Ночь никак не заканчивалась. Чувство времени давно исчезло.
Холод, поднимавшийся от бетонного пола заброшенного завода, проникал в каждую клеточку моего тела.
Я не знал, сколько часов прошло с тех пор, как меня привязали к этому металлическому стулу. Кабельные стяжки так глубоко врезались в запястья, что я давно перестал их чувствовать.
Левый глаз так сильно заплыл, что я едва мог его приоткрыть. Каждое дыхание отзывалось резкой болью в ребрах.
Во рту стоял отчетливый вкус крови. Язык то и дело цеплялся за осколок сломанного зуба.
Следы от ожогов сигарет на руках и ногах, вырванные плоскогубцами ногти, срезанная ножом плоть.
По крайней мере, они не отрубили мне конечности, не выкололи глаза, не отрезали нос, язык или гениталии — и за это стоило сказать спасибо.
После многочасовых непрекращающихся пыток я уже ни на что не реагировал. Ублюдкам из Лос Эрманос это, видимо, наскучило, и они разошлись — кто пить, кто спать.
Теперь здесь остался только один охранник.
— Завтра утром мы повесим тебя на фонарном столбе, Чино.
Сказал охранник, развалившись на стуле и закинув ноги на стол.
— Когда будешь там болтаться, у тебя на груди будет написано «крысиный ублюдок». Жди с нетерпением.
Что ж, это даже приносило облегчение. По крайней мере, меня больше не будут пытать, и я смогу умереть быстро.
Закончив издевки, охранник снова закрыл глаза. Вскоре послышался его храп.
«Так вот как все закончится».
Смириться со смертью оказалось не так уж трудно.
Этот финал был предопределен с того самого момента, как я расстался с Каталиной.
Она была права. В Санта-Эсперансе, этой помойке, чужаку не продержаться и дня.
Это уже третий провал. Хан Мин Со, Ё Рым и Ма Хёк Су.
Сплошные неудачи.
Неспособный пройти испытания богинь, неспособный даже мечтать о нормальной любви.
И в этот момент все изменилось.
— БА-БАХ!!
От оглушительного взрыва железная дверь завода смялась и влетела внутрь. Охранник кубарем покатился со стула.
— Qué mierda...?!
Договорить он не успел — его голова разлетелась на куски.
— ТРА-ТА-ТА-ТА-ТА!! БАХ! БАХ!
Заброшенный завод мгновенно превратился в поле боя. Треск автоматных очередей, взрывы гранат, крики и проклятия смешались в единый хаос.
— ¡Ataque! ¡Es La Luna Negra!
— Нападение! Это Ла Луна Негра!
«Началась полномасштабная война».
Возмездие Ла Луна Негра.
Началась расплата за недавний налет на склад Лос Эрманос.
— ТРА-ТА-ТА-ТА-ТА!!
Пули свистели прямо над моей головой. Те, что не задели меня, врезались в бетонную стену, осыпая все вокруг каменной крошкой.
Нужно было двигаться. Но мои запястья и лодыжки все еще были намертво привязаны к металлическому стулу. Я попытался извернуться, но кабельные стяжки даже не поддались.
Бой становился все ожесточеннее. Члены Лос Эрманос отчаянно отбивались, но Ла Луна Негра нападала жестоко и беспощадно, будто они спланировали все до мельчайших деталей.
И тут я услышал знакомый голос.
— Ма Хёк Су! Ты где?!
Мне показалось, что это галлюцинация. Но нет.
— Ма Хёк Су! Чино...!!
Голос Каталины. Она отчаянно искала меня.
— Я... я здесь!
Собрав последние силы, я закричал. Горло словно разрывалось на части, но я продолжал звать ее.
— Каталина! Я здесь!! Внутри склада!
Сквозь грохот выстрелов послышались приближающиеся шаги. Вскоре появилась Каталина.
Испачканная кровью майка, пистолет в руке и выражение лица, которое мгновенно застыло, стоило ей увидеть, в каком я состоянии.
Без лишних слов она выхватила нож и перерезала кабельные стяжки. Как только запястья освободились, кровь хлынула с новой силой, принеся с собой жгучую боль.
— Идти сможешь?
Стяжки на лодыжках тоже были перерезаны, но я не то что стоять — я даже удержаться на ногах не смог и рухнул на пол.
Каталина схватила меня за руку и потащила вверх.
— Каталина... ты была права.
С трудом выдавил я.
— Без тебя я и дня не продержался.
Каталина ничего не ответила. Вместо этого она закинула мою руку себе на плечо.
— Сначала уберемся отсюда.
Она потащила меня на себе. Каждым шагом мое тело взрывалось болью, но останавливаться было нельзя.
Пули продолжали летать по заводу.
Чей-то крик резко оборвался. Запах пороха и крови смешался в воздухе, отчего дышать становилось все труднее.
Мы выбрались через заднюю дверь завода. Снаружи уже брезжил тусклый рассвет.
Самый темный час перед восходом солнца.
Опираясь на плечо Каталины, я кое-как продолжал идти, шатаясь из стороны в сторону.
Казалось, каждая клетка моего тела протестовала против этого движения. Но я знал: если остановлюсь, то больше уже не сделаю ни шагу.
Стоило нам с трудом миновать узкий переулок за заброшенным заводом, пробираясь мимо мусорных баков и битых бутылок...
