Глава 3. Словно чужая

— Ну, и как всё прошло? — спросила Цутако-сан во время обеденного перерыва, с нескрываемым любопытством заглядывая Юми в лицо.

Прошло уже несколько дней после «особого собрания». Юми обедала вместе с группой Кацуры-сан, но её палочки для еды лежали на столе неподвижно.

— Как прошло? Да ты и сама всё видишь, — ответила Юми.

Она уже третий день подряд обедала в классе.

— Ой, неужели наша жизнерадостная Юми-сан загрустила? Значит, сёстры бутонов не в восторге от этой затеи?

— Ну да, — кивнула Юми.

Их, конечно, не выгнали из Особняка Роз, но находиться там стало некомфортно. Стоило им собраться за одним столом, как бутоны тут же начинали обсуждать детали проекта, не обращая на них внимания. Юми и Ёсино-сан чувствовали себя лишними, и им приходилось сидеть в углу, стараясь не мешать.

«Наверное, нам лучше не ходить туда какое-то время», — подумала Юми. Они с Ёсино-сан решили, что пока не будут посещать Особняк Роз. Если что-то случится, Симако-сан им сообщит.

Юми понимала, что у бутонов не так уж много времени, чтобы собраться всем вместе. Ведь они учатся в разных классах, а после уроков Рэй-сама ходит на тренировки. Поэтому Юми решила, что им лучше не мешать.

— Цутако-сан, хочешь, присядь сюда? — предложила Кацура-сан, вставая из-за стола.

— Ой, не стоит беспокоиться, — ответила Цутако-сан.

— Ничего страшного. Мы уже поели, и нам пора идти.

Все, кроме Юми, встали из-за стола. Четыре одноклассницы, словно сговорившись, быстро убрали свои обеды в сумки.

— Вы все вместе? — спросила Цутако-сан, поправляя очки.

— Да, — ответила Кацура-сан. — Мы звали и Юми-сан, но она, похоже, не заинтересована. Тебе, наверное, скучно одной, так что… составь ей компанию.

Кацура-сан быстро всё объяснила и, присоединившись к своим одноклассницам, которые ждали её у двери, вышла из класса. Из коридора доносились их весёлые переговоры.

— …Что это было? — пробормотала Цутако-сан, глядя им вслед.

Теперь, когда в классе остались только они вдвоём, Цутако-сан могла расслабиться и не следить за своими словами.

— Они идут в библиотеку, искать книгу о шоколаде, — ответила Юми.

Одна из девочек увидела в магазине красивую, но уж очень дорогую книгу. Купить её, конечно, можно, но тогда на шоколад денег уже не хватит. А другая одноклассница сказала, что видела такую же в библиотеке. И они решили пойти посмотреть на эту «красивую книгу».

«Как же быстро они ели!», — подумала Юми. Кацура-сан, которая всегда говорила, что нужно тщательно пережёвывать пищу, чтобы не навредить здоровью и не поправиться, проглотила свой обед за три-четыре укуса.

— Хм, красивая книга о шоколаде, говоришь? Звучит заманчиво. А ты почему не пошла с ними? — спросила Цутако-сан, беря пакет с молоком, который стоял на столе, и садясь на место Кацуры-сан.

— Кажется, Сатико-сама не в восторге от шоколада, — тихо ответила Юми.

Она не любила говорить на эту тему.

— Шутишь? Я видела, как она ела «рождественское полено» на Рождество. То, которое сделала бутон Розы Фетиды.

«Оно было очень вкусным», — с мечтательным видом пробормотала Цутако-сан. На самом деле, это был покупной торт, который Рэй-сама немного украсила. Но Цутако-сан этого не знала.

— …В самом деле?

«Рождественское полено» — французский торт с шоколадным кремом. Юми тоже видела, как Сатико-сама его ела, и это не выглядело как исключительно проявление вежливости к Рэй-сама.

Стоит добавить, что Сатико-сама достаточно привередлива в еде, и за четыре месяца знакомства Юми уже хорошо изучила её вкусы. Сатико-сама не умеет скрывать свои эмоции. Она всегда морщится, когда ей что-то не нравится. И Юми не верила, что Сатико-сама может притворяться.

— Может быть, она против того, чтобы дарить шоколад в День Святого Валентина? В любом случае, мне всё равно. Ты расстроена, что не сможешь подарить шоколад? — спросила Цутако-сан, допивая молоко.

Похоже, она сочувствовала Юми, но не от всего сердца.

