Чёрный Принц

Глава 2: Чёрный Принц.

Алый ковер рассекал тронный зал надвое, пролегая по широким каменным плитам под высоким потолком. По обе его стороны до самого трона тянулись колонны. Пространства между ними были заполнены дворянами, среди которых, стоя плечом к плечу в ровных рядах, была знакомая фигура принца Стовелла. На троне восседал император, мужчина с удивительно юными чертами лица, хотя, по общему мнению, ему не было меньше шестидесяти. Канцлер Граэци ожидал у его правой руки.

Хиро выглядел совершенно невозмутимым, шагая по ковру, хотя воздух был настолько тяжёл, что любой обычный человек сник бы. Чёрная Камелия развевалась у его пят. Пока он шёл, из рядов дворян поднимался шёпот.

— Вы полагаете, он и вправду наследник второго императора?

— Он едва ли больше чем дитя... но это ведь Чёрная Камелия у него на плечах?

— Он молод, это правда, но держится как король.

— Он стоит высоко и гордо, хотя воздух можно резать ножом. Уверенности в нём хоть отбавляй, но рождена она заслугами или невежеством?

Хиро остановился на небольшом расстоянии от императора. Он ударил правой рукой по левой стороне груди и опустился на одно колено. Движение вызвало порыв ветра, заставивший его пальто взметнуться, прежде чем оно снова опустилось на пол.

— Можете начинать, — провозгласил император.

Его блестящие нефритовые глаза всё это время смотрели на Хиро сверху вниз.

Канцлер Граэци торжественно шагнул вперёд и развернул свиток пергамента.

— Первый принц Стовелл и третий принц Бруталь, ваш приговор определён. Предстаньте пред троном.

Бочкообразная фигура принца Стовелла опустилась на одно колено справа от Хиро. Принц Бруталь — лысый мужчина с недобрыми глазами — последовал его примеру, опустившись на колено слева от Хиро.

— Третьему принцу Бруталю наказания не выносится.

Довольный ропот пробежал среди сторонников третьего принца.

— Первый принц Стовелл лишается наград, полученных во время кампании в Фаерзене, и приговаривается к трёхмесячному домашнему аресту.

Сторонники первого принца с облегчением выдохнули, и их вздохи были слышны. Даже сторонники третьего принца не смели ставить под вопрос мягкость наказания — их собственный патрон отделался столь же легко, и эта милость могла быть легко отозвана. Однако от неопределившихся дворян донёсся поток возмущённых шёпотов.

— Неслыханно! Человек покусился на жизнь родной сестры!

— Разве обладание Мьёльниром достаточно, чтобы простить ему любое преступление?!

— Его должны были сместить в порядке наследования... Нет, лишить командования Первым Легионом!

Голос канцлера Граэци прорезал нарастающее недовольство.

— Тишина! Тишина в присутствии императора!

Зал затих, как мельничный пруд, но было невозможно скрыть обиду и возмущение, продолжавшие кипеть под поверхностью.

«Он только что разозлил половину своего двора. В чём его игра?»

Приговоры обоим принцам были необоснованно мягкими — такими решениями, которые могли бы бросить тень на суждение императора. Хиро мог лишь предположить, что тот намеревался погасить такие искры недовольства, прежде чем они разгорятся.

— Лорд Хиро. Ввиду ваших заслуг в битве против герцогства Лихтайн вы возводитесь в положение военного трибуна третьего класса.

Этого вознаграждения было достаточно, подумал Хиро, но канцлер Граэци не закончил.

— Кроме того, в соответствии с последней волей его величества Первого Императора, вы будете введены в императорскую семью Гранца, где вам будет дарован титул четвёртого принца империи. Соответственно, вы займёте пятое место в линии престолонаследия. Ваше положение может в дальнейшем повыситься в зависимости от ваших будущих достижений.

Хиро с трудом удержался, чтобы не поднять голову. Это было невероятно щедро. Он ожидал, что его добавят в конец королевской таблицы и неохотно выделят ему клочок какой-нибудь пограничной провинции.

Ошеломлённая тишина воцарилась в тронном зале. Никто не мог вымолвить слова. Пока зал смотрел в шоке, канцлер достал лист белой бумаги. Он испускал нежное сияние, хотя на него не падало никакого особого света.

— Сама верховная жрица свидетельствует об истинности его происхождения, — провозгласил он. — Более того, Чёрная Камелия признала его своим хозяином.

Взгляды дворян метались между Хиро и письмом верховной жрицы.

— Лорд Хиро, отныне вы можете именовать себя Хиро Шварц фон Гранц.

Канцлер Граэци дважды хлопнул в ладоши. По его сигналу вошли несколько фрейлин и развернули огромное знамя. На чёрном поле гордо красовалась эмблема дракона, сжимающего серебряный меч.

— Вам отныне дозволяется использование штандарта его величества Второго Императора. Да докажете вы себя достойным его имени.

Хиро мог лишь усмехнуться про себя. Практически всё, что у него когда-то было, вернулось к нему, и он даже пальцем не пошевелил.

«Старый лис...»

Если бы император понизил в линии наследования любого из принцев — или, что хуже, лишил их прав наследования вовсе — он мог бы столкнуться с открытым мятежом их сторонников. Вместо этого он обезоружил этих сторонников, вынеся неожиданно мягкие приговоры, прежде чем ошеломить их введением нового принца. Потомок самого Марса представлял бы заманчивую возможность для любого дворянина. Тот, кто поддержит такую личность, мог бы рассчитывать на огромную поддержку народа. В данный момент каждый лорд и леди в зале, без сомнения, высчитывали, переметнуться ли им сейчас или подождать, как развернутся события.

«Он бросил меня волкам, чтобы снять их со своей шеи».

Первыми, вероятно, подойдут неопределившиеся дворяне. Они смогут действовать быстрее своих коллег, опутанных фракционными связями. Именно они были больше всего недовольны решением императора, хотя теперь их меньше будет волновать несогласие, чем использование ситуации для опережения своих собратьев-элит.

«Что ж, это мне вполне подходит».

Многие люди будут отныне к нему подходить, надеясь использовать его в своих целях.

«Только справедливо, что и я использую их в ответ».

Губы Хиро искривились в дикой усмешке.

— Вскоре состоится банкет по случаю этих событий. Желаю вам всем приятного вечера.

С этими словами канцлер Граэци и император удалились из зала. Принц Стовелл и принц Бруталь также ушли вместе со своими вассалами. Вместо них вошли слуги, чтобы подготовиться к банкету.

Пока Хиро стоял, гадая, что делать, к нему подошла Аура.

— Можно подумать, это не твоя первая королевская аудиенция.

Она уставилась на него испытующим взглядом.

Хиро неловко рассмеялся.

— В каком смысле?

— Ты только что промаршировал перед самыми могущественными дворянами империи. Любой бы струсил. Но ты выглядел так, будто привык к этому. Как будто делал это раньше.

— Правда? Я довольно сильно боялся. Должно быть, повязка просто мешала это заметить.

— Как скажешь.

Вероятно, она догадалась, кто он такой. Она определённо была достаточно проницательной.

Хиро вздохнул.

— Допустим, теоретически, фигура из прошлого внезапно появилась в настоящем, — сказал он, понизив голос. — Как ты думаешь, что произойдёт?

Глаза Ауры сузились. Она помедлила, тщательно подбирая слова.

