— Я покончу с собой!
Командир рыцарского ордена поднял меч и приставил лезвие к шее.
— Прекратите!
Я обеими руками вцепился ему в штанину и изо всех сил пытался помешать.
— Не останавливайте меня, Ваше Высочество! Я обязан умереть!
— Я же не умер! Почему тогда должны умирать вы?!
— Вас едва не ранили!
Он говорил с таким отчаянием, будто действительно совершил непростительную ошибку, и меч от шеи не убирал. Вот только никакой реальной опасности для меня не было. Я успел моргнуть — и нападение уже закончилось.
Даже если бы Клу не остановила кинжал, клинок всё равно не добрался бы до меня: командир ордена двигался слишком быстро. Просто Клу оказалась ещё быстрее.
— Но!..
— Не умирайте. Лучше останьтесь жить и дальше служите Империи.
Глаза командира широко распахнулись.
— Ваше Высочество!..
— Прошу.
— Ваше Высоче-е-ество!..
Огромный взрослый мужчина опустился передо мной на колени и смотрел так растроганно, что мне стало не по себе. Я поспешно перевёл взгляд на главу Башни магов.
— Хо-хо. Что до меня, самоубийство я всё-таки…
— Спасибо, что не заставляете меня работать дважды.
Если бы ещё и этот дед решил умереть, я бы точно не выдержал. Я повернулся к Клу. Она уже отогнала всех лишних людей, убрала кровь и привела место нападения в порядок.
— Хозяин, вас нигде не задело?
При этом выглядела она подозрительно сердитой.
— Клу, ты злишься?
— Да. Немного.
— Почему?
— А если однажды вы действительно погибнете?.. Что тогда делать мне?
Если я умру? Я об этом как-то не думал. Но если со мной что-нибудь…
А. Понятно, чего она боится.
— Об этом не переживай.
— Что?..
— Нужно прямо сейчас дать какую-нибудь клятву? Магическую?
Если честно, я в таких вещах не разбирался. Магию договоров мне ещё изучать не приходилось.
— Я заранее распоряжусь, чтобы после моей смерти ты сразу стала свободной. Если понадобится, попрошу главу Башни магов разорвать контракт и…
Ладонь Клу накрыла мне рот раньше, чем я закончил.
— Хозяин. Пожалуйста, не говорите таких вещей.
Я замолчал.
А что не так?
По-моему, именно это и следовало сделать. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Наконец Клу убрала руку.
— Магической силы дать?
— Побольше.
На этом разговор и закончился.
***
Поднялся настоящий скандал. На принца Теодора напала группа неизвестных.
Сам принц благодаря охране, командиру рыцарского ордена и главе Башни магов не получил ни царапины. Но ярость Милы Кастины это остановить не могло. Святая держава немедленно заявила, что к нападению не имеет никакого отношения.
Я им верил. Любой человек, хоть немного понимающий в политике, видел: подобное покушение — самоубийственно глупый ход. Мама наверняка понимала это ещё лучше меня.
Значит, сейчас она изобразит страшный гнев и выжмет из Святой державы всё, что получится. Я посмотрел на неё.
Да. Глаза буквально пылают яростью.
После известия о нападении мама примерно шесть часов осматривала меня с головы до ног. Только окончательно убедившись, что на теле нет ни одной царапины, она села на трон. Мама медленно выдохнула.
Раз я совершенно цел, дело наверняка ограничится дипломатическим давлением.
Оставалось лишь аккуратно подтолкнуть её к моему плану…
Я ещё не успел открыть рот, когда мама подняла меч. Сталь звякнула.
— С сегодняшнего дня Святой державы не будет на карте.
— Что?..
— Мам?
— Попытка ранить Теодора равносильна объявлению войны Империи.
Она держала меч перед собой.
— Если бы они попытались убить меня, я ещё могла бы проявить великодушие.
Голос оставался пугающе спокойным.
— Но они попытались убить Тео. Этого я не прощу никогда.
— Мама?..
— Позовите министров и командира ордена. Сейчас же начинаем подготовку. Я превращу Святую державу в выжженную…
— Мама!
— Отпусти! Я не прощу тех, кто посмел напасть на Теодора!
Успокаивать её пришлось ещё примерно два часа. Через два часа мама уже сидела на троне, посадив меня к себе на колени и поглаживая по голове.
Неудобно.
Но сейчас, пожалуй, не время жаловаться.
— Тео.
— Да, мама?
— Я переживаю, потому что ты у меня слишком добрый.
Разве это плохо?
Я повернул голову и встретился с её ласковым взглядом совсем близко.
— Именно поэтому и переживаю, — продолжила она. — Мир жесток и опасен. А Тео будто всегда пытается пройти через него одной добротой.
Это неправда. Пусть мне далеко до мамы, но я тоже прожил жизнь среди людей и прекрасно знал, на что они способны.
С чего бы мне преодолевать всё одной любовью?
Просто мама по-прежнему видит во мне невинного ребёнка. Я улыбнулся.
— Правда?
— Но мама именно такого Тео и любит.
Она снова крепко меня обняла.
— Уф…
В её объятиях я ненадолго задумался.
Ладно.
Если этим можно предотвратить войну, я хоть десять раз дам себя обнять.
— Но предупредить их всё-таки стоит.
— Что?
— Ничего, Тео.
Я закрыл глаза, слушая её ласковый голос. Как ни крути, в маминых объятиях было тепло.