— Да, — кивнула Юми. — Мне некуда деваться. В Особняке Роз сейчас появляться не стоит, а в классе все только и говорят о Дне Святого Валентина.

Цутако-сан огляделась.

Действительно, почти все ученицы были увлечены подготовкой к Дню Святого Валентина. Они обсуждали рецепты, хвастались покупным шоколадом, делились советами… Одна из девочек даже решила подарить вместе с шоколадом свитер, связанный своими руками, и теперь, не жалея времени, стучала спицами.

Они готовили подарки для учителей, для старшеклассниц, для мальчиков из других школ… У каждой из них — своя цель, но их объединяло одно — желание сделать приятное тому, кто им дорог.

До Дня Святого Валентина осталась всего неделя.

— И что ты будешь делать? — спросила Цутако-сан.

«Что я буду делать?», — подумала Юми. Она сама не знала.

— Может, мне лучше было остаться в числе организаторов? — с грустью сказала Юми. — Я не уверена, что смогу найти открытку Сатико-сама.

Цутако-сан, услышав её слова, с усмешкой спросила:

— Хм, значит, ты не против, если Сатико-сама пойдёт на свидание с кем-то другим?

— Нет, я против! — воскликнула Юми. — Категорически против!

— Ну, тогда тебе придётся постараться. Ты же сама решила участвовать в этой игре. Когда сталкиваешься с сложностями, отступать нельзя.

— …

Юми прекрасно понимала, что у неё мало шансов на победу.

Ёсино-сан, напротив, была уверена в себе. Она уже начала составлять план действий, проверяя, подходят ли те или иные места для того, чтобы спрятать открытку. «У меня только одно тело, — жаловалась она, — как же мне всё успеть?» Ёсино-сан хоть и не общалась с Рэй-сама, но всё равно жила полной жизнью, продумывая каждый свой шаг. К тому же, у неё была ещё одна радость — она могла подарить Рэй-сама шоколад.

— Я бы тоже хотела подарить шоколад Сатико-сама, — вздохнула Юми, глядя на серое небо за окном.

— Тогда сделай это, — предложила Цутако-сан, хлопнув в ладоши. — Как Ёсино-сан, когда вернула Рэй-сама чётки. Было бы круто, если бы ты сделала это перед статуей Девы Марии.

«Она явно хочет сделать пару пикантных снимков», — подумала Юми.

— Думаешь, у меня получится?

Сатико-сама — её сестра, и Юми не могла просто так к ней подойти. Ей было трудно решиться на первый шаг.

— Хм, вряд ли. Скорее всего, ты будешь плакать, заливая шоколадными слезами форму для выпечки. Сладкий шоколад с солёным привкусом слёз.

Цутако-сан с печальным видом сжала кулаки. Юми же тяжело вздохнула.

— …Это уже перебор.

И потом, как слёзы могут попасть в шоколад? «Не говори глупостей», — подумала Юми.

— Но подумать-то ты можешь. Если хочешь подарить ей шоколад, не отпускай эту мысль. Представь, что четырнадцатого февраля Сатико-сама вдруг захочет получить от тебя шоколад. И что ты будешь делать, если у тебя его не будет? Наверняка будешь жалеть. Так что попробуй сделать шоколад. А если не получится его подарить, просто скажи мне. Мы съедим его вместе в классе. Я даже куплю тебе кофе, — добавила Цутако-сан.

Настоящий друг — это тот, кто готов разделить с тобой не только радость, но и горе. Юми почувствовала, как её настроение улучшается.

Цутако-сан, конечно же, хотела присутствовать при вручении подарка, но Юми вежливо отказалась. «Это же не документальный фильм, — подумала она. — Я не смогу спокойно разговаривать с Сатико-сама, если буду знать, что Цутако-сан где-то рядом и снимает нас». Если ей так хочется сделать пару снимков, пусть поищет достойное укрытие.

— Ну что ж, удачи тебе, — сказала Цутако-сан.

Их беседу прервал звонок на следующий урок. Юми, проводив взглядом Цутако-сан, вернувшуюся на своё место, убрала пустую коробочку из-под обеда в сумку.

Кацура-сан и её подруги вернулись в класс, весело болтая. Одноклассница, вязавшая свитер, продолжала стучать спицами.

И тут Цутако-сан, словно вспомнив что-то важное, вернулась к Юми.

— Я забыла тебе сказать, — начала она. — Фотоклуб тоже будет участвовать в «поиске сокровищ». Но мы будем не организаторами, а помощниками. Нам не скажут, где спрятаны открытки. Мы будем фотографировать участников для «Вестника „Лиллиан“».

