В таком перетягивании каната всё решала далеко не одна голая сила.
Размер тела и надёжная опора под ногами тоже давали огромное преимущество.
И по обоим пунктам Цзян Ли проигрывал.
Всё, что ему оставалось, — изо всех сил замедлять противника.
Затянувшееся сопротивление всё сильнее раздражало древнее сшитое существо.
Но даже в ярости чудовище сохраняло определённую сообразительность.
Каждый раз, когда оно рывком оттягивало цепь на несколько чжанов, то тут же наматывало ещё пару витков на бычью ногу, не позволяя Цзян Ли вернуть потерянное.
Слой металла на ноге становился всё толще.
А другой конец цепи уже почти оказался у чудовища.
Восемь глаз на его голове смотрели через узкий — по меркам такого исполина — проход и намертво фиксировались на «букашках», которые сначала разбудили его, а теперь ещё и мешали поесть.
В какой-то момент чудовище перестало тянуть.
И само рвануло вперёд.
Тигриная лапа и серо-синяя шестипалая рука замелькали одна за другой.
Стены и дворцовые постройки на пути рассыпались словно пенопласт.
Разрушая всё перед собой, древнее существо с пугающей скоростью приближалось к людям Палаты Божественного Надзора.
Проход непрерывно обваливался.
Из глубины накатывала чудовищная аура.
От одного взгляда хотелось развернуться и бежать.
Цзян Ли тоже напрягся до предела.
Но от того, что произойдёт сейчас, зависело будущее всего мира совершенствующихся Восточного Региона.
Отступать нельзя.
— Ещё немного… Ещё немного!
Он закрыл глаза и сосредоточился на цепи.
В такой момент никто не стал торопить.
Юньцзи лишь развернула облачную технику и окутала всех густым белым туманом.
Каждый был готов в любую секунду бросить всё и уходить.
Когда ждёшь смерти, даже один вдох кажется вечностью.
А чудовище всё приближалось.
Три тысячи чжанов.
Две тысячи.
Тысяча.
Пятьсот.
Двести.
При таком размере ему уже достаточно было наклониться и протянуть руку, чтобы сгребсти всех разом.
Ещё несколько взмахов — и последние препятствия исчезли.
Люди Палаты, державшие цепь внизу, оказались прямо перед чудовищем.
Серо-синяя шестипалая ладонь потянулась к ним, неся странную силу, от которой само пространство будто хотело замкнуться.
И именно тогда Цзян Ли распахнул глаза.
— Уходим!
Он отпустил цепь.
Чашу, удерживавшую драконью жилу, тут же дёрнуло вперёд.
Остальные Земные Бессмертные тоже разжали руки. Нескольких замешкавшихся протащило по земле на несколько шагов.
Шестипалая ладонь, способная раздавить всё вокруг, продолжала опускаться.
Юньцзи уже была готова.
Взмах широкого рукава — и белое облако свернулось, мгновенно забрав внутрь всех людей.
Огромная ладонь разнесла весь проход.
Но облако проскользнуло между пальцами буквально на толщину волоса.
Чудовище на мгновение замерло.
Ощущение в ладони было неправильным.
Однако оно только недавно проснулось, а внутри всё сжигал бесконечный голод.
Сначала — драконья жила.
Огромные пальцы сомкнулись вокруг чаши, которая для такого тела выглядела игрушечной.
Сила хлынула вниз.
Артефакт Земного ранга, способный одним движением поглотить несколько десятков тысячелетних змеиных демонов, выдержал лишь несколько мгновений.
А потом его смяло в тонкий лист металла.
Когда-то Земной ранг существовал для большинства совершенствующихся только в легендах.
Теперь подобные сокровища ломались одно за другим почти буднично.
Наверное, Цзян Ли слишком быстро забрался в круг существ такого уровня и сам ещё не до конца успел перестроить прежнее представление о ценности вещей.
Чашу раздавило.
Но внутри не оказалось золотого дракона драконьей жилы, которого чудовище жрало несколько тысяч лет.
Пока все тянули время, пробудившая разум Цепь Пленённого Дракона Цзян Ли сумела ассимилировать и перехватить управление второй древней цепью, скрытой внутри дворца Эпан.
Получив контроль над ней, Цзян Ли напрямую снял оковы с драконьей жилы.
И Палата успела провернуть подмену: вытащить золотого дракона в последний момент, а уже затем уйти вместе с остальными.
Кстати, эту идею предложила сама Цепь Пленённого Дракона.
В нынешнем мире почти не существовало силы, способной повредить её.
А Цзян Ли с самого начала использовал цепь исключительно там, где нужно было идти напролом.
Так что характер у древнего сокровища тоже вырос соответствующий.
Оно совершенно не боялось бросать вызов даже такому чудовищу.
Обнаружив, что еды внутри чаши нет, древнее существо взбесилось окончательно.
Казалось, из восьми глаз вот-вот хлынет огонь.
Оно быстро огляделось.
Взгляд, будто способный просвечивать всё насквозь, сразу остановился на облаке.
Огромный живот заурчал, словно внутри прокатился гром.
РЁВ!
