«Великолепно».
Нане выразил почтение Широну. То, что он сам достиг вершины просветления, не было чем-то удивительным. Но путь, который выбрал Широн.
«Сердце».
Величие заключалось в том, что он поднялся на край мира, вместив в себя сердца всех людей.
«Да, был и такой путь».
Словно зеркальная симметрия, они шли разными путями с самого начала, но в конце концов оказались в одном и том же месте.
«Наверное, это правильно».
Нане не мог не признать Гексу, высшее состояние, к которому может стремиться сердце.
«Но это только начало».
Мечи Нане засияли ещё более ярким светом, начиная пронзать Миракл Стрим. Можно представить всё что угодно. В мечах Нане заключена вся гармония этого мира.
«Проповедь — Лёд».
Все холодные концепции, образуя бесконечный спектр, пронзали Широна.
«Всё не так холодно».
Сердце Широна, отрицающее истину Нане, воплотившись в Миракл Стрим, разрушило Проповедь. Лицо Эми исказилось от шока.
— Боже мой...
Каждый раз, когда сталкивались частицы света и мечи концпепций, в искрах было видно нечто невероятное.
— Что это?
Глаза. Неизвестно, были ли они человеческими, но бесчисленные глаза мерцали на их сетчатках.
— Мир разрывается, — сказала Миро. — Человек может знать только это. Будь то ошибка, возникшая во Вселенной, или нечто большее...
Нейд, сглотнув, сказал: — Что, если мы вмешаемся? Сейчас равновесие, если его нарушить?
— А они что, дураки?
Туда, куда указала Миро подбородком, были видны ангелы, ожидающие с серьёзными лицами.
— Они не двигаются, потому что Широн и Нане сражаются не мощью.
— А чем же тогда?
— Всеми определениями мироздания.
— Мир един, но точка зрения, как ни странно, раздвоилась. В этом и проблема.
Руфист продолжил: — Если я нанесу удар массой в 100 тонн, то, как эти 100 тонн подействуют, каждый из них определит сам. В конечном счёте это бессмысленно, потому что решают они.
Миро кивнула.
— Именно так. Две системы идеально сцеплены. Какое определение будет вынесено внутри, знают только они двое. Даже если я атакую Нане, в итоге пострадать может Широн.
Пока они разговаривали, поединок Широна и Нане достиг апогея.
«И это тоже постиг?» — вопрос всегда задавал Нане. «А что насчет этого?»
Мечи Проповеди, комбинируя все концепции одного конца Вселенной с другим, устремился в Широна.
«Агапэ».
Миракл Стрим, излучая ужасающий свет, обвил и сокрушил меч Нане. Бровь Миро слегка дрогнула.
— Почти сравнялись.
Если бы это был диалог, они за короткое время обсудили бы всё во Вселенной.
«И здесь тоже одинаково. Если бы был один, он был бы Богом, но раз их двое…»
Всё ещё люди.
«Кто же разобьётся?»
В тот момент, когда Миро, закрыв лицо, напряжённо наблюдала, нимбы ангелов дрогнули. Одновременно со стороны объединённой армии раздались возгласы.
— Э? Э-э?
Это было незаметное глазу движение, но ощущение было настолько мощным, будто сама концентрация кричала от боли.
— Ш-Широн...
Он понемногу оттеснял лоб Нане.
«Непохожи».
Когда зеркальная симметрия исчезла, разделяя Яхве и Будду, лицо Нане исказилось.
— Кхы-ы-ы-ы!
Мечи вздыбились подобно взрыву, и вся Башука содрогнулась от мощной вибрации.
«Точка зрения разрушается».
Было ощущение, что мир вот-вот расколется надвое, но Широн не собирался останавливаться.
«Я ни за что не отступлю».
В тот момент, когда он, сверкнув свирепыми глазами, хотел сделать шаг, он увидел улыбку Нане.
— А?
В тот же миг, когда нога Широна коснулась земли, Нане отступил на то же расстояние.
— Ч-что?
Не только объединённая армия, но и армия Небес прищурилась.
«Отступил сам?»
Поскольку они были почти равны, даже Широн не понял этого движения.
«Я бы так не поступил».
Если бы он отступил из страха перед поражением, он бы с самого начала не стал Буддой эпохи.
— Это был полезный разговор.
Голос Нане прозвучал неприятно.
— Разговор? Мы столкнулись, поставив на кон все. Переменных нет. Нет, я рассмотрел все переменные. Что бы ты ни задумал, результат не изменится.
— Знаю. Я проиграл.
Никто не произнёс этого вслух, но атмосфера в армии Небес заколебалась.
«О Будда…»
Больше всех была потрясена Шура.
«Я знаю. Он не из тех, кто так легко отступает. Даже если это Яхве… Неужели?»
Внезапно ей пришла в голову одна мысль.
«Неужели ему настолько трудно?»
Отступая, Нане продолжил: — Пути разные, но суть одна. Это размышление о том, что нужно людям. Я смог понять твою всеобъемлющую любовь. Нет, я искренне понимаю тебя.
Взгляд Нане впервые оторвался от Широна и устремился на кого-то позади него.
«Эми».
Если закрыть мир, Эми исчезнет, исчезнет и его собственная любовь к ней.
«Правильно ли это?»
Нане прав во всём, кроме одного, так что он мог бы просто поверить, что и это правильно.
«Так нельзя».
Если не на 100%, то Проповедь Будды станет не истиной, а бранью.
— Я буду наблюдать.
Когда Нане поднялся в небо, армия Небес с недоумением подняла головы.
— Ушел?
Снова взглянув на землю, они увидели объединённую армию, выстроившуюся за спиной Широна.
Трехтреугольный мара Ашур спросил у Икаэль: — Как поступим?
Раз Нане покинул линию фронта, высшая власть перешла к Верховному Архангелу.
Раэль сказал: — Разрешите мне выступить. Как вы только что видели, Нане — не Анке Ра. У нас есть миссия — продолжить волю бога и править ими. Я сделаю это.
Глядя в глаза Широну, Икаэль не произносила ни слова. Сатиэль навострила чувства.
«Если она восстановила память, она ни за что не позволит войну с людьми».
— Верховный Архангел.
Когда Ашур снова попытался спросить, Имир оттолкнулся от земли и вырвался вперёд.
— Хватит.
Мгновенно сократив расстояние, он обрушил кулак на лицо Широна.
— Я разберусь.
Когда Миракл Стрим обвил руку Имира, нахлынуло сопротивление.
— Кхе-кхе-кхе!
Сопротивление, которое невозможно забыть.
— И-я-а-а-ап!
Дым света со взрывом вырвался наружу, и напор ветра от кулака отбросил Широна назад.
— Фу-ух!
Хотя он уже испытывал это с Омегой, ощущение без участия Гофина было совершенно иным.
— Это лишь разминка, разминка.
Когда Имир, подняв обе руки и сотрясая землю топотом, ринулся вперёд, перед ним встал Райан.
— Твой противник — я.
Когда большой меч, рассекая мир, с огромной амплитудой полетел в него, глаза Имира вспыхнули.
«Это?..»
Когда нахлынул животный импульс, тело Имира, направлявшееся к Широну, резко изогнулось.
— Кха-ха-ха-ха!
Одной рукой прикрывая лицо, он пошёл навстречу, и большой меч обрушился на его предплечье. В тот момент, когда передалось ощущение, называемое ударом, его пробрало до мурашек.
«Да, вот это!»
Потеряв рассудок от возбуждения, Имир, изогнув торс, нанёс удар кулаком.
— Дерись, Одже...
В тот же миг возник огромное воплощение Тысячерукой Гуаньинь и тысяча ладоней обрушилось на Имира справа и слева. Бууум! Когда был нанесён последний удар, тело Имира сместилось в сторону примерно на 4 метра.
«Четыре метра?»
Миро было горько.
«Я била с мыслью отбросить его на четыре километра».
Как только Имир начал атаковать, словно ждав этого сигнала, гиганты, сотрясая землю, ринулись вперёд.
— Тьфу! Эти твари!
Ашур разозлился, но они были существами, живущими и умирающими по воле Имира.
Миро, сложив руки в мудру, сказала: — Сражаемся. Приготовьтесь.
Когда объединённая армия ринулись на армию Небес, ангелы тоже были вынуждены начать движение. Лишь Широн наблюдал за ситуацией.
«Так дело не пойдёт, невыгодно».
В отличие от объединённой армии, зависящей от нескольких ключевых фигур, вся армия Небес состояла из богоподобных существ. Если бы не оборонительная мощь Миро, было бы неудивительно, если бы Башука уже исчезла.
«Ничего не поделаешь».
Это было возможно только с помощью Гексы.
— Ф-у-ух.
Сделав глубокий выдох, Широн сконцентрировал весь Миракл Стрим между ладонями.
«Как и ожидалось, этого катастрофически мало».
Но чем дольше длилась хаотичная битва в Башуке, тем больше страдала человеческая сторона.
— Божья Длань.
Когда над головой Широна взметнулся сигнал, облака разошлись и образовалась гигантская дыра
— Это?
Лица ангелов побледнели.
— Остановите!
Когда огромная световая масса в форме руки, пронзив небо, устремилась вниз, архангелы ринулись вперёд. Быстрее всех был Раэль.
«Акселератор!»
В тот момент, когда Раэль, мчащийся со скоростью света, затормозил в свете и нанёс удар кулаком.
«А?»
С той же скоростью с фланга ворвался светловолосый мальчик.
«Это?»
В глазах, сверкающих безумием, было видно, как со скоростью света собираются два магических круга.
«Дракон Света…»
В тот момент, когда он додумал до этого, кулак мальчика врезался в лицо Раэля.
«Фаэтон?»
Ба-ам! Тело архангела, вбитое в землю, прочертило глубокую борозду и бесконечно летело назад.
— Кха-ха-ха! Давно не виделись!
Не успела инерция силы исчезнуть, как Фаэтон, догнавший Раэля, обрушил на него град ударов маленькими кулаками.
— Скучал по мне? А? Скучал?
Ноги Раэля, верхняя часть тела которого была вдавлена в землю, дёргались, словно у рыбы.
Когда ангелы, некоторое время стоявшие в оцепенении, пришли в себя и поспешно обернулись.
— Нет!
Божья Длань, придавив всю Башуку, согнула пальцы, словно зачерпывая землю.
«Она зачерпывает армию Небес».
Словно фильтром, световой кулак, поднимающийся в небо, захватил всю армию Небес.
— И-я-а-а-а!
В тот же миг, когда Широн взмахнул рукой, Божья Длань швырнула всех прочь. Множество ангелов активировали свои Гало Правосудия, но это было свойство, которое нельзя было остановить Законами.
— И-а-а-а-а!
При виде ангелов, мар, фей и гигантов, разлетающихся, словно песок, глаза объединённой армии округлились.
— …Что это, чёрт возьми?
Когда они повернули головы, чтобы услышать объяснение, Широн тяжело дышал.
— Ха-а. Ха-а.
Его не устраивал нынешний результат.
«Система Ультимы слишком слаба. Всего лишь отбросила от линии фронта. Да и не отбросила их в космос».
Бах! Бах! Бах! Бах! Судя по звукам разрыва воздуха, некоторые уже вырвались, сломав силу гексы.
«Нужно больше Идеи».
Когда Широн погрузился в раздумья, Божья Длань приняла форму руки, подпирающей подбородок. Пока все в недоумении наблюдали, Фаэтон, отряхивая штаны, подошёл.
— Как всегда, медленные...
В воздухе один за другим раздались грохочущие звуки, и вокруг Широна приземлились 11 фигур. Свирепо глядя на Фаэтона, словно желая сожрать, они тут же опустились на одно колено, выражая почтение.
— Господин Мессия.