[Меч Темная Звезда | Ранг: Псевдо-EX]
Название: Темная Звезда / Живая Звезда
Создатель: Тонг
[Описание: Клинок, выкованный сущностью, чье могущество превосходит саму привычную реальность. Меч сотворен из целой плотной звезды, сжатой в форму клинка с сохранением первозданной звездной сути. Материал меча происходит из живой звезды.]
Истинная Форма: Неизвестно / Заблокировано ???
Известные Свойства: Механизм Блокировки Веса (Запечатано ×9)
[Темная Звезда скована девятью последовательными печатями. Снятие каждого замка многократно увеличивает проявленную массу меча.
Замок I ~ Снят: Регулировка веса от невесомого → один миллион килограммов.
Замок II ~ Заблокирован: Регулировка веса вплоть до одного миллиарда килограммов.
Замок III ~ Заблокирован: Регулировка веса вплоть до одного триллиона килограммов.
Замок IV ~ ???
Замок V ~ ???
....
Замок IX ~ Полное Высвобождение (Ограничение веса снято. Меч проявляет полную спрессованную массу исходной звезды.)
Способности / Функции / Аспекты:
Неизвестно ???
Неизвестно ??
Неизвестно ???
Неизвестно ???
Неизвестно ???
[Анализ Системы: Одна лишь масса не способна объяснить природу этого оружия. Меч звездной плотности обязан обрушивать ландшафт, искажать траектории движения, порождать катастрофические гравитационные аномалии и быть непригодным к использованию по известным законам физики. И все же, вопреки нарушению физических, концептуальных и фундаментальных ограничений реальности, этот клинок сохраняет стабильную форму. Множество скрытых способностей, развивающихся свойств, неизвестных функций, спящих аспектов и неразгаданных тайн остаются нераскрытыми.]
Разеаль несколько секунд молча смотрел на парящий перед глазами экран.
Его губы слегка приоткрылись.
"...Ранг Псевдо-EX?"
Такого ответа он не ожидал.
Ни в малейшей степени.
Его взор медленно опустился к Темной Звезде в ладони.
Клинок выглядел совершенно обычным.
Никакого давления.
Никакой зловещей ауры.
Никаких бушующих потоков энергии.
Он все так же походил на старый темный меч.
Тонкий, строгий и почти неприметный, хотя приглядевшись, можно было оценить его изящество — он был поистине прекрасен, но внешне ничем не напоминал оружие ранга EX.
Впрочем, если поразмыслить над этим немного глубже, в этом крылась железная логика. Разеаль прекрасно понимал, что означает ранг EX: это не была просто следующая ступень в иерархии силы.
Ранг EX не являлся продолжением привычной шкалы измерений.
Он находился за пределами любых измерений.
Представьте себе обычный стакан.
Этот стакан олицетворяет всю измеримую систему.
От самого дна ранга F до самого верха ранга SSS+.
Вода постепенно наполняет сосуд.
Каждая отметка — это очередной ранг.
Больше мощи.
Больше вместимости.
И наконец уровень достигает края.
Ранг SSS+ означает, что стакан полон до самых краев.
Это абсолютный предел шкалы.
Высший результат, который способна зафиксировать система.
Но ранг EX устроен иначе.
Ранг EX начинается тогда, когда вода продолжает литься через край.
Она переливается через любые границы.
В этот миг любое измерение теряет всякий смысл.
Ведь когда сосуд переполнен, что идет следом?
Кружка?
Ведро?
Озеро?
Море?
Или целый океан?
Для системы ответ всегда будет одним и тем же.
Ранг EX.
Не потому, что они равны между собой, а потому, что сама шкала измерения стала бесполезной.
И именно в этом заключался весь ужас.
Ранг EX описывал не количество, а качество, превосходящее саму суть чисел.
Псевдо-EX, вероятно, был чем-то похожим: еще не полностью за пределами понимания, но уже вне любых стандартных рамок.
Разеаль вновь перевел взгляд на Темную Звезду.
Теперь не оставалось сомнений, что клинок обладал рангом Псевдо-EX. Это означало, что он перешагнул предел мощи Космических Лордов и вышел за рамки возможностей самой системы. Аналогия со стаканом вновь всплыла в его мыслях, ведь только так разум мог постичь эту истину: ранг F был каплей на дне, а высшие ранги наполняли сосуд до краев SSS+.
Там заканчивались цифры, но ранг EX начинался там, где вода переливалась через край. В этот момент объем переставал иметь значение: будь то еще один стакан, бассейн или океан, система нарекала это единым понятием — неизмеримо. И теперь этот меч носил такой статус. Пусть лишь Псевдо-EX, суть оставалась неизменной: он перешагнул грань допустимого.
