Чёрную, нефтяную поверхность кокона прочертили разрывы, достаточно крупные, чтобы в них уместился целый палец. Внутри скорее шевелилась, чем пульсировала бледная мокрая плёнка, пахнущая ни с чем не сравнимым запахом брата. Края биологической тюрьмы усохли, стенки истончились. Питательные вещества впитывались обратно в человека, находившегося внутри, знаменуя скорое пробуждение.
Дракс сидел на полу, не сводя взгляда с необычного яйца. Вокруг доносился шёпот отслаивающейся массы, освобождавшей стены. Она больше не была тягучей или всасывающей и съёживалась, как нестираная засаленная простыня. Наблюдавший за процессом учёный отключил силовое поле и больше не дышал через респиратор, подтвердив безопасность помещения.
Это ощущалось и в температуре. Тропический жар больше не царил здесь, сменившись привычной прохладой.
— Они просили переговорить с тобой, — сказал Гюнтер, облокотившись о дверной косяк. Он был одет в официальную тёмно-красную униформу, отмеченную знаком звезды над сердцем. — Твои родители сказали, что ты отказался выходить к ним вчера.
— Не следует этого делать. — Дракс глянул на терминал: дюжина вызовов от Джулии и вдвое больше от Матео. Он заблокировал ребят, не читая сообщений.
— Из-за укуса? К твоему сведению, я не считаю тебя монстром или кем-либо в этом роде.
— В прошлый раз ты так не считал.
— Потому что Гвали дерьмо, не стоящее твоей чистоты. Та гниль на складе тоже, но это не делает тебя хуже. Картель занимается сексуальным рабством, торговлей органами и наркотиками. Даже Ольциния их не жалеет, так чего ты переживаешь?
— Велика похвала, — хмыкнул Дракс, коснувшись бока. Его выпустили из больницы раньше по просьбе мамы, но костяная шкура чесалась и кололась, срастаясь. Ему хотелось скрести пальцами по рёбрам, раздирая кусачие пасти в клочья для облегчения. Но это было бы неразумно. — Нет, кучка переработанных в удобрения головорезов не отравляет мои дни.
Он поднял руку. Браслет больше не окольцовывал запястье, и по его желанию потрескивающий ореол опутал пальцы. При движении руки влево за ней оставался краткий след пустоты, в который со свистом втягивало воздух. Повинуясь желанию, пространственное разрушение исчезло.
— У тебя когда-нибудь возникало ощущение, что ты представляешь опасность?
— Я же не дебил, заниматься бессмысленным самокопанием на пустом месте.
— Вот у меня возникло. Я встречусь с Матео и Джулией, когда овладею этой особенностью и перестану представлять для них угрозу.
— Меня, значит, не жалко?
— Ты можешь постоять за себя. — Дракс улыбнулся. — Как насчёт спарринга?
— На тренировках, возможно. Не приучен избивать детей, — ответил Гюнтер. — У тебя есть право отказаться.
— От Академии? Я сам не против. Мне нужно научиться контролировать силу.
— Правильный настрой. Имей в виду: ты не обязан становиться солдатом или разведчиком. Учителя будут намекать, но карьера полицейского тоже неплоха. Не дай себя смутить и выбирай будущее по душе, — наставлял старшекурсник.
— Принято. Мы будем учиться вместе?
— Цвет выданной тебе униформы, это общая группа Б. — Гюнтер потянул себя за одежду. — Мой класс А, к нам принимают детей корпоратов, благородных отпрысков олигархов или везунчиков вроде меня.
— А… не хотят смущать богатеньких детей мутантами, — поддел Дракс.
— Не глупи, — усмехнулся Гюнтер. — Нас регулярно ставят в пары с нечеловеческими Абнормалами, чтобы не допустить зарождения расизма и ксенофобии. Суть в потенциале. Богатые приходят уже напичканные имплантатами под завязку. Они привыкли действовать на разных степенях восприятия и не ломать кости случайным прикосновением. С нами учится девчонка Барджони, способная автомобиль поднять на вытянутой руке. А непривычных к имплантатам отправляют в другие классы.
— Постой, а каким образом тогда Кезон оказался с вами? Инструктор говорил так, будто ему недавно вживили улучшения.
— Образовалось свободное место, — уклончиво ответил кадет.
