И вот опять. Тот же самый сон.
Я стоял напротив девушки под вуалью.
— Ты — мой! — сказала она. Её голос был один в один как у Элианы.
— Послушай, я не понимаю, о чём ты говоришь, — начал я. — И даже имени твоего не знаю. Может, хотя бы его мне скажешь?
— Ты всё узнаешь, дорогой, — сказала она. — Но не сейчас.
Я вздохнул. Даже во сне всё идёт не так, как хочется. Каждую ночь одно и то же. Один и тот же голос, одни и те же слова. И каждый раз я просыпаюсь с чувством, что был близок к разгадке, но что-то выскользнуло из рук. Может, это не просто сон? Может, это воспоминание? Или предупреждение? Я не знал. Но что-то внутри меня говорило: это важно. Важнее, чем я могу себе представить.
— И что, ты мне когда-нибудь это расскажешь, или я сам должен это узнать? — задал я довольно важный вопрос.
Вместо ответа девушка лишь немного стянула с себя вуаль. Недостаточно, чтобы увидеть лицо. Да что уж лицо — видно только шею. Бледную, почти светящуюся в темноте. И на мгновение мне показалось, что я вижу тонкую цепочку на её шее. Ту самую, что была у Элианы? Или мне снова кажется? Я не успел разглядеть — сон рассыпался, как туман.
Сразу после этого я проснулся.
—
Перед собой я увидел Мицуки, Элиану, Мину и Миру.
Они выглядели обеспокоенными.
— Опять кошмары? — спросила Элиана обеспокоенно.
— Да, — я почесал затылок и попытался улыбнуться, сделав вид, что всё нормально.
— Ну-ка расскажи, — начала Мира. — Что тебе снилось, Кихару?
Я бы, конечно, хотел рассказать всё как есть, но есть одна проблема. Мне не поверят, или посчитают дураком. Или ещё что хуже. Мне такого исхода не нужно, поэтому нужно придумать что-то, что не оставит никаких вопросов. Что-то настолько гениальное, что мне моментально поверят...
— Я эм... — начал я придумывать. — Мне приснилось, что... Мира назвала меня Харуки, а не Кихару.
Я уже думал, что мне не поверят и мне придётся придумывать оправдание, как вдруг...
Они начали смеяться. И Мира смеялась громче всех.
— Боже, Кихару, какой ты идиот! — она засмеялась ещё громче.
Все остальные просто смеялись, никак не комментируя. Судя по всему, не могли.
Я сидел, не понимая, что происходит. Видимо, моё воображение сделало что-то, чего не могло сделать моё чувство юмора. Обычно над моими шутками либо не смеялись вообще, либо только один человек, и то неискренне. А тут сразу четыре девушки. Смеются над тем, что даже не должно было быть шуткой. И самое странное — мне это нравилось. Не то чтобы я хотел быть посмешищем, но... их смех был тёплым. Настоящим. Как будто они смеялись не над мной, а вместе со мной. Может, это и есть дружба? Может, именно так она и выглядит?
Они успокоились лишь спустя несколько минут.
— Ох, Кихару, — сказала Мира. — Если ты так этого боишься, то ты ещё более глупый, чем я могла предположить.
— А мне казалось, что тебе это не нравилось, Харуки, — сказала Элиана.
— Харуки-кун, не переживайте, моя сестра будет называть вас так даже во сне, — сказала Мина.
— Что у вас тут вообще происходит? — спросила Мицуки в полном недоумении, всё ещё немного дрожа от смеха.
Как оказалось, уже было время завтрака.
Мда уж, как так вышло, что я проспал так долго. Я ведь дворецкий, и пропустил немало работы. Мне стало немного стыдно. Может, стоило встать раньше. Но с другой стороны... может, именно такие утра и делают жизнь в поместье особенной. Не идеальной, но живой.
Мы пошли в столовую.
Там уже сидели Сильван, Тэцу и Лилит.
Я сел рядом с Элианой, и мы начали завтракать. Ели мы молча. Но это молчание не было неловким. Оно было спокойным. Как будто все понимали, что слова сейчас не нужны. Только еда, тепло и присутствие друг друга.
Когда закончили, я хотел уже понести тарелки, но меня остановила Элиана.
— Харуки, в столицу мы поедем через неделю, — сказала она. — До этого момента собери все нужные вещи и закончи все свои дела в поместье и за пределами, если ещё остались дела.
Я кивнул и улыбнулся. Но ответить не успел — меня потащила Мира на кухню за руку со словами:
— Посуда сама себя не помоет, Кихару!
Мы, а точнее я, Мира и Мина, начали мыть посуду. Сравнивая с первым днём, я каждый день прогрессировал. Но выйти выше уровня Миры у меня не получается уже несколько дней. И за это Мира меня критикует, а Мина защищает. В целом, ничего необычного. Хотя... может, Мира просто не хочет, чтобы я её догнал. Может, ей нравится быть лучше меня. Или, может, она просто не знает, как реагировать, когда я становлюсь лучше. Я не знал. Но в её критике было что-то почти родное. Как будто если она перестанет меня дразнить, что-то изменится. И, возможно, не в лучшую сторону.
После посуды оказалось, что обязанностей на сегодня у меня никаких нет, поэтому я полностью свободен.