Насколько сокрушительным это делало клинок, Разеаль не мог даже вообразить. Где лежал предел сил ранга EX? В прошлый раз, когда он встретил существо этого ранга, она просто подарила ему две живые звезды, так что он не имел ни малейшего понятия о границах этой мощи.
Он попытался поразмыслить над этим, но быстро понял тщетность своих попыток: мысли просто заходили в тупик. Он искренне не знал ответа, но по крайней мере теперь многое встало на свои места.
Это объясняло, почему он сумел сразить Верховного одним ударом. Объясняло, почему весь бой завершился так подозрительно легко. Хотя даже сейчас частичка его разума втайне сомневалась в реальности произошедшего.
В глубине сознания шевелилось нелепое подозрение, будто ничего не произошло, будто он ошибся или попался в чью-то искусную иллюзию. Если бы не всплывшее системное уведомление о получении ста тысяч Очков Убийств.
А значит, Зейн действительно был мертв.
С этим фактом спорить было невозможно.
Почему за одну жизнь отсыпали такую прорву очков? Ответ лежал на поверхности: его навык Намерения Убийства все еще имел лишь ранг S. За победу над существом ранга S давалось всего одно очко, тогда как Верховный стоял неизмеримо выше S ранга, и получение колоссального бонуса выглядело вполне логичным.
И все же больше всего его занимали не системные очки, а странное чувство в груди: он искренне не понимал, какие эмоции должен испытывать.
Внезапно осознать, что сокровище, которое он и так считал баснословно ценным, оказалось артефактом принципиально иного порядка.
Да, он знал, что Темная Звезда невероятно хороша, могущественна, и получить ее было диким везением. Но он даже в самых смелых фантазиях не предполагал, что этот клинок удостоится буквы EX в графе ранга. Пусть даже Псевдо-EX — само наличие этой приставки казалось полным безумием.
И если быть честным... ему следовало догадаться раньше, ведь он видел весь процесс собственными глазами. Целая звезда, настоящая живая звезда сжималась, меняла форму и преображалась в клинок, который ему вручили как подарок. Воспоминание об этом сейчас казалось еще более нереальным, чем в тот миг, когда все происходило наяву.
Затем иная мысль заставила его замереть.
Погодите-ка: целую звезду обратили в меч, и этого все равно не хватило для достижения истинного EX ранга? Это казалось странным. Звезда была в миллиарды раз больше планеты, а заключенная в ней энергия казалась почти бесконечной.
Он не обладал достаточными знаниями, чтобы рассуждать наверняка: звезды просто пылали и веками изрыгали жар в космос. Но если даже всей мощи звезды внутри оружия не хватало для истинного EX ранга... чем же тогда являлся этот ранг? Эта мысль оставила странный осадок: не страх и не разочарование, а смутную тревогу от понимания, что воображаемая вершина мира даже близко не была пределом.
Впрочем, он продолжил изучать описание Темной Звезды в системном интерфейсе. Там не нашлось почти ничего нового: единственное известное свойство — Механизм Блокировки Веса на девять замков. О нем он уже знал, по крайней мере, о первом снятом ограничителе.
Первый замок был доступен целиком: вес клинка мог меняться от невесомого до миллиона килограммов. Правда, Разеаль еще не успел толком поэкспериментировать с ним: прямо сейчас меч весил ровно два килограмма, просто потому, что такой вес казался руке наиболее привычным и удобным для фехтования.
Почему он не выставил сразу миллион килограммов? Ему попросту не представилось случая, да и эта битва пошла совсем не так, как он предполагал. Затянись схватка в кровавый размен ударами, плоть на плоть, Разеаль непременно испытал бы эту мощь на практике.
Ему безумно хотелось бы обрушить на голову Зейна удар весом в миллион килограммов. Одна лишь мысль об этом будоражила кровь: держать в руке невесомое перо, легко взмахнуть им и ровно за миг до касания взвинтить массу до небес.
Это напоминало ощущение от жульничества — нечестной, неоспоримой победы, против которой у врага нет ни единого шанса. Да, это было бы весело.
К сожалению, опробовать это не довелось. А значения свыше миллиона килограммов он уже проверял: ничего не происходило, замки были запечатаны намертво. Как именно открывать второй, третий и последующие, он не имел ни малейшего понятия.