После визита Гюнтера в больницу его назначили к Драксу старшим наставником для объяснения неофициальных привычек и правил Академии. Родители прямо сказали сыну, почему он и Тигрин обязаны туда поступить, и предложение было принято с восторгом. Он сможет учиться и получать жирную стипендию на карманные расходы? В учебных комплексах предоставляют широкий выбор бесплатной еды, а лакомства продают по самым низким ценам для учащихся? О чём тут думать, это не наказание, не бремя, а мечта!
Если прибывшие Ольциния и Гюнтер ожидали встретить нахмуренных, рассерженных ребят, то они ошиблись. Искажённые с готовностью впитывали информацию, хотя Тигрин призналась, что её наставница вела себя прилично лишь в присутствии взрослых. В остальное время между ними происходила некая форма доминирования, забавлявшая Тигрин.
Дракс уже решил для себя записаться в клуб боевых искусств, посетить секцию рукопашного боя и заодно стрельбище. Близкое знакомство с плазмой убедило его в полезности огнестрельного оружия. Предстоящие операции на лёгких, желудке, сердце и мышцах совсем не волновали Искажённых, они привыкли к больницам и жаждали стать лучше и сильнее.
— Значит, никакой дискриминации? — спросил Дракс.
— Хм… Не буду лгать. Некоторые учащиеся предпочли бы, чтобы мутанты обитали в своих регионах. Другие потеряли родных от рук… агрессивных элементов. — Гюнтер бросил взгляд на молчаливого учёного. — Но Академия напичкана камерами. Будут проблемы, сразу говори учителям или инструкторам, они всё уладят.
Некоторые учащиеся… например ты. Дракс проглотил шпильку. Гюнтер не был обязан становиться его другом. Подросток держался ответственно и старался выполнять порученные обязанности со всей возможной компетентностью. Просить большего было бы эгоистично, а выдавать его, скотством.
Органическая скорлупа дрогнула и разорвалась под напором теневой струи, выплеснувшейся вверх. Дракс поднялся, с ухмылкой разглядев распрямляющиеся пальцы трёхпалой конечности. Каждый венчал молочно-белый коготь, блестящий на фоне серой, туго натянутой кожи. Многосуставная конечность опустилась, упираясь ладонью в край дыры и оттягивая стенку кокона. Дракс проигнорировал окрик учёного, взялся за трещину и помог выломать высушенный кусок.
Изнутри плеснула шипящая едкая жидкость, то ли фермент, то ли защитная кислота, колющая кожу. Дракс не сдавался: раскачал и оторвал оболочку, мембранный мешок внутри порвался, выпуская дремавшего пленника. Аксель вывалился наружу, едва не распластавшись на полу, и оказался в объятиях брата.
Он изменился. Красные зрачки таращились из зелёных белков; на лбу раскрылась тонкая щель, светящаяся третьим, красным глазом без белка. Шкура приобрела монолитный серый цвет, капюшон ороговевшей кожи слился с позвоночником, чётко выделявшимся на тонкой жилистой спине. Позвонки выступали и на шее, соединяясь с вытянутой головой. Клешни сменились трёхпалыми лапами; подвижная липкая губа рассосалась, разделившись на три многосуставчатые ноги с шестью пальцами. Губы Акселя ужались, не закрывая толстых спиральных клыков, а рёбра отчётливо давили на туго натянутую шкуру. Он был мокр, но влага быстро впиталась порами, а изо рта поднялась струйка пара.
Этот вид ненадолго взволновал Дракса. Вдруг его брат изменился не только внешне, но и психически? Но уголки смольных губ приподнялись, и все сомнения треснули от голоса.
— Спорим, ты рыдал без конца от моей недолгой дрёмы, плакса. — Голос Акселя стал глубже, но остался таким же хулиганистым.
— Недолгой? Ты продрых больше месяца! — Дракс бережно помог ему встать. Голова брата доходила ему чуть ниже пояса, ноги слегка подрагивали, смещаясь для лучшего баланса.
Вау! Он не привык пользоваться ногами!
— Подумаешь, прикрыл глаза на минутку, тоже мне причина удивляться… — Аксель склонил голову, прислонив висок к плоскому плечу, и уставился на бок брата. — Какая поеблядь тебя жарила? Кто посмел?! Ты в порядке? Не больно стоять?
— Не тырь мою речь, карлик! Столько всего прошло, ты, наверное, ужасно голоден…
— Есть немного. Здорово, ты приятель паникёра? А вы кто? — Аксель обрушил шквал вопросов на Гюнтера и учёного. Его шея дёрнулась, подобно пружине, и голова восстановила прямое положение.