— Теоретически?

— Теоретически. Как, по-твоему, его примут?

— Если бы это случилось... если бы, скажем, герой тысячелетней давности появился в наши дни... я думаю, многие сочли бы это неудобным.

— Согласен.

— Народ полюбил бы его, — продолжила Аура своим отстранённым монотонным голосом, — но сильные мира сего возненавидели бы. Силы объединились бы, чтобы раздавить его, прежде чем он сможет угрожать статусу-кво. Ему пришлось бы скрывать свою истинную личность за более приемлемым фасадом. Скрывать свою истинную силу... или выдавать себя за собственного потомка.

— Это интересная мысль.

— Что ж. Не так уж много людей поверили бы, что он живой бог, даже если бы он кричал об этом с крыш.

— Правда.

— Но никто не может видеть будущее. Его истинная личность может быть раскрыта в любой момент. Ему было бы разумно подготовиться к худшему.

— Я учту это.

В голосе Хиро зазвучала твёрдая решимость.

Глаза Ауры лукаво сверкнули.

— Теоретически.

— Ха-ха, да, конечно. Именно это я и имел в виду.

Хиро смущённо взъерошил волосы, надеясь, что она не заметила его оговорки. Аура лишь улыбнулась.

Приятная мелодия поплыла по воздуху, когда оркестр начал своё выступление. Хиро огляделся и увидел, что слуги отступают к кулисам — подготовка к банкету завершена. Толпа дворян просачивалась через открытые двери. Он смотрел некоторое время, делая несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить нервы.

«Ладно, пан или пропал. К концу вечера мне нужно выяснить, кому я могу доверять... а кому нет».

Было бы разумно также связаться с Домом Кроне, пока есть возможность. Лучше враг известный, чем неизвестный.

«Конечно, им стоит сделать первый шаг».

Если он подойдёт первым, это может заставить остальных дворян шептаться. Последнее, чего он хотел, — это начать слухи о том, что потомок второго императора и Дом Кроне в сговоре.

«Что ж, если они вообще придут. Сомневаюсь».

Как сторонники принца Стовелла, явиться на банкет, пока сам принц находится под домашним арестом, было бы шокирующим нарушением этикета. Кроме того, сейчас было не время позволять алкоголю затуманивать их рассудок. Земля, которую они считали стабильной, рушилась у них под ногами. Им нужно было действовать быстро, иначе они могли оказаться в свободном падении. Несомненно, в тот самый момент они ломали головы над следующим шагом.

«Принц Бруталь и западные дворяне, вероятно, будут здесь...»

Толчок за рукав прервал его мысли.

— Хиро... мне нужно идти.

— А? — Он обернулся и увидел Ауру, смотрящую на него снизу вверх.

— Мне больше нельзя быть с тобой на виду.

Конечно. Аура была главным стратегом принца Бруталя; от неё ожидали, что она останется с его сторонниками. Если её увидят с новоиспечённым четвёртым принцем, это породит всякого рода неприглядные слухи. Это может даже разжечь подозрения, что она переметнулась, и те, кто хочет от неё избавиться, ухватятся за этот шанс, чтобы раздуть пламя.

— Конечно. Я не хочу вредить твоему положению.

— Тогда до скорого.

Она бросила на него задерживающийся взгляд и ушла. Хиро смотрел, как она семенит прочь сквозь толпу.

«Принц Бруталь слишком полагается на советы своих вассалов... что, в общем-то, означает, что им легко манипулировать. Вероятно, поэтому так много людей льнёт к нему».

Краткий взгляд, который Хиро бросил на третьего принца, наводил на мысль о глубоко параноидальном человеке. Это могло быть полезно по-своему. Нужные слова в нужных местах — и всё, что потребуется, чтобы подтолкнуть его в желаемом направлении. Если возникнет упрямое препятствие, этот мужчина может стать мощным союзником.

«Настоящий вопрос — как мне сблизиться с ним».

Тысячу лет назад он презирал подобную политиканскую возню. Он проводил каждую возможную минуту на передовой, лишь изредка возвращаясь во дворец. Эта небрежность дорого ему стоила, вплоть до того, что он отказался от всего и вернулся на Землю. На этот раз он не мог позволить себе отстраняться от придворных дел, даже если его неопытность, вероятно, заставит его спотыкаться на каждом шагу.

«Это путь, который я выбрал. Самое меньшее, что я могу сделать, — это пройти его до конца».

Он собрался с мыслями, принял стакан воды от официанта и подошёл к длинному сервировочному столу с роскошной закуской. Несколько дворян увидели его движение и восприняли это как сигнал собраться. Все носили экстравагантные украшения поверх кричащих нарядов.

«Словно стая расфуфыренных павлинов».

Пока он внутренне усмехался этому образу, из толпы выступил важного вида дворянин.

— Лорд Хиро Шварц, полагаю. Для меня честь познакомиться с вами.

Хиро пожал протянутую руку.

— Взаимно.

— Позвольте представиться. Я...

Мужчина пустился в длинную, многословную тираду-представление.

— Молюсь, чтобы наши отношения были долгими и плодотворными, — наконец заключил он.

Вкратце, он владел некоторыми землями на западных территориях. Это делало его сторонником принца Бруталя, как и остальных западных дворян. Хотя третий принц на этот раз избежал гнева императора, в следующий раз ему может не так повезти. Очевидно, некоторые из его сторонников искали способы подстраховаться.

— Я тоже, — ответил Хиро. — Я обязательно запомню ваше имя и лицо.

«Как лицо оппортуниста», — мысленно добавил он.

После этого плотина прорвалась. Всё больше и больше дворян собиралось вокруг него, все предлагая руки своих дочерей в брак или услуги своих сыновей в качестве вассалов, каждый последний чуть ли не пуская слюни от жадности. Они удерживали его в ловушке почти час, прежде чем ему удалось извиниться. Он опустился на диван у стены, изо всех сил стараясь не показывать свою усталость.

«Я не ожидал, что их будет так много...»

Он осушил свой стакан воды залпом и окинул взглядом зал. Многие дворяне вытягивали шеи, чтобы не спускать с него глаз, ожидая своего шанса. Знакомства на этот вечер были для него далеко не закончены.

«Но я не видел ни одного человека с центральных территорий, не говоря уже о самом Доме Кроне».

Он подозревал, что Дом Кроне и их центральные дворяне будут отсутствовать, но это всё равно было разочарованием. Он приложил немало усилий, чтобы подготовиться к противостоянию. Теперь они пропадут даром.

Также примечательно, что наиболее частые предложения исходили от восточных дворян.

«Контроль Дома Кельхайт, должно быть, ослабевает после смерти их главы».

Никто прямо этого не говорил, но он почувствовал от многих определённое недовольство руководством овдовевшей графини фон Кельхайт. Хотя и не от всех; у неё, по сути, не было недостатка в пылких сторонниках. Казалось неизбежным, что два лагеря в конце концов столкнутся, и произойдёт раскол.

«Всё согласно плану Дома Кроне, уверен».

Как рассказывала Аура, Дом Кроне, ярые сторонники принца Стовелла, с нетерпением смотрели на восток. Теперь, когда глава Дома Кельхайт ушёл, оставалось лишь вопросом времени, когда они возьмут под контроль ослабленные остатки великого дома. Если Хиро просто будет стоять в стороне и наблюдать, первый принц вскоре закрепит трон.