Сказав это, Цутако-сан удалилась с довольным видом.

Похоже, она и вправду не собиралась дарить шоколад. Цутако-сан, как главный фотограф клуба, решила, что и в этом году будет продолжать снимать девушек.

— А, Юми-тян, — поприветствовала Рэй-сама, когда Юми, по привычке, подошла к Особняку Роз после дежурства. — Ты одна?

Рэй-сама, похоже, пришла сразу из класса, потому что в руках у неё были пальто и сумка.

— Давно не виделись. А, точно, я хотела тебе кое-что отдать… Подожди… где же она…

Рэй-сама порылась в сумке, но, видимо, решила, что продолжать поиски лучше не на весу.

— Давай зайдём внутрь, — сказала она, взяв Юми за руку и открыв дверь.

— А… но…

Юми не планировала заходить в Особняк Роз.

Но Рэй-сама, не обращая внимания на протесты, потащила её наверх. «Надеюсь, Сатико-сама здесь нет», — подумала Юми.

— О, мы первые! — воскликнула Рэй-сама, войдя в комнату и включив свет.

— Я сейчас поставлю чайник, — сказала Юми, по привычке направляясь к электрочайнику.

— Не надо, не беспокойся, — остановила её Рэй-сама.

— Ладно.

Юми вылила воду из чайника, сполоснула его, налила свежей воды и включила. Чайник загудел, словно говоря: «Сейчас вскипячу!». Юми намочила тряпку, висевшую на раковине, отжала и протёрла стол. Ей хотелось ещё и пол подмести, но она побоялась, что поднимет пыль.

— Ну, я пойду, — сказала Юми, закончив уборку.

Она вдруг осознала, что ей здесь находится не стоит, и решила поскорее уйти.

— Подожди, — сказала Рэй-сама. — Ты же не собираешься уходить сразу после того, как убралась?

— Но… у вас же собрание…

Рэй-сама обычно ходит на тренировки после уроков. Если она пришла в Особняк Роз, значит, у неё есть какие-то дела.

— Да, но… — Рэй-сама улыбнулась и пододвинула стул к Юми. — Я же хотела тебе кое-что отдать.

— А, точно!

Юми совсем забыла о том, с чего всё началось.

— Вот, держи, — сказала Рэй-сама, доставая что-то из сумки и кладя перед Юми.

Это была тонкая книга, похожая на журнал.

— Это…

— Я хотела тебе её отдать, — сказала Рэй-сама. — Это книга о десертах. Там много рецептов. Расписано всё очень подробно. Я даже вложила туда свой рецепт трюфелей.

— Но ты же сама будешь их делать?

— Не волнуйся, я всё записала. И у меня есть ещё несколько таких книг. Или… тебе она больше не нужна?

— Нет, что ты!

— Отлично. Тогда давай удивим Сатико-сама. Смотри, какой красивый торт!

Рэй-сама вся светилась от счастья, когда увлечённо рассказывала о десертах. Её андрогинная внешность не соответствовала классическому образу домохозяйки, но, похоже, в душе она была очень заботливой. Иначе как бы Рэй-сама смогла столько лет терпеть капризы Ёсино-сан?

Они вместе листали книгу, разглядывая фотографии тортов и пирожных, и тут…

Внезапно дверь распахнулась.

— С-Сатико-сама…

Юми и Рэй-сама, увлечённые книгой, не услышали шагов на лестнице, и, вскочив со стульев, поспешно спрятали книгу под стол.

— …Чему вы так удивились?

— Н-ничему, — ответила Рэй-сама.

Она, воспользовавшись моментом, подошла к чайнику, который уже вскипел, и заварила чай.

— Юми, а ты? — холодно спросила Сатико-сама.

— А, я… я скоро уйду.

— У тебя есть дела?

— …Ну да.

Юми не могла сказать, что ей просто некомфортно здесь находиться. На самом деле, она хотела остаться до тех пор, пока не придут Минако и Симако-сан. Но Сатико-сама, похоже, была не в духе. «Лучше не злить её», — подумала Юми. Сатико-сама, хоть и не показывала этого, но, на самом деле, была очень вспыльчивой.

— Тогда не трать время, иди, — сказала Сатико-сама.

«Как-то грубовато», — подумала Юми.

— Сатико-сама, не будь такой злой, — сказала Рэй-сама. — Это я её позвала.