— Гюнтер, — сдавленно представился кадет, отступая к двери и стараясь не смотреть ниже талии мальчика. Учёный провёл длинным предметом вдоль всего тела Акселя, не прикасаясь, считал показания и поздравил с успешным окукливанием. — Приятно познакомиться. Я тут не задержусь.
— Как беспристрастная сторона, скажи честно, как я выгляжу, Мягкокожий? А то я знаю свою семью — захвалят и не поморщатся.
— У тебя очень ровные зубы, Серый. Трёхногий. Трёхглазый, — насмехался Гюнтер. — Не нравится? Не давай другим кличек и…
— С чего ты взял? «Серый» звучит круто! Серый Охотник, Серый Разрушитель, Серый…
— Дистрофик, — перебил его Гюнтер. — Это в тебе адреналин говорит. Пойду скажу твоим родителям. Перекуси, и мы глянем на тебя во всей красе. После того, как ты хоть что-то накинешь. — Он прикрыл лицо рукой.
— Мне он уже нравится, — шепнул Аксель Драксу. — Где встретил?
— В бою. У него есть сила…
— Так, Мягкокожий, стоп! Показывай свою магию! Я требую! У меня сегодня день рождения!
Вот я так и знал, что он интерпретирует это именно так! Ужаснулся Дракс.
Гюнтер открыл дверь и пригнулся, уворачиваясь от радостно щебечущей Елории, спорхнувшей на плечо к старшему брату и поздравлявшей Акселя с пробуждением. Кадет нервно метнулся наружу, громко зовя Вильяма и Нарико, пока учёный взвешивал младшего брата. Гюнтер, как заметил Дракс, вообще легко поддавался отвращению при встрече с мутантами нечеловеческой формы. Исключением являлась Нарико: после того, как они нашли общие интересы в приготовлении еды, кадет и мама часто обменивались рецептами, и некоторые из блюд курсанта прижились в их семейном меню.
Объятия и поцелуи не затянулись, и семья переместилась на кухню, отужинав жареным картофелем с баклажанами и мелко нарезанной колбасой. Аксель поглотил тройную порцию, слегка расстроившись известию о сломанной игровой приставке. Его органический покров пропитал электронику, частично растворив платы, но Вильям посоветовал ему взбодриться.
Разрешение на проведение наблюдений за метаморфозом включало в себя денежное вознаграждение. Так что завтра Акселя ждал поход в супермаркет с родителями для замены всех испорченных вещей.
Драксу также предстояло собственное путешествие. Он намеренно отказался от сопровождения отца или мамы, не желая огорчать Тигрин. Она придёт в Академию одна.
После ужина Гюнтер вскрыл запечатанную упаковку с униформой, и Дракс впервые облачился в белый джемпер, который свободно подстроился под его размер и углы тела благодаря нановолокнам. Следом он набросил серебристый китель с синей изнанкой. Ткань оказалась удивительно прочной: она не рвалась и не трещала, даже пока он с трудом натягивал штаны и сапоги. Золотая вышивка в виде звезды Академии будто сама переместилась и встала ровно над его сердцем.
Гюнтер критически осмотрел его, заставил застегнуть молнию кителя и кивнул.
— Выглядишь профессионально. Обувь не жмёт?
— Нет. Я думал, они лопнут на моих лапах.
— Стопах, — поправил Гюнтер. — Ты человек, так используй цивилизованные выражения. Раскрою секрет: их прочность значительно выше, чем кажется. Материал действует наподобие эластичной резины, подстраиваясь под твой размер и сохраняя надёжный запас прочности. Перчатки не надевай, фуражку тоже, они для торжественных случаев. Ходить с расстёгнутым кителем не воспрещается; не слушай старших кадетов, они любят подшучивать над новичками, наставляя их закутываться и потеть. И последнее.
Он достал деревянный ящичек и открыл его. Внутри лежали кружочки жёлтых запонок.
— Кадеты регулярно теряют ИД-карты. Вся информация о тебе записана на микрочипы внутри этих штук. Если дверь не открывается, приложи к дисплею запонку. Они из мифрила — это сплав из синтетических молекул, который твёрже алмаза, но лишён их недостатков… Понятно, для тебя это космос. Вкратце: сломать тебя легче, чем их. Просто не используй на них силу, и ничего не случится.
— То есть, если похититель их украдёт, он сможет притвориться мной перед системой безопасности? — Дракс осмотрел маленькие предметы и лизнул их, ставя пахучие метки.