«Так что вопрос теперь — что мне с этим делать?»

Пока он сидел, погружённый в раздумья, на него упала тень.

— Прошу прощения, но можно к вам присоединиться?

Он поднял взгляд и увидел женщину, облачённую в алое платье. Она смотрела на него свысока завораживающими голубыми глазами, её волнистые волосы были собраны в небрежный хвост, спадающий на плечо, подобно золотому водопаду. Её соблазнительные изгибы, казалось, притягивали каждый взгляд в зале. Разрез на ноге платья был сделан скандально высоко, открывая манящий проблеск бедра, который воспламенил бы животные инстинкты кого угодно. Однако не её красота больше всего заметил Хиро, а рябь шёпота, распространившаяся по толпе при её приближении. Он смотрел на неё настороженно, сознавая окружающие их взгляды.

— Но где мои манеры? — воскликнула она. — Я Мисте Калиара Роза фон Кельхайт, в прошлом третья принцесса, ныне исполняющая обязанности главы Дома Кельхайт. Приятно познакомиться.

Она сверкнула ослепительной улыбкой.

— Теперь я понимаю, почему Лиз так страстно отзывается о вас. О ваших волосах и глазах я слышала, но и черты вашего лица тоже редкое наслаждение.

Хиро ухитрился не показать своего изумления, но его сердце бешено колотилось в груди.

«Почему она здесь? Для её хода ещё слишком рано».

Он ожидал, что графиня фон Кельхайт когда-нибудь к нему обратится, но не так скоро.

«Неужели она настолько отчаялась?»

Время на размышление было роскошью, которую он не мог себе позволить. Он не мог рисковать, выдав ей, что он проницательнее, чем кажется. Она может и быть сестрой Лиз, но её долг перед Домом Кельхайт будет на первом месте; если она к нему обращается, значит, она намерена его использовать. Позволяя ей выбить его из равновесия, он только играл бы ей на руку. Ему нужно было вернуть инициативу. Заставив себя сохранять хладнокровие, он указал на место рядом с собой.

— Пожалуйста. Оно свободно.

— Очень признательна.

В руках у Розы было два бокала. Она поставила тот, что был наполнен бордовой жидкостью, на стол перед Хиро. Скорее всего, это было вино или какой-то алкогольный напиток, но, не имея возможности узнать, не подмешано ли туда чего, он решил воздержаться.

— Простите, но, боюсь, я не пью.

— О? Тогда извините. Вот, это вода.

Она поменяла бокалы на другой, в котором была прозрачная жидкость. Аромат лепестков роз донёсся до его ноздрей, когда она уселась рядом с ним.

— Итак, какие дела у сестры Лиз ко мне? — спросил он.

— Она писала мне о вас, знаете ли. Я подумала, что пора встретить человека, которому моя дорогая сестра так многим обязана.

— Лишь малую часть того, чем я обязан ей. Для меня большая честь встретиться с членом её семьи.

— О, ну же, ваше высочество, давайте не будем такими чопорными друг с другом. С сегодняшнего дня ваш ранг выше моего. Что подумали бы другие дворяне, услышав, как вы так говорите?

— Как вы... то есть, ладно. Так лучше?

— Намного лучше. Просто помните в будущем о своём положении.

Смеясь, она отпила из своего бокала, затем наклонила его в его сторону с озорной ухмылкой.

— Отказываться от такого прекрасного вина, впрочем... Вот это настоящий промах.

— Вино мне не подходит.

Это была единственная отговорка, которую он мог привести. Возраст совершеннолетия в этом мире — пятнадцать лет.

— Жаль. Оно делает некоторые необходимые испытания гораздо более приятными.

— Учитывая, насколько опасными были недавние события, трезвость кажется безопаснее.

Роза фыркнула.

— Не знаю, назвать ли это благоразумием или трусостью.

— Я знаю. Это трусость.

— И это от человека, который только что смотрел императору и его двору в глаза и не моргнул. Можно спросить, почему вы так низко о себе думаете?

Краем глаза Хиро увидел, как Роза наклонилась ближе. Его лицо приняло пустое выражение.

— Я боюсь сожалеть о своих выборах. В битве, скажем... неважно, кричат ли мои враги, плачут или умоляют о пощаде, я не проявлю к ним никакой милости. Если только не смогу использовать их, в любом случае. Отпустив их, я могу навлечь несчастье на невинных, а этого я не вынесу.

Какое-то время Роза только смотрела. Возможно, из-за перемены в его лице она выглядела так потрясённо; возможно, потому что ей мелькнуло безумие в его сердце. Она осушила бокал и позвала официанта, чтобы тот принёс ещё вина. Мужчина вернулся с бокалом белого, ароматом которого она насладилась некоторое время, прежде чем снова заговорить.

— Сколько вы сказали, вам лет?

— В этом году исполнится семнадцать.

— Довольно извращённое отношение для человека вашего возраста. Даже высокомерное.

Роза тихо рассмеялась.

— Теперь мне интересно, какое прошлое могло породить такого мужчину, как вы.

— Ничего интересного, обещаю. Горстка полей сражений, вот и всё.

— Правда? Что ж, скажите мне. Если бы я прямо сейчас сделала себя вашим врагом, что бы вы сделали?

— Сначала ничего. Но я бы провёл черту, и если бы вы перешли её, я бы снёс вам голову.

— Вы бы не убили меня сразу?

— У меня не такой короткий предохранитель. Я не дикарь.

— Значит, вы предпочитаете всё обдумать, прежде чем действовать.

— Животные поддаются своим порывам. Люди знают, что оно того не стоит. Я только создал бы больше врагов и оттолкнул союзников, и в конце концов у меня осталось бы больше сожалений.

Взгляд Хиро стал отстранённым, пока он говорил. На мгновение в его глазах промелькнула тень сожаления, но она исчезла, прежде чем Роза могла её увидеть.

Роза кивнула про себя, размышляя над его словами. Она скрестила руки, приподняв при этом грудь.

— Как Стовелл?

Хиро подумал об этом, но чёткого ответа не нашлось.

— Я не знаю его достаточно хорошо, чтобы судить. Но могу сказать одно. Если я извращённый, то он хуже.

Роза рассмеялась.

— Вы правы насчёт этого. Обидно. Было время, когда он был бы образцовым императором.

— Что его изменило?

— Мьёльнир. Он выбрал его, когда тому было восемнадцать. После этого он стал другим. Он утратил способность заботиться о чувствах людей под ним. Теперь он искренне верит, что сила порождает право, а слабость презираема. Он убеждён, что он сильнейший из всех, и ничего не боится больше, чем быть доказанным в обратном.

— Значит, я был прав. Он извращённый.

— Нет предела человеческой жадности, и приход к власти — это когда она проявляется сильнее всего. Власть меняет людей. Теперь вам следует быть осторожным с этим, раз вы принц.

— Буду.

Язык Розы облизнул её губы. Её рот изогнулся в улыбку.

— Что ж, время пришло. Думаю, мы достаточно потанцевали вокруг сути, не находите?

Она делала свой ход. Хиро нужно было сосредоточиться, иначе эта пантера сорвёт ему голову.

«Играть в игры только даст ей время строить козни».

Нет, лучшим ходом здесь было перейти прямо к сути дела. Это вернуло бы разговор в его русло.

— Потому что у Дома Кельхайт не осталось времени? — спросил он.