Чудовище поняло: его еда спрятана там.
На этот раз вперёд метнулась белая тигриная лапа.
Сгустившаяся до почти материального состояния ци металла мгновенно рассекла облако на части.
Но у тумана не было настоящего тела.
Разорванные клочья спокойно сошлись обратно, будто ничего не произошло.
Чудовище не остановилось.
Следом пришла серо-синяя шестипалая рука.
Между пальцами возникло ощущение запечатывания Неба — будто всё внутри этой ладони должно быть схвачено и раздавлено.
Но и она не сумела удержать бесплотное облако.
Видя, как туман снова ускользает сквозь пальцы, чудовище окончательно сорвалось.
Тигриная лапа.
Шестипалая рука.
Одна атака за другой без остановки обрушивалась на неуловимое облако.
Каждый удар проходил мимо цели, но существо даже не думало успокаиваться.
Людей Палаты оно не задевало.
Зато дворец Эпан протяжённостью триста ли под его руками превращался в руины целыми кварталами.
Одна только эта разрушительная сила заставляла холодеть спину.
Цзян Ли прекрасно понимал: нынешний он ещё очень далёк от уровня этого чудовища.
Но сейчас древнее существо пыталось ударить не обычный туман.
Перед ним была тайная божественная способность Обители Облаков — Неуловимый Облачный Бессмертный.
Прямой разрушительной силы у неё почти не было.
Зато попытаться обычной атакой по-настоящему повредить это облако было не легче, чем когда-то расправиться с «Карасями через реку».
Если не знаешь принципа техники, остаётся лишь одно: использовать поистине бессмертную мощь и грубой силой разорвать саму божественную способность.
Иначе хоть три дня и три ночи бей — результата не будет.
Спрятавшись внутри облака и наконец позволив себе ослабить напряжение, Цзян Ли внезапно почувствовал, как темнеет в глазах.
Колени подогнулись.
Он сел прямо на землю.
Мышцы Чию были чудовищно сильны.
Но сам Чию погиб ещё во время битвы при Чжолу.
После этого его плоть неизвестно сколько десятков тысяч лет оставалась под печатью Жёлтого Императора Сюаньюаня, а затем пережила Эпоху Конца Закона.
Другие древние останки после восстановления духовной энергии мира хоть понемногу возвращали силу.
Мышцы Чию всё это время оставались подавлены.
Повреждения, накопленные за бесчисленные годы, давно нельзя было залечить одной духовной энергией и жизненной силой.
То, что они вообще могли выдавать нынешнюю мощь, уже было пределом кратковременного восстановления.
Цзян Ли слишком долго держал их на максимальной отдаче.
Стоило напряжению спасть — и тело впервые за долгое время накрыла настоящая слабость.
Но это было не главным.
Гораздо хуже оказались энергии внутри него.
Цзян Ли собственноручно расшатал их Хаотическим Сердцем, добиваясь взрывного усиления.
Теперь каждый орган, каждый участок меридианов, море ци и даже духовный корень терпели страшную боль.
Словом «отклонение ци» такое состояние уже не описать.
Всё было раз в десять хуже.
Беснующиеся силы разрушали Дао-основу изнутри, били по морю ци и ломали всё, до чего могли добраться.
Если оставить всё как есть, потеря десяти-двадцати тысяч лет жизни окажется ещё самым лёгким последствием.
Семицветное Тело Дао могло повредиться и деградировать.
Ступень культивации — расшататься и даже откатиться назад.
А море ци — попросту взорваться.
Ничего приятного.
Конечно, «Омовение Радужным Источником» всё ещё действовало.
Даже если духовную энергию пришлось бы нарабатывать заново, для Цзян Ли это было лишь вопросом времени.
И остальные повреждения на его теле в конечном счёте тоже можно было восстановить.
Но переживать всё это добровольно совершенно не хотелось.
Цзян Ли перевёл сознание на панель состояний.
Палец уже мысленно потянулся к «минусу» рядом с несколькими эффектами буйства, чтобы привычным способом завершить перегрузку.
И тут внутри тела что-то изменилось.
Боль в море ци начала слабеть.
Духовную сущность, высосанную Сифоном Духовной Сущности из артефакта Небесного ранга, он получил совсем недавно и ещё не успел нормально изучить.
Теперь эта огромная масса вдруг сама пришла в движение.
Плотная духовная сущность растеклась тонкой световой плёнкой по морю ци.
Качество силы, родившейся из артефакта Небесного ранга, было чрезвычайно высоким.
Любая беснующаяся энергия, сталкиваясь со световой плёнкой, легко отбрасывалась в сторону.
Давление сразу уменьшилось.
Цзян Ли остановился.
Отрицательные эффекты он пока не снял.
Раз никакой новой опасности не ощущалось, можно было посмотреть, что произойдёт.
Вскоре свет полностью окутал море ци.
Под непрерывными ударами хаотичных энергий бесформенная духовная сущность начала менять очертания.
Перед внутренним взором Цзян Ли вырос дворец.
По форме он удивительно напоминал Дворец Городского Бога.
Только весь был пурпурным.