— Только вместе с твоими живыми тканями. В момент контакта микрочип считывает уникальный тепловой узор, который действует как цифровая подпись. Даже если тебя подожгут, система не перепутает тебя с другим. — Подросток хлопнул в ладоши. — Готово. Я домой, жду тебя завтра в Академии. Счастливо, Дракс, не попадай в передряги и не давай себя в обиду.
— Ты тоже, Гюнтер. — Дракс протянул руку, но кадет вышел без пожатия.
Что ж, завтра обещало быть увлекательным.
****
Тигрин и Дракс встретились на полтора часа раньше положенного. Как новичков их ожидали к восьми для прохождения вводного курса по объектам учебного заведения, но Искажённые решили не рисковать опозданием. Свободное время всегда можно было использовать для самостоятельной разведки местности, а утренний бриз был слишком замечателен, чтобы сидеть взаперти.
Накула подвёз Тигрин, удивив Дракса, но девочка держала язык за зубами насчёт отношений со сторонником сегрегации. Она надела штаны вместо официальной юбки, полагавшейся кадетам-девушкам, и тоже была в посеребрённом кителе, поддерживая края одежды обёрнутым вокруг талии хвостом, служившим вторым ремнём. Вместо блейзера в форму Тигрин входила белоснежная рубашка с синим шарфом, висевшим узкой полоской на её плоской груди.
Обменявшись приветственными ударами кулаков, они проследовали по длинному мосту, ведущему к острову Академии. Все берега этого вытянутого участка земли, вклинившегося в самый центр города, были выровнены до идеальной вертикали, склон нигде не спускался к плещущейся воде. Река текла прямиком из океана с севера. Смесь серого ила и солнечных бликов от наносного жёлтого песка в канале придавала поверхности чудесный, обманчиво-заманчивый изумрудный оттенок.
Дракс на личном опыте познал всю глупость прыжков на глубину. Мама как-то привела их поплавать, и он камнем ушёл на дно. К лестнице причала ему пришлось идти пешком, отмахиваясь от водорослей. У родителей такой проблемы не было, а Аксель с Елорией позже дразнили брата жирдяем.
Нет, недаром его вид называли Абнормалами. В мире полно пустынь, гор и каменистых местностей, он проживёт без контактов с дурацкой водой.
На пропускном пункте к ним вышел охранник, отсалютовав Искажённым.
— Не спится? — сочувственно спросил улыбчивый мужчина, поднеся терминал к их запонкам. Рядом по проезжей части внутрь заезжали грузовики. — Сразу видно, новички.
— Вас не обманешь, сэр. — Дракс пожал ему руку. Стражник не содрогнулся. — Есть какие-нибудь негласные правила…
— Или опасности? — Тигрин тоже приняла протянутую руку.
— Куча первого, практически ничего из второго. — Охранник осмотрел её пальцы. — Хм. Когти как у того паренька. Никого не царапай. Мне нравятся размеренные деньки.
— Тогда у вас есть единомышленник во мне.
Мужчина рассмеялся и провёл их через зону досмотра, где по ним пробежали красные сканирующие лучи, а затем дальше, на территорию. Справа от тротуара тянулась проезжая часть, а слева виднелись шесть желобков, над которыми на антигравитационных двигателях парили четырёхместные кареты с квадратными крышами и закруглённым низом.
— Моё имя Брут. Будут вопросы — спрашивайте, не парьтесь с формальностями. Вежливые кадеты, всегда отлично. Запрыгивайте, в ногах правды нет, заодно опробуете нашу транспортную сеть. Ткните кнопку «Главный корпус», первогодкам тренировочные полигоны ни к чему. — Он распахнул дверцу, указав на подписанную панель. — Вопрос. Если покажется грубым, значит, это вы слишком чувствительные. Вам серьёзно одиннадцать и одиннадцать? — Он перевёл палец с одного Искажённого на другого.
— Столько лет назад мы родились, — подтвердил Дракс.
Брут покачал головой, разворачиваясь обратно к пропускному пункту: — Как же быстро молодёжь растёт сегодня. Удачи в учёбе, найдите себе друзей!
— Попытаемся, сэр!
Карета двинулась, не издав ни малейшей вибрации. Они понеслись мимо куполообразных зданий из тяжёлого металлического сплава и укреплённого камня. Перед корпусами инструкторы как раз строили группы ребят, облачавшихся в части силовых доспехов. Это были не элегантные, тонкие и облегающие костюмы Проблеморешателей, состоящие из наномашин, а увесистые махины с рюкзаками-генераторами на спинах, зазубренными пластинами и внушительными наплечниками. Каждая группа действовала слаженно: сперва одна половина кадетов облачалась в броню и, дождавшись гудения запуска генераторов, помогала оставшимся, а затем ровными рядами все следовали за инструкторами.