На долю секунды в глазах Розы вспыхнуло нечто опасное.

— Вы провели своё исследование, как я вижу. Не то чтобы я могла жаловаться. Это мои недостатки сделали всё таким очевидным.

— Если бы ваши дворяне лучше держали линию, я бы не узнал.

— Если вы заметили так много, тогда нет смысла пытаться это скрыть. Да, восточные дворяне на грани раскола на две части. Мы живём в мире мужчин. Женская глава дома представляет определённые трудности, от которых многие предпочли бы избавиться.

— Как наследование по мужской линии в империи. Даже великие дома не выше этого, полагаю.

— Нет, не выше, — вздохнула Роза. — И потому мне приходится терпеть бесконечных ухажёров.

— Не виню их, — сказал Хиро. — Все активы Дома Кельхайт на кону. Их семья в одночасье стала бы одним из самых могущественных домов империи.

— Меня не интересует какой-нибудь никчёмный второй сын другого дома.

— Уверен, вы могли бы найти кого-то получше.

— Возможно, если бы постаралась. Но мне на самом деле нужен кто-то, кто не является чьей-либо пешкой.

Хиро замолчал на мгновение, но наконец ответил.

— Знаете, это не сработает. Брак со мной не даст вам того, чего вы хотите.

Роза покачала головой.

— Я не прошу вас жениться на мне. Сомневаюсь, что вы бы и так захотели.

— Тогда что? Вы надеетесь, что принц заговорит в вашу пользу? Я не в том положении, чтобы вмешиваться в дела великого дома. Пока что, во всяком случае.

— Вполне справедливо. Но есть одна вещь, которую вы можете сделать.

— И что же это?

Роза не ответила, но бросила настороженный взгляд по залу. Кто-то, где-то, вероятно, подслушивал, хотя потребовался бы исключительно острый слух, чтобы разобрать их разговор сквозь гам банкета.

Со вздохом Хиро посмотрел на бокал на столе. До сих пор он избегал прикасаться к нему. Роза принесла его для него, так что высока вероятность, что туда что-то подмешали.

«Но если альтернатива — продолжать кружить друг вокруг друга вот так...»

Он собрался с духом, взял бокал в руку и осушил его. Содержимое вызвало покалывание, проходя по горлу, но в остальном ничего не произошло. Тем не менее, этого было достаточно, чтобы доказать, что его подозрения были верны.

— Просто для уверенности, — спросил он, — там что-то было?

Глаза Розы расширились.

— Впечатляет. Вы даже говорить не должны были бы быть в состоянии.

Она прочистила горло и заставила себя улыбнуться, но бросила это так же быстро, очевидно решив, что притворство бесполезно.

— Мощный паралитик. Должен был помутить ваш рассудок, но не повезло.

— Вы бы только ухудшили для себя положение, подмешав что-то кому-то на публике.

— Неужели? Вы едва ли были бы первым мужчиной, который не мог удержать выпивку в моей компании.

— Вы всё продумали. Полагаю, у вас есть и планы вывезти меня отсюда?

— Не то чтобы это имело значение сейчас. Должна сказать, я не рассчитывала на то, что вы окажетесь таким стойким. Интересно, человек ли вы вообще.

Хиро извиняюще улыбнулся.

— Конечно, человек. Просто немного крепче, чем большинство.

Она слабо рассмеялась.

— Надо было подумать, чтобы подсыпать вам усыпителя для монстров.

Что бы она ни намеревалась сказать ему наедине, теперь она не могла. Её взгляд упал на пол в унынии. Теперь, когда её план был раскрыт, ей следовало бы исчезнуть; тот факт, что она этого не делала, мог означать только одно — её прижали к стене. Учитывая это, Хиро решил протянуть ей руку помощи.

— Не сдавайтесь пока. Продолжайте. Я сыграю свою роль.

Губы Розы разомкнулись от удивления.

— Вы уверены? Я не убийца, но я всё равно пыталась вас отравить... Ах!

Она вскрикнула, когда Хиро притянул её ближе, приблизив свои губы к её уху.

— Тогда я мог бы и доесть всё до конца. Делайте своё предложение, а потом я решу.

Роза усмехнулась.

— И подумать, что я позволила этому мальчишескому лицу обмануть себя. Под ним вы настоящий зверь.

Она обвила руками его голову, прижав его лицо к своей пышной груди. Это было равносильно тому, чтобы пихнуть ногой шершневое гнездо. Мгновенно зал наполнился гулом шёпота.

— Его высочество, кажется, превысил свои пределы, — обратилась она к окружающей толпе. — Будет ли кто-нибудь так добр помочь мне отнести его обратно в мой особняк?

Три дамы и два джентльмена предложили свои услуги. Они подошли без колебаний, почти как будто ожидали, что их позовут. Несомненно, подсадные утки Розы.

— Некоторые яды слаще других, — прошептала Роза ему на ухо, пока мужчины поднимали его на ноги.

Издалека это выглядело бы просто так, будто она помогает.

— Уверена, вы найдёте мой весьма неотразимым.

— С нетерпением жду, чтобы узнать.

— Тогда отправимся?

— Стойте, — прервал тихий голос.

Роза обернулась и увидела Ауру.

— Какая приятная неожиданность. Чем могу быть полезна блистательной леди фон Бунадала?

— Куда вы его ведёте? — потребовала Аура.

— Боюсь, ситуация довольно срочная. Я буду рада объяснить всё... позже.

Роза щёлкнула пальцами. По её сигналу три её женщины шагнули вперёд, окружив Ауру.

— О, графиня фон Бунадала! — воскликнула одна. — Мы так надеялись поговорить с вами!

— Отстаньте от меня!

— Ну-ну, давайте без этого.

Без её духовного оружия и с рукой на перевязи, Аура могла оказать мало сопротивления. У женщин не было проблем удерживать её на месте.

Роза провела тонким пальцем по повязке Хиро.

— Теперь, когда с этим разобрались, пойдём куда-нибудь потише?

Дворяне вынесли Хиро из зала и пересекли дворцовое поместье к особняку Розы. Там все, кроме Розы, извинились и удалились, оставив их вдвоём в лунной комнате. Роза заняла место в замысловато украшенном кресле, а Хиро расположился на огромной кровати, достаточно большой, чтобы пятеро лежали в ряд.

— Мне следует извиниться, — сказала графиня. — Я ожидала, что всё пройдёт более гладко, в нескольких смыслах.

— Не беспокойтесь об этом, — сказал Хиро. — Тем не менее, думаю, пора вам рассказать, о чём всё это.

— Хорошо. Хотя к этому моменту, уверена, вы догадались.

— Более или менее.

Весь банкетный зал стал свидетелем того, как пьяный принц и доступная вдова обменялись скандальными объятиями, затем удалились в особняк последней задолго до окончания ночи. Не трудно было представить, какой вывод они сделают.

— Если я позволю распространиться слуху, что я ваша любовница, — сказала Роза, — я наконец смогу держать своих ухажёров на расстоянии.

— Лишь на время. Вам всё равно нужно будет в конце концов найти мужа.

— Верно. Если бы я была лишь вашей любовницей.

Луч лунного света упал на Розу через окно в ночной темноте, очертив её соблазнительную фигуру серебристым сиянием.

— Но что, если бы я родила вам ребёнка?

Хиро почти забыл, как дышать.

— Что...?

