028 — Крепость чёрного колдовства # 3
Сэр Готвальд вызвался проводить нас к тайному складу.
Готвальд оказался худощавым, узколицым мужчиной с длинными волосами, собранными на затылке. Но внешность обманчива: уровень у рыцаря был аж шестнадцатый.
— Господин рыцарь, сколько эфира нужно потратить, чтобы достичь шестнадцатого уровня? Миллионов сто, не меньше?
— Зачем тебе это?
— Хе-хе. Просто интересно, где столько эфира можно заработать.
— А-а, вот в чём дело. Кажется, теперь я понял, зачем вы так рвётесь в сокровищницу генерал-лейтенанта.
Готвальд сощурился и подозрительно оглядел нас.
— Значит, и вы на сокровища генерал-лейтенанта позарились?
— Я вообще-то интересуюсь знаниями, а не сокровищами, — фыркнула Хермит.
Я тоже шёл не за сокровищами, а выполнять поручение Жермен. Зато Хаммер, шагавший позади, не стал притворяться:
— А я как раз за деньгами. На содержание отряда уйма эфира уходит.
Впрочем, после слов Готвальда и во мне проснулась жадность. Если повезёт, в этом складе можно одним махом сорвать целое состояние!
Но чем глубже мы спускались, тем тревожнее становилось. Этажей десять под землю уже ушли, а лестнице всё не было конца.
— Служу!
— На посту без происшествий!
Встречные стражники только усиливали беспокойство. Охрана сокровищницы должна бы следить, не проберётся ли кто снаружи. Но эти держали оружие наготове и смотрели не вверх, откуда могли прийти чужаки, а вниз — в глубину.
«Значит, охрана не чужаков снаружи высматривает, а не даёт кому-то выбраться изнутри».
Хермит тоже насторожилась.
— Так и знала… Бездна, та самая глубокая яма возле Лавадона…
— Именно. Чёрная крепость стоит прямо над Бездной.
Готвальд остановился.
Лестница оборвалась. Перед нами зиял провал невообразимой глубины.
— Эту крепость возвели не для защиты от нападений извне. Она оберегает Империю от того, что таится в Бездне. А вы хотите туда спуститься как ни в чём не бывало…
Интересно, какая тут глубина?
Я выудил из «Чёрного узелка» универсальное орудие на все случаи жизни — осколок каменного человека — и бросил его вниз.
Тишина.
Сколько ни прислушивался, так и не услышал, как камень ударился о дно.
Это вообще возможно?
— Подождите!
Хермит извлекла из остроконечной шляпы книгу.
***
«Когда-то пастух, разыскивая пропавшую овцу, нашёл глубокую яму.
Вернувшись через десять дней, он без конца твердил: „Нужно закрыть дыру“, — а потом собственными руками закрыл себе глаза, уши и нос.
После этого деревенские жители принялись забрасывать яму трупами и мусором. Саму яму назвали Бездной, а деревню — Лавадоном, что значит „деревня у ямы“».
«Народные предания окрестностей Стены». Автор — Эстель.
И когда только наставница Эстель успела столько книг написать?
Хермит захлопнула книгу и подвела итог:
— Эту яму обнаружили почти триста лет назад, но никто так и не узнал, какие тайны и чудеса скрываются в её глубинах.
— Хермит, так что же тот пастух увидел во тьме?
— Откуда мне знать?
Да как же так!
Что он там увидел?!
Теперь ведь любопытно до смерти!
Тем временем Хаммер обвязался верёвкой и шумно выдохнул.
— Значит, генерал-лейтенант Райден устроил личный склад в таком проклятом месте. Пожалуй, не зря его называют одной из Четырёх звёзд Империи!
— Господин Хаммер, давно хотел спросить: кто такие эти Четыре Звезды Империи?
— А? Йор, ты же имперец! И не знаешь о Четырёх Звёздах?
— Хе-хе. Только покороче, пожалуйста.
— Так называют четвёрку героев, победивших Короля драконов Дегароса! Я сам захотел стать исследователем, наслушавшись сказаний об их подвигах!
