Окраины внешних территорий встретили трио легионеров липким серым туманом и полуразрушенным индустриальным пейзажем. Целью их первой крупной вылазки был старый заброшенный зерновой элеватор. Его огромные бетонные силосные башни серой стеной выростали из жухлой чертополоховой травы, напоминая гробницы давно ушедшей эпохи. Ржавые конвейерные ленты уродливо изгибались между зданиями, а ветер со свистом гулял сквозь дыры в разбитых железных листах обшивки.
Дайгон шёл чуть впереди, то и дело сжимая кулаки. Черный матовый камень его новых перчаток приятно холодил кожу, напоминая о вчерашнем триумфе на арене, но парень изо всех сил старался сосредоточиться. Это было его первое по-настоящему опасное задание за пределами безопасного барьера Цитадели.
Чего нельзя было сказать о Джакку. Старший легионер шёл позади, безмятежно заложив руки за голову, и пинал носком сапога ржавые болты, весело насвистывая под нос какой-то непристойный кабацкий мотивчик.
— Джакку, да уймись ты наконец! — не выдержал Дайгон, резко обернувшись к напарнику. Напряжение внутри парня росло с каждым шагом ближе к темному зеву элеватора. — Мы на серьёзной миссии, и мы команда! А в слове «команда», как всем известно...
— Можно отнять «к» и «о»! — радостно перебил его Джакку, сияя самой белозубой и бессовестной улыбкой на свете.
Дайгон осекся на полуслове, моргнул и впал в глубокий ступор, лихорадочно перебирая в уме оставшиеся буквы. Когда до его деревенского разума наконец дошёл весь скрытый смысл этой лингвистической эквилибристики, лицо юноши мгновенно залилось густой краской смущения.
Слева от них раздался тяжелый, полный нечеловеческого страдания вздох. Дебби, которая шла, слегка прихрамывая, но упрямо отказываясь от любой помощи, медленно опустила ладонь на лицо и с силой провела по переносице, массируя её от подступающей мигрени.
— Ох... Джакку Оттланов, двадцать пять годиков... — тихо, со смертельной усталостью в голосе произнесла девушка. — Великие Хроники Легиона, за что мне это наказание? Скажи мне, Оттланов, в твоей черепной коробке осталась хоть одна извилина, не занятая пошлыми шутками и азартными играми?
— Эй, Деббс, это называется «тактическое снятие стресса перед боевым крещением новичка»! — ничуть не смутился Джакку, подмигнув Дайгону. — Смотри, парень сразу порозовел, кровь к лицу прилила, каналы активировались. Чистая биология!
— Это называется дегенерация, — отрезала Дебби, но её рука инстинктивно легла на круглую гарду катаны.
Они подошли вплотную к главному корпусу элеватора. Шутки закончились сами собой. Перед легионерами разинулся огромный, провалившийся внутрь проем, ведущий в подвальные помещения. Из этой темноты веяло могильным холодом, сыростью и едва уловимым, приторно-сладким запахом, от которого у Дайгона мгновенно пересохло в горле.
Запах крови. Очень много застоявшейся, гнилой крови.
Джакку в секунду подобрался, его ухмылка стала хищной, а вокруг ладоней заструились первые робкие нити зеленой Тьмы. Дебби сделала глубокий вдох, выравнивая геометрию своего дыхания.
— Держись сзади, новичок, — шепнула она Дайгону, активируя легкое розовое свечение вдоль лезвия. — Мы входим на чужую территорию.
Шагнув в вязкую темноту подвала, трио погрузилось в мир ржавчины, пыли и затаившегося в углах безумия.
Подвал встретил их удушливой, звенящей тишиной. Единственным звуком было мерное, тяжёлое шлёпанье капель какой-то густой жидкости со сводчатого бетонного потолка. Свет из пролома остался позади, и теперь путь магам освещало лишь тусклое розовое пламя, лениво лижущее клинок Дебби.
Вокруг высились ржавые остовы конвейерных линий и огромные промышленные бункеры для зерна. Всё здесь было покрыто толстым слоем серой пыли и странной, липкой паутины, которая больше походила на коконы насекомых.
Шорох.
Звук раздался сверху, прямо над их головами. Множественные членистые лапы быстро проскрежетали по железному коробу вентиляции.
— Сверху! — резко выкрикнул Джакку, выставляя руку вперед.
Из темноты под потолком, разорвав ржавую жесть, на них рухнула массивная фигура. Это было гротескное, антропоморфное существо высотой под три метра. Его тело покрывал глянцевый, скользкий панцирь глубокого синего цвета, а из спины торчали жесткие надкрылья. Вместо лица у твари была жуткая хитиновая маска с фасеточными глазами и непрерывно шевелящимися жвалами. В верхних лапах монстр сжимал два длинных, уродливо изогнутых кинжала.
Монстр двигался с неестественной, дёрганой скоростью. Он проигнорировал Джакку и Дебби, спикировав прямо на Дайгона.
Юноша среагировал мгновенно. Насмерть вбитые тренировки Дебби заставили его тело двигаться до того, как мозг осознал опасность. Дайгон выбросил вперёд руки, скрестив костяные перчатки Джеффа в защитном блоке.
КЛЕНГ!
Кривые кинжалы твари с диким скрежетом ударились о чёрный камень перчаток. Сила удара была огромной — Дайгона вдавило в бетонный пол, под его сапогами пошли трещины, а фиолетовая аура Тяжести вокруг его предплечий жалобно дрогнула. Синий таракан оказался невероятно силён, но перчатки выдержали.
Однако клон Гокибури не собирался играть честно. Резко повернув кинжал под углом, он скользнул лезвием по касательной, обходя монолитный блок. Острая сталь распорола рукав куртки Дайгона и оставила длинную, неглубокую царапину на его предплечье. Капли яркой, густой крови брызнули на синий хитин.
Тварь тут же оттолкнулась от перчаток Дайгона, совершив молниеносный кувырок назад, и замерла на ржавой балке, уродливо подергивая длинными усами.
Маги приготовились к новой атаке, но Проклятый внезапно замер. Он медленно поднёс к своей зубастой пасти покрытый кровью кинжал и демонстративно, с протяжным свистом слизнул алую жидкость длинным серым языком.
В ту же секунду его фасеточные глаза безумно расширились. Синий клон буквально задрожал, а его жвалы защелкали с бешеной скоростью, выражая высшую степень кулинарного восторга.
— М-м-м... А-а-ах... Какое великолепие! Какая неописуемая роскошь! — прошипел Проклятый вежливым, но дребезжащим, свистящим голосом. — Сколько железа... какая невероятная плотность белка! Какой чистый, концентрированный состав! Обычные люди на вкус как дешёвая, протухшая похлёбка из сточной канавы, но ты... твоя кровь обогащена так, словно ты рожден для стола истинных гурманов!
Тварь подалась вперед, её усы неистово зашевелились, ловя запах, исходящий от раны Дайгона.
— Мальчишка... — свистнул клон, наклонив голову набок. — Из какой ты расы? В тебе нет гнили Бездны, но твоё тело... твои соки не принадлежат человеку. Кто ты?!
Дайгон тяжело дышал, прижимая раненую руку к груди. В его золотистом зрачке-звезде отражалось искреннее недоумение. — Я... я не знаю, о чём ты говоришь, — хмуро ответил парень. Он всю жизнь считал себя обычным сиротой из глуши.
Джакку и Дебби переглянулись. Короткая тирада монстра заставила их внутренне напрячься. Слова Анаэль о «чужеродном Свете» внутри Дайгона и эта реакция Проклятого-гурмана складывались в слишком странную картину. Этот парень явно был ходячей загадкой.
— Впрочем, это не имеет значения! — Синий клон хищно расправил надкрылья, и от его панциря во все стороны побежали волны удушливой тёмной энергии. — Ответы я найду в твоих костях. Но сначала... сначала я распотрошу твоих друзей. Такое изысканное блюдо, как ты, я обязан оставить напоследок. На десерт!
Тварь сорвалась с балки, превратившись в синюю размытую молнию, атакующую Дебби.
Синий клон сорвался с места, как пущенный из арбалета снаряд, целясь своими кривыми кинжалами прямо в шею Дебби. Но наставница Дайгона не зря носила свой ранг. Сделав резкий выдох, она крутанулась на пятке, уходя с линии атаки с идеальной геометрической точностью, и её катана выбила сноп розовых искр из хитинового наплечника твари.
— Не спать, новичок! — рявкнула Дебби, тяжело дыша. Её раны после вчерашнего всё ещё давали о себе знать.
Джакку попытался перехватить монстра, выбросив вперёд плети из зелёной Тьмы, но синий таракан проявил невероятную прыгучесть. Оттолкнувшись от бетонной стены всеми шестью лапами, он проигнорировал магов и на безумной скорости полетел обратно к Дайгону. Гурман не хотел ждать десерта.
БАМ!
Чудовищный удар сбил Дайгона с ног. Тварь навалилась сверху всей своей трёхметровой массой, намертво припечатав юношу спиной к массивному бетонному пилону элеватора. Жесткие, покрытые шипами лапы Проклятого намертво зажали запястья Дайгона, прижав его руки в костяных перчатках к стене. Гравитационная Тяжесть парня за зажатых руках бесполезно вибрировала, не в силах вырваться наружу.
— Мой... сладкий... мальчик... — свистел Гокибури прямо ему в лицо. Его жвалы щелкали в паре сантиметров от носа Дайгона, а из пасти капала склизкая, смердящая тухлятиной слюна. — Сначала я выпью твой мозг, а потом высосу эти прекрасные, богатые железом вены...
Дайгон отчаянно дёргался, но синий панцирь давил на грудь с силой многотонного пресса. Воздух в лёгких стремительно заканчивался, перед глазами поплыли тёмные пятна. Руки заблокированы. Ноги прижаты. Выхода не было.
И тут в задыхающемся мозге Дайгона вспыхнуло недавнее воспоминание. Лазарет. Дебби, сидя в своей каталке и яростно листая старый бестиарий Легиона, бубнила ему под нос скучные лекционные факты, чтобы хоть как-то занять время: «Запоминай, деревенщина, Проклятые — это существа Тьмы. Их биология соткана из гнили Безды. Обычная магия их ранит, но чистый, концентрированный Свет для них — как раскалённая кислота. Если Свет попадет напрямую в их внутренние каналы, их тела просто не выдержат клеточного распада...»
«Напрямую внутрь...» — Дайгон посмотрел на копошащиеся, склизкие жвалы прямо перед своим лицом. Это было отвратительно. Это шло вразрез со всеми человеческими инстинктами. Но это был единственный шанс выжить.
Парень резко подался вперёд и со всей дури впился зубами в мягкую, незащищенную хитином плоть между жвалами Проклятого.
— ГХХХР-Р-Р?! — Синий клон дико взвыл от неожиданности, не ожидав от человеческого детеныша такой дикости.
Дайгон зажмурился, чувствуя на языке мерзкий, горько-кислотный вкус чужеродной плоти, и изо всех сил открыл внутренний клапан. Он не стал использовать Тяжесть. Он собрал весь скрытый золотистый Свет, что пульсировал за его зрачком-звездой, и пустил его мощным, концентрированным импульсом прямо через свои зубы — внутрь головы Проклятого.
СВ-В-В-И-И-ИШЬ!
Из глаз и пасти синего таракана резко забили лучи ослепительного, яростного белого света. Проклятый истошно закричал, но его крик мгновенно захлебнулся. Свет внутри его головы расширялся, как надувающийся шар. Хитиновый панцирь на шее и груди существа начал трещать и светиться изнутри, как перегретая лампа.
ПОУ-У-УМ!
Клон Гокибури буквально разлетелся на куски. Из-за взрыва Света его тело превратилось в фонтан из ошметков синего хитина и литров черной, гнилой, смердящей каши.
Дайгон, освободившись от веса твари, обессиленно рухнул на колени. Худшее было в том, что часть этой черной гнили при взрыве попала ему прямо в открытый рот. На секунду в подвале воцарилась тишина, прерываемая лишь судорожными звуками.
— Кха... БУЭ-Э-Э-Э! — Дайгона вывернуло наизнанку прямо на запыленные серые плиты пола. Он кашлял, плевался и пытался соскрести пальцами с языка мерзкую черную слизь, а его желудок продолжал яростно спазмировать.
В тишине подвала раздались неторопливые, гулкие шаги. Джакку подошел ближе, опустил свои дымящиеся зеленой магией руки и с неподражаемым, абсолютно серьезным выражением лица посмотрел на стоящего на четвереньках и блюющего подростка.
— Поздравляю с первым поцелуем, Ромео! — выдал старший легионер, восхищенно покачав головой. — Правда, надо признать, твоя подружка оказалась слегка взрывной. И у неё явно были проблемы с гигиеной рта.
— Джакку, заткнись, ради всего святого! — Дебби, ковыляя, подошла к Дайгону и брезгливо обошла лужу черной жижи, протягивая парню флягу с чистой водой. — На, прополощи рот, деревенщина. Но должна признать... использовать Свет через укус — это было максимально мерзко, но эффективно. Чистая импровизация.
Дайгон жадно схватил флягу, вылил половину себе в рот, судорожно отплевываясь.
— Меня сейчас... опять вырвет... — прохрипел он, вытирая губы рукавом.
— Рано расслабляться, молодежь, — внезапно изменившимся, ледяным тоном произнес Джакку, глядя вглубь подвала. — Кажется, мы уничтожили всего лишь закуску. Официант несет главное блюдо.
Из темноты, куда не доходил свет, послышался мерный, неторопливый стук каблуков и отчетливый, металлический свист извлекаемой из ножен рапиры. Настоящий Гокибури выходил на охоту.
Шаги приближались. Из вязкой, непроглядной тьмы дальнего угла подвала медленно соткался силуэт, заставивший даже Джакку на секунду затаить дыхание.
Это существо было огромным — не менее трёх с половиной метров в высоту. Его мощное человекоподобное тело покрывал толстый, глянцевый панцирь глубокого коричневого цвета. На плечах существа висел рваный, грязно-красный плащ, который волочился по серой пыли, словно королевская мантия, побывавшая в сотне передряг. В верхней правой лапе монстр изящно, едва заметно покачивая, держал длинную, идеально сбалансированную рапиру. Это был оригинал. Истинный Гокибури.
Проклятый 1-го уровня остановился в нескольких шагах от лужи, в которую превратился его синий слуга. Его длинные членистые усы дрогнули. Он наклонился, окинул взглядом остатки хитина и вежливо, со свистом произнёс:
— Жаль, вы уничтожили моих слуг. Файрен предупреждал меня, что в Легионе появились новые лица, но я не думал, что вы настолько дикие.
Гокибури медленно поднял рапиру, направив её остриё точно в грудь Дайгона. Фасеточные глаза Проклятого тускло блеснули в полумраке.
— Что ж... теперь я лично займусь вашим меню.
Воздух в подвале мгновенно стал тяжёлым, словно на плечи легионеров плеснули жидким свинцом. Вокруг оригинального Гокибури пространство пошло маслянистыми волнами Тьмы. Из его собственной тени, уродливо изгибаясь и увеличиваясь в размерах, начали соткаться три новых силуэта. Они отделились от хозяина, обретая плоть и цвет, которые разительно отличались от коричневого оригинала.
Слева встал Красный клон с длинным зазубренным копьём. Справа заземлился массивный Жёлтый клон, сжимающий ростовой хитиновый щит. Чуть позади них закрутил над головой тяжелый шипастый цеп Серый клон.
Дайгон, всё ещё вытирающий рот, стиснул зубы. Перчатки Джеффа на его руках глухо отозвались фиолетовым свечением. Трио легионеров мгновенно поняло: прошлый бой с одиноким синим тараканом был лишь лёгкой, разминочной шуткой. Настоящая битва за выживание начиналась только сейчас.
— Рассыпались! — скомандовала Дебби, выравнивая дыхание до идеального геометрического ритма.
Первым в атаку пошёл Жёлтый клон, выставив вперёд свой огромный щит, намереваясь размазать Дайгона по бетонной стене.
— Нападай, плоскомордый! — рявкнул Дайгон.
Юноша рванул навстречу, активируя Тяжесть. Он выбросил вперёд кулаки в костяных перчатках, принимая удар щита на себя.
БА-А-А-М!
Гравитационный вес Дайгона столкнулся с абсолютной защитой Жёлтого. По подвалу пронеслась ударная волна, выбившая остатки стёкол в верхних ярусах элеватора. Дайгон со свистом выдохнул, но упрямо зафиксировал свои пальцы на краях чужого щита, намертво блокируя и связывая движения тяжеловеса.
В ту же секунду Серый клон обрушил свой шипастый цеп на Дебби, но путь железному шару преградил Джакку. Старший легионер, полностью растеряв свою легкомысленность, соткал из зелёной Тьмы массивные, гудящие цепи.
— Твоя игрушка теперь принадлежит мне, серость! — крикнул Джакку, оплетая манускриптами своей магии цеп и руки Серого клона, лишая его возможности маневрировать.
Оставались Красный клон с копьём и сам Гокибури с рапирой, которые стремительно оттесняли Дебби к ржавым конвейерам. Девушка искусно фехтовала, её розовая катана чертила в воздухе идеальные дуги, но раны давали о себе знать — она стремительно теряла скорость.
— Дайгон, держи его! Дебби, пригнись! — заорал Джакку.