— Вот как я расстрою амбиции Дома Кроне. Я стану вашей любовницей. Я использую ваш авторитет как четвёртого принца и наследника второго императора, чтобы вернуть моих дворян в строй. Затем я рожу вашего ребёнка и поставлю его новым главой Дома Кельхайт. Я же говорила вам, не так ли? Мне на самом деле нужен кто-то, кто не является чьей-либо пешкой.

— Остальная часть Дома Кельхайт на это не согласится. Я фактически захвачу дом.

— Если это означает введение крови императора Шварца в семейную линию, они согласятся на всё, что я попрошу.

— Но ни один из нас... — Триумфальная усмешка на лице Розы остановила протест Хиро в горле.

— Нет, род не прервётся. Мы поженим ребёнка с дочерью боковой семьи. Линия фон Кельхайт продолжится, усиленная кровью императора Шварца. Как они могут возражать против этого?

Хиро мог только слушать.

— И вас щедро вознаградят за ваши хлопоты. Я буду в вашей постели каждую ночь, а также поддержка всех восточных дворян. Неплохая сделка, не находите?

Так оно и было, особенно учитывая предстоящие трудности. Личные достоинства Розы в сторону, Хиро больше всего не хватало средств и связей. Дом Кельхайт мог предоставить ему и то, и другое.

— Кроме того, я не прошу вас зачать ребёнка со мной сегодня ночью. Я не распутница, что бы вы ни думали. Я бы оценила некоторое время, чтобы подготовиться... хотя и не стану навязывать вам свои сомнения, если они вам не по нраву. Мы могли бы сделать это сейчас, если хотите.

Хиро с трудом собрал слова для ответа.

— Я с радостью буду вашим союзником, — наконец сказал он, — но дети меня не интересуют.

Роза тихо рассмеялась.

— Меня это устроит, пока что. Часть меня боится того, что может сказать Лиз.

Она встала, подошла и устроилась на кровати. Та скрипнула под её весом, когда она приблизилась.

— Что ж, уже довольно поздно. Нам стоит лечь спать.

— Неужели мы действительно должны делить её? — спросил Хиро. — Я могу занять диван.

— Это бы свело на нет всю цель. Я хочу знать, что мы спали вместе, даже если не так, как думают люди.

С озорной усмешкой она обвилась вокруг его руки.

— Хотя не сдерживайтесь, если настроение нахлынет. Я вас не оттолкну.

— Мы можем хотя бы спать на противоположных концах кровати?

Единственным ответом Розы было глубокое, размеренное дыхание.

— Вы отключаетесь так же быстро, как ваша сестра.

Смутные воспоминания о ночи в горах промелькнули в голове Хиро. Он закрыл глаза и, укутанный в женскую мягкость, погрузился в глубокий сон.

---

Великолепные картины покрывали стены от угла до угла, а диковинки со всего мира украшали каждую поверхность. Каждый последний предмет был творением тончайшего мастерства, превращавшим саму комнату, в которой он находился, в показную демонстрацию силы. Это была Палата Суверена, где проживал сам император, скрытое место, о существовании которого знали лишь самые доверенные его вассалы. В центре стоял канцлер Граэци, а перед ним сидела фигура сорок восьмого императора Гранцской Империи, императора Грейхайта.

Император смотрел на канцлера глазами ястреба, держа в одной руке бокал вина.

— Что-то вы хотите сказать?

— Я лишь удивляюсь, не были ли вы слишком мягки с первым принцем, — сказал канцлер. — Если вы намерены воспользоваться лордом Хиро, конечно, не повредило бы ослабить его конкурентов. Понижение в линии наследования не было бы лишним.

— Это помешало бы необходимой подготовительной работе для наших будущих планов. Это вам известно так же хорошо, как и мне.

— Вы говорите о нашем намерении свергнуть Дом Кроне.

— Древние дома думают только о самосохранении. Дом Кроне не исключение, прогнивший насквозь. И всё же даже старая, покрытая паршой собака может пролить кровь, если её слишком поспешно загнать в угол. Лучше поймать её в клетку и уморить голодом, а затем свернуть шею, когда у неё не останется сил сопротивляться.

— Можно лишь надеяться, что они спокойно войдут в свою клетку.

— Они войдут, если будут верить, что делают это по собственному выбору. Они никогда не заподозрят, что танцуют под нашу дудку, даже когда мы заманиваем их на погибель. Старый порядок рухнет, и из его руин поднимутся новые дома, молодые, стройные и голодные, какими должна быть эта великая нация.

Император Грейхайт глубоко вдохнул аромат вина, затем позволил бокалу упасть на пол, разбросав сверкающие осколки во все стороны. Бордовое пятно впиталось в плюшевый ковёр. Улыбка императора углубилась, пока он наблюдал, как оно расползается.

— Я презираю декадентство.

Канцлер Граэци наклонился, чтобы убрать осколки стекла, но император остановил его взмахом руки.

— Выбросьте всё это. Что важнее, как вы оцениваете моего новейшего сына?

— Этот человек знает лучше меня, ваше величество.

Канцлер хлопнул в ладоши. Мужчина в плаще путешественника появился словно из ниоткуда позади него и опустился на одно колено.

— Говоря честно, ваше величество, — сказал мужчина, — боюсь, я не в состоянии его оценить.

Брови канцлера Граэци едва заметно дёрнулись. Хотя этот мужчина носил одежду путешественника, он был видным членом Ванга, частного отряда убийц Дома Шарм. То, что он потерпел неудачу в своём задании, было, мягко говоря, удивительно.

— Крайне досадно, что вы оказались так несостоятельны.

Граэци не стал скрывать своё разочарование.

Мужчина в стыде склонил голову.

— Мне остаётся лишь извиниться.

Как и все убийцы Ванга — или «Голова Смерти» — он оттачивал свои навыки неустанно, пока не оказался на грани смерти, посвящая тело и душу совершенствованию своего искусства. После жизни, полной преданности, он наконец доказал себя достойным личного задания от своего хозяина: простой задачи оценить силу одного мальчика. Для человека, пережившего те испытания, что выпали на его долю, это должно было быть тривиально.

— В один момент он был там, в следующий у него был нож у спины одного из нанятых мной крестьян. Вот всё, что я могу сказать наверняка.

— Этого достаточно.

Канцлер Граэци сказал.

— Отдохните. Я уведомлю вас позже относительно вашего наказания.

— Милорд.

Убийца растворился в тенях.

Канцлер с досадой вздохнул, прежде чем повернуться к императору. Он поклонился с пристыженным видом.

— Мои извинения, ваше величество. Похоже, я выбрал не того человека.

— Не думайте об этом. Я достаточно знаю о вашем Ванге, чтобы не сомневаться в их эффективности.

Император закрыл глаза и вздохнул.

— Пусть проникнут в крепость Берг. На этот раз они не потерпят неудачу.

— Как прикажете, ваше величество.

С этими словами канцлер Граэци развернулся и покинул Палату Суверена.

---

Следующее утро.

Луч утреннего солнечного света упал на лицо Хиро, пробуждая его ото сна. Простыни рядом с ним были пусты. Хозяйка дома, должно быть, уже ушла по каким-то делам.

«Где мне можно привести себя в порядок?»

Он подошёл к двери, намереваясь поискать умывальню, но она открылась с другой стороны. Вошла Роза, излучая ощутимую ауру притягательности. Она каким-то образом умудрилась втиснуться в военную форму, хотя она всё ещё заметно обтягивала грудь.

