С собой у Дракса было немного кредитов, но ему несказанно повезло: в супермаркете он встретил гостя игрового клуба. Мужчина несколько взволнованно поблагодарил мальчика за недавнюю помощь, затем командным тоном отмёл все возражения о её не особой полезности и предложил оплатить покупки. От халявы не отказываются, и Искажённый покинул магазин, нагруженный тёплыми булками с шоколадом и сахарной пудрой, пирогами с рыбой и икрой, слойками с ветчиной и сыром. Следуя советам друзей, он также приобрёл лимоны, мандарины, апельсины и грейпфруты.
То, что его фоткали и пугливо огибали по дороге, не волновало его. Постепенно, медленно он становился членом стада. Из любопытства он закинул лимон, а затем грейпфрут в рот, раздавил их вместе с кожурой и спешно проглотил. Дракс скривился от кислятины, зажмурившись. Как мягкокожие едят эту дрянь? Нет, он был определённо прав в недоверии к овощам, ягодам и фруктам.
Госпиталь оказался семиэтажным зданием, уютно расположившимся в центре зелёной лужайки на северо-востоке. От него отходили два приземистых крыла с затемнёнными стёклами. Пешеходы входили через каменную проходную, а машины заезжали на подземную стоянку. Ко входу от проходной вела выложенная плиткой дорожка. Охранник в полном силовом доспехе проверил подарки в пакетах Дракса и допустил его внутрь, вернувшись к просмотру футбольного матча с партнёром.
Войдя внутрь, мальчик остановился, пытаясь сориентироваться. Слева была гардеробная с двумя висящими куртками и скучающим служащим. Перед ним находилась стойка ресепшена, за которой операторы отвечали на вопросы посетителей. Двое полицейских неспешно прохаживались по холлу, а сотрудник «Архангелов» отсалютовал проходившей мимо семье. Вряд ли полиция ожидала неприятностей. Скорее всего, они находились здесь для успокоения публики и ради раненых товарищей.
Четыре коридора расходились в разные стороны от главного холла; по бокам от стойки ресепшена наверх вели лестницы. Детское крыло было окрашено в более яркие, светлые тона, и по стенам коридора висели познавательные плакаты. Лифты были отмечены знаком «Только для персонала», что удивило Дракса. Вместо того чтобы подниматься пешком, посетители, направлявшиеся наверх, шли прямиком к открытым полукруглым трубам. Шагнув внутрь, они исчезали.
— Добрый день, — обратился Дракс к сотруднику за стойкой. — Я пришёл навестить знакомых. — Он показал пакеты, назвав имена Горации, Гюнтера и Ольцинии.
— Хм, не думал, что подобные вам зайдут к нам, — ответил мужчина. На лице его мелькнуло что-то похожее на пренебрежение и исчезло, уступив профессионализму. — Горация на пятом этаже, крыло Г; дети на четвёртом, крыло Б.
— Принято, — сказал Дракс, направившись к лестнице.
— Уважаемый, зачем вам топать так долго? — удивился мужчина.
Он подвёл Дракса к выпуклой полукруглой трубе в стене. Мальчик с некоторым сомнением глянул вниз, в проём, ведущий на подземные этажи и к парковке. Движущегося пола тут не было, и он не осмеливался сделать шаг, опасаясь свалиться.
— Вы никогда не встречали транспортировочную систему, не использующую инерцию? Не нужно волноваться. — Регистратор смело шагнул в пустоту, и Дракс не успел схватить его.
Мужчина застыл в воздухе, не опираясь ни на что, и повернулся к мальчику.
— Всё под контролем. Заходите! Уверенней, ничего не случится. И нажимайте на четвёртый этаж.
Дракс несмело ступил вперёд, не обнаружив опоры под ногой, но и не падая. Никакие струи ветра его не удерживали, ничто не сжимало бока. Он не ощущал ни малейшего раздражения, находясь подвешенным в пустоте и оставаясь неподвластным гравитации. Под ободряющим надзором сотрудника он нажал кнопку четвёртого этажа на серебристой панели. Вид немедленно сменился на окна, ведущие наружу, и ряд сидений, расположенных вдоль них.