— Ты? — Сатико-сама метнула на неё взгляд, слегка вздёрнув голову.

Затем, коротко бросив: «Ясно», она сделала глоток чая.

Сатико-сама не стала спрашивать, зачем Рэй-сама позвала Юми и о чём они разговаривали. Юми, конечно, не хотела отвечать на её вопросы, но всё же, такое равнодушие её немного расстроило.

— Тогда я пойду, — сказала Юми и направилась к двери.

— Подожди, Юми-тян, — окликнула её Рэй-сама.

— Извини, но не могла бы ты занести это Ёсино-сан? — попросила она, протягивая Юми книгу.

— А?

Рэй-сама держала книгу обложкой к себе, поэтому Юми не видела названия. «Довольно смело», — подумала Юми. Рэй-сама подмигнула ей, стараясь, чтобы Сатико-сама не заметила.

«Значит, она даёт мне её почитать?»

— Хорошо, — кивнула Юми и вышла из комнаты.

Сатико-сама, похоже, не интересовало, что Рэй-сама передала Ёсино-сан. Она, как ни в чём не бывало, продолжала пить чай.

Юми спустилась по лестнице и уже почти дошла до выхода, как вдруг…

— Ой, прости!

— …

Входная дверь распахнулась, и Юми столкнулась с Симако-сан.

К счастью, они отделались лёгким испугом.

— Я хотела прийти пораньше, но у меня было много дел… — сказала Симако-сан, поднимая с пола рассыпавшиеся бумаги.

Юми бросилась помогать ей.

— О, это… — пробормотала Симако-сан, поднимая с пола книгу, которую Юми не заметила: — …А, это твоя книга, Юми-сан.

— …Да. Наверное, я всё-таки сделаю шоколад.

— Правда?

Симако-сан, зажав бумаги под мышкой, начала листать книгу.

— В классе сейчас все читают такие, — сказала она, с улыбкой закрывая книгу и протягивая её Юми.

«Наверное, Симако-сан не будет дарить шоколад Розе Гигантее», — подумала Юми, забирая книгу.

— Если бы я знала, что ты здесь, мне бы не пришлось так спешить. Пока, — попрощалась Симако-сан и поднялась по лестнице.

«А, точно», — подумала Юми, выйдя из Особняка Роз и направляясь к школьному зданию.

В последнее время Юми и Ёсино-сан, которые стали «посторонними», перестали приходить в Особняк Роз. Поэтому Симако-сан приходится выполнять все обязанности младшей сестры. Конечно, её никто не заставлял, но ей, наверное, было неловко, если бы старшеклассницы убирались и готовили чай, а она просто сидела и ничего не делала. Симако-сан, несмотря на свою занятость, старалась помогать старшим.

Похоже, что временное разделение сестёр может привести к неожиданным последствиям.

«Я слишком зациклена на своих проблемах», — подумала Юми.

Она почувствовала укол совести.

Клуб журналистов решил постепенно раскрывать детали своего проекта, посвящённого Дню Cвятого Валентина.

«Вестник „Лиллиан“» — еженедельная газета, поэтому они решили выпускать ежедневные приложения уменьшенного формата.

Они назвали их «Вестник „Лиллиан“ мини-формат: обратный отсчёт до Дня Святого Валентина». Даже у самого опытного диктора, работающего на школьном радио, язык бы заплёлся в попытках произнести это название, занимавшее почти всё свободное место на первой странице. Но, похоже, именно поэтому тема возымела колоссальный успех среди учениц.

Благодаря ежедневным выпускам проект клуба журналистов, в котором должны были принять участие бутоны Роз, быстро стал известен во всей школе. Поначалу никто не понимал, что задумали журналисты, но с каждым днём всё больше деталей становилось известно, и это, без преувеличения, подогревало интерес девушек. Особенно бурную реакцию вызвала статья, опубликованная во втором выпуске, где говорилось, что бутоны будут играть главную роль в этом проекте. Выборы в школьный совет ещё не забылись, поэтому популярность будущих Роз была на пике.

— И вот, все решили, что мы, младшие сёстры бутонов, что-то знаем, — сказала Юми, с досадой пожав плечами. — Нас замучили расспросами.

Закончив уборку в музыкальном классе, она закрыла окно.

— Правда? А вы и правда что-нибудь знаете? — спросила Сидзука-сама, отрываясь от фортепиано.

Она повернулась к Юми, и её аккуратно подстриженные волосы, словно по команде, вернулись на место.

— Нет, конечно.