Послышались шаги.
— Быстрее! Заходите через заднюю дверь!
— Ла Луна Негра! Гребаные ублюдки!
Под крики на испанском из-за угла выбежали пять или шесть бойцов Лос Эрманос. Должно быть, это было подкрепление, спешившее присоединиться к бойне.
И они нас заметили.
— Что за?!
— Блять! Это Ла Луна Негра!
Каталина среагировала мгновенно. Одной рукой удерживая меня, другой она выхватила пистолет.
Но из-за того, что ей приходилось тащить меня, она оказалась чуть медленнее, чем обычно.
— БАХ! БАХ!
Двое рухнули. Но оставалось еще трое или четверо.
Каталина толкнула меня к стене и развернулась.
В это короткое мгновение, длившееся меньше секунды.
— БАХ-БАХ-БАХ!
Их выстрелы и выстрелы Каталины прозвучали одновременно.
И...
Что-то обжигающе горячее взорвалось у меня в животе.
«Ах».
Ощущение было такое, словно раскаленный железный прут пронзил брюшную полость насквозь. Дыхание перехватило.
Я прижал руку к животу. Между пальцев заструилась горячая, липкая жидкость.
Каталина уложила всех оставшихся.
Поистине поразительное мастерство. Но, к сожалению, слишком запоздалое.
Колени подогнулись. Я попытался опереться о стену, но силы покинули меня. Я просто сполз на землю.
— Хёк Су!
Каталина обернулась. Лицо ее мгновенно побледнело, когда она увидела мою рану.
— Нет, нет, нет...
Она не знала, что делать. На ее месте я бы тоже растерялся.
Пуля из автомата разорвала мне живот. Сквозное ранение брюшной полости.
В этом месте, в этом аду, где нет даже намека на нормальную медицинскую помощь.
Какое тут могло быть лечение?
«В конце концов, опять...»
Приближалась третья смерть.
— Больница... нам нужно в больницу. Вставай!
Каталина попыталась поднять меня, но мои ноги совсем не держали. Я с трудом приподнял голову и посмотрел на нее.
— Бесполезно.
— Что ты такое говоришь?! Вставай!
— Ката... просто посади меня вон там.
Я указал на стену через дорогу. По крайней мере, мне не хотелось умирать, растянувшись на грязном асфальте.
Каталина, давясь слезами, помогла мне перебраться и усадила, прислонив к стене.
С каждым вдохом крови выливалось все больше. Моя рубашка уже полностью пропиталась багровым.
Зрение начало затуманиваться. Времени оставалось совсем мало.
— Телефон... мой телефон.
— Зачем? Хочешь вызвать скорую? Вот, держи...
— Мой телефон... те ублюдки его не забрали. Я не сказал им пароль. Он должен быть в кармане.
Дрожащими руками Каталина обыскала мои карманы. На свет появился телефон с треснувшим экраном.
— Пароль... ma1996. Открой заметки.
Когда она открыла приложение, перед ней предстала длинная строка из букв и цифр.
— Что это?
— Это приватный ключ от Биткоин-кошелька. Сразу после того, как мы расстались... я перевел все оставшиеся деньги в криптовалюту. Чтобы обналичить.
Каталина смотрела на меня, сжимая телефон. По ее лицу было видно, что она не понимает, зачем я говорю об этом прямо сейчас.
— Если... перевести это в доллары... там должно быть не меньше тридцати тысяч.
Я закашлялся. Во рту снова появился металлический привкус.
— Забери эти деньги и уезжай из города. Убирайся из Санта-Эсперансы... и начни жизнь в другом месте.
— Что ты такое несешь? Мы должны уйти вместе. Ты тоже...
— Ката.
Спорить с ней не было времени. Жизни Ма Хёк Су оставались считанные минуты. Я чувствовал это интуитивно.
— То, что ты сделала со мной... продала информацию тем грабителям.
Каталина вздрогнула.
— Тогда я злился, но... на самом деле все в порядке. Ты ведь спасла мне жизнь, верно? С самого начала и до этого момента, постоянно. Так что... мы квиты.
Дышать становилось все труднее и труднее. В груди давило, словно легкие заполнялись водой.
— Не нужно меня жалеть или благодарить... просто живи нормально. Без оружия, без убийств.
Каталина сжала мою руку. Я почувствовал ее тепло.
— Ката, я надеюсь, ты будешь счастлива. Не такой жизнью, где тебя могут подстрелить и бросить умирать на улице, как меня...
Говорить было невыносимо тяжело. Веки налились свинцом.
— Пожалуйста, уходи. Убирайся отсюда.
Это были мои последние слова в теле Ма Хёк Су. Сил открыть рот больше не осталось.
Откуда-то издалека донесся крик Каталины.
Кажется, она кричала «не умирай» или звала меня по имени.
Но все это уже казалось слишком далеким.
«Живи хорошо».
На самом деле, мне было немного жаль.
Будь удача на моей стороне хоть немного, самую малость, возможно, мы с Каталиной могли бы жить счастливо.
Но я сделал все, что мог. По крайней мере, Ма Хёк Су умер как человек, оставив что-то после себя.
Теперь мне оставалось лишь желать Каталине счастья.
Мое сознание погрузилось во тьму. Всхлипы Каталины становились все тише и тише.
Третья жизнь подошла к концу.