Её лицо упало.

— О, ты проснулся.

— Только что встал. Не подскажешь, где умывальня...?

— Это может подождать. К тебе посетитель.

Роза оттопырила большой палец назад, её обычная живость странно приглушённой.

Хиро на секунду пристально посмотрел на неё, затем взглянул через её плечо и увидел длинное, костлявое лицо канцлера Граэци.

Пожилой мужчина склонил голову.

— Простите за столь ранний визит.

Хиро посмотрел на него вопросительно.

— Что вы здесь делаете?

— Я принёс письмо от его величества императора. Сожалею о неудобстве, но счёл его важность слишком большой, чтобы доверить другому.

— Письмо от его величества?

— Именно так. Полагаю, вы понимаете, что оно только для ваших глаз.

Канцлер передал письмо с мимолётным, но многозначительным взглядом на Розу, затем поклонился и удалился. Провожая мужчину, Хиро ощутил, как взгляд Розы жжёт конверт.

— Интересно? — спросил он.

— Только если решите, что готовы мне его показать.

Она пожала плечами. Посыл был ясен: делайте, как хотите. Она двинулась по коридору, но остановилась почти сразу.

— Встретимся в столовой, когда закончишь, — сказала она через плечо. — Завтрак будет ждать тебя. А колодец во дворе, если хочешь освежиться.

С прощальным взмахом она свернула за угол и исчезла.

Хиро посмотрел на письмо в руках, не в силах подавить зевок. Он более или менее мог догадаться, что там написано.

«Может, пойду поищу тот колодец», — подумал он.

Внутренний двор было достаточно легко найти. Он подошёл к колодцу и плеснул себе воды на лицо, только чтобы осознать, что полотенца поблизости нет. Он поискал вокруг, моргая сквозь воду в глазах, но не нашёл ни клочка ткани.

«Полагаю, высохну со временем».

Хиро смирился с поражением и заковылял в сторону столовой. Как раз в этот момент что-то мягкое опустилось ему на голову. Потянувшись к этому, он обнаружил, что это белое полотенце. Он вытер лицо насухо, затем огляделся в поисках того, кто его дал.

— Спасибо. Ценю...

Его благодарность застряла в горле, прежде чем он смог закончить. Там стояла Аура, одна рука на бедре, ноги широко расставлены, хмурясь так свирепо, как он никогда не видел.

— Чёрный Принц, как я погляжу. Хорошо провёл прошлую ночь?

Что она здесь делает, было лишь первым из многих вопросов Хиро, но один был насущнее остальных.

— Кто такой «Чёрный Принц»?

— Так тебя теперь называют.

— Кто «они»?

— Дворяне, которые видели, как ты воспользовался уязвимой молодой вдовой прошлой ночью.

— Да ты шутишь... Погоди, это она забрала меня домой, не наоборот!

— Не волнуйся. Я это выдумала.

Хиро выдохнул с облегчением.

— Не делай так. Чуть не довела до инфаркта.

— На самом деле они так тебя называют, потому что ты соблазнил Железную Графиню.

— Кого?

— Их прозвище для графини фон Кельхайт. За то, как она использует любой предлог, чтобы отвергнуть своих ухажёров.

Глаза Ауры сузились с презрением.

— Учитывая, как быстро ты пробрался в её опочивальню, неудивительно, что о тебе шепчутся. Половина двора хочет знать секреты твоего серебряного языка.

— Аргх, что же я наделал?

Хиро схватился за голову руками. Он ожидал, что его действия заставят людей говорить, но он не собирался поднимать такой шум, не говоря уже о том, чтобы вызывать зависть.

Аура подошла ближе, чтобы посмотреть на него снизу вверх свинцово-серыми глазами.

— Я предупреждала тебя быть осторожным с женщинами.

— Прости. Надо было слушаться.

— Слухи распространяет Дом Кельхайт. Ни один другой дом не стал бы так стремиться раздувать твою репутацию. На твоём месте я бы рассказывала всем, кого знаю, что ты уткнулся лицом в корсаж расчётливой вдовы. Например.

— Полагаю, и я тоже.

— Но она следит за тем, чтобы распространять историю, которая тебя льстит. Я впечатлена. Ею, а не тобой. То, что ты сделал, было глупо.

— Полагаю, заслужил.

— Просто не теряй бдительности снова.

Аура досадливо вздохнула. Она посмотрела на куртку Хиро.

— А как же Чёрная Камелия? Разве она не попыталась защитить твою добродетель?

— Не думаю, что мы сейчас в хороших отношениях.

— Ты о духе внутри.

— Да. Уверен, она защитила бы меня, если бы моя жизнь действительно была в опасности, но в остальном, думаю, я сам по себе.

— Своеобразный дух.

— Ещё бы, — вздохнул Хиро.

Чёрная Камелия была куда более сговорчивой тысячу лет назад, хотя это резко изменилось, когда Экскалибур даровал ему своё благоволение. После этого у неё развилась явно капризная черта.

«А потом я оставил её пылиться на тысячу лет».

В этом смысле чудо, что она вообще позволяет ему носить себя — или, по крайней мере, не затягивает его воротник на восемь дюймов.

Пока он оглядывал свою форму, Аура заметила письмо в его руке.

— Что это? — спросила она.

— Это? Письмо от императора.

— Ты ещё не прочитал его?

— Подумал, сначала умоюсь. Хотел немного взбодриться. Кроме того, я могу догадаться, что там.

Аура кивнула.

— Он захочет, чтобы ты присоединился к атаке на Лихтайн.

— Народ назовёт его трусом, если он не отомстит, и дворяне тоже будут недовольны. А в худшем случае всё, чем он рискует, — это одобрение нескольких других наций.

Хиро вскрыл конверт и пробежался глазами по письму. Содержание было более или менее таким, как он ожидал, хотя несколько моментов бросились ему в глаза.

— Хм, — промычал он.

— Как и ожидал?

— В основном. Он хочет, чтобы я доказал себя.

— Подходящее испытание для твоей первой кампании.

Герцогство Лихтайн балансировало на грани краха с момента их катастрофического вторжения несколькими неделями ранее. Отправив пятнадцать тысяч человек через границу и не получив ничего взамен, положение герцога Лихтайна быстро ухудшалось. Малейшее проявление силы заставило бы его дворян броситься сдаваться.

— Там говорится, что новый командующий Четвёртым Легионом — генерал фон Кило. Он ведёт через границу войско в десять тысяч человек. Лиз будет с ними.

Оригинальный командующий Четвёртым Легионом, верховный генерал фон Лоинг, присоединился к первому принцу в домашнем аресте за проступки. Предположительно, с тех пор его заменили.

— А ты? — спросила Аура.

— Я должен поспешить на юг и встретиться с ними по пути, где присоединюсь к советникам генерала. Полагаю, император хочет посмотреть, как я справлюсь с тем, чтобы помочь добить герцогство, когда оно уже ослаблено.

— Достаточно лёгкая роль.

— Должна быть. Затем, полагаю, мы аннексируем север Лихтайна и используем это для заключения мирной сделки.

— Верно. Завоевание герцогства уничтожит рынок рабов.

Хиро преувеличенно пожал плечами.

— Мне почти жаль их, зная, что это единственная причина, по которой мы их держим.