Тонг не обмолвилась ни словом и не оставила ни единой подсказки. Хотел ли Разеаль снять остальные печати? Еще бы, ведь эта способность была чистейшим читерством. Проблема крылась не в желании, а во времени: у него никогда не оставалось свободной минутки для исследований, вечно что-то происходило — очередная битва, очередная угроза, очередной повод двигаться дальше. Это раздражало, ведь он попросту не знал, с чего начать.
Разеаль вновь взглянул на системную панель: все остальные графы оставались заблокированными, пестря сплошными вопросительными знаками.
'Виллей... почему везде одни вопросительные знаки?' Спросил он мысленно.
[Быть может, потому, что они неизвестны, Хост?]
'То есть... даже ты ничего не знаешь?' Тон Разеаля стал озадаченным. Он вновь прищурился на Темную Звезду: такой ответ казался непривычным.
Чтобы Виллей чего-то не знал? Звучит нелепо, ведь система обязана ведать всем. Прежде на любой вопрос всегда находился ответ, пусть неполный, но конкретный, и слышать неуверенность сейчас было странно.
Виллей на секунду замолчал, прежде чем отозваться:
[Я не могу этого знать, поскольку этот меч существует всего несколько дней, Хост. Он все еще развивается и эволюционирует. Я не могу описать способности, которые еще не сформировались окончательно. Я способен лишь фиксировать и отображать то, что клинок уже пробудил или проявил сам. До тех пор мне попросту нечего анализировать и вносить в описание.]
Разеаль молча выслушал и сдержанно кивнул самому себе: объяснение звучало разумно. Умом он все понимал, но в душе остался легкий осадок разочарования. Он вновь посмотрел на панель и нахмурился:
'Но здесь же буквально ничего нет...'
Его взор скользнул по рядам вопросительных знаков.
'Должна же быть причина, по которой ему присвоили ранг Псевдо-EX? Скажи прямо: чем он настолько исключителен, что заслужил этот статус?'
Виллей вновь выдержал паузу.
А затем отозвался:
[Потому что он буквально создан из живой звезды.]
Разеаль замолчал.
Виллей продолжил:
[А еще потому, что в нем заключен немыслимый объем энергии, запечатанный в стабильную форму. Одна лишь его плотность превосходит любые стандарты, а прочность граничит с абсурдом. Пока не найдется нечто, способное разрубить целую звезду одним ударом, повредить это оружие практически невозможно.]
Затем, после короткой паузы,
интонация Виллея странно переменилась:
[Если серьезно, Хост... пораскинь иногда собственными мозгами. Я же ясно написал, что меч создан из настоящей звезды. Мне нужно разжевывать очевидные вещи вроде длины, цвета или способа создания? Ответ прост: он невероятно могущественен, чудовищно прочен и запредельно остр. Одно лишь управление весом уже попирает законы логики. Он способен рассечь почти любой материал и воздействует на вещи за гранью обычной материи, включая саму ткань пространства. Ты только что лично разрезал реальность. Это не какие-то скрытые свойства клинка, ты только что наблюдал их воочию.]
Разеаль молча внимал этой отповеди.
Виллей не унимался:
[И прошу прощения, Хост: я могу спрогнозировать будущие характеристики, функции и пути развития по мере пробуждения оружия, но не стану вносить догадки в системное описание. На данный момент этих свойств попросту еще нет.]
А затем добавил:
[Будь добр дождаться, пока меч окончательно пробудится и обретет собственное сознание.]
Разеаль пропустил мимо ушей почти все сказанное.
Лишь одно слово зацепило его внимание.
Он моргнул, а затем его глаза сузились:
'...Погоди.'
Выражение его лица стало озадаченным:
'Сознание?'
Его пальцы чуть крепче сжали рукоять Темной Звезды, когда он посмотрел на клинок:
'У этого меча появится собственный разум?'
В голосе Виллея прозвучало неприкрытое разочарование:
[Хост... только не говори, что тебя это удивляет.]
Разеаль промолчал.
[Предмет ранга Псевдо-EX, и ты не ожидал наличия разума? Даже некоторые артефакты Императорского ранга наделены зачатками воли, не говоря уже об оружии Космического уровня. Этот клинок превосходит обе категории, с какой стати ему быть бездушным куском металла?]
Разеаль продолжал хранить молчание.
Виллей продолжал поучать:
[Сознание не означает мгновенного появления личности: все начнется с инстинктов, предпочтений, реакций и постепенного роста самосознания, пока не превратится в нечто близкое к живой сущности.]
[Хост... это все равно что потратить миллионы золотых на покупку роскошного особняка, а потом удивляться наличию дверей.]