Не веря собственным глазам, он посмотрел вниз и узнал первый этаж далеко внизу. Обернувшись, Дракс обнаружил другую панель с кнопками этажей. Мужчина терпеливо ждал рядом.
— Как мы тут очутились? — спросил он.
— Приборы, установленные внутри этого туннеля, убирают инерцию. — Сотрудник вынул ручку из кармана, поднял её к лицу Дракса и отпустил. Предмет не упал, застыв на месте. — Гравитация больше не тянет вещь вниз, и действие веса также нейтрализовано. Нажатие кнопки создаёт кратковременный направляющий поток, приносящий нас к точке назначения. Как точно работает эта технология, я не знаю; спросите учёных, если вам интересна многочасовая лекция. Но это решает проблему длительных путешествий по орбитальным лифтам. Здесь оно используется для быстрой доставки пациентов или гостей на нужный этаж.
— Понятно… — задумался Дракс, выйдя наружу. — А я ни в кого не врежусь, перемещаясь без инерции?
— Ни шанса. Системы безопасности перенаправят вас вокруг объекта без малейшего неудобства. С вашего разрешения. — Регистратор нажал на кнопку, исчез и появился на первом этаже, на ходу схватив ручку.
Дракс пожал плечами, решив сперва навестить Ольцинию, а затем Гюнтера. Сегодня он намеренно не вставлял линзу в веко, задерживаясь у дверей и упорно читая надписи. Без переводчика не всё доходило сразу, но он старался отучаться от этого костыля. От пары дверей его отогнали полицейские, проверившие его личность и объяснившие, что они сторожат выздоравливающих террористов перед их транспортировкой в исправительные учреждения.
Значит, тут были и скоты, пытавшиеся пристрелить его и разрезать Ольцинию пилой. Он надеялся, что боль не давала им ни одной спокойной минуты для сна. Подобные ублюдки не заслуживали ничего иного.
Перед палатой Ольцинии он наткнулся на группу ребят в чёрных униформах с красной изнанкой.
— Зоопарк в другой стороне, голем, — бросила девчонка лет семнадцати с лёгким смешком.
— Зато цирк тут, — парировал Дракс. — Ольциния очнулась, клоуны?
— Ты…
— Я разберусь. — Сквозь толпу протиснулся Гюнтер в расстёгнутой, наброшенной на плечи куртке. Бинты закрывали его торс. Одна рука была на перевязи, глаза запали; парень зевнул и мотнул головой, указывая в сторону. — Дракс.
— Привет. Выглядишь дерьмово.
— Организм сжигает запасы для восстановления.
— Тогда вот, для наполнения желудка и поднятия духа. — Дракс всучил ему пару пакетов с едой. — Советую не есть лимоны. Гадость.
Мальчик неловко подхватил их и поставил на сиденья рядом.
— Никакого подвоха? Мои друзья засекут малейший намёк на слабительное, отраву или вирус. Что бы ты ни планировал… — Гюнтер достал мандарин, придирчиво осматривая его на предмет проколов.
— Выздоравливай и крепни. В следующий раз мы любого Абнормала разделаем, как кузачью тушу. — Дракс встал в стойку, выбросив пару быстрых джебов подальше от головы парня.
Глаза Гюнтера проследили за кулаком.
— Кастет уже оброс свежим слоем. Ты быстро восстанавливаешься.
— Да брось преувеличивать. Я не был так уж сильно ранен, благодаря вашему вмешательству. Где Кезон, кстати?
— Его назначили гидом к Искажённым, — печально сказал Гюнтер. — У инструктора Лоренсо искажённое чувство юмора. Дракс, я не буду врать. Мы с тобой не друзья.
— Я уловил тонкий намёк, — загоготал ничуть не обиженный Искажённый. — Понятия не имею, что за Инсектоид прополз между нами, но я точно знаю, что могу положиться на тебя: ты не пройдёшь мимо, случись мне загореться. Ты хочешь защитить Баал, и этого мне достаточно, ведь я хочу того же. Ты член стада.
— Не называй меня коровой, — попросил Гюнтер.
— Окей, будешь быком. Ольциния пришла в себя?
— Ещё спит после вчерашней операции. Мы пришли поддержать её. Если ты планируешь шантажировать её по поводу…
— Ш-ш-ш! — Дракс наклонился к нему и помахал проходившему мимо полицейскому. — Ни слова. Ничего не было. Думаешь, я ошибок не совершал? А где её родители?