Юми покачала головой и её непослушные волосы, заплетённые в два хвостика, взметнулись вверх.

Всё, что она знала, — это то, что бутоны спрячут в школе какие-то «сокровища», а ученицы будут их искать. Но она не знала, что это за «сокровища» — открытки или шоколад. И она не знала, что будет призом — свидание с бутоном или что-то другое. Юми не участвовала в обсуждении деталей проекта, поэтому знала не больше остальных.

— А Симако-сан не допрашивают?

— Все понимают, что спрашивать её — это нарушение правил, — ответила Юми. — Поэтому ведут себя сдержанно. К тому же, Симако-сан… ну, она…

Юми вздохнула, глядя на журнал дежурств у себя в руках. Её одноклассницы уже ушли, и в музыкальном классе, до прихода членов хорового клуба, остались только они вдвоём.

Юми сегодня немного опоздала на уборку, поэтому в качестве наказания вызвалась отнести журнал в учительскую.

— Да, она не из тех, кто любит поговорить, — кивнула Сидзука-сама. — Тем не менее, я даже немного завидую.

— Кому?

— Тебе, Юми-сан.

— Э?

— Неважно, — сказала Сидзука-сама. — Значит, тебя до сих пор допрашивают?

— Нет, — ответила Юми. — Мы с Ёсино-сан поговорили с Минако-сама, и она согласилась изменить статью в следующем выпуске «Вестника „Лиллиан“ мини-формат». Она укажет, что бутоны будут участвовать в игре наравне с другими ученицами, и поэтому ничего не знают о «сокровищах».

— А, тогда хорошо.

Сидзука-сама, планировавшая в ближайшее время уехать на учёбу за границей, не проявляла особого интереса к проекту, посвящённому Дню Святого Валентина. Её мог заинтриговать разве что «поиск сокровищ», организованный самой Розой Гигантеей.

— Теперь все пытаются угадать, где бутоны спрячут «сокровища». И я сама хотела бы это знать, — сказала Юми.

Школа большая, а она никогда не играла в «поиск сокровищ», поэтому даже не представляла, где лучше всего их прятать. К тому же, бутоны — умные девушки, и они точно не выберут слишком очевидные места.

— Хм… — Сидзука-сама задумалась. — Я бы начала с того, где сама спрятала бы «сокровище».

— Сама?

Юми никогда не задумывалась об этом. Она представила, где бы Сидзука-сама спрятала «сокровище».

— Может быть… внутри рояля? — предположила Юми, поглаживая крышку инструмента.

— Слишком просто. И потом, если во время урока кто-нибудь сядет за рояль, то «сокровище» сразу найдут.

— Хм…

Да, Сидзука-сама права. Спрятать «сокровище» в очевидном месте — это бессмысленно.

— Но, — сказала Сидзука-сама, — идея с музыкальным классом — неплохая. И ещё… библиотека.

— Библиотека?

— Я хочу, чтобы моё «сокровище» нашёл тот, кто меня хорошо знает.

Сидзука-сама — член библиотечного комитета.

— Да, это логично, — кивнула Юми.

«Интересно, где Сатико-сама спрячет свою открытку? И о ком будут её мысли, пока она будет её делать?»

Если Юми первой найдёт открытку Сатико-сама, то это будет доказательством того, что она хорошо знает свою сестру. И тогда ей будет всё равно, примет ли Сатико-сама самодельный шоколад. Её признание — вот лучшая награда для Юми.

— Кстати, ты будешь дарить шоколад Сатико-сан? — спросила Сидзука-сама.

— Э?

Юми вздрогнула от неожиданности. Сидзука-сама, наверное, вспомнила о шоколаде, потому что «поиск сокровищ» будет проходить в День Святого Валентина.

— Ой, прости, это секрет? Я не должна была спрашивать?

— Нет, что ты!

Юми планировала сделать шоколад, но не была уверена, что сможет его подарить. И потом, если она начнёт объяснять, то это займёт много времени.

Вообще Юми уже придумала, какой шоколад сделает. Ведь самое приятное в создании чего-либо — представление процесса. Наверное, сорок процентов удовольствия от создания чего-либо — это именно обдумывание. Ещё сорок процентов — радость от того, что всё получилось так, как ты задумала. А остальные двадцать — покупка ингредиентов, сам процесс приготовления и прочие мелочи. Юми ещё не начала готовить шоколад, но уже представляла себе, каким он будет. Ведь шоколад, созданный в её воображении, — идеален.