И стоял прямо посреди моря ци.
Когда здание окончательно сформировалось, в сознании Цзян Ли словно вспыхнуло озарение.
Он понял, что именно произошло.
«Пурпурная Обитель?.. Неужели это та самая Пурпурная Обитель из древних даосских легенд?»
В некоторых старых трактатах упоминалась особая практика Пурпурной Обители.
Чрезвычайно полезная вспомогательная основа.
Но требования к её созданию считались настолько жестокими, что для нынешнего мира совершенствующихся метод признали почти непригодным и даже не включили в восстановленные системы культивации.
В море ци распахнулись пурпурные врата.
Все энергии, бушевавшие по телу Цзян Ли, за один вдох словно смело внутрь.
Они целиком ушли в Пурпурную Обитель.
И сколько бы теперь ни метались по залам, больше не могли причинить хозяину никакого вреда.
Ежесекундно рождавшиеся духовная энергия высшего качества и кровавая сила высшего качества тоже без остатка стекались внутрь.
Пурпурная Обитель превосходила прежнее море ци не только прочностью.
Её вместимость тоже была намного больше.
Интересно, если заполнить её до краёв, сможет ли общий запас духовной энергии Цзян Ли сравниться с владыкой Морского Дворца?
Через некоторое время ворота снова открылись.
Смешанные внутри силы хлынули в меридианы бурной рекой и разошлись по всему телу.
Мощь не уменьшилась.
Зато исчезла разрушительная ярость.
На панели состояний несколько опаснейших отрицательных эффектов начали гаснуть сами собой.
Цзян Ли моргнул.
С такой Пурпурной Обителью его прежний взрывной режим…
Разве не превращался в обычный рабочий режим?
Да, внешний вид оставлял желать лучшего.
Эстетика племени Девяти Ли вообще всегда была несколько своеобразной.
Но кроме этого теперь почти не существовало никаких побочных эффектов.
— Товарищ даос Девяти Преисподних, с вами всё в порядке?
Юньцзи, управлявшая Неуловимым Облачным Бессмертным, заметила, что Цзян Ли всего через несколько мгновений поднялся из медитации, и с беспокойством посмотрела на него.
Взрыв силы такого уровня должен был иметь цену для кого угодно.
Обитель Облаков особенно хорошо умела наблюдать за ци.
Юньцзи своими глазами видела: одной только продолжительности жизни Цзян Ли сжёг столько, что обычный Земной Бессмертный успел бы несколько раз состариться и умереть.
Не говоря уже о безумных энергиях, бушевавших внутри.
Цена казалась чудовищной.
Две служанки Обители Облаков подошли к владыке Фэнду, помогли ему подняться и подали несколько редких пилюль.
Во взглядах чувствовалось невольное уважение.
Заслуги вокруг Цзян Ли были настолько огромны, что людям хотелось инстинктивно держаться к нему ближе.
Цзян Ли уже почти полностью пришёл в себя.
Он открыл флакон, даже не спросил название и, слегка приподняв маску, высыпал все пилюли в рот.
По эффективности они, конечно, сильно уступали «Омовению Радужным Источником».
Но это всё-таки пилюли Земного ранга.
Понемногу — и польза складывается в вполне заметную величину.
Цзян Ли вернул тело к обычному размеру.
Одеяние Мрачной Горы, сотканное женщинами рода Нюйчоу, свободно меняло размер вместе с хозяином и совершенно не пострадало.
— Я уже в порядке. Что происходит снаружи?
Остальные Земные Бессмертные восстанавливались далеко не так быстро.
Вокруг сидели люди Палаты, спешно приводившие дыхание и латавшие раны.
К этому моменту почти никто не отделался легко.
Цзян Ли прошёл между ними и остановился рядом с Тремя Божественными Столпами.
Перед ними висело зеркало таинственного света, показывавшее внешний мир.
Огромное сшитое чудовище, созданное как минимум из пяти тел древних божественных зверей, всё ещё без остановки выпускало силу наружу.
Казалось, усталости оно вообще не знало.
Цзян Ли посмотрел, как исполин снова и снова гоняется за облаком, и тяжело выдохнул.
Слишком сильный противник.
Даже если забыть о непревзойдённой физической мощи, практически неразрушимых телах божественных зверей и особых способностях древних конечностей…
Одной духовной энергии внутри чудовища хватало, чтобы подавить всех собравшихся.
Эта энергия уже прошла качественное изменение.
Она отличалась от силы, которой пользовались нынешние совершенствующиеся.
Если существо сделает ещё полшага вперёд, его духовная энергия, возможно, превратится в ту самую бессмертную духовную силу, которой, согласно древним теориям, могли владеть лишь бессмертные и боги.
Сейчас чудовище уже одной ногой стояло за этой границей.
Давать ему возможность сделать следующий шаг нельзя.
Если первым новым богоподобным существом нынешней эпохи станет безумное создание без полноценного разума…
Никто не представлял, что случится с миром.
— Нашими нынешними средствами почти невозможно ни убить это чудовище, ни снова запечатать его. Господа, есть ли у кого-нибудь другой способ решить проблему?