— Пришли и ушли. Мои тоже позвонили, уточнили, в порядке ли я, и продолжают эксперименты у Рхо. — Парень дёрнул плечами.
— Это неправильно. Родители должны заботиться о детях.
— Уж как есть. Всё не так плохо, как кажется. Мои предки немного одержимы, но ты не думай лишнего, они не далёкие. — Гюнтер положил ладонь на грудь Дракса. — Тебе нельзя к Ольцинии.
— Почему? Я не подерусь с твоими друзьями, если ты об этом переживаешь. Обменяемся колкостями, сблизимся за взаимными оскорблениями, может, узнаю, почему вы так не переносите Искажённых…
— Вы не заслужили здесь находиться. Не прошли через законные каналы, — прямо ответил парень. — Даже если случится невозможное и девяносто девять процентов из вас будут вести себя нормально, один процент будет представлять угрозу. Я ценю Итернийские жизни выше иммигрантских. А по поводу моего друга… это личное.
Пальцы Гюнтера напряглись на груди Дракса. Под кожей лица стажёра проплыли округлые предметы, скулы выперли, и во взгляде зажегся огонёк. Он был готов драться. Будь он здоров, Дракс счёл бы честью принять его вызов, но сейчас он отбросил прежние привычки и достал четвертак из кармана.
— Сделка. Выпадет королева — дашь мне отнести подарки. Число — и я ухожу. Идёт?
— По рукам. — Лицо Гюнтера разгладилось.
Щелчок пальцев подбросил серебристый кружок вверх. Монетка отскочила от потолка и сверкающей кометой упала в ожидающую руку, явив ответ. Двадцать пять. Проигрыш. Дракс цыкнул и поставил ещё несколько пакетов к куче Гюнтера.
— Передай ей. Скажи, от приятеля-солдата. Выздоравливай и до встречи.
— Всего хорошего, Дракс, — ответил Гюнтер. — Будут проблемы, набери в Академию, спроси меня. За мной должок.
— Уже квиты!
Было немного жутковато возвращаться к туннелю, лишённому инерции. Дракс приблизился к проёму с некоторым колебанием, чуть не подпрыгнув от внезапно вышедшего на этаж человека, возникшего словно из ниоткуда. Набравшись смелости, он шагнул в пустоту, заверяя себя, что, даже случись ему рухнуть на парковку, он ничего себе не сломает. Лихорадочным нажатием кнопки Дракс добрался до нужного этажа и направился к Горации. Медсестра разрешила ему посетить раненую.
— Топотун. Заблудился? — прошептала Горация, убрав кислородную маску от губ.
— Решил тебя откормить перед поеданием. — Дракс показал ей пакеты. — Тебе же можно есть?
— У меня повреждено лёгкое, а не желудок, мечтатель. — Она снова приложила маску ко рту, дёрнув головой в сторону столика. — Съем всё и пошлю за добавкой. Местная каша мне надоела.
Социальный работник лежала на приподнятой под наклоном кровати, на взбитых подушках. Даже больничная роба не скрывала белого шрама, переползшего через ключицу и достигшего шеи. На перекидном прикроватном столике лежали терминал и пять бутылок с водой, три из которых стояли пустыми. На мониторе рядом с кроватью мигали показатели женщины, и, судя по сердечному ритму, она возвращалась в норму.
— Ничего не имею против твоей замены, но ты скоро вернёшься? — спросил Дракс.
— О? Крошка скучает?
— Как нож о точильном камне.
— Льстец. — Горация сделала очередной вдох через маску. — Думаю, меня продержат тут месяц. Я буду в порядке через неделю.
— У тебя отрастёт лёгкое за семь дней? — скептически спросил Дракс.
— Преимущества отбракованного проблеморешателя.
Горация вонзила ноготь в грейпфрут, сорвала кожуру единым движением и с удовольствием впилась зубами в мякоть, вытираясь полотенцем и отрываясь на периодические вдохи через маску. Дракс скривился, вспомнив вкус этой мерзости. Плюс: Джулия не обманула насчёт вкусов мягкокожих. Минус: ему нужно быть очень осторожным в гостях и уклоняться от фруктов, не выставляя себя грубияном.