— А вы, Сидзука-сама?

Юми, не подумав, задала вопрос, о котором тут же пожалела. Но Сидзука-сама, похоже, не обиделась. Она лишь слегка улыбнулась.

— Юми-сан, ты сейчас пыталась быть вежливой. Не надо так.

— …Простите.

— Да, я восхищаюсь Розой Гигантеей, но не страдаю от неразделённой любви. Просто не стала её сестрой, проиграла на выборах в школьный совет, и… скоро уеду в Италию.

«Наверное, это тяжело», — подумала Юми. Возможно, ей было бы легче, если бы она просто страдала от неразделённой любви.

— Поэтому я подарю ей шоколад. Конечно же, подарю.

— Что?!

— Симако-сан вряд ли ей что-нибудь подарит, поэтому Роза Гигантея сказала, что примет шоколад от меня. Впрочем, я и так собиралась ей подарить.

— …

Сидзука-сама, хоть и не похожа на Ёсино-сан, но тоже очень сильна духом. Она умеет превращать трудности в стимул для роста.

— Но… когда вы успели так подружиться?

— С Розой Гигантеей? Мы просто общаемся. Как ты со мной сейчас.

— Но всё-таки…

«Неужели у Розы Гигантеи есть время на разговоры о шоколаде?», — подумала Юми. Она — выпускница, и скоро экзамены. Юми практически не видела её в школе.

— Она добрая и не откажется от шоколада. Поэтому я хочу ей его подарить.

— А…

«Не добрая, а просто неразборчивая», — подумала Юми.

— Ах да, я не хотела сказать, что Сатико-сан — злая.

— Сатико-сама?

Юми не могла пропустить мимо ушей это имя. Более того, Сидзука-сама намекнула, что Сатико-сама «злая». Конечно, она тут же поправилась, но Юми всё равно зацепилась за это слово.

— Что вы имеете в виду? Вы сравнили её с Розой Гигантеей, значит… Сатико-сама откажется от шоколада?

— А? Но ты же сама этого боишься?

— Да… но…

Юми не понимала, откуда Сидзука-сама знала о её страхах. Она никому не рассказывала о своих опасениях на этот счёт, даже Цутако-сан.

— Юми-сан, я ведь её одноклассница. Знаешь, что произошло в прошлом году?

— А…

— Сатико-сама — красивая и харизматичная. Даже на первом году она получала в подарок шоколад не только от одноклассниц, но и от старших девушек.

— От одноклассниц?

— В средней школе у нас были строгие правила, и нам запрещали приносить с собой сладости. Наверное, поэтому в старшей школе все так увлеклись Днём Святого Валентина.

В старшей школе многие правила смягчились, и ученицам разрешили приносить сладости. «Свобода выбора», — так это называлось. Но, возможно, смысл был как раз в том, чтобы ученицы средней школы не расслаблялись и усердно учились. Как бы то ни было, в старшей школе все с нетерпением ждали Дня Святого Валентина. Ведь это — отличный повод, чтобы подарить шоколад тому, кто тебе нравится. И, конечно же, бутоны получали больше всех подарков.

— В общем, — продолжила Сидзука-сама, — Сатико-сан, с отвращением глядя на гору шоколада, вернула все подарки.

— Ого…

— Это тоже своего рода доброта.

— Почему же?

Юми не понимала, почему отказ от подарков — это доброта. Сидзука-сама, вместо ответа, лишь слегка улыбнулась.

— Ты сама всё поймёшь.

Сидзука-сама снова ушла от ответа. «Она что, издевается надо мной?», — подумала Юми.

В этот момент в музыкальный класс начали приходить члены хорового клуба, и Юми, попрощавшись с Сидзукой-сама, вышла в коридор.

— Юми-сан, — окликнула её та, подойдя к двери, — в старшей школе День Святого Валентина бывает всего три раза. Так что наслаждайся как следует. И не переживай, если что-то пойдёт не по плану. В будущем ты будешь вспоминать об этом с улыбкой.

— Сидзука-сама…

— В прошлом году я просто наблюдала за всем со стороны, но в этот раз хочу создать воспоминания, которые увезу с собой в Италию. И ты, Юми-сан…

Юми не расслышала последние слова Сидзуки-сама, но мысль уловила. «Наслаждайся временем, которое ты проводишь с Сатико-сама. Ведь тебе осталось всего полтора года. Смейся, плачь, переживай, но не жалей ни о чём».

— Хорошо, — кивнула Юми.

Она ещё раз