Наступила пауза.
[Ну да... совершенно очевидная вещь, ГЕНИЙ.]
Разеаль несколько секунд оцепенело смотрел перед собой.
Это язвительное сравнение слегка задело его.
Но к его великой досаде: он понял суть.
Меч.
Мыслящий.
Развивающийся.
Быть может, однажды способный заговорить.
Это казалось странным.
Впрочем, клинок, выкованный из настоящей живой звезды, и без того звучал безумно.
Так что собственный разум меча вряд ли являлся чем-то невозможным.
В конце концов юноша лишь пожал плечами.
Неважно.
Полезных ответов прямо сейчас все равно не предвиделось.
По крайней мере, сию секунду.
Он медленно опустил Темную Звезду и плавно вложил клинок обратно в ножны.
Щелк.
Лезвие скрылось из виду.
Его взор опустился к земле.
К останкам Зейна.
Тело лежало разрубленным надвое от макушки до самого таза.
Кровь лужей растекалась под разрубленной плотью.
Ни движения.
Ни следа регенерации.
Ни предсмертных слов.
Лишь тишина.
Разеаль молча смотрел на поверженного врага.
А затем негромко обронил:
"Мои соболезнования."
В его голосе не было насмешки.
Не было и особого почтения.
Лишь спокойная констатация свершившегося факта.
Словно подведение черты под оконченным делом.
Затем он повернулся к гигантской пепельной стене.
Его лицо, обращенное к королевству, постепенно преобразилось.
Его правый кулак медленно взметнулся в воздух.
И его голос, раскатившись над всем полем боя,
огласил окрестности громогласным кличем:
"Я — ВАШ КОРОЛЬ!"
Все лорды — лорд Каэль, лорд Харвек, леди Вейра и сама королева Грейс застыли на своих местах, не в силах пошевелиться.
Никто не проронил ни звука.
Несколько долгих мгновений никто из них не мог понять, явь это или сон: их глаза были прикованы к разрубленному телу на равнине, а разум наотрез отказывался принимать увиденное.
Еще мгновение назад этот человек был Верховным — одним из сильнейших владык мира и Главой одной из Десяти Великих Семей, чье появление надломило их боевой дух задолго до начала схватки.
Они искренне считали свое королевство обреченным: не просто разбитым, а стертым в пыль. Если бы не Разеаль, упрямо твердивший о победе, они бы давно смирились со смертью, ведь в глубине души каждый из них уже сдался.
Выжить в битве против Верховного казалось немыслимым, особенно против Зейна. Они полагали Разеаля юным, безрассудным и самонадеянным юнцом, не понимающим истинного масштаба угрозы, который путает слепую храбрость с абсолютной невозможностью.
Но теперь они увидели всё воочию: он не просто выжил, не просто выстоял, он даже не напрягся. Он сразил Верховного одним-единственным взмахом меча — без изнурительного размена ударами, без жертв и скрытых уловок: одно движение, и всё было кончено. Но что поражало ещё сильнее, так это то, что во взгляде Разеаля не читалось ни капли триумфального величия.
Он выглядел скорее озадаченным, словно сам недоумевал, почему все закончилось столь нелепо и просто.
От этого осознать реальность становилось лишь труднее. Лорды молча переглянулись, не произнося ни слова.
В словах не было нужды: шок и горькое прозрение читались в их взглядах. Разеаль был прав с самого начала, он не хвастал — это они оказались неспособны разглядеть стоящую перед ними величину. И все же никто не смел нарушить тишину: их взоры синхронно обратились к Грейс.
Грейс продолжала смотреть на поле боя, не отрывая взгляда от павшего патриарха. На ее лице застыло сложное выражение: в нем была печаль, но не от поражения, а нечто куда более личное и сокровенное.
Почувствовав на себе взгляды вассалов, она медленно повернулась к ним. В этот миг она не казалась юной, неопытной или напуганной. Королева опустила глаза на меч ранга Верховного в своих руках — клинок ее отца, молча посмотрела на него и вновь подняла взор. Ее лицо оставалось спокойным, когда она тихо произнесла:
"Он защитил королевство." Ее взор по очереди коснулся каждого из лордов, прежде чем она продолжила тем же ровным голосом: "Он — наш король."
В ее словах не было ни тени колебаний. Она отреклась от принадлежавшего ей по праву титула с кристальной ясностью — без импульсивности и драмы, отдав нечто неизмеримо большее, чем власть: историю, наследие, вековые надежды рода, кровь предков и все, что связывало ее с троном.
