Шаги отдавались в гулкой тишине — ускоренные, нервные. Дживон крепко прижимала девочку к груди, её дыхание было неровным, а глаза метались по сторонам в поисках выхода из незнакомого квартала. Они бежали, не останавливаясь, ни разу не обернувшись. Где-то за спиной всё ещё гремели удары — одиночные, отчаянные, как барабаны тревоги.
— Пожалуйста... держись, — прошептала она, но больше себе, чем Джейсону.
Внезапно, из переулка впереди вынырнули четыре силуэта. Девочка испуганно вскинулась, но Дживон сразу узнала походку одного из них.
— Папа?! — крик сорвался с её губ.
Это действительно был Чанхон, и за его спиной двигались Оскар и ещё двое бойцов — высокие, крепкие, с оружием наготове. Лица напряжённые, взгляд сканирует каждый угол. Они были готовы ко всему... кроме слёз на лице дочери.
— Дживон?! Что ты здесь... — начал Чанхон, но она подбежала к нему и, не сбавляя скорости, буквально врезалась в него, сдавленно всхлипывая.
— Джейсон... Он там! — выпалила она, показывая рукой назад. — Их было человек двенадцать! Он остался один, чтобы нас прикрыть! Мы... мы не могли...!
Чанхон мгновенно побледнел, в его глазах мелькнула паника, смешанная с гневом.
— Ты оставила его?! — проревел он, но в его голосе не было упрёка — только шок.
— Он настоял! — крикнула она. — Он бы не позволил нам умереть вместе с ним!
Оскар уже вытягивал из-за спины кастет. Один из бойцов молча проверял стрелы. Второй вытащил фонарь и двинулся в указанном направлении, не дожидаясь приказа.
— Назад! — Чанхон скомандовал. — Все назад! Ищем Джейсона! Мы не уходим, пока он жив!
Дживон вытерла глаза и осторожно поставила девочку на землю.
Оскар подошёл к девочке и встал рядом, ободряюще улыбаясь.
— Я побуду с ней. Идите.
Чанхон посмотрел на дочь, и его голос стал мягче:
— Ты остаёшься с ними. Это приказ.
— Я иду с вами, — Дживон сжала кулаки. — Я не оставлю его.
Чанхон закрыл глаза на мгновение, словно взвешивая всё.
Они рванули вперёд. В этот момент улицы больше не казались тихими. Ветер доносил глухие удары, приглушённые крики, словно город сам знал: время заканчивается.
Бег по пустынным улицам звучал, как бой барабанов — неравномерный, громкий, заглушающий собственные мысли. Чанхон бежал впереди, стиснув зубы, лицо его застыло в стальной маске решимости. Позади мчались двое бойцов. Дживон отставала всего на пару шагов, задыхаясь, но не позволяя себе остановиться. Её сердце билось в унисон с тревогой
С каждым поворотом их настигал гул — тяжёлые удары, приглушённые стоны, словно из недр разрушенного квартала выползала сама ярость.
Они свернули за угол — и застыли
На фоне тёмного неба, подсвеченного мигающим фонарем, стоял Джейсон. Его фигура казалась нереальной: футболка разорвана, кулаки в крови, волосы слиплись от запекшейся крови на висках. Его губы были разбиты, а под левым глазом медленно наливался багровый синяк. Он шатался, но стоял.
Позади него, на земле, лежали тела. Все двенадцать. Одни стонали, другие были без сознания. Каждый из них — массивный, угрожающий, вооружённый — сейчас выглядел как просто человек, сражённый одним подростком.
Джейсон с трудом повернул голову и... улыбнулся. Он поднял руку и неуклюже помахал Чанхону.
— Опоздали... — прохрипел он, кровь стекала по подбородку. — Я уже закончил.
Чанхон остановился как вкопанный, не сразу веря глазам. Его губы приоткрылись.
— Он... один?.. — выдохнул один из бойцов.
Дживон подбежала, в панике всматриваясь в Джейсона.
— Ты в порядке?! — крикнула она, не сдерживая слёз.
Он чуть покачнулся.
— Теперь да. Вы в порядке?
