У Чхон Уна был план.
Клану Он из Чинчжу вскоре предстояло быть уничтоженным.
Точнее, собравшиеся здесь демонические мастера должны были всей толпой нагрянуть к клану Он из Чинчжу и стереть его с лица земли.
Неужели эти люди настолько сильны? Как ни удивительно, вовсе нет. Просто сам клан Он из Чинчжу настолько слаб. Точнее, настолько ослаб.
Глядя на демонических ублюдков перед собой, Чхон Ун невольно подумал именно об этом.
Не все в Священном культе были мусором, но все демонические мастера Поднебесной определённо были идиотами.
Поэтому он и решил затесаться в толпу демонических мастеров. Их тут столько набилось — разве кто-нибудь заметит одного лишнего?
Когда Чхон Ун с невозмутимым видом направился к ним, откуда-то издалека к нему подошёл невысокий тощий мужчина.
Тот обратился к Чхон Уну.
— Ты ещё кто такой?
Вот теперь начиналось самое важное. Сказать? Не сказать? Ответить всё равно надо, но если честно назвать своё имя, реакция наверняка окажется скучной. Поэтому Чхон Ун приветливо улыбнулся и махнул рукой.
— Эй, давненько не виделись.
Стоило Чхон Уну ни с того ни с сего помахать ему рукой, как глаза мужчины сузились.
— Ты меня знаешь?
— Ещё бы не знать.
— Тогда кто я?
Услышав это, Чхон Ун нахмурился.
— Чёрт, а мне-то откуда знать?
— Ты ведь только что сказал, что знаешь меня.
— Просто сделал вид.
— ……
Мужчина невольно хмыкнул.
— Каких только психов не встретишь. Не знаешь — запомни. Я Чин Макха, стратег Врат Летящей Тени.
— Врата Летящей Тени? Значит, убийца?
— На этом ответы закончились. Теперь назовись сам. Судя по тому, что с головой у тебя явно не всё в порядке, ты, похоже, из наших, но порядок есть порядок.
— Тут не поспоришь.
Чхон Ун усмехнулся и ответил.
— Видишь ли, меня мучает множество вопросов. Кто я такой, в чём смысл моего существования — обычные раздумья, которые хоть раз посещают каждого. А когда слишком много думаешь, поневоле становишься бунтарём. Поэтому, если кто-то чего-то от меня требует, я принципиально этого не делаю. Вот такой я человек.
— ……
Чхон Ун с совершенно бесстыдным видом уставился на стоявшего перед ним мужчину.
Тот, похоже, уже начинал раздражаться и смотрел на него с перекошенным лицом.
Почувствовав странное напряжение, Пак Ун, Чо Чхоль и Хван Хо переглянулись, после чего Пак Ун с невозмутимой улыбкой попытался вмешаться.
— Стратег Чин, рад встрече. Это командир Чин Чхонрян из Отряда Кровавых Призраков. У него несколько своеобразный характер, так что прошу отнестись с пониманием.
На это стратег Чин подозрительно ответил:
— Насколько я помню, командир Чин лысый.
— Простите?
— И куда старше этого типа.
— Это…
— К тому же голос у него хриплый. А у этого ровный, без особых перепадов, даже слушать приятно. Что скажешь?
— Но откуда стратегу знать такие подробности…
— Он мой родной младший брат.
— А.
По лбу Пак Уна покатился холодный пот.
«Чёрт, так они братья? Вот почему настолько похожи».
Услышав ответ, Чхон Ун левой рукой зачесал волосы назад и произнёс:
— Раскусил. Наблюдательный.
Стратег Чин с улыбкой сказал:
— Ну же, продолжай нести чушь.
— С удовольствием. Во-первых, я не лысый. Голос у меня хороший. И я молод. А этот ваш командир Чин или как его там — старый, больной и уродливый. Голос хриплый. Ещё и тощий. Вот я и попался. Если изображать одного из самых мерзко выглядящих людей на свете, немудрено, что тебя раскроют.
— ……
— Обычно, если внешностью не вышел, хотя бы характер бывает крепким. А этому непонятно, что вообще родители оставили: и рожа скверная, и мысли одна другой гаже. Выражение «по роже и поступки» словно специально для него придумали.
— …Закрой пасть.
Так называемый стратег Чин сузил глаза и посмотрел на меня так, словно хотел убить.
— Где настоящий командир Чин?
Чхон Ун тут же стал серьёзен.
— Мёртв.
— Ты его убил?
— Можно сказать и так.
После этих слов все окружавшие их фигуры разом обнажили оружие и направили на Чхон Уна убийственное намерение.
Со всех сторон раздался металлический звон, а воздух наполнился ледяной жаждой убийства.
В центре окружения стоял тощий стратег и сверлил Чхон Уна яростным взглядом.
Подумаешь, несколько слов — а уже разозлился. Поразительно чувствительный мужчина.
