После ужина я, Мина и Мира пошли мыть посуду. В этот раз у меня вышло уже лучше — так хорошо, что даже Мира не упрекала меня. Она лишь бросила на меня короткий взгляд, в котором читалось что-то вроде сдержанного одобрения, и молча продолжила вытирать тарелки. Мина же улыбнулась мне уголком губ, и от этой тихой улыбки на душе стало теплее. Казалось, ещё немного — и я действительно стану здесь своим.
После этого я пошёл к себе. Я решил почитать ещё что-нибудь. В комнате стоял мягкий полумрак — свеча на столе горела ровно, отбрасывая дрожащие тени на стены. Я провёл пальцами по корешкам книг, пока не остановился на одной. Названия у неё тоже не было, обложка была потёрта, уголки страниц загнулись от времени. Я осторожно открыл её и начал читать.
«Пять сотен лет тому назад в мире не было ни хаоса, ни проблем. Люди и ведьмы жили дружно. На тот момент Ведьм было восемь. Не было только Зависти. Но однажды миру стало известно о появлении новой ведьмы. Люди хотели встретить её с объятиями, но она была холодной и злой. Она уничтожила половину всего мира. Её не могли остановить даже другие ведьмы. Однако первый легендарный мечник, ... запечатал её. Её мотивы были неизвестны. А имя её было ...»
На месте «...» не было слов. Вероятно, они были стёрты или не написаны изначально. Я провёл пальцем по пустому месту на странице, словно надеясь, что буквы проявятся под моим прикосновением, но ничего не произошло. Возможно, мне ещё удастся узнать эту информацию. Возможно, ответы скрываются где-то в этих стенах, среди пыльных книг и старых тайн. Но было уже поздно. Я убрал книгу и лёг спать, но сон долго не приходил — в голове всё крутились обрывки прочитанного.
Утром я проснулся в окружении Мины, Миры и Элианы. Они смотрели на меня с беспокойством. Три пары глаз — встревоженных, внимательных — уставились на меня, едва я открыл глаза.
— Харуки, что случилось? — спросила Элиана.
— Господин, что с вами? — спросила Мина.
— Что тебе такое снится, Кихару? — спросила Мира.
Все они выглядели обеспокоенными. А что же мне снилось? Голос девушки под вуалью. «Ты — мой!» И во сне мне показалось, что вуаль с неё немного спала. Я почти увидел черты её лица, но в последний момент всё растворилось, оставив лишь холодное эхо её слов.
— Мне просто приснились кошмары, — сказал я. — Ничего особенного.
Они выдохнули с облегчением — с разной степенью. Мина и Мира вышли, а Элиана осталась.
— Помнишь наш вчерашний разговор, Харуки? — спросила она.
Я вспомнил. Я спросил у неё, почему её называют ведьмой.
— Да, я помню. Ну так что? — поинтересовался я.
— Так вот, Харуки... — начала она. — Мы с ней похожи. У нас одинаковая или почти одинаковая внешность. Одинаковая магия. Почти одинаковый голос, насколько я знаю. И... одинаковая раса.
Про последнее я не понял.
— А что с расой? — спросил я.
Она подняла волосы со лба, и на её лбу появился один рог. Он сиял и был не очень большим. В утреннем свете он отливал мягким серебром, и в этом не было ничего пугающего — скорее что-то нежное, почти трогательное.
— Я полу-демонница. Полукровка. Такая же, как она, — сказала она. — Полу-демонниц и так недолюбливают. Ведь они слабее, чем обычные демонницы. А ещё считаются позором семьи.
Я посмотрел на её рог. Меня это не пугало. Наоборот, Элиана казалась мне даже чуть красивее. Или милее.
— Красивый рог... — прошептал я. — Могу я... потрогать?
Она посмотрела на меня со смущением, но кивнула. Я дотронулся до рога. На ощупь он был тёплым и приятным.
— Ты не боишься меня? Я ведь похожа на неё.
— Почему я должен тебя бояться? Ты добрая, — сказал я.
Она улыбнулась, а потом у неё потекли слёзы. Я обнял её и начал утешать.
— Тише-тише. Не плачь, я рядом.
Она заплакала громче. Я начал гладить её по спине.
— Ты не одна! — сказал я с улыбкой. — Я буду рядом!
Она отстранилась и улыбнулась.
— Улыбка тебе больше идёт, Элиана, — прошептал я.
Затем мы хотели выйти из комнаты. Но когда открыли дверь, за ней стояли Мина и Мира. Я понял: они подслушивали.
— Вы... — начал я.
— Господин, вы неправильно всё поняли... — пыталась оправдаться Мина.
— Ой, надо нам подслушивать госпожу и Кихару... — перебила её Мира, а потом добавила тихо: — И вообще, вы могли обойтись и без нежностей...
Элиана тихо хихикнула и побежала в свою комнату. Оказалось, мы пропустили завтрак. Есть не очень хотелось — вчерашний ужин был довольно плотным. Время близилось к обеду, так что мы пошли готовить. Вернее, готовила только Мина, а мы с Мирой так, помогали. Мы принесли обед в столовую и начали есть.
В этот раз я сел рядом с Элианой сам, осознанно. Лилит кивнула. Не холодно, а скорее тепло. Но в её глазах была грусть — кажется, она хотела, чтобы я сел к ней. Я подмигнул ей, и в этом жесте было обещание: «На ужин сяду к тебе». Уголки её губ слегка дрогнули.
Обед был вкусным. Не устану повторять, что Мина готовит идеально. Но повторю: Мина готовит идеально. Оказалось, эту фразу я сказал вслух. Мина посмотрела на меня смущённо, но поблагодарила. Я закрыл лицо руками. Краска разлилась по лицу. Это было смущающе, зато честно.
После обеда я попросился зайти в комнату почитать. Мина улыбнулась и разрешила мне пойти. Мира была раздражена, но из-за Мины согласилась. Я зашёл к себе. Взял книгу с интригующим названием: «Культ Греха». И начал читать:
«Культ Греха был образован около пятисот лет тому назад, через пару дней после запечатывания Ведьмы Зависти. Глава Культа — неизвестна. Цель Культа — неизвестна, но по слухам — собрать все факторы. В культе присутствуют архиепископы. Однако они делятся на два вида: Первый: люди в масках, просто помощники, бесполезны. Второй: архиепископы, которые имеют в себе фактор. Они называют себя "Архиепископами Культа Греха, олицетворяющими определённый грех". Точный состав Архиепископов неизвестен.»
Книга оставила после себя загадки. Что за архиепископы? Кто глава Культа? И какая конкретно у них цель? Было понятно только то, что они точно не были добрыми. Я убрал книгу в шкаф. Время уже близилось к ужину, так что я пошёл на кухню. Мы снова начали готовить. Принесли еду в столовую. Я помнил про обещание и сел рядом с Лилит. Элиана не обиделась. А Лилит попыталась улыбнуться. У неё не вышло, но она ведь старалась.
— Господин Сильван, Кихару работает недостаточно усердно, — сказала Мира.
— Господин Харуки старается, — сказала Мина.
Я улыбнулся. Мина теперь не враг, а союзник.
Жизнь налаживается, загадки остаются нераскрытыми.