Мое сердце оборвалось.
Начать свою четвертую жизнь в тюремной камере?
— И неважно, будет это штраф или тюремное заключение, у вас появится судимость.
«Судимость...»
Едва перебиваясь доходами от фарма в играх, как я должен был жить с судимостью?
Найти нормальную работу будет совершенно невозможно. Даже подработку... будет найти непросто.
— Мы можем уладить дело миром?
— Сторона потерпевших сказала, что они будут здесь сегодня. Если бы они хотели договориться, разве они не пришли бы встретиться с вами? Хотя бы попытайтесь встретиться с ними лицом к лицу. Это ваш единственный вариант.
Я прождал около десяти минут перед детективом.
Раздался стук.
— Войдите.
Дверь открылась, и вошел мужчина в костюме. Мужчина лет тридцати с небольшим, с портфелем в руках.
— Вы Мун Ю Джин?
— Да.
— Я являюсь законным представителем стороны потерпевших.
Мужчина сел напротив меня за стол, достал несколько документов и положил их.
Бумаги, испещренные юридическими терминами. Похоже, это была копия жалобы.
— Можем ли мы... договориться?
— Договориться?
Адвокат впервые посмотрел мне прямо в глаза.
— Наш клиент намерен действовать в соответствии со всеми юридическими процедурами, строго по закону.
— Но ведь детектив только что сказал, что если вы придете на встречу, то, возможно, будете готовы пойти на мировую...
— Это позиция полиции. Позиция нашего клиента иная.
— П-подождите. Я извинюсь и выплачу компенсацию.
— Сказали, что в этом нет необходимости. Наш клиент хочет сделать этот случай четким прецедентом. Рекомендую вам нанять адвоката.
С этими словами он встал.
— Если у вас есть вопросы, задавайте их детективу. А я, пожалуй, откланяюсь.
Дверь закрылась.
Я потерял дар речи. Если они не собирались договариваться, зачем вообще было приходить в полицейский участок?
В любом случае, другая сторона не собиралась идти на мировую. Они определенно собирались довести дело до суда.
А это означало, что я получу обвинительный приговор и стану преступником.
«Я в дерьме».
Детектив сказал что-то утешительное, но я этого не воспринял.
Не помню, как я вышел из полицейского участка.
Я сел на метро, вышел на своей станции и пешком дошел до своей квартиры-студии.
«Преступник».
Это слово крутилось у меня в голове.
Как я должен был жить как преступник? Фарм в играх рано или поздно достигнет своего предела. Оплата и так уже падала.
Когда я больше не смогу фармить... что тогда?
— А-а... хуже и быть не может, серьёзно.
Хан Мин Со был главным исследователем в компании-единороге. Ё Рым сорвал куш на эмодзи, а Ма Хёк Су преумножил свои инвестиции в акции примерно в десять раз.
А Мун Ю Джин? Он начинал с самого дна. Но под дном был еще и подвал, и прямо сейчас я катился именно туда.
Я подошел к двери своей квартиры.
Достал ключ и открыл дверь.
Тесная, темная комнатушка. Это было единственное место, куда Мун Ю Джин мог вернуться.
Я сделал шаг внутрь.
И как раз когда я собирался закрыть дверь.
Я почувствовал чье-то присутствие прямо за своей спиной.
«Что?»
Прежде чем я успел обернуться, кто-то толкнул меня в спину.
— Воу!
Жар тела и что-то мягкое прижалось к моей спине и затылку.
Споткнулся.
Я потерял равновесие и пошатнулся вперед. Этот человек вошел внутрь вместе со мной.
Хлоп!
Дверь закрылась, и я услышал, как за моей спиной щелкнул замок.
— Ю Джин.
Женский голос.
Яркий и жизнерадостный, но при этом с каким-то скрытым низким тоном.
«Быть не может».
Мое сердце едва не остановилось.
Я медленно обернулся.
Человеком, стоявшим там, была — Кан Ха Ныль.
Со времен моей учебы в Тренировочной Школе Пробужденных, та самая одноклассница, которая... мучила Мун Ю Джина.
Пробужденная EX-ранга.
И жертва, подавшая на меня в суд.
Она была высокой. Казалось, около 180 см.
Стройное, но при этом какое-то крепкое на вид телосложение, и огромная грудь, которую не мог скрыть даже спортивный бюстгальтер, сразу бросались в глаза.
Её лицо... было в точности таким, каким я его помнил. Освежающая красота. С озорной улыбкой на губах.
— Нашла тебя, Ю Джин.
Она сделала шаг ближе.
Я инстинктивно отступил назад.
Но единственным выходом из этой студии была дверь, которую она загораживала. Бежать было некуда.
«Почему она здесь...»
Вопрос застрял у меня в горле, но так и не вырвался наружу.
Кан Ха Ныль по-прежнему улыбалась.
— Давно не виделись.
Кан Ха Ныль стояла спиной к двери.
Расстояние между нами едва составляло два шага.
В тесной студии её присутствие казалось подавляющим.
— Вау — столько времени прошло. Верно? Целый год и восемь месяцев.
Она произнесла это снова.
— К-как ты меня нашла?
— Как? Я пошла за тобой после того, как ты вышел из полицейского участка, вздыхая так, будто земля уходит из-под ног.
Кан Ха Ныль была красавицей ростом под 180 см с пугающей фигурой. Не заметить её было полностью моей виной.
Конечно, даже если бы я заметил её первым, я бы не смог оторваться от Кан Ха Ныль, будь она полна решимости преследовать меня.
Кан Ха Ныль сделала еще один шаг ближе. Я инстинктивно отступил.
— Что не так? Ты меня боишься?
Как я мог не бояться?
В воспоминаниях Мун Ю Джина Кан Ха Ныль была монстром. Тем, кто таскал людей за собой, как щенков, уничтожал танки голыми руками и крушил всё вокруг, когда впадал в ярость.
И этот монстр сейчас стоял передо мной.
— Никаких контактов всё это время, удалил все соцсети, сменил номер телефона... почему ты бросил свою единственную и неповторимую подругу и прячешься в таком месте?
«Подругу?»
Я усомнился в собственном слухе.
— Подругу... говоришь?
— Ага. Мы ведь друзья, не так ли? Лучшие друзья.
Кан Ха Ныль склонила голову набок. На её лице читалось искреннее непонимание.
— В школе мы всегда были вместе. Вместе ели, вместе проводили перемены.
«Это потому, что ты в одностороннем порядке таскалась за мной».
Но на лице Кан Ха Ныль читалось лишь искреннее любопытство. Казалось, она понятия не имела, что сделала не так или почему Мун Ю Джин сбежал.
Точно. Не было ни следа чувства вины.
«Она действительно не понимает? Вау, серьёзно».
Это было немного неожиданно, но я почувствовал, как в груди закипает нечто горячее.
Вероятно, это была обида Мун Ю Джина. Гнев. Злоба.
— Друзья, говоришь?
— Ага.
— Разве друзья так поступают с друзьями? Ходить по пятам каждый день, не давать общаться с другими людьми, крушить всё вокруг, когда ты расстроена?
Кан Ха Ныль замерла.
— Ю Джин...?
— Когда я сблизился с другой девочкой в школе, ты разнесла всё вдребезги. Даже танки и бронетехнику, которые приехали тебя остановить!
— Это было...
— И ты ни разу не задумалась о своем поведении. Ты просто угрожала мне, чтобы я тебя не злил!
Кан Ха Ныль промолчала. Она просто смотрела на меня.
— Я тебе не питомец и не кукла. Как я живу, где я живу, с кем встречаюсь — не твое дело!
Только высказав всё это, я почувствовал, как на душе стало немного легче.
Эти слова сам Мун Ю Джин никогда бы не смог произнести. Потому что Мун Ю Джин по-настоящему боялся Кан Ха Ныль.
Но я их сказал. Не думая о последствиях, я всё выплеснул.
Даже когда я тяжело дышал, излив свой гнев водопадом слов, Кан Ха Ныль хранила молчание.
Выражение её лица... было нечитаемым. Не лишенным эмоций, но и не сердитым.
Она просто безучастно смотрела на меня.
«......Угх».
Страшно.
Её вечно улыбающееся лицо, теперь ничего не выражающее, пугало ещё больше.
О чем она сейчас думала? Она злилась? Или...?
Молчание продолжалось.
Десять секунд, двадцать секунд, тридцать секунд.
— Пха-ха-ха-ха!
Внезапно Кан Ха Ныль расхохоталась. Её раскатистый смех заполнил тесную комнату.
Она схватилась за живот от смеха. Как будто ей и вправду было весело.
— Ч-что... что тут смешного?
— Ты дулся из-за такой ерунды?
Она перестала смеяться и посмотрела на меня сверху вниз.
— Нет, серьёзно, это мило. Впервые вижу, как Ю Джин злится, и это так мило. Даже твой дрожащий голос — это мило.
Кан Ха Ныль вытерла уголок глаза тыльной стороной ладони.
— Тебе нужно было просто сказать об этом. Если тебе это не нравилось, нужно было так и сказать.
— Я так и говорил!
— Да? Что-то не припомню.
Эта женщина и впрямь была сумасшедшей?
— Тогда давай поступим так.
Кан Ха Ныль внезапно задрала свой тренировочный топ.
Под её белой кожей показался крепкий, рельефный пресс.
Мышцы, очерченные четкими линиями. Гладкая кожа без единой капли пота.
Идеальное тело, как у модели с обложки журнала.
— Ударь меня.
— ...Что?
— Я поняла, что Ю Джин злится на меня. Так ударь меня. Пока тебе не станет легче.
Кан Ха Ныль похлопала себя по животу.
— Если кулаки не помогают, можешь взять стальную трубу или что-то в этом роде. Бей меня сколько влезет.
О чем она говорит?
— Ты спятила?
— Не хочешь бить — не надо. Но тогда тебе не станет легче, верно? Просто ударь меня. Я стерплю.
Она широко улыбнулась. Это так бесило, что во мне вскипела ярость.
— Думаешь... я тебя не ударю!?
— О, так ты ударишь? Отлично.
Кан Ха Ныль развела руки в стороны.
— Давай, вперед.
«Отлично. Я дам тебе то, что ты хочешь».
Я сжал кулак. И врезал им по белоснежному прессу Кан Ха Ныль.
Бам.
Глухой звук.
Но... Кан Ха Ныль даже глазом не моргнула. Она совершенно не выглядела так, будто ей больно.
«Сильнее».
Я ударил снова. И снова.
Бам. Бам. Бам, бам.
Я бил её без остановки. Со всей силой, на которую были способны руки Мун Ю Джина.
Но ничего не изменилось.
На стальном прессе Кан Ха Ныль не осталось даже красного следа. Мои удары были сродни легким похлопываниям.
— Ха-ха, щекотно.
Рассмеялась Кан Ха Ныль.
«Проклятье».
Я ударил сильнее. Изо всех сил. Со всем, что у меня было.
Мой кулак начал болеть. Костяшки пульсировали.
Бам. Бам. Бам. Бам.
— О, чуть посильнее? Но всё равно щекотно.
Кан Ха Ныль продолжала улыбаться.
Мои руки отяжелели. Дыхание стало прерывистым. Пот пропитал всё мое тело.
Тело Мун Ю Джина было таким же слабым, как и у Ё Рыма. Единственным спасением было отсутствие хронического заболевания.
Бам. Бам.
Мои удары замедлились. Я больше не мог вкладывать в них силу.
Наконец, я опустил руки.
— Ха-а... ха-а...
Тяжело дыша, я снизу вверх посмотрел на Кан Ха Ныль.
Она всё ещё была в полном порядке. Ни единого синяка. Её пресс был в таком же идеальном состоянии, как и прежде.
— Теперь полегчало?
Спросила Кан Ха Ныль.
Всё с тем же ухмыляющимся лицом.
Я не смог ответить.
Осталось лишь разочарование.
Говорят, что разочарование заставляет человека расти, но действительно ли Мун Ю Джин сможет вырасти?
Эта абсурдная мысль промелькнула у меня в голове.