— Зачем ты его убил?
— Разве не сказал? Рожа мерзкая, а поступки ещё мерзее. Вот и убил.
— Эй. Тебе совсем жизнь не дорога? Мозгов нет? В такой ситуации ещё и провоцируешь меня? Думаешь, умрёшь — и на этом всё закончится? Ошибаешься. Одной твоей жизнью это не ограничится.
— Правда? И что ты сделаешь?
Мужчина, скрипя зубами, ответил:
— Сначала тебя запрут там, где до конца жизни не увидишь солнечного света, и превратят в живую марионетку — ни мёртвую, ни живую. Затем мы выясним, кто ты, схватим всех, кто с тобой связан, и перебьём до единого.
— Какой ужасный человек. И правда ведёшь себя в точности как выглядишь. Признаю: ты действительно брат того Чина. Пока ещё не лысый, но судя по редеющей макушке, скоро станешь таким же, как покойный младший брат…
Продолжая болтать, чтобы окончательно вывести его из себя, Чхон Ун внимательно следил за противником.
Врагов вокруг было слишком много, поэтому упускать из внимания нельзя было ничего.
И именно когда он, предельно обострив чувства и расширив восприятие ци, без остановки продолжал раздражать противника…
— Ах ты ублюдок!!
Не выдержав провокаций, стратег Чин перехватил кинжал обратным хватом и рванулся к горлу Чхон Уна. Движение, усиленное внутренней энергией, было настолько быстрым, что за ним на мгновение остался след.
Чхон Ун спокойно окутал ладонь Защитным Ганом, а поверх него поднял Лазурную Громовую Ци.
Ба-а-ах—!!
От чудовищного взрыва противника отбросило назад.
Одновременно окружившие Чхон Уна люди начали расходиться по позициям…
Один взмахнул мечом.
Другой достал скрытое оружие и метнул его.
А отлетевший стратег Чин снова сократил расстояние и вновь вонзил кинжал в сторону Чхон Уна.
Чхон Ун тяжело ступил на землю и в одно мгновение широко распространил восприятие ци.
Стоило его ступне коснуться земли, как во все стороны разбежались трещины, похожие на паутину. Земля вздыбилась, вверх вырвались несколько огромных столбов грунта, а поднявшаяся вместе с ними ударная волна смела всё летевшее скрытое оружие.
Чхон Ун мгновенно взлетел на ближайшее дерево. Несколько раз перевернулся в воздухе, уходя от тонких игл, приземлился на ветку и посмотрел вперёд.
Десятки демонических мастеров образовали вокруг дерева идеальный круг. С мечами, копьями и приготовленным скрытым оружием они окружили его несколькими рядами. Плотная сеть без единой щели, словно гигантская паутина.
Вот ведь трудолюбивые. По их лицам читалась непоколебимая решимость во что бы то ни стало схватить его и прикончить.
В этот момент Дух Меча послал ему мысль.
— Хозяин! Справа!
С правой стороны внезапно прилетела тонкая серебряная нить и в мгновение ока обвилась вокруг клинка Чхон Уна.
Хотя нить коснулась лезвия, она не порвалась — наоборот, лишь сильнее натянулась.
Стоявший внизу здоровяк потянул серебряную нить, пытаясь стащить Чхон Уна с дерева, но стоило Чхон Уну поднять внутреннюю энергию, как огромное тело мужчины, напротив, взмыло в воздух.
И когда болтавшегося в воздухе мужчину подтянуло прямо к лицу Чхон Уна…
— Теперь слева!
По сигналу Духа Меча Чхон Ун резко повёл клинок влево.
Повисший на нити мужчина, словно огромная гиря, понёсся в ту же сторону, и всё скрытое оружие, как раз летевшее оттуда, с частым стуком впилось ему в живот.
Чхон Ун с сожалением произнёс:
— Больно — значит, лето.
— Убейте его!
Окружившие его люди со всех сторон взмыли вверх и налетели роем ос.
Засверкала Ци Меча, градом посыпалось скрытое оружие.
Со всех сторон слышался свист рассекаемого воздуха.
Чхон Ун с улыбкой отбивал лобовые атаки зловещим мечом, а удары из слепых зон отражал Защитным Ганом.
Меч Алой Ночи, который он просто швырнул в воздух, Чхон Ун направил при помощи Управления Мечом при помощи Ци на тех, кто бросал скрытое оружие с деревьев, и каждому пойманному проделывал дыру в животе.
Голова шла кругом. И телу, и разуму некогда было отдыхать. Когда вокруг столько тех, кого надо убить, передышки и правда не получалось.
Чхон Ун двигался шагами словно в танце и размахивал мечом во все стороны, при этом неторопливо осматривая окружающих.
Прямо на него летел уродливый тип. Лезвие его меча блеснуло в солнечном свете.