— Кто такие проблеморешатели? Ты одна из них? — спросил он.
— По духу, мой броненосец. Все, кто провёл хотя бы час под скальпелем в центре биологического улучшения, навсегда считаются роднёй. Такова традиция. Реальность менее лестна. — Горация улыбнулась. — Меня отбраковали за недостаточный мозговой потенциал.
— Ты не тупая, — утешил Дракс.
— Мне нравится твоя обретённая уверенность, костяшка-малыш! — Горация закашлялась от повышения голоса и сделала три глубоких вдоха, откинувшись на подушки. Она махнула мальчику, чтобы тот сел. — Нет, полных тупиц в программу не набирают, но интеллект не играет решающую роль. Видишь ли, проблеморешатели — ответ Итерны заграничным Абнормалам. Можно потратить кучу средств и времени на создание персоны со способностями вроде…
Она приложила палец к губам, задумавшись.
— Красса, — подсказал Дракс.
— Сойдёт. Он будет только в одном месте. Война массовое мероприятие, и солдаты нужны везде. Вот правительство и корпорация Рхо и создали дешёвый способ производить Абнормалов из обычных людей. У меня никогда не будет твоей физической силы или выносливости, но надень на меня силовую броню и разница уже не будет столь здоровенной, — сказала Горация.
— Это не объясняет про мозги.
— Есть четыре категории проблеморешателей. Первую больше не создают, осталась лишь горстка ветеранов. Второй категорией укомплектовывают ударные отряды в войсках; третья, куда подавалась я, занимается охраной ключевых объектов; а четвёртая категория — это лучшие из лучших. Так вот, проблеморешатели ценны способностью оставаться невозмутимыми…
— Так вот где ты провалилась!
— Моё терпение безгранично, и то, что я тебя ещё не отшлёпала, лучшее доказательство. — Горация приложила маску к лицу. — И они всегда принимают оптимальное решение. Проблеморешатели не всегда выигрывают, но в бою их рассудительность близка к идеальной. Я же замешкалась: передо мной был раненый, истекающий кровью; по нам палили; я потеряла тебя из виду и закономерно не заметила клинок темноты, пронзивший меня, пока я раздумывала как поступить. Будь на моём месте настоящий солдат, такого бы не произошло.
— Ты справилась отлично, — подбодрил Дракс.
— Я знаю. Я не из преуменьшающих собственные заслуги скромников, но потенциал моего мозга ограничен, и мне решили не добавлять имплантаты. Так я и вылетела из программы. Хватит обо мне, сам-то как?
Дракс рассказал ей об автографе от Элиты, визите Лады и о том, как оторвал руку Гвали. Вместо порицания Горация похвалила его за быструю смекалку и посоветовала в будущем ломать лодыжки поверженным противникам. Так у них не будет возможности отступить с поля боя, а в отличие от переломов ног, травмы стоп и лодыжек не несут серьёзной угрозы жизни. Она внимательно выслушала про ситуацию с Акселем и велела не рассказывать о методах её замены, объяснив, что невежливо обсуждать коллегу за его спиной.
О Гюнтере и учащихся Академии Дракс упомянул вскользь, избегая упоминания их неприязни. Все они были на одной стороне, а разногласия не имели значения.
— Вот такая катавасия. Меня оставили дома и запретили любые общественные работы. Относятся ко мне как к беспомощному, а отцу можно работать, — пожаловался Дракс. — Нужно изучить город, но у меня сестрёнка сейчас одна, ей не с кем пообщаться, и Аксель… дремлет. Есть идеи, куда стоит её сводить?
— А что ей нравится помимо сахара?
— Цветные картинки и необычные вещи. Видеоиграми Елория особо не увлекается.
— Своди её на археологическую выставку. У них для детей твоего возраста вход бесплатный. Помимо скелетов, гостей там встречают аниматроники динозавров, есть тематические блоки различных эпох…
— Я не знаю половины значений произнесенных тобой слов, — признался Дракс.
— Вот и узнаешь. Ты же хотел изучить город.
— А…
Горация закатила глаза и, сделав вдох через маску, сказала: — Да. Там продаётся сладкая вата, напитки и шоколад по умеренным ценам.
— Ура!