Путь вниз к берегу был неожиданно лёгким. Солнечный свет бил в глаза, отражаясь от воды, а ветер больше не был холодным, как утром. Всё казалось слишком... спокойным.
Чанхон, Дживон и Рудольф ушли в правую сторону, ближе к зарослям. Джейсон, Селена и Оскар свернули влево, по тонкой тропинке между камнями.
— Плохая идея разделяться, — наконец сказал Джейсон, глядя по сторонам. Селена крепче сжала его руку.
— Может, и правда стоило всем вместе…
— Тут пусто, — отрезал Оскар, глядя на экран переносного сканера. — Если кто-то и был, давно ушёл. А если не ушёл — у нас троих хватит сил.
Но всё равно что-то не давало покоя.
Воздух казался слишком чистым, как перед бурей. И птиц не слышно. Ни одного щебета. Ни одного звука от воды, будто озеро затаилось.
— Оскар, ты уверен, что это не засада? — спросил Джейсон, чуть тише.
— Я бы уже почуял, — тот прищурился. — И у тебя рефлексы не хуже. Если бы кто-то наблюдал, ты бы знал.
Обойдя почти весь периметр озера, они встретились с Чанхоном и остальными. Всё было так же: чисто, безмятежно, подозрительно.
— Ничего? — спросил Дживон.
— Вообще никого, — сказал Джейсон. — Только вода. И песок. И тишина.
— Отлично. Значит, теперь это место наше, — Чанхон устало выдохнул и впервые за день расслабился. — Нам нужен пляж. Не просто берег. А широкий, удобный, с нормальным дном. Не хочу, чтобы кто-то поломал себе ногу.
Вместе они прошли вдоль берега и наконец нашли его. Идеальное место.
Широкий пляж тянулся вдоль кромки воды, как будто вырезанный из мечты: нежный песок, почти прозрачная голубизна озера, гладкий склон для спуска, несколько деревьев по бокам — тень для отдыха.
— Вот он, — сказал Рудольф.
— Не расслабляйтесь, — буркнул Чанхон, но по голосу было ясно — он доволен. — Распаковываемся. У нас есть два часа до захода. Потом решим, остаёмся ли с ночёвкой или возвращаемся.
Селена подошла ближе к воде, сняла ботинки и опустила ступни в прохладную гладь.
— Как будто всё это только для нас… — прошептала она. — И всё-таки я не могу поверить, что никто не пытался забрать это место раньше.
Джейсон молчал. Он чувствовал то же самое. Слишком легко. Слишком просто. И в такие моменты он знал — что-то обязательно пойдёт не так.
Но не сейчас. Пока...
Сейчас они были просто группой молодых бойцов, которые впервые за долгое время чувствовали себя живыми. Наедине с природой, с собой, и друг с другом.
Он подошёл к Селене, снял обувь и тоже вошёл в воду по щиколотку.
— Холодная. Но не мерзлая.
— Я думала, ты вечно хмурый и терпишь, — она улыбнулась. — А ты умеешь наслаждаться.
Селена посмотрела на него. Ветер развеял её волосы, и, как тогда на коне, несколько прядей коснулись его щеки.
Купальники, плавки, солнце — всё напоминало какой-то затянувшийся сон. Казалось, будто они на каникулах, а не в разрушенной стране, где каждый квадратный метр приходится удерживать зубами и кровью.
Самым худеньким из всей компании оказался Рудольф.
— Ха! — рассмеялся Джейсон, едва тот снял рубашку. — Ты точно воин? Я б тебя с вешалкой перепутал.
— Просто генетика, — пожал плечами Рудольф, — я стреляю, а не таскаю мешки.
Оскар хмыкнул и продемонстрировал бицепс. Джейсон рассмеялся. Всё было как в нормальной жизни.
Вот только не до конца.
Когда Чанхон снял верх, Джейсон мимолётно заметил: его тело было покрыто шрамами. Некоторые из них выглядели… неестественно. Будто их оставили не ножи, а что-то глубже. Но он не стал спрашивать. Чанхон быстро накинул на плечи полотенце, и вопрос повис в воздухе.
Всё это быстро сменилось весельем.
Мяч. Вода. Песок. Смех.
Сначала играли по-настоящему — команды, передачи, цели. Потом всё превратилось в хаос. Мяч летал над водой, кто-то орал, кто-то хватался за лицо, кто-то делал вид, что тонет.
Селена тоже играла, не хуже остальных — забивала голы, падала в воду, а когда Джейсон подал ей мяч слишком резко, приняла его грудью и тут же в него бросила обратно.
— В следующий раз смотри, куда метишь, — сказала она с ухмылкой.
— Это была стратегия, — фыркнул Джейсон.
После мячей началась "охота": крабы, маленькие медузы, странные серебристые рыбёшки. Кто-то пытался ловить их руками, кто-то использовал пустые бутылки, кто-то просто плескался и смеялся, как будто им снова по 12.
Позже, когда солнце стало уходить за горизонт, вода приобрела медово-золотой оттенок.
Они легли на тёплый песок, кто-то дремал, кто-то болтал о пустяках.
И только Джейсон снова начал чувствовать странное напряжение.
Но он снова не стал спрашивать.
Иногда тишина — тоже способ выжить.
Вечер опускался над озером.
Солнце почти скрылось за дальним хребтом, и длинные тени начали ложиться на пляж. Смех, брызги, мокрый песок — всё ещё звучало вдалеке.
Но на вершине одной из скал, там, где деревья становились плотнее, а воздух — холоднее, кто-то наблюдал за ними.
Линзы бинокля медленно двигались, отслеживая силуэты — один, второй, третий…
— Один, два, три, четыре… — пробормотал он себе под нос.
— Пять, — добавил с усмешкой, заметив Джейсона, севшего рядом с Селеной.
Щелчок.
Рация на плече ожила шипением.
— "Объект подтверждён?" — спросил голос.
— Подтверждён, — тихо ответил он. — Там не просто они. Целая группа.
— "Не суйся один. Возьми отряд, как минимум троих. Там же такие громилы."
— Недооцениваешь, как всегда, — хмыкнул наблюдатель, не отрывая взгляда.
— "Это не обсуждается. Если получишь ранение..."
Щелчок.
Рация замолчала — он отключил её без лишнего слова.
Его движения были спокойными, но точными. Он закинул бинокль за спину, надел перчатки и вышел из укрытия. Его силуэт, высокий и неестественно прямой, быстро растворился в лесной тени.
Перед ним медленно открывалась долина — пляж внизу, смеющиеся люди, вода, мир.
Он вытащил нож. И прошептал:
— Кем бы они ни были… Я вырежу их. По одному.
Сначала — слабые. Потом — те, кто думает, что сильный.
И пусть солнце прячется.
Настоящая ночь начинается сейчас.