Он правша, а левое плечо немного опущено. Поэтому Чхон Ун вонзил меч в левое плечо. Наверное, теперь осанка исправилась: опущенное плечо, брызнув кровью, выгнулось вверх.
Ещё один справа. Старый меч рвётся к самому горлу. На ножнах трещина, конец рукояти стёрт так, что видно древесные волокна. Наверное, очень любит свой меч. Поэтому Чхон Ун сверху вниз провёл зловещим мечом, окутанным мечевым ганом, и разрубил человека вместе с оружием пополам. Теперь они смогут быть вместе вечно.
Кто-то тяжело дышал. На лбу пот, губы пересохли. Наверное, мучает жажда. Поэтому Чхон Ун проделал дыру у него в горле. Теперь и дышать станет легче.
А вон тот держит меч наоборот. Наверное, от волнения ошибся. Поэтому Чхон Ун отрубил ему кисть, чтобы тот смог взяться правильно. Теперь меч уже не выронит.
Чхон Ун приземлился на землю.
— …Вот оно — лето.
— Окружить! Навалитесь все разом!
В следующее мгновение со всех сторон одновременно взвились фигуры. Небо заслонило. Ци Меча полилась дождём.
Острие меча лысого мужчины, рубившего сверху прямо перед ним, было направлено в грудь. Слишком сильно напряг запястье. Чхон Ун развернул корпус, перерезал ему горло и тут же пнул вправо. Следовавший следом человек в воздухе столкнулся с трупом впереди. Выражение его растерянного лица было почти забавным. Чхон Ун просто вытянул меч вперёд, и столкнувшиеся двое нанизались на клинок, словно шашлык.
В тот же миг в правом верхнем секторе поля зрения появился человек, рассыпавший скрытое оружие на лету. Чхон Ун наспех отбил его рукой, покрытой ганом, и тут же слева кто-то взмахнул остриём меча. Он пригнулся, уклоняясь, и с силой вскинул колено.
Хруст! Раздался звук сломанной челюсти.
Одновременно сзади ещё кто-то обрушил меч, падая из воздуха.
На голову хлынула жажда убийства.
Тяжёлое дыхание переплелось в беспорядке.
Один? Нет, трое.
Чхон Ун развернулся и взмахнул мечом — троих в воздухе рассекло одновременно. Кровь ручьями брызнула на землю. Скользко. Чхон Ун тут же пригнулся, словно натянутая тетива, а затем, будто на санях, заскользил по луже крови и вытянул меч вперёд. Груди троих как раз опускавшихся туда людей одна за другой распорол скользящий клинок. Идеальный расчёт времени.
— Ха-а…
Вокруг клинка Чхон Уна трещала синяя Лазурная Громовая Ци.
Кровь кипит. Сердце бьётся гулко. Настроение отличное.
Он всё ещё скользил вперёд.
Чхон Ун резко повернул голову. Вдалеке мужчина, зацепившийся за дерево, истекал кровью и едва не падал.
По ощущениям, свалится секунд через пять.
Одна секунда. Две…
…Держался лучше, чем ожидалось, поэтому Чхон Ун достал из-за пазухи Летящую Иглу Тёмной Тени и метнул её.
Три секунды. Игла точно вошла ему в затылок.
Четыре секунды. Дёргавшееся тело обмякло.
Пять секунд. Мужчина рухнул с дерева на землю. Предсказание оказалось точным.
Летящий по ветру лист был красным. Нет, это кровь. На него попала чья-то кровь. Тогда изначально он был зелёным?
Небо удивительно чистое. Хороший день.
Мельком подумав об этом, он снова посмотрел вперёд.
Стратег Чин уже схватил Пак Уна в заложники и приставил меч к его горлу.
— Не двигайся! Сделаешь ещё шаг — перережу ему горло!
— В-великий герой…!
— Мне плевать, кто ты на самом деле! Если тебе не жалко его жизни — попробуй напасть!
Чхон Ун растерялся.
— Вот это кризис.
— …Положи меч на землю.
— Поистине страшный кризис. Дыхание перехватывает. Проклятье. Я заблудился. Куда же мне идти? Что в такой момент делать…
— Хватит нести чушь и брось меч… Кхак!
Он не успел договорить. За его спиной Меч Алой Ночи уже рассёк воздух. Управляемый Чхон Уном клинок точно пробил затылок стратега Чина насквозь.
Через мгновение стратег Чин, широко раскрыв глаза, рухнул лицом вперёд.
Освободившийся Пак Ун бессильно сел на землю.
Чо Чхоль и Хван Хо дрожали, глядя на Чхон Уна.
Дух Меча, словно уже привыкнув, деловито собирала души погибших демонических мастеров внутрь клинка.
Всё стихло. Подул ветер. В воздухе разлился слабый запах травы. Листья лениво опадали, издали доносилось стрекотание насекомых.
Чхон Ун с задумчивым видом поднял глаза к небу.
Да.
И сегодня я…