Ее лицо оставалось удивительно безмятежным: ни слез, ни дрожи, и это делало ее поистине величественной. В этот миг она казалась сильнее, чем когда-либо в своей жизни.
Леди Вейра молча смотрела на нее несколько секунд: в ее взгляде проглядывалась грусть, но вместе с тем и глубокое уважение. Не говоря ни слова, она склонила голову в поклоне. Лорд Каэль перевел взгляд с Грейс на Разеаля и тоже медленно склонил голову, а следом за ним последовал лорд Харвек. Один за другим они склонялись не из страха или принуждения, а по искреннему признанию его права.
Грейс мягко посмотрела на них: скупая, печальная улыбка появилась на её губах, сдерживая рвущуюся наружу бурю чувств — облегчение, утрату, боль, гордость и благодарность. Глаза ее увлажнились, но она усилием воли подавила слезы, отказавшись плакать здесь и сейчас, ведь для ее королевства настал счастливый час спасения.
Нэнси стояла неподалеку и молча наблюдала за происходящим, не проронив ни единого звука.
Но если снаружи девушка хранила полное безмолвие, то внутри ее рассудок уже трещал по швам.
В этот миг она искренне перестала понимать, во что вообще можно верить в этом мире. Она оцепенело смотрела на равнину, пытаясь осмыслить все события со дня встречи с Разеалем, но чем больше пыталась выстроить логику, тем безумнее казалась реальность: ведь не прошло еще и суток.
Не минуло и целого дня с момента ее прибытия сюда вместе с ним, а она уже стала свидетельницей большего числа чудес, чем за всю прошлую жизнь.
Сперва выяснилось, что он обладает силой Великого Святого в шестнадцать лет. Затем он без тени сомнений угрожал целому королевству и буднично объявил, что станет его королем, будто собирался на легкую прогулку — тогда она решила, что он просто придуривается или несет полный бред.
Затем он на легке подавил Железный Совет, скрутив нескольких Великих Святых разом. Следом оказалось, что ему служат десять слуг того же ранга, и даже это перестало казаться самым странным.
А дальше посыпались его способности: власть над тенями, связывающая армии по щелчку пальцев, внезапная женитьба на деве, способной обрушивать небеса и стирать легионы с лица земли, и самое абсурдное — новость о том, что не владея общепринятой магией, он попросту создал собственную.
Создал?
Собственную систему магии?
Даже сейчас ее мысли заходили в тупик на этом моменте.
Но безумие продолжалось.
Она узнала, что он владеет всеми тринадцатью элементальными сродствами своей системы, а затем увидела это наяву: колоссальные стены высотой в сотни метров, тысячи выросших укреплений, орудий и конструкций с невиданными элементальными свойствами.
Затем с небес падали настоящие метеориты, обратившие армию в пепел и кипящую лаву, и уже тогда реальность происходящего вызывала у нее глубокие сомнения.
А следом он встал на пути падающего материка.
Той чудовищной горы в десять раз больше города, которую даже Верховный считал несокрушимой.
И он... просто заставил ее исчезнуть.
Одним пальцем?
Без взрыва.
Без малейших усилий.
Просто
стер ее из бытия?
А после этого сразил Верховного.
Одним ударом меча?
Единственным взмахом?
Разрубил надвое?
Без видимого труда.
Без напряжения.
Без малейших затрат сил.
И вот теперь он стал королем — по прямой воле законной правительницы, передавшей ему трон без боя.
Вот так просто.
Нэнси оцепенело стояла на стене, когда поток ее мыслей окончательно иссяк.
Она медленно моргнула.
Затем моргнула еще раз.
Огляделась по сторонам.
Посмотрела на стену.
На поле боя.
На чистое небо.
На лица людей.
Все вокруг выглядело пугающе обыденным.
И от этого становилось лишь страшнее.
Ее щека нервно дернулась.
Она всерьез начала сомневаться в собственном рассудке.
Не сошла ли она с ума?
Что за чертовщина здесь вообще творится?
Неужели она угодила в чью-то искусную иллюзию?
Быть может, тот Верховный бог поразил ее разум ментальной атакой, и она до сих пор не вырвалась из кошмара?
Быть может, она лежит без чувств на холодных камнях?
Быть может, ничего этого не происходило наяву?
Быть может, это лишь плод ее воображения?
Потому что такое объяснение казалось куда более правдоподобным.
В нем было несравнимо больше логики.
Поверить в абсолютную иллюзию Верховного бога было в тысячу раз проще, чем принять безумие сегодняшнего дня.
И лицо ее исказилось глубоким душевным смятением.