***
В ту же ночь.
— Нам конец.
Понтифик с силой потёр переносицу.
— Причём окончательный.
Кардиналы вокруг опустили головы.
— Вы точно уверены, что никто из вас не приказал этим безумцам устроить покушение?
— Уверены, Ваше Святейшество.
Даже среди кардиналов не было настолько безнадёжных идиотов.
— Говорят, Империя уже начала собирать войска.
Понтифик снова надавил пальцами на веки. Голова раскалывалась.
— Похоже, выбора у нас больше нет.
— Ваше Святейшество, ещё можно…
Он уже собирался вздохнуть в ответ на очередное возражение, когда где-то впереди прогремел удар. Следом послышались крики.
Крики?
Понтифик резко поднялся. Остальные тоже повернули головы. Массивные ворота его резиденции были разбиты вдребезги.
Несколько секунд все лишь ошеломлённо смотрели на обломки. Потом послышались медленные шаги.
— Тео слишком добрый.
Из темноты донёсся холодный голос.
— Настолько добрый, что не хочет, чтобы кто-нибудь вообще пострадал.
Кто-то тяжело вздохнул и вышел в лунный свет. Женщина в доспехах. Длинные белые волосы свободно падали на плечи, красные глаза сверкали угрозой.
— Но я-то знаю.
Она посмотрела на собравшихся.
— Мила Кастина!..
— Я знаю, что мир вовсе не добр.
— Подождите, давайте поговорим!..
— Мир жесток. Он снова и снова обманывает ожидания и причиняет людям боль.
Мила подняла меч. По позвоночнику понтифика пробежал ледяной холод. Он вскинул руку.
Слишком поздно. Меч уже обрушился вниз. Защитный барьер, который понтифик успел создать в последний миг, с треском раскололся.
— Но Тео совсем не обязательно узнавать это на собственной шкуре.
Императрица спокойно перевела взгляд на кардиналов.
— Родители должны быть для ребёнка щитом. Когда на него обрушиваются волны этого мира, принимать удар на себя — тоже наша обязанность.
— Ха… ха…
По спине понтифика стекал холодный пот. Этот единственный удар оказался быстрее и сильнее всего, что ему когда-либо приходилось блокировать. Вот она — императрица Империи.
Он встречал Милу Кастину на официальных приёмах, но впервые видел направленное прямо на себя настоящее убийственное намерение. Женщина повернулась к остальным. По залу словно прошла волна озноба.
— Я не прошу многого.
Её голос снова стал совершенно ровным.
— Мне нужно только одно.
Все молчали.
— Передайте нам Исфиль.
— Н-но Святая принадлежит Святой державе…
— Как вы собираетесь спасать других, если даже не умеете обращаться с человеком по-человечески?
Кардинал закрыл рот. Мила откинула волосы назад.
— Так сказал Теодор.
Никто не ответил.
— Вернёмся к этому разговору, когда Святая держава начнёт относиться к людям так, как требуют её собственные вера и учение.
С этими словами Мила развернулась и неспешно вышла через разбитые ворота. В зале повисла тишина.
— Сколько отсюда до Империи?
— Если скакать без остановок… примерно неделя, Ваше Святейшество.
Понтифик закрыл глаза.
— Уступим.
— Но…
— Или ты пойдёшь с ней драться. Я с таким чудовищем связываться не собираюсь.
Кардиналы, уже открывшие рты для возражений, переглянулись и тихо отступили. Понтифик мысленно вздохнул. Относиться к людям в соответствии с собственными учением и верой.
Как ни неприятно было это признавать, Мила сказала правду.
— А кардиналы пусть останутся.
Он обвёл их тяжёлым взглядом.
— Похоже, вам всем требуется серьёзная воспитательная беседа.
Понтифик снова вздохнул. Давненько ему не приходилось возвращаться к временам, когда он сам был героем.
***
В итоге Святая держава уступила. Всё вышло по моему плану, только гораздо быстрее, чем я рассчитывал. Я повернул голову.
— Тео.
Исфиль мягко улыбалась. Она заметно повзрослела. Нет, пожалуй, уже сильно.
Фигура стала более округлой, во внешности понемногу появлялась женственность.
Теодор, ты совсем с ума сошёл? О чём ты думаешь, глядя на ребёнка?
Я поднялся.
— Что такое?
— Да так. Хотела предложить выпить чаю.
— Давай.
Мы двинулись вместе. Прошло три года. Мне исполнилось двенадцать.
И теперь…
— Все уже начинают собирать свои фракции?
Исфиль спросила об этом, пока мы шли по коридору. Я прикрыл глаза.
Да.
Фракции действительно начали формироваться.
— Похоже на то.
— А Тео тоже создаст свою?
— Хм…
Свою фракцию. Если честно, кое-что я уже подготовил. Я открыл рот, собираясь ответить.
— Тео.
— Тео!
Но две фигуры налетели на меня раньше. Сёстры тоже уже были в том возрасте, когда детские черты понемногу уступают взрослым.
И фигуры у обеих тоже стали…
Ты окончательно испортился, Теодор. Это же твои сёстры. Но стоило им увидеть меня — и обе, как в детстве, сразу бросились обниматься.
Зажатый между Лили и Лавир, я закрыл глаза.
Почему в этом отношении вообще ничего не изменилось?
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta
Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta