Одной рукой он опирался на бортик фонтана, а другой крепко сжимал предплечье Солли, не позволяя ей окончательно потерять равновесие.
В нефритовых глазах А Шина промелькнуло сильное смятение, и Солли, оцепенев, не могла отвести от них взгляд.
Это длилось всего одно мгновение, но ей показалось, будто в его глазах проскользнула тёплая искра беспокойства, от которой сердце болезненно сжалось.
Однако это тепло тут же растворилось, словно мираж.
А Шин, будто с опозданием осознав, за что именно он держится, нахмурился и резко отшвырнул руку Солли.
— Ах…
Солли пошатнулась, но каким-то чудом всё же удержала равновесие.
А Шин тяжело дышал и тупо смотрел на свою ладонь, которой только что поддержал её, а уже в следующее мгновение его лицо угрожающе исказилось.
— …Осторожнее надо быть.
— И-извините.
Солли извинилась сдавленным голосом, чувствуя одновременно и благодарность за то, что он спас её, и боль от той откровенной дистанции, которую он тут же между ними выставил.
— Продолжайте доклад.
А Шин резко отвернулся к инспекторам Отдела божественных зверей, всем своим видом показывая, что уже напрочь стёр само существование Солли из своей памяти.
Дрожащими руками она подняла с земли брошенную лозу.
Предплечье, за которое только что держался А Шин, горело так сильно, словно его ошпарили.
«Сонбэ спас меня, но тут же пожалел об этом».
От этого осознания Солли стало ещё паршивее, и она, крепко закусив губу, покинула это место так поспешно, будто спасалась бегством.
⌑≫━━┉┅∎⋉⋇⋊∎┅┉━━≪⌑
Спустя несколько дней после инцидента в ботаническом саду на Солли обрушилось второе испытание, когда по поручению Го Гам Чхана она направилась в архив, расположенный на верхнем этаже главного здания.
С трудом удерживая обеими руками тяжёлую коробку с документами, она с тихим кряхтением остановилась перед лифтом, чувствуя, как мышцы рук уже почти молят о пощаде.
В тот самый момент, когда Солли попыталась перехватить коробку поудобнее, раздался короткий сигнал, и двери лифта открылись.
И она застыла на месте.
Внутри стояли люди, которых она совершенно не ожидала здесь увидеть: Пэк А Шин и его отец, Пэк Кён Ук.
Глава клана Пэк, главного спонсора ECRC, несмотря на то что ему было уже далеко за двести лет, по-прежнему выглядел как молодой мужчина, и со стороны легко могло показаться, будто перед ней стоит старший брат А Шина.
В воздухе повисла тяжёлая тишина.
Пронзительный взгляд Пэк Кён Ука вонзился в Солли, и в его глазах читались такое презрение и такое высокомерие, будто он смотрел не на сотрудницу Центра, а на какое-то ничтожное насекомое.
Должно быть, его бесил сам факт того, что прямо перед ним стоит та самая «дерзкая мышь», которая посмела отказать его сыну и сбежать в горы.
А Шин, прислонившись к панели с кнопками, с бесстрастным лицом смотрел прямо перед собой, и даже появление Солли не заставило его повести бровью.
Заходить или нет?
За эту короткую секунду Солли десятки раз взвесила все «за» и «против», но отступать было нельзя.
Затаив дыхание, она бочком скользнула в угол лифта, и, когда двери закрылись, начался удушающий подъём.
— …ECRC тоже, видимо, окончательно скатился.
Пэк Кён Ук нарушил тишину, прищёлкнув языком, и его голос, низкий и густой, был пропитан презрением, которое резало не хуже лезвия.
— Позволяют какой-то крысе разгуливать по зданию, как ей вздумается… Воистину, уровень уже не тот.
Это был явный выпад в сторону Солли.
Она крепче сжала коробку, чувствуя, как лицо пылает так сильно, будто вот-вот вспыхнет.
— В былые времена, куда бы в Чосоне ни пошёл, крысы прятались так, что даже на нашу тень наступить не смели. Мир сильно изменился.
Пэк Кён Ук бросил на Солли косой взгляд и снова язвительно произнёс:
— Крыса совсем берегов не видит и суетится под ногами, надо же… А Шин-а, не слишком ли ты распустил её в своё время?
Его острый взгляд, казалось, был готов прожечь дыру в макушке Солли.
Услышав это откровенное оскорбление, Солли прикусила губу, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы, но смелости ответить ей всё равно не хватило.
Перед ней стоял серый кардинал ECRC, и стоило ей хотя бы попытаться возразить, как её точно вышвырнули бы с работы.
В этот момент А Шин внезапно протянул руку и нажал кнопку седьмого этажа.
Лифт, только-только миновавший пятый этаж, резко затормозил на седьмом.
— Выходи.
А Шин тихо рыкнул это, указывая на распахнувшиеся двери, и Солли от неожиданности подняла голову.
Взгляд А Шина был направлен не на неё, а на его отца, Пэк Кён Ука.
Пэк Кён Ук опешил, а затем мгновенно вспылил:
— Что ты сказал?!
— Я сказал это не вам, отец.
— Ты смотрел прямо на меня, когда вякнул это, и смеешь отпираться?!
— Разве я позволил бы себе обратиться к вам на «ты»?
Он посмотрел на отца так, словно тот был жалок, и с силой нажал кнопку удержания дверей.
А затем бросил взгляд на Солли.
— Выходи, говорю.
— Я… мне?
Испуганная Солли переводила взгляд с отца на сына.
Пэк Кён Ук с непередаваемым выражением лица уставился на А Шина, однако тот, даже не моргнув, продолжал смотреть прямо на отца.
— Ах ты паршивец, да как ты смеешь перед собственным отцом…!
— Мы не дома, а у меня на работе. Это официальное учреждение. Мне противно это слушать, так что прекращайте.
— Чего?!
— К главе Центра поднимайтесь сами, а я, пожалуй, вернусь в свой кабинет.
— Ха, неблагодарный щенок. Голова чуть подросла, так ты смеешь перечить отцу?
Пэк Кён Ук, тяжело дыша, грубо ослабил узел галстука, а Солли поспешно попыталась выйти из лифта, однако коробка в её руках была такой большой и тяжёлой, что сохранить равновесие при выходе оказалось совсем непросто.
В таком положении она вполне могла удариться о закрывающиеся двери, но в этот момент рука А Шина пришла в движение.
С совершенно безразличным лицом он вытянул руку и упёрся ладонью в дверной проём, и створки, уже начавшие закрываться, столкнулись с его рукой и снова распахнулись.
— Дай сюда.
А Шин легко выхватил у неё тяжёлую коробку и первым вышел в коридор, а Солли, совершенно не желая оставаться наедине с Пэк Кён Уком, торопливо выскочила следом, чувствуя, как колючий взгляд Пэк Кён Ука буквально прожигает ей затылок.
— Куда ты ехала?
А Шин спросил это, нажимая кнопку соседнего лифта, и коробку, которую Солли с трудом удерживала двумя руками, он играючи держал одной огромной ладонью.
— Эм… на десятый этаж, в архив…
Обливаясь холодным потом, Солли покосилась на медленно закрывающиеся двери соседнего лифта, за которыми наконец исчезло свирепое лицо Пэк Кён Ука.
Лифт, который вызвал А Шин, к счастью, быстро прибыл на седьмой этаж, и за открывшимися дверями никого не оказалось, а значит, никто не увидит их вдвоём и не пустит новые странные слухи.
— Чего не заходишь?
А Шин смотрел на Солли сверху вниз, удерживая кнопку открытия дверей.
То, как он ждал, пока она зайдёт первой, и то, как непринуждённо забирал у неё тяжёлые вещи, чтобы нести самому, были всего лишь мелочами, но именно такими привычными мелочами, которые он делал для неё тысячи раз.
Солли, даже не думая заходить в лифт, тупо смотрела на его руку, на знакомое крепкое запястье, видневшееся из-под рукава чёрной униформы.
Он придерживал для неё дверь.
Точно так же, как в те времена, когда они были парой.
А Шин, кажется, и сам почувствовал, что что-то не так, потому что с недоумением уставился на свою руку, сжимавшую коробку, а затем очень медленно повернул голову и встретился взглядом с Солли.
Его нефритовые зрачки сильно дрогнули, и в них на мгновение промелькнула растерянность, словно он сам не понимал, что именно сейчас делает.
Привычка, которую помнило тело, забота, прорвавшаяся наружу прежде, чем разум успел её заблокировать, в эту короткую долю секунды заставили его ледяную маску треснуть, открыв лицо того самого ласкового мужчины из прошлого.
— …Чего не заходишь, спрашиваю.
А Шин тихо повторил это и кивнул в сторону пустой кабины, но на последних словах его голос едва заметно дрогнул.
Солли поспешно шагнула в лифт, а А Шин молча последовал за ней.
— А вам куда?
Солли осторожно спросила это, нажимая кнопку десятого этажа, но А Шин лишь сверлил взглядом стенку перед собой и хранил молчание, снова вернув лицу привычную холодность.
«…Чего и следовало ожидать…»
Солли проглотила вздох, искоса поглядывая на его заледеневший профиль, но А Шин, до этого пристально смотревший на закрывающиеся двери, вдруг раздражённо бросил:
— Почему ты стояла как дура?
— Что?
— Почему ты позволила Пэк Кён Уку так с тобой разговаривать?
Солли посмотрела на него с таким выражением лица, будто совершенно не понимала, что он вообще несёт.
Неужели она должна была огрызаться одному из Семи великих Божественных зверей, который верховодит всем ECRC?
— Хочешь сказать, я должна была прямо там наброситься на твоего отца и начать качать права?
— А лучше было молча глотать это, как идиотка?
— И как бы я, по-твоему, стала с ним ругаться?! Ему достаточно сказать одно слово, чтобы такую, как я, просто стёрли в порошок!
Только после того, как она потеряла самообладание и сорвалась на крик, А Шин медленно повернул к ней голову.
Он посмотрел на неё непонимающим взглядом.
— Что ты только что сказала?
В этот момент раздался короткий сигнал, и лифт прибыл на десятый этаж.
Солли, тяжело дыша от злости, выхватила у него тяжёлую коробку.
— Неважно.
— Сон Солли.
— Отпусти.
Солли вырвала плечо из его хватки и вышла из лифта.
Как раз в этот момент по коридору к ним шаркающей походкой приближался сотрудник архива.
— О? Инспектор Сон, вы уже здесь?
Заметив Солли, он вяло помахал ей рукой.
— Почему так дол…
Увидев А Шина, сотрудник архива вытаращил глаза и начал растерянно переводить взгляд с него, стоящего в кабине, на тяжело дышащую Солли.
В его ошарашенных глазах слишком явно читался вопрос о том, почему они оказались вдвоём.
А Шин молча вытянул руку и нажал кнопку закрытия дверей, и от той бессознательной заботы, которую он проявил всего пару минут назад, не осталось ни следа, потому что он снова нацепил свою холодную маску.
Когда лифт с А Шином уехал с десятого этажа, сотрудник архива бочком подошёл к Солли и осторожно прошептал:
— Эм, вы что, решили снова сойтись с инспектором Пэком?
— …Нет.
Солли с каменным лицом покачала головой и зашла в архив.