А Король драконов Дегарос — это ещё кто?
Хотелось спросить, но предчувствие подсказывало, что рассказ опять затянется. Я промолчал.
Я тоже закрепил на поясе верёвку, и мы начали медленно спускаться в Бездну.
Ш-ш-ш-ш...
Вскоре меня охватило знакомое чувство: будто в рот, нос и уши лезут муравьи.
Где-то я это уже испытывал.
— Твою мать, да тут Ночь!
Вспомнилось, как я остался один в Университете механики.
— Твою мать! Мы же ещё даже Стену не пересекли! Откуда здесь Ночь?!
— Уэ-э… Сейчас зажгу эфирный факел!
Хермит вынула из шляпы факел, и тот вспыхнул.
Он же миллион эфира стоит!
Вот и сгорел целый миллион.
Хаммер ухмыльнулся:
— Йор, всё как ты хотел. Где есть Ночь, там есть и эфир.
— О-о-о!
Вот теперь мне сразу захотелось лезть дальше.
Спустившись ещё ниже, мы заметили уступ на противоположной стене провала. Мои глаза уже освоились с темнотой, и я разглядел вход в пещеру. Вокруг виднелось множество следов.
— Я попробую допрыгнуть.
Хоп!
Я оттолкнулся, перепрыгнул к уступу и ухватился за край. Вскарабкавшись наверх, привязал заранее приготовленную верёвку к сюрикэну и метнул его в сторону скалы, где оставались остальные.
Фьюить! Тук!
— Готово! Кажется, крепко держится. Перебирайтесь осторожно.
— Вот что значит вор в отряде! Сразу исследовать проще!
Остальные перебрались по натянутой верёвке, точно муравьи по нитке.
— Господин Хаммер, тут, похоже, пещера. Ловушек… кажется, нет.
Я огляделся, пользуясь ночным зрением, и принюхался: благодаря благословению мой нос теперь помогал находить ловушки. Вглубь скалы вёл горизонтальный тоннель, откуда тянуло кисловатым запахом.
— И куда нам теперь, Йор?
В пещере ходов и ответвлений оказалось видимо-невидимо. Куда ни глянь — дыра.
— На моей карте этих ходов нет. Вести нас придётся тебе.
Эфирный факел горел, расходуя драгоценное топливо. Долго раздумывать было нельзя.
— Вон в тот широкий проход.
— Почему?
Почему?
Да я же просто ткнул пальцем наугад!
Но признаться в этом нельзя. Ещё прослыву мальчишкой, который зря кричал «Волки!». Мы только начали доверять друг другу — не время выставлять себя идиотом.
— Смотрите: мох растёт только у этого входа. Возле остальных его нет. Раз здесь что-то растёт, значит, условия для жизни подходят. Думаю, нам туда.
Хотя я и правда выбрал наугад.
Хаммер удовлетворённо кивнул. Хермит с Феликсом тоже возражать не стали.
Мы вошли в покрытый мхом проход и почти сразу почувствовали неладное.
— Мне одному кажется, что это паутина?
— Да нет, не может быть! Она же с верёвку толщиной.
Если это паутина, то какой же, мать её, величины тут паук?!
Вокруг валялись кости. Неужели остатки трапезы гигантского паука?
— Мгя-а-ак!
Хермит с воплем провалилась в незамеченную нами яму. Падая, она задела и сильно дёрнула паутину.
Дёр-р...
Дрожь пробежала по паутине и ушла далеко во тьму тоннеля.
— Оружие к бою! Всем приготовиться!
Хаммер среагировал мгновенно — сразу видно ветерана.
Феликс обнажил меч и одним движением перерубил паутину, за которую держалась Хермит.
— Ну конечно. Едва вошли, а ты уже нам проблем устроила.
— Я... я-то тут при чём?..
— Не время ругаться! Они идут!
Хаммер вскинул огромный молот.
Он ещё не освоился в темноте и, похоже, не видел того, что видел я.
Цок-цок-цок...
Ш-ш-ш-ш...
Из мрака на нас надвигалась живая, шевелящаяся волна пауков.
