с активированным Духовным Зрением, и среди встреченных демонических мастеров не увидел ни одного без накопленной кармы. Все до единого были теми, кого не жалко убить.
Как раз в этот момент издалека разнёсся звон колокола.
Динь—! Динь—! Динь—!
Из-за недавнего шума во всём здании наконец подняли тревогу.
Чхон Ун немедленно применил Мерцающие Шаги Летящей Тени и понёсся по коридору. Словно отреагировав на движение, двери по обе стороны коридора начали распахиваться одна за другой, выпуская наружу бойцов.
Каждый раз Чхон Ун набивал иглу Нефритовым Громом и бросал её прямо в распахнувшуюся дверь.
Бабабах—!!
Из комнат вырывались яростные разряды молний, один за другим взрываясь с оглушительным грохотом. Двери разлетались в щепки, сверху сыпалась пыль.
И всё же некоторые прорывались сквозь обломки после взрывов.
— Вот он!
— Остановить!
Бойцы с обгоревшей одеждой и почерневшими лицами один за другим бросались в погоню за Чхон Уном.
Разумеется. Какой-то безумец ворвался к ним и превращал всё здание в руины, так что на их лицах читалась чистая ярость. Их взгляды буквально сверлили спину Чхон Уна желанием разорвать его на части.
Чхон Ун, разумеется, продолжал бежать лёгкой техникой. Более того, всякий раз, когда где-то открывалась новая дверь, он старательно заряжал очередную иглу Нефритовым Громом и отправлял её внутрь. Один взрыв следовал за другим, разгорался огонь. Чем дольше это продолжалось, тем больше людей бежало следом.
За мной гонится целая толпа поклонников. Прямо как за мальчиком с волшебной флейтой. Настроение поднимается, и я сам начинаю напевать.
Вскоре Чхон Ун свернул вправо, и вся толпа дружно ринулась вправо. Затем он повернул налево — и они, словно свора собак, бросились следом налево.
Летевшее время от времени скрытое оружие он избегал минимальными движениями тела. В принципе, даже если что-то попадёт, ничего страшного, но уклоняться выглядело эффектнее.
Продолжая нестись вперёд лёгкой техникой, Чхон Ун внезапно развернулся и движением выхватывания рубанул зловещим мечом по преследователям.
Бабабабах—!!
С оглушительным грохотом из кончика меча вырвался огромный поток электричества и накрыл бегущих следом. Весь коридор содрогнулся, с потолка и стен посыпались деревянные обломки. Чхон Ун снова развернулся и помчался дальше.
Оглянувшись, он увидел, что преследователей стало примерно вдвое меньше. Неужели всех уложило одним ударом? Чхон Ун искренне разочарованно пробормотал:
— …Прикончил?
Он ещё несколько раз оглянулся, но лежащие не подавали признаков того, что собираются подняться. Видимо, заклинание воскрешения пока на перезарядке.
Так он добрался до конца коридора. Стоило завернуть за угол, как прямо перед ним оказалась новая группа.
— Вот он! Окружить!
Теперь его зажали спереди и сзади. Путей к отступлению не осталось. Придётся пробивать одну из сторон.
Вот ведь. Слишком большая популярность тоже приносит проблемы.
Фьюить—!!
Спереди посыпалось скрытое оружие. Перекрывшие путь люди без раздумий швырнули всё разом. Причём не один-два снаряда, а десятки, каждый окутанный Ци Меча, разлетались веером навстречу Чхон Уну.
Одновременно преследователи сзади взмахнули мечами и обрушили на него поток Ци Меча. Судя по довольно ровной форме и ясному цвету, они как минимум вошли в ступень Совершенства.
В этот момент Чхон Ун закружился.
Он раскрутил тело и довёл Мерцающие Шаги Летящей Тени до предела. В воздухе возникло несколько остаточных образов, а затем Чхон Ун внезапно исчез без следа.
В ту же секунду скрытое оружие спереди и Ци Меча сзади столкнулись точно там, где он только что стоял.
Бах! Грохот! Лязг!
Летевшее оружие отскочило от Ци Меча и разлетелось во все стороны. Часть впилась в плечи и руки передней группы, часть — в грудь и ноги тех, кто был сзади.
Когда Чхон Ун вновь появился, он уже стоял рядом с одним из людей впереди. Наполнив кончики пальцев внутренней энергией, он ткнул мужчину в шею.
— Кхек!
Тот тут же рухнул. Чхон Ун снова исчез, оставив лишь остаточный образ, а затем появился позади и ударил следующего по точкам.
Повторю ещё раз: при запечатывании точек главное — рассчитывать силу. Слишком сильный удар может не просто оглушить, а убить. Поэтому Чхон Ун старательно вкладывал в каждый удар чуть больше силы, чем нужно.
Он встретился взглядом с последним оставшимся человеком.
— П-пощади…
Пабабабах—!!
Кончики пальцев Чхон Уна один за другим ударили по его точкам онемения.
Но в этот раз сила была рассчитана точно, так что мужчина остался жив. Духовное Зрение показало, что его карма была слабой. Шанс исправиться ещё имелся, поэтому Чхон Ун решил пока оставить его в живых.
Схватив мужчину за ворот, Чхон Ун некоторое время тащил его по коридору, а затем в подходящем месте выбросил из окна.
Мастер ступени Совершенства от падения с такой высоты не умрёт. Максимум сломает пару костей. Это всё равно лучше, чем оставить его в коридоре и позволить сгореть в разросшемся пожаре.
— Небо, выходи на бой.
Чхон Ун двигался как вздумается. Не было дороги — ломал стену и прокладывал новую. Набегавших толпой людей он по настроению либо рубил, либо бил по щекам, либо запечатывал точки. У каждого способа были свои приятные ощущения, поэтому выбирать каждый раз было нелегко.
Только вперёд. Ещё вперёд. Назад пути нет. Просто идти напролом. В этом тоже была особая прелесть убийства из тени.
Чхон Ун слегка поднял голову.
Сверху падал яркий свет. Лунный луч проникал через щели окон. Смешиваясь с пламенем позади, он попеременно окрашивал коридор то в красный, то в синий.
— …Красиво.
Бум! Бум! Бум! Пока огонь распространялся, один за другим раздавались новые взрывы.
Нельзя проигрывать. Чхон Ун набрал полные обе руки игл, до отказа наполнил их Нефритовым Громом и принялся без разбора швырять в стены и потолок.
Бабабабах—!!
Стены рушились целыми секциями, между обломками с треском вспыхивали синие разряды. Огонь перекидывался дальше, вверх валил дым. Шум был даже громче и безумнее, чем взрывы снаружи. Моя победа.
Так он поднялся на последний этаж, по дороге ломая, разбивая и поджигая всё подряд.
Стоило подняться по лестнице, как перед ним открылось удушающее зрелище. Десятки фигур окружили его так плотно, что негде было поставить ногу.
Каждый — как минимум мастер ступени Совершенства.
В этот момент толпа расступилась влево и вправо, открывая проход посередине.
По нему медленно вышел один мужчина.
Остро поднятые брови. Жёсткий взгляд. Угловатая челюсть. Грубое лицо.
Хм. С первого взгляда кажется сильным.
Вскоре раздался низкий, тяжёлый голос.
— Ты не обычный убийца. Кто тебя прислал?
— Тебе-то что.
Бровь мужчины дёрнулась.
— Не понимаешь, в каком положении оказался?
— Понимаю слишком хорошо, вот в чём проблема.
— Как тебя зовут?
— Моё имя, знаешь ли, связано со множеством историй. Раньше имя было одно, потом каким-то образом появилось ещё одно, а теперь меня вообще называют десятками имён. И иногда я сам уже путаюсь, какое из них настоящее. Какое же? Что же это за имя?
Между бровей мужчины пролегла складка.
— Назови своё имя.
Чхон Ун скрестил руки и кивнул.
А затем сам спросил у мужчины, который явно из последних сил сдерживал раздражение и, судя по всему, был местным главным:
— Сначала назови своё.
— Ём Бёнчжу. Главный управляющий Тайного Общества.
Чхон Ун широко раскрыл глаза.
— Ём Бёнчжу. Имя у тебя прямо как ругательство.
— Замолчи. Моё имя ты услышал, теперь назови своё…
Он не успел договорить.
Вместо ответа Чхон Ун поднял внутреннюю энергию. Сила, рванувшая из самой глубины даньтяня, прошла по всем меридианам и вырвалась наружу.
Тресь—!
В воздухе вспыхнула нить ослепительно-синей Лазурной Громовой Ци. Воздух потяжелел. Чудовищное давление ци обрушилось во все стороны.
Вообще напрямую выпускать внутреннюю энергию наружу крайне неэффективно, поэтому даже мастера стараются так не делать. Убийственное намерение, в конце концов, тоже лишь одна из форм ци. Достигнув уровня Дыхания Воли, мастер начинает управлять внутренней энергией в соответствии со своими эмоциями, и потому одно убийственное намерение сильного человека способно затемнить воздух и перехватить дыхание. Это и есть уровень, на котором воля сама способна убивать.
Но для Чхон Уна ограничений внутренней энергии не существовало.
Поэтому он без колебаний поднял всю внутреннюю энергию и выпустил её в форме убийственного намерения. Каждый раз, когда даньтянь опустошался, природная ци снова втягивалась внутрь и заполняла его. Затем новая порция снова превращалась в убийственное намерение, накладываясь на всё пространство слой за слоем.
— !!!
Вся область наполнилась рвущимся грохотом и вспышками синего электричества. Воздух стал тяжёлым, даже дыхание будто остановилось.
Лица окруживших Чхон Уна бойцов побледнели. Давление душило их и грозило разорвать барабанные перепонки. Глаза сдавливало, зрение плыло, кто-то уже начал опускаться на колени под тяжестью убийственного намерения. Стены яростно дрожали, деревянный пол скрипел и ломался.
В самом центре этого давления стоял Чхон Ун, по телу которого стекали ослепительно-синие разряды, и улыбался.
— Зачем тебе имя человека, который вот-вот тебя убьёт?
— ……