Прежде чем она успела ответить, Чанхон шагнул к нему. Не резко. Медленно, уверенно. Его взгляд был пронзителен, как нож.
— Ты идиот, — сказал он сдержанно. — Ты чёртов идиот.
Джейсон хмыкнул, плюнул в сторону, не попав.
— Это уже второй раз за день мне говорят.
Но в следующую секунду Чанхон положил руку ему на плечо и медленно кивнул.
— И всё же... Ты защитил их. Как настоящий. Я горжусь тобой, Джейсон.
Юноша чуть опустил голову. Не из смущения — просто силы были на исходе.
— Спасибо...
Хэнк подошёл ближе, оглядывая побоище, и присвистнул.
— Если бы ты не был ещё ребёнком, я бы подумал, что ты бывший спецназ.
Дживон приблизилась, её глаза всё ещё блестели от слёз, но теперь в них была гордость. Она обняла его.
— Никогда больше так не делай, — прошептала она. — Мы должны выживать вместе. Понял?
Он кивнул, обнимая её в ответ.
— Тогда не отставай.
Чанхон оглядел улицу, потом поднял руку и рявкнул:
— Всё, все назад в лагерь! Джейсон — под наблюдение. Дживон — со мной, поговорим.
Они пошли назад, в сторону лагеря, оставляя позади мёртвую тишину разбитого квартала.
Чанхон первым пересёк импровизированные ворота. Он сразу оглянулся на Дживон и кивнул бойцам:
— Отведите Джейсона к врачу. Срочно. Если он вырубится, пусть хотя бы не от потери крови.
— Да я в порядке… — начал было Джейсон, но тут же зашатался.
— Молчи. Приказ, — отрезал Чанхон.
Двое аккуратно подхватили его под руки, и Джейсон, скрипя зубами, позволил себя увести. Девочка — Люсиль — бросилась следом, но Дживон мягко остановила её, пообещав догнать позже.
Но стоило Джейсон скрыться из виду, как тон Чанхона резко изменился.
— Дживон. Шаг вперёд.
Она вздрогнула. Внутри всё сжалось — как в детстве, когда отец был особенно строг. Но это не было чем-то неожиданным. Она знала, что это произойдёт. И всё же…
Она сделала шаг.
— Ты осознаёшь, что могла погубить не только себя, но и девочку? — начал Чанхон. Его голос был ровным, но в нём чувствовалась сталь.
— Папа, я… я не могла просто…
— Не могла?! — он повысил голос. — Ты ушла одна. Без оружия. Без связи. Без поддержки. С ребёнком. В сектор, который даже мы ещё не зачищали!
— Но Джейсон был с нами!
— Джейсон — не бронежилет, Дживон! Он — парень, которому не исполнилось и восемнадцати, — он шагнул ближе, указывая на неё пальцем. — А ты поставила его между собой и смертью. И безобидной девочкой.
Дживон опустила голову. Сердце колотилось в груди как бешеное.
— Я знаю…
— Знаешь? — он сорвался. — Ты ничего не знаешь! Ты не представляешь, кто может быть за ней. Ты думаешь, те, кого вы видели — это было самое страшное?
Он замолчал, смотря в её глаза.
А потом медленно вдохнул. Дал себе успокоиться.
— И всё же… ты сделала то, что никто другой бы не сделал. — Его голос стал мягче. — Ты пошла туда, куда не посмел бы даже я… потому что верила. В Джейсона. В себя. В то, что сможете справиться.
Он положил руку ей на плечо. Тяжёлую, отцовскую.
— Но если ты ещё раз сделаешь что-то подобное, — сказал он уже тише, но твёрже. — Я сам приковываю тебя к стене лагеря цепью. До конца этой чёртовой войны. Я ясно выразился?
Дживон кивнула, с трудом сдерживая слёзы. Но в глубине души... чувствовала тепло. Гордость. Ведь даже под всей этой строгостью отец верил в неё.
— Ладно, — сказал Чанхон. — Найди Джейсона. Он заслужил хотя бы компанию. А я — пару минут покоя… и бутылку воды.
Оскар ухмыльнулся:
— А я бы предложил что покрепче.
Чанхон усмехнулся.
— Это после. Когда всё закончится.