—
Я решил узнать, что находится в подвале. Подошёл к нему, хотел открыть дверь, но она не открывалась. Судя по всему, была заперта. Ключа у меня, разумеется, не было, поэтому в подвал попасть сейчас я не смогу. Я приложил ухо к двери, надеясь услышать хоть что-то. Тишина. Но не пустая. Как будто там что-то было. Что-то, что ждало. Я отстранился. Может, это просто моё воображение. Но подвал не выходил у меня из головы. Я чувствовал, что там скрыто что-то важное. Что-то, что связано с Элианой. Или со мной. Или с Вуалью. Я не знал. Но я собирался узнать.
Ну, у меня есть ещё варианты, чем можно заняться. Да, пойти в деревню. Я хотел бы пообщаться с Тиной и Миллой и, возможно, познакомиться с теми двумя мальчишками. Звать я никого не стал, поэтому пошёл один, и лишь предупредил Элиану, куда направляюсь.
—
И вот я уже стою напротив таблички с надписью «Ирвин». Атмосфера в деревне не изменилась. В ней так же тихо, как и вчера. Оно и не удивительно — как нам с Мицуки сказали девочки, взрослые уехали в столицу по делам. Но всё же... эта тишина была другой. Не сонной, а выжидающей. Как будто деревня затаила дыхание.
— Харуки! — меня заметила Тина, улыбнулась и махнула рукой.
— Ой, привет, Тина! — подошёл к ней я. — Как дела у тебя?
— У меня всё хорошо. Мы вот с Миллой в прятки играем, я никак её найти не могу, — начала она. — Поможешь?
— Конечно!
Мы уже хотели пойти искать, как вдруг услышали голос Миллы, а затем и увидели её, стоящую напротив нас. Она выглядела немного обиженной, но радостной одновременно.
— Так нечестно! — она топнула ножкой. — Мы, между прочим, так не договаривались.
— Привет, Милла! — сказал я.
— Ну здравствуй, Харуки, — сказала она с ноткой тайны.
— Милла, ты не против, если Харуки с нами поиграет? — спросила Тина.
Милла кивнула.
— Тогда он будет нас искать.
Я не был против такого, поэтому согласился. Тина и Милла разбежались, а я начал считать до десяти.
После этого я пошёл искать девочек. Первой я нашёл Тину. Она спряталась за деревом и была слегка расстроена, что я нашёл её так быстро, но я решил успокоить её.
— Меня раньше находили ещё быстрее, так что не расстраивайся. Ты была в хорошем месте, — я погладил её по голове, и она успокоилась.
А затем мы вместе пошли искать Миллу. В этот раз нам удалось её найти — она была на дереве. Мы нашли её из-за синих волос и чёрно-красного плаща. Её было видно очень хорошо, но если бы не плащ и волосы, мы бы вряд ли нашли её.
После игры мы легли на траву и начали смотреть в небо. Небо было красивым, на нём было много разных облаков.
— Смотрите, то облако похоже на мой бантик! — сказала Тина радостно.
— А то облако похоже на загадку! — сказала Милла с ноткой тайны.
— А это облако похоже на... облако! — сказал я.
После этих слов Тина и Милла посмотрели на меня и засмеялись. Громко, по-детски. И смех этот был заразным — я засмеялся вместе с ними.
Мы лежали на траве, смотрели в небо и смеялись. И в этот момент я снова почувствовал это странное, тёплое чувство. Как будто мир на мгновение стал проще. Как будто не было ни Вуали, ни страха, ни смертей. Только небо, облака и смех двух девочек, которые, сами того не зная, дали мне то, чего мне так не хватало — ощущение нормальности.
—
После этого мы решили поговорить о всяком.
— Слушайте, а вам известно что-то про Туманного Тигра? — спросил я.
— Туманный Тигр? — спросила Тина, удивлённая таким вопросом. — Ну, только то, что он появляется в тумане и нападает на путников. И то, что он один из трёх легендарных магических зверей.
— Он очень опасен, но из трёх магических зверюшек он самый слабый, — сказала Милла. — А к чему вопрос?
Я почесал затылок.
— Просто один мой друг упомянул его, — начал я. — Но много он не рассказал. В любом случае, спасибо за ответ, было интересно узнать о нём хоть что-то.
— А ты знаешь, что есть ещё два зверя? — спросила Милла с таинственной улыбкой.
— Нет, — честно признался я.
— Может, когда-нибудь расскажу, — сказала она, и в её глазах блеснула искорка. — Если придёшь ещё.
Я улыбнулся. Похоже, у меня появился ещё один повод вернуться.
Время уже было позднее, поэтому мне пора было отправляться в поместье. Я попрощался с Тиной и Миллой, пообещал прийти сюда снова и отправился в поместье. Было немного темновато, но добраться было не трудно.
«До отправки в столицу осталась всего неделя», — подумал я перед тем, как зайти в поместье.
Я остановился на мгновение и посмотрел на небо. Неделя. Всего семь дней, чтобы успеть всё, что я хочу. Попрощаться с деревней, узнать хоть что-то о подвале, провести время с Миной, Мирой, Лилит, Сильваном. В груди возникло странное чувство — что-то между радостью и тревогой. Как будто эта неделя была не просто временем до отъезда, а чем-то важным. Чем-то, что я должен успеть сделать, пока ещё могу. Может, это последняя спокойная неделя перед тем, как всё изменится. Может, после столицы уже не будет ни деревни, ни пряток, ни облаков. Только тени над троном.
Я зашёл в поместье, чувствуя, как тишина комнат окутывает меня.
Предвкушение растёт с каждым днём.