Хотя… пауки ли это вообще?
— Люди?..
Силуэтами они и правда напоминали людей. Но из туловищ, голов и ног торчали паучьи лапы, будто людей насильно срастили с пауками. По телам раскрывались красные паучьи глаза.
Такую мерзость и словами не описать.
— С... спасите... больно... всё тело болит...
— Чёрт, это правда человек!
— Йор! Таких уже не спасти! Милосерднее будет избавить их от мучений!
Слова Хаммера сразу привели меня в чувство.
— Сука!
Я выругался и метнул сюрикэн.
Фьють!
Лезвие вонзилось человеку в голову.
— У-у...
Кии-и-и!..
Человеческое тело забилось в судорогах, кожа лопнула — и изнутри вырвался огромный паук.
Так вот оно что! Эти твари поселяются внутри людей, словно раки-отшельники в раковинах!
— Фу, мать твою, какая мерзость!
Паук почти с меня ростом прыгнул прямо на меня. Такой быстрый, что я и моргнуть не успел, а он уже сидел на плече.
Кии-и!
— Отвали, урод!
Я изо всех сил ударил сюрикэном ему в брюхо.
Тук!
Лезвие едва вошло — помешал твёрдый панцирь.
Хрусть!
Паук впился мне в плечо.
— Ай-ай-ай!
Из-за гравировки «Обоюдоострый меч» я получал повышенный урон, и боль оказалась невыносимой. Аж слёзы выступили.
Кии-и!..
Но вдруг сам паук завизжал, забился и рухнул на пол. Вместе с моей кровью в него проник яд благословения «Змеиная кровь» и принялся разъедать изнутри.
Сука, славься Сабраник!
В следующий раз целую гору камней ему натаскаю!
— Ну всё, букашки, вам конец!
Я тут же смазал сюрикэны собственной кровью и принялся метать их во все стороны. В какого паука попадало лезвие, тот с визгом валился наземь.
Кии-и!..
Ки-и!
— Нравится, паучьи ублюдки?!
Интересно, есть ли в этом мире служба по уничтожению вредителей, вроде CESCO? С такой кровью я бы там озолотился!
— «Огненное колесо Анграта»!
Хермит выставила посох. На его конце вспыхнул раскалённый огненный круг и покатился вперёд, обдавая всё жаром.
Фух!
Ф-фух!
— Гии-и!
— А-а-а!
Люди, пауки и паутина вспыхнули почти мгновенно.
Чем больше я видел настоящую магию, тем сильнее убеждался: сплошное читерство.
[+500 эфира]
[Панцирь паразитического паука: исключительно прочный, тяжело поддаётся обработке.]
Пятьсот эфира с одного?
Сука! Да это же золотая жила!
Я уже радостно собирал эфир, когда под рукой среди паучьих останков оказалось что-то твёрдое.
— Это ещё что?
Каменная статуэтка напоминала маленького Будду, только рук у неё было восемь.
Меня словно осенило.
«Это же статуя Восьмирукой Прародительницы!»
«Благословенный, отдай её мне.»
«А взамен дам тебе „Змеиные ноги“».
Сабраник?
Значит, Ночь проникла и сюда, раз я снова слышу идола.
«Так это и есть статуя Восьмирукой Прародительницы?!»
«Вещь, которую просила найти Жермен, сама попала мне в руки?!»
Вот это везение!..
Я сунул статуэтку в «Чёрный узелок» — и тут застыл.
— Э-э?..
В тесном тоннеле из темноты ко мне приближались громадные ноги.
Тело чудовища едва не задевало потолок и заполняло всё поле зрения.
Но самое страшное — шагов совсем не было слышно.
— Хи-хи, эфир!
— Эй, Феликс, тебе не кажется, что жареные пауки вкусно пахнут?
— Хаммер, не говорите ерунды.
Ни Хермит, ни Феликс, ни даже Хаммер не замечали приближения чудовища.
Похоже, только мой «Чёрный глаз» позволял её видеть.
Я заорал:
— Босс! Это босс-монстр!!!
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta
Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta