В этот момент в голове Солли пронеслись воспоминания о буднях тех сотрудников, которые только что всем скопом покинули офис.
Она вспомнила, как при любой возможности они спихивали полевую работу на неё и Ха Хён Хо, а сами по полдня спали в комнате отдыха, как выходили «на перекур» и незаметно возвращались лишь спустя два-три часа, и эти мерзкие повадки одна за другой всплывали в памяти, оставляя после себя неприятный осадок.
Младшая сотрудница, видимо вспомнив то же самое, почесала голову и осторожно пробормотала:
— …Интересно, они и на новой работе будут так же себя вести после увольнения?
— Да ни за что. Они так хорошо жили только потому, что в госсекторе их нельзя было просто так уволить, вот они и проедали зарплату десять лет.
Инспектор Ха Хён Хо с тяжёлым вздохом сел обратно на своё место.
— Давайте работать. Людей стало меньше, так что с завтрашнего дня мы будем крутиться как белки в колесе.
— Да…
Солли вяло кивнула и посмотрела на кресло в кабинете начальника.
Старое кресло с потёртой кожей и выпирающими пружинами теперь стало её местом.
Внезапно ей стало трудно дышать, а перед глазами всё потемнело, и Солли зажмурилась, в душе проклиная Го Гам Чхана.
«Глава Центра… Да, я хочу отомстить семье Пэк, но я не просила такую должность…!»
⌑≫━━┉┅∎⋉⋇⋊∎┅┉━━≪⌑
Когда подошло время окончания рабочего дня, Солли выбежала из офиса так, словно за ней действительно кто-то гнался, и, спускаясь на лифте на пятый подземный этаж парковки, тупо разглядывала своё отражение в зеркальной стенке.
Огромные синяки под глазами, потрескавшиеся губы, растрёпанные волосы.
Первое место на экзамене, а теперь ещё и стремительное повышение всего через два года работы; если послушать со стороны, можно подумать, будто она несётся по шоссе успеха, но на деле всё это больше походило на отчаянное висение на самом краю пропасти.
— …Я им что, девочка для битья…
Солли пробормотала это, глядя на собственное отражение, словно обзывала не мир вокруг, а саму себя.
Пэк А Шин её бросил, семья Пэк смешала её с грязью, а теперь она ещё и стала врагом номер один для инспекторов-людей.
В обществе ёмулей её презирали за то, что она жалкая мышь-оборотень, а для людей она была ходячим недоразумением, и, оказавшись между двух огней, Солли уже почти не понимала, ради чего всё это терпит.
С коротким сигналом лифт прибыл на пятый подземный этаж, и, как только двери открылись, в кабину хлынул сырой, удушливый воздух подземной парковки.
Солли уныло поплелась к своей машине, чувствуя, что в руках, ищущих ключи, совсем не осталось сил.
Именно в этот момент двери лифта напротив открылись, и наружу кто-то вышел.
Раздался ритмичный, твёрдый стук туфель, и Солли инстинктивно поняла, кому принадлежат эти шаги.
Это был Пэк А Шин.
Одетый в безупречный костюм, он пересекал парковку, и Солли поспешно попыталась спрятаться за колонной, потому что в таком жалком виде и с таким настроением она категорически не хотела с ним сталкиваться.
Но взгляд А Шина уже нашёл её, и Солли невольно затаила дыхание, не зная, чего ждать от него на этот раз.
Он снова пройдёт мимо, будто её не существует?
Нет, так даже лучше, потому что сейчас у неё не было сил ни с кем разговаривать.
Сделав вид, что не замечает его, она ускорила шаг и направилась к зоне для малолитражек, но по мере того, как их траектории пересекались, дышать становилось всё труднее.
Стук туфель А Шина и шаги кроссовок Солли попеременно отдавались эхом на подземной парковке, и в тот момент, когда она уже решила, что они просто пройдут мимо друг друга, тишину разрезал низкий голос.
— Слышал, ты стала начальником?
Солли резко остановилась.
На секунду она даже не поверила собственным ушам.
Он… он сейчас заговорил с ней?
Она медленно повернула голову.
А Шин стоял под светом лампы и смотрел на неё, сохраняя всё то же сухое выражение лица, хотя в его взгляде проскальзывало странное любопытство.
Когда Солли так и осталась стоять, не в силах вымолвить ни слова, А Шин криво усмехнулся одним уголком губ, и эта усмешка была откровенной насмешкой.
— Поздравляю. Вот это скорость. Кажется, ты самый молодой начальник отдела в истории ECRC?
В его тоне не было ни капли настоящего поздравления, и звучало это скорее как издевательство.
В груди Солли вспыхнуло нечто горячее.
После инцидента в архиве он несколько дней делал вид, что её не существует, так с чего вдруг решил придраться именно сейчас?
— …Неожиданно. Я думала, вас не интересует то, что происходит на втором подземном этаже.
— Разве я мог не услышать, когда слухи уже раструбили об этом на каждом углу?
А Шин крутил ключи от машины на пальце, и его расслабленность раздражала Солли почти до дрожи.
— Но какой толк быть начальником, если это только название? Твоя команда ведь разбежалась.
— О-они не все уволились, вообще-то.
— Больше половины сотрудников уволились через пять минут после твоего назначения… Что ж, это тоже новый рекорд. Вот это лидерские качества.
И снова это звучало как откровенная насмешка.
Кулаки Солли задрожали.
Ощущение собственной жалкости подступило к самому горлу, но на этот раз вместо слёз наружу вырвался яд.
— Вы со мной заговорили только для того, чтобы поиздеваться? Почему вы вдруг решили меня зацепить, если обычно делаете вид, что мы не знакомы?
Как растоптать гордость Пэк А Шина?
Ей до смерти хотелось увидеть, как исказится это невыносимо расслабленное лицо, и, поразмыслив всего мгновение, Солли выбрала слова, которые точно должны были задеть его за живое.
— Если у вас не осталось ко мне никаких чувств, то, пожалуйста, прекратите…
— Чувств?
А Шин моргнул так, будто впервые в жизни услышал это слово.
Солли на секунду растерялась от его реакции, но затем выпрямила спину и вызывающе посмотрела на него снизу вверх.
— Да. Так что, если не хотите, чтобы люди сделали неправильные выводы, просто оставьте меня в покое. И не цепляйтесь ко мне с такими детскими провокациями.
А Шин на мгновение замолчал.
Он пристально, почти навязчиво изучал её искажённое от гнева лицо.
— …Чувств, говоришь…
Выражение его лица начало неуловимо меняться, и в его глазах промелькнули удивление, растерянность и совсем лёгкий интерес.
— …Странно слышать это от тебя, от той, кто растоптала чужие чувства и сбежала в горы.
— Что?
— Девушка, которая отказала мне в замужестве, вдруг заявляется на место моей операции с таким видом, будто до сих пор сохнет по мне… Хм. И как же я должен был на это отреагировать?
Солли вздрогнула и задержала дыхание, потому что совсем не ожидала, что Пэк А Шин вдруг заговорит об их встрече на заброшенной ферме.
Стоило ей вспомнить, какой жалкой она почувствовала себя тогда, столкнувшись с его ледяным равнодушием, как лицо тут же густо вспыхнуло.
— То, что я… отказала вам…
Это было лишь потому, что ей нужно было время, чтобы сосредоточиться на экзамене, и потому, что она не хотела становиться невесткой семьи Пэк, так ничего и не добившись собственными силами, чтобы потом всю жизнь терпеть их помыкания.
Но её любовь к нему тогда оставалась неизменной.
Однако выкладывать всё это сейчас было бы слишком унизительно, поэтому Солли от стыда закусила нижнюю губу и резко отвернула голову.
Увидев её покрасневшие щёки и уши, А Шин усмехнулся, а затем снова придал лицу бесстрастное выражение и зашагал к своему чёрному седану.
— К тому же я заговорил с тобой просто из вежливости, как с коллегой-начальником. Это тебя так сильно задело?
— Да, задело! Очень задело… Стоп, коллегой-начальником?
Глаза Солли округлились, потому что он только что действительно сказал «коллегой-начальником».
— Вы… вы тоже получили повышение?
Он молча пожал плечами, а затем, открывая дверцу водительского сиденья, усмехнулся:
— Похоже, теперь будем видеться чаще? Ты ведь в курсе, что каждый вторник проходят общие собрания начальников отделов?
— Вы серьёзно? Вы правда стали начальником?
— Постарайся как следует, начальник Сон. Тебе нужно хорошенько позаботиться об оставшихся двух сотрудниках, иначе твой отдел просто расформируют.
— Ах ты… псих…!
Солли осыпала проклятиями его спину, но А Шин лишь невозмутимо сел за руль и завёл двигатель.
Её ругательства утонули в мощном рёве мотора.
Его машина плавно выехала с парковки, и профиль А Шина, на мгновение мелькнувший за стеклом, выглядел невыносимо холодным.
— …Ну погоди у меня.
Тяжело дыша от злости, Солли забралась в свою старенькую малолитражку, с силой захлопнула дверь и ударила по рулю.
Было больно.
Болели руки, и душа тоже болела, но ей больше не хотелось беспомощно плакать, как раньше.
Издёвки А Шина и его насмешки, наоборот, задели гордость Солли так сильно, что внутри снова разгорелось упрямство.
«Выдающиеся лидерские качества? Отдел расформируют? Да не дождётесь. Этому не бывать!»
В тишине, заполнившей салон машины, Солли посмотрела в зеркало заднего вида и поправила растрёпанные волосы.
Пусть в её глазах всё ещё стояли слёзы, взгляд был живым как никогда.
⌑≫━━┉┅∎⋉⋇⋊∎┅┉━━≪⌑
На следующее утро в офисе отдела «Прочие» стояла такая тишина, будто это был не рабочий кабинет, а храм.
Солли сидела в кабинете начальника и просматривала документы, ожидающие подписи.
Несмотря на то что сотрудников стало меньше, объём работы, свалившийся на Солли, остался почти таким же, как и прежде, и это лишь ещё яснее показывало, насколько сильно бывшие коллеги всё это время перекладывали обязанности на неё и Ха Хён Хо.
«Даже не знаю, плакать тут или смеяться…»
Солли тяжело вздохнула и потёрла уставшие глаза.
В этот момент во внутреннем мессенджере всплыло новое уведомление.
Это было объявление о кадровых перестановках, и, дрожащими руками открыв документ, Солли первым делом увидела имя Пэк А Шина.
[Приказ о кадровых перестановках № 202X-45
Начальник Отдела по защите и подавлению особых ёмулей, Отдела божественных зверей: Пэк А Шин, выпуск 71]
Вспомнив его раздражающее лицо на парковке, Солли непроизвольно сжала мышку сильнее.
Стиснув зубы, она прокрутила список до самого конца.
Её имя стояло внизу.
[Начальник Отдела поддержки документооборота и ресурсов, Отдела «Прочие»: Сон Солли, выпуск 74]
«Значит, теперь это реальность… Я начальник».
Она тяжело вздохнула и уже собиралась закрыть лицо руками, когда младшая сотрудница отдела, Сон Хи Ён, робко постучала в стеклянную дверь.
— Эм… Начальник.
— Да, входите.
— Там… к вам пришли.
Сон Хи Ён чуть приоткрыла стеклянную дверь и произнесла это с тревогой на лице.