— Интересно, а разрешат ли мне напялить одну из этих штук? Так, чисто опробовать…
Он отвлёкся, получив тычок локтем от Тигрин. Она указала подбородком на мальчишку в толпе слева. На вид тот ничем не отличался от Мягкокожих, но, приподняв шлем, чтобы показаться приятельнице, расправил пальцы, и между ними натянулась тонкая мембрана. На его шее приоткрылись разрезы жабр, неровно прорезавшиеся лишь с одной стороны.
Мутант. И чувствующий себя как дома. Настроение Дракса приподнялось.
Дальше дорога разветвлялась к многочисленным комплексам в глубине острова. Впереди, возле нескольких передвижных платформ, они заметили кадетов. Большинство были Мягкокожими, но двое передвигались на четвереньках. Их задние ноги были слишком короткими, а руки, наоборот, длинными, с увесистыми кулаками. По спинам змеились отростки, растущие прямо из вытянутых голов и оканчивавшиеся хищными челюстями. Вдвоём — братья или брат с сестрой — они заносили массивную статую Приносящего Свет на платформу, пока Мягкокожая девочка командовала, принять ли чуть левее или правее.
— Не понимаю, — сказал Дракс.
— Клуб изящных искусств, — ответила Тигрин, махнув лапой в сторону прямоугольного здания, нависавшего над лужайкой с передвижными платформами, будто это объясняло абсолютно всё.
Зачем создавать статуи?
Больше мутантов он не заметил, но и трое, это на три больше, чем встречалось ему ранее.
Карета довезла их до самого центра острова. Главный корпус оказался колоссальной пирамидой из нержавеющей стали и хрома, величественно возвышавшейся над всеми прочими строениями. Тут легко могло бы уместиться целое племя. Дракс зачарованно уставился вверх, на яркий огонёк солнца, отсвечивавший на вершине здания. Строители соорудили пирамиду таким образом, что свет не рассеивался по её синей поверхности, а собирался в одну-единственную точку, создавая иллюзию незатухающего факела. Ночью это зрелище, должно быть, выглядело особенно великолепно.
Тигрин прикрыла его разинутую пасть лапой. Опомнившись, Дракс поспешил внутрь, на ходу проверив время на терминале. До встречи с преподавателем и заполнения бумаг оставался целый час.
Стоило провести запонкой перед датчиком, как створки плавно разошлись, открывая вид на главный зал, полупустой в столь ранний час. В центре помещения, выложенного белым кафелем, высилась странная сталагмитовая структура, огороженная защитным силовым полем. Длинные коридоры уходили вглубь пирамиды, а на верхние этажи вели старомодные лестницы вместо привычных лифтов или туннелей, лишённых инерции. Искажённые прошли мимо кадета в тёмно-красной униформе, который нёс пост у входа для встречи гостей и проводил их долгим взглядом.
Следуя инструкциям, они поднялись по ступеням на второй этаж и сели на скамейку перед нужной дверью, повернувшись спиной к перилам, выходящим на главный зал. От нечего делать Дракс достал терминал и принялся изучать план здания.
В здании было десять этажей, и на самом верхнем обитала директор. Вверх уходили шесть опорных балок, выкрашенных в белый цвет с наружной и внутренней сторон и в чёрный по бокам. На каждом ярусе стояли автоматы с напитками, а возле развилок висели удобные деревянные таблички с описанием мест, к которым вели проходы. Кабинеты второго и третьего этажей, выходившие окнами на просторный зал, занимали бюрократические офисы: они вели дела кадетов, оформляли новичков и обеспечивали стабильную жизнь комплекса. Кабинеты инструкторов располагались на шестом этаже, а медицинский блок на первом.
Он запнулся, наткнувшись на упоминание о подземных зонах. Вся надземная часть корпуса была лишь обычной школой для таких, как он. Пирамида уходила глубоко под землю, расширяясь к основанию. На двадцати подземных этажах размещались зоны подготовительных тренировок, способные симулировать любые условия: от полной невесомости до сокрушительных ураганов и грозовых туч.
— Каковы шансы с нашей удачей покалечиться в… — Он придвинул морду ближе к дисплею. — Что вообще такое «зимняя вьюга»?
— Проверь, сколько дней прошло с последнего происшествия, — посоветовала Тигрин.