Старший легионер резко раскрыл ладони, и вся накопленная им зелёная энергия Тьмы взорвалась, превращаясь в колоссальную, непроглядную дымовую завесу. Густой зелёный туман в секунду заволок весь подвал, полностью лишая Гокибури и его клонов визуального обзора.
Это был единственный шанс. Дебби, идеально ориентируясь в пространстве по памяти (её ментальная геометрия работала безупречно даже вслепую), сделала резкий выпад. Скользнув под широким взмахом копья Красного клона, она буквально пролетела сквозь зелёный дым прямо к оригинальному коричневому Гокибури.
Проклятый 1-го уровня среагировал на звук, выставляя рапиру, но было поздно.
— Идеальный срез! — выдохнула Дебби.
Розовая полоса её катаны разрезала туман ровным, безупречным горизонтальным вектором.
ЧИХ!
Катана с лёгкостью прошла сквозь хитиновую шею монстра. Трёхметровое коричневое тело Гокибури замерло, рапира со звоном выпала из лапы, и следом за ней на запыленный бетонный пол с глухим стуком покатилась голова. Оставшиеся клоны — Красный, Жёлтый и Серый — мгновенно растворились в воздухе черным пеплом, лишившись подпитки оригинала. Огромное обезглавленное тело покачнулось и тяжело рухнуло в пыль, не подавая признаков жизни.
Легионеры обессиленно повалились кто куда. Джакку сел прямо на ржавую трубу, тяжело отдуваясь, Дебби оперлась на катану, пытаясь унять дрожь в коленях, а Дайгон просто растянулся на полу, разглядывая дымящиеся перчатки Джеффа. Миссия была окончена. Тяжелая, грязная победа была за ними.
Спустя полчаса, когда шаги уставших легионеров, покинувших элеватор, полностью стихли на улице, в подвале снова воцарилась гробовая тьма. Обезглавленное тело Гокибури лежало неподвижно, медленно превращаясь в зловонную жижу Бездны.
Но в падении метрах в трёх от туловища, в густой тени под бетонным пилоном, внезапно произошло шевеление.
Отрезанная голова Гокибури резко открыла свои фасеточные желтые глаза. Длинные усы дёрнулись, очищаясь от пыли, а жвалы тихо, злорадно защелкали, издавая противный свистящий звук.
— Хе-хе... ха-ха... Тупые, ограниченные людишки... — Проклятый буквально исходил гордостью от собственной биологии. — Они умеют махать своими железками, но совершенно не знают основ природы. Они думают, что если снести мне голову, я сдохну как обычный скот? Смешно! Тараканы спокойно могут жить без головы неделями... Я регенерирую новое тело, это лишь вопрос времени...
Голова Гокибури попыталась дернуться, но тут же упёрлась усами в бетон. Без туловища и конечностей он не мог сдвинуться ни на сантиметр.
— Проклятье... — прошипел он. — Без ног передвигаться... мягко говоря, неудобно. И регенерация в этой глуши займет слишком много сил... Нужно было просить Файрена о подстраховке...
— А я как раз здесь, дорогой друг, — раздался из темноты тихий, безумный голос.
Голова Гокибури замерла. Из темноты подвального коридора бесшумно выступила фигура. Белые растрепанные волосы, длинный плащ и жуткое лицо, полностью перечеркнутое грубыми хирургическими швами. Файрен. Его вечно безумные, широко раскрытые глаза лихорадочно блестели в полумраке подвала.
Проклятый 1-го уровня наклонился, протянул руку со шрамами и без церемоний поднял голову товарища за длинные усы, приблизив её к своему лицу.
— Ну и как тебе новая кровь Легиона? — с хихикающей, кривой улыбкой поинтересовался Файрен, покачивая голову Гокибури из стороны в сторону.
— Дикари... — злобно прострекотал Гокибури, вращая фасеточными глазами. — Особенно девчонка с катаной и этот малец со звездой в глазу. Мальчишка... Файрен, его кровь обогащена. Он укусил меня и выжег моего синего клона чистым Светом изнутри. Он точно не человек.
Улыбка на сшитом лице Файрена заиграла еще ярче, превращаясь в жуткий, восторженный оскал. Его безумные глаза практически светились в темноте элеватора.
— Чистый Свет изнутри?.. О-о-о, это просто чудесно... Значит, слухи не врут, — прошептал Файрен, разворачиваясь и направляясь к выходу из подвала, крепко сжимая в руке говорящую голову Гокибури. — Что ж, мой членистоногий друг, кажется, мы наконец-то нашли для Истинного человека идеальный сосуд...