Он снова опустил глаза на письмо. Был ещё один момент, который его заинтриговал: последняя строка, которую он не обсуждал с Аурой.

«Должно быть, поэтому канцлер сказал, что оно только для моих глаз».

Он не мог представить, что Аура кому-то расскажет, но стены здесь, в императорском дворце, имеют уши. Он сложил письмо обратно в конверт, стараясь, чтобы его выражение лица ничего не выдавало. Вместо этого он наконец высказал вопрос, который беспокоил его с момента появления Ауры.

— Так что ты здесь, собственно, делаешь?

Она была главным стратегом третьего принца Бруталя. Её появление в особняке графини фон Кельхайт рисковало породить всевозможные нежелательные слухи.

— Я знаю, о чём ты думаешь, и этого не произойдёт.

— Значит, ты пришла сюда тайно?

— Мне не пришлось.

Хиро склонил голову набок.

— Неважно, что я здесь, — объяснила она. — Ты привёл двор в тупик.

— Ты имеешь в виду, все слишком заняты сплетнями обо мне?

— В некотором смысле. Скажем, кто-то попытается пустить слух, что я переметнулась к тебе. Всем остальным придётся сплотиться и отрицать это. Иначе более нервные дворяне могут начать стекаться к Дому Кельхайт.

Аура пользовалась большим влиянием среди знати. Они с восхищением относились к её звёздной военной карьере, увенчанной почти единоличным разгромом Фаерзена. Распространять сплетни о ней рисковало запустить цепную реакцию среди тех, кто ждал, куда подует ветер.

— Всё не так, как вчера. Теперь всё неопределённо. Никто не хочет рисковать взбаламучивать воду.

Аура сделала паузу.

— В любом случае. Я здесь, потому что вскоре уезжаю. Пришла попрощаться.

— Возвращаешься на запад?

— Да. То, что осталось от армии Фаерзена, не уходит тихо. Император хочет, чтобы я подавила восстание.

— Я надеялся, ты сможешь показать мне столицу, но, думаю, мы оба слишком заняты.

— Мне бы этого тоже хотелось. Возможно, в другой раз.

Аура кивнула.

— Напишу, — сказала она, затем развернулась и ушла.

Было бы неплохо попрощаться с фон Шпицем, но тот, вероятно, был занят собственными приготовлениями. Хиро тоже был далеко не свободен. Ему нужно было как можно скорее добраться до крепости Берг. Решив встретиться в другой раз, он вернулся внутрь и спросил служанку дорогу в столовую. Та указала ему на помещение с большой дверью, которую стоявший перед ней слуга открыл ему с поклоном.

— Простите за задержку, — объявил он, входя. — Занял немного больше времени, чем ожидал.

— Ничего. Прошу.

Роза жестом указала на стул рядом с собой. Как только он сел, она резко хлопнула в ладоши. Процессия служанок вышла из двери в западной стене — предположительно ведущей на кухню — и молча расставила на столе множество блюд.

Прежде чем взять нож и вилку, Хиро повернулся к Розе.

— Император хочет, чтобы я присоединился к атаке на Лихтайн. Я уеду после завтрака.

— Так я и думала.

Роза кивнула. Она не выглядела удивлённой. Напротив, казалось, она предвидела то, что он скажет.

— Что ж, меньшее, что я могу сделать, — это устроить тебе королевские проводы.

---

Хиро закончил завтрак и вышел из особняка, чтобы обнаружить у входа огромную толпу дворян. Как только они увидели его, то в унисон опустились на одно колено. Любой наблюдатель был бы поражён, увидев столько достойных людей империи, склоняющих головы перед одним юношей, и действительно, патрули стражи, патрулировавшие дворцовое поместье, смотрели издалека с открытыми ртами.

Стараясь не показывать своего замешательства, Хиро бросил взгляд на Розу, стоявшую рядом с ним в военной форме.

— Я вызвала восточных дворян, которые случайно оказались в столице, — объяснила она. — Скромное мероприятие, понимаешь.

— Это скромное?

Она не могла бы собрать столько дворян в короткие сроки. Это было запланировано. Мобилизовать столько людей, не вызывая подозрений других домов, — ошеломляющий подвиг интриг. Должно быть, потребовалась необычайная подготовка.

Роза положила руку на плечо ошеломлённого Хиро.

— Отправимся, мой дорогой Чёрный Принц?

Хиро поморщился от этого прозвища. Похоже, Аура эту часть не выдумала.

К ним подкатила роскошная карета. Один из дворян встал.

— Пожалуйста, ваше высочество, — сказал он, открывая для них дверцу.

Хиро забрался внутрь кареты, сел на диван и тяжело вздохнул.

— Могу я спросить кое о чём?

Его вопрос мог быть адресован только одному человеку: Розе, сидящей напротив него с формой, лопавшейся по швам. Она скрестила ноги и склонила голову, её лицо бесстрастно.

— Что угодно.

Она обладала способностью вкладывать в каждый жесть отточенную грацию. Она утверждала, что была бывшей третьей принцессой; это явно не было ложью.

— Как давно ты планировала всё это?

В глазах Хиро сверкала проницательность, не терпящая обмана или уловок.

Роза виновато улыбнулась.

— С тех пор как Лиз отправила своё письмо. Я сразу увидела возможность. Я могла бы разом избавиться от этих проклятых ухажёров и спасти свой дом.

— А если бы я оказался самозванцем?

— Тогда я бы устроила так, чтобы мой дом возобновил поддержку Лиз.

— А насчёт поиска мужа?

— Я взяла бы сироту и выдала за внебрачного ребёнка моего покойного мужа. Как я говорила тебе раньше, я не распутница.

— Похоже, у тебя больше причин поддерживать меня, чем ты сказала вчера.

Роза вздохнула.

— Это было так заметно?

— Более или менее. Тебе понадобились бы лучшие причины, чем эти, чтобы поставить такие тщательные планы на меня.

Хиро взглянул в окно и обнаружил, что вид преобразился. Частные силы восточных дворян присоединились к их карете, несомненно, по указанию Розы. Доспехи каждого солдата были украшены геральдикой их сюзерена, и развевающиеся над ними знамёна несли те же символы. Одно знамя, однако, выделялось среди остальных: собственное знамя Хиро, с драконом, сжимающим серебряный меч на чёрном поле. Взлетая в безоблачном небе, оно представляло собой поразительное зрелище.

Хиро вернул взгляд на Розу и обнаружил, что её лицо стало серьёзным.

— Скажи мне, — сказала она. — Когда ты смотришь на Гранцскую Империю, что ты видишь?

— Сильную нацию, — ответил Хиро. — Хотя, возможно, немного растянутую.

— Она растянется ещё больше. Его величество нацелился на завоевание всего Солей.

Хиро нахмурился.

— Империя и так достаточно велика. Если она станет ещё больше, авторитет императора не будет доставать до её границ. Она и так с трудом справляется.

Роза кивнула.

— Последний император — мой дедушка — согласился бы с тобой. Но нынешний намерен сделать себя тринадцатым Божеством.

— Он хочет стать богом?

— История создаётся человеческими руками. Боги ничем не отличаются. Но даже императору пришлось бы совершить подвиг, достойный божества, чтобы народ принял его как такового.

— И он считает, что объединение Солей будет этим подвигом?

— Первый император стал Зертеусом, Первым Богом, когда основал империю. Второй император стал Марсом, Богом Войны, когда принёс мир в царство. Все наши боги были когда-то императорами, которые так или иначе внесли великий вклад в нашу нацию. За исключением одной богини, конечно, которая никогда не занимала трон.

Роза сделала паузу.

— И нынешный император надеется присоединиться к их рядам, достигнув того, чего они никогда не могли.

— Так какое это имеет отношение к твоей поддержке меня? — спросил Хиро.

— Никто не живёт вечно, даже император. Что, если он умрёт, не осуществив свою мечту? Будущее внезапно станет очень неопределённым. Кажется, благоразумно подготовиться, на всякий случай.

Роза широко раскинула руки.

— Империя выросла настолько, насколько могла. Мы не можем растягиваться дальше. Любые земли, которые мы захватим, нам будет трудно удержать. Начнёт появляться слабина, и прежде чем мы опомнимся, окажемся погрязшими в гражданской войне.

Она расстегнула верхнюю пуговицу формы и, казалось, вздохнула немного свободнее.

— Сейчас больше всего нам нужна стабильность. Лидер, который обратит свой взгляд внутрь, а не наружу. Мой покойный муж надеялся, что этим лидером сможет быть Лиз. Она всё ещё была незрелой, физически и умственно, но её сердце было чистым, и оно показывало ей ясное видение будущего империи. Несмотря на её недостатки, с нужными советниками рядом она стала бы прекрасной императрицей — или так он решил. А затем его убили.

Она сжала кулак и подняла взгляд на дворец за окном.

— И пока я стояла в стороне, наблюдая, как все наши усилия рушатся, враги Лиз воспользовались моей слабостью, чтобы отправить её в пограничную провинцию. Глупая ошибка с моей стороны. Не могу передать, как я благодарна тебе за то, что ты спас её в час нужды. Когда я читала её письмо, я плакала от радости. И в то же время я осознала, что могу использовать тебя.

— Чтобы возвести Лиз на трон, — сказал Хиро.

— Честно говоря, мне немного стыдно.

— Нисколько. Честно говоря, мне это вполне подходит.

Хиро никогда не лелеял амбиций стать императором. Помимо всего прочего, он мог в любой момент вернуться на Землю. Претендовать на трон самому значило рисковать пригласить хаос.

Роза криво улыбнулась.

— Что ж. Императоры тоже создаются человеческими руками, нравится им это или нет.

Она направила на Хиро бледный палец.

— Тебе следует иметь это в виду. Возможно, это будет важно когда-нибудь.

В этот момент окно кареты задрожало. Глаза Розы расширились. Она обернулась и увидела толпы простолюдинов, стоящих снаружи, улыбающихся и машущих. Воздух наполнился криками и приветствиями: «Это Чёрный Принц!»

Стена людей выстроилась по обеим сторонам центрального бульвара. Лепестки цветов танцевали на ветру. Даже разносчики и торговцы бросили свои прилавки, чтобы прибежать. Люди карабкались друг на друга, чтобы хоть мельком увидеть Хиро, прыгая и толкаясь, размахивая руками и крича, чтобы привлечь его внимание.

— Меня всегда поражает, как народ любит Бога Войны, — сказала Роза. — И, кажется, они любят его наследника так же сильно.

В её голосе звучала нотка гордости, но мысли Хиро были в другом, в отчаянии от того, что его прозвище «Чёрный Принц» уже распространилось по городу.

«Не может быть... Роза, должно быть, подсадила своих людей. Хотя, как только один человек начинает называть это имя, все вокруг подхватывают».

Действительно, вскоре толпа затянула скандирование. Их приветствия приятно звенели в его ушах. Некоторые вещи никогда не меняются, даже спустя тысячу лет.

— Лестное зрелище, уверена. Только не дай этому вскружить тебе голову.

Роза наклонилась вперёд, её лицо серьёзное.

— Итак, что будет теперь?

Хиро задумался на мгновение.

— Я вернусь в Линкус, затем присоединюсь к атаке на Лихтайн.

— Беспокоишься о том, как справляется Лиз?

— Это тоже, но есть ещё кое-что, в чём я хочу убедиться.

— Тогда отправляйся по восточной дороге. Сомневаюсь, что ты можешь нанять пока своих солдат, но я могла бы дать тебе эскорт, если хочешь.

Хиро теперь, может, и был членом королевской семьи, но пока не владел землями, которые могли бы приносить доход. Возможно, в будущем он получит что-то, если заслужит, но до тех пор ему придётся выживать на зарплату трибуна, а первая выплата ещё не пришла. Кроме того, он не мог бы содержать частные вооружённые силы на зарплату трибуна третьего класса. Канцлер Граэци, вероятно, был бы готов одолжить ему средства из государственной казны, но он с отвращением относился к идее влезать в долги. В итоге он решил, что будет разумно принять помощь Розы — и Дома Кельхайт.

— Мне не нужен эскорт, — сказал он, — но я был бы признателен, если бы ты организовала дилижанс.

— На востоке относительно спокойно, — сказала Роза, — но всегда есть опасность столкнуться с разбойниками или монстрами на дороге. Если дело в деньгах, я с радостью оплачу.

— Эскорт только замедлит меня. Я хочу догнать Лиз как можно быстрее.

— Я тебя не переубеждаю, да? Хорошо, подготовлю наш самый быстрый дилижанс. Позабочусь, чтобы у тебя были и монеты на дорожные расходы. Не сомневаюсь, что ты найдёшь им применение.

— Спасибо. Я этого не забуду.

— Не стоит благодарности. Ты уже более чем отплатил мне. Что важнее, что ты намерен делать дальше?

Она говорила о том, что будет после окончания атаки на Лихтайн, понимал Хиро.

— Я соберу людей, которым могу доверять, и укреплю своё положение.

Роза задумчиво промычала.

— Понимаю. Что ж, если когда-нибудь будешь нуждаться в золоте или людях, я буду рада оказать помощь.

Она протянула руку. С мягкой улыбкой Хиро пожал её.

— К лучшему или к худшему, я связала свою судьбу с твоей. Не вздумай умирать на мне, ладно?

Хиро кивнул, затем рискнул задать вопрос.

— Чтобы сменить тему — каковы твои мысли об атаке на Лихтайн?

Роза поджала губы.

— Думаю, это не будет для тебя большим испытанием.

Хиро вздохнул. Конечно. Несомненно, любой другой сказал бы то же самое.

— Учитывая, как ты справился с пятнадцатью тысячами, я не думаю, что кто-то ожидает меньшего.

— Верно.

— Но это тем более причина не зазнаваться. Если вторжение пройдёт не так гладко, это станет камнем на твоей шее.

Она озвучила его собственные мысли. Немногие вещи опаснее обещания лёгкой битвы. Это делает командиров беспечными, а беспечные командиры совершают ошибки. Хиро видел, как это случалось много раз.

«Тем более причина быть осторожным».

Его мысли унеслись к событиям далеко за горизонтом. Гранцская Империя не могла позволить себе увязнуть в затяжном вторжении. Её врагов было много, и они всегда искали возможность ударить.

Его время было ограничено, а вариантов мало. По мере того как в его уме кристаллизовалась идея, он повернулся к Розе.

— Есть кое-что, что я хотел бы, чтобы ты для меня сделала, — сказал он.

И он привёл в действие план, чтобы обеспечить победу.