— Отличная идея. — Дракс пролистал регулярные отчёты на сайте Академии. — Хм. Пять дней. А, это всего лишь вывих обеих ног, зачем вообще о таком писать?
— Ищи серьёзные травмы. — Тигрин придвинулась ближе, меняя условия поиска на терминале.
— О, вот наша стычка на улице против террористов! Затем ранение Кезона… Бедный парень, я и не знал, что его так серьёзно располосовали. Не только у нас отвратительное везение. Вот: двести сорок восемь дней назад. Трагический случай в классе А, травмировавший…
— Эй, уроды! — донеслось снизу. — Спускайтесь и играйте!
Дракс положил руку на плечо Тигрин. Он не считал себя или её уродами, так зачем отвлекаться? Отложив терминал, он закинул руки за голову и отыскал взглядом круглую точку видеокамеры. Пусть преподаватели сами разбираются со своими говноедами.
— Что случилось? Испугались? Ха, я слышала, вы, песчаные подонки, свирепы и кровожадны в схватке. Но всё, что я вижу, — пара перепуганных цыплят, замерших перед коброй! — продолжал вызывающий, мелодичный голос.
— Может, спросим, чего она хочет? — тихо произнесла Тигрин.
— Да плюнь на поганку. Я не собираюсь ей ничего доказывать, — сладко потянулся Дракс и широко зевнул.
— Кровосмесительные подзаборные шавки, лишённые чести, похотливо подставляющие зад любому…
Дракс мёртвой хваткой ухватился за поручень и перекинул ноги через пригнувшуюся Тигрин. Как она смеет? Как смеет эта Мягкокожая сучка говорить такое? Мама не… Она замечательная! Его ноздри раздулись. Громко выдохнув, он с грохотом приземлился на первом этаже, заставив пол дрогнуть под собственным весом, и распрямился в полный рост над задирой, которая упёрла руки в бока перед группой кадетов класса А.
Незнакомка оказалась блондинкой с ветвящимися волосами ниже плеч. Широкие и свободные манжеты её кителя демонстрировали ярко-красную изнанку. Она ухитрялась носить одновременно и длинную юбку, и штаны, а красный шарф был аккуратно расправлен, его уголки каким-то образом крепились к полам расстёгнутого кителя. С идеального лица-сердечка, лишённого малейших изъянов, на него бесстрашно смотрели необычные круглые глаза.
Золотые змеи окольцовывали её зрачки.
Макушкой девчонка доставала ему до шеи. Высокая, хорошо сложенная. Её полные, накрашенные красным губы расплылись в приветственной улыбке, сбивавшей с толку после недавних грязных оскорблений. От неё пахло розами.
— Чего надо? — прорычал Дракс.
— Тебя, любопытная изюминка, — ответила чертовка, выставив вперёд руку и ногу и вполоборота повернувшись к нему боком. — Принимаешь вызов?
— Мне не нравятся твои слова. — Дракс поднял кулаки на уровень груди. Он не стал демонстративно хрустеть пальцами, полностью сфокусировавшись на ней и окружающей толпе. Хватит с него недооценки противников. В чём ловушка? — Даю один шанс. Извинись, и давай забудем всё…
Она выбросила кулак хлёсткой атакой, шагнув вперёд с невероятной скоростью и грацией. Он едва успел заблокировать летящий в челюсть удар костяшками пальцев; по руке прокатилось тяжёлое сотрясение. Грязноротка явно не была слабачкой. Дракс приподнял оба кулака повыше, бросив короткий взгляд на кадетов. Те дружно отодвинулись назад, освобождая пространство. Дуэль? Своеобразное проявление доминирования? Возможно, здесь царят такие традиции. Что ж, если так, он почтит их, сломав это гладкое личико.
Тигрин мысленно коснулась его сознания, готовая в любой момент прийти на помощь и всадить когти в шею мерзавке. Он осадил её, запретив калечить подростков, но попросил приглядывать за спиной и предупредить, если толпа решит напасть скопом.
— Решительный и подлый удар. Так даже лучше. Я предпочитаю усмирять способных противников, иначе неинтересно. Я Дракс.
— Читаешь мои мысли в точности. И я бы придержала джеб, если бы ты оказался слишком медлительным, трусишка.
— Без сомнений, — саркастически произнёс Дракс.
— Верь во что хочешь: это был лишь пробующий воздух язычок, призванный растормошить тебя. Считай за честь: Руфина лично испытает твои навыки, дикарь! — рассмеялась девчонка.
— Руфине сперва следовало бы испытать свои познания в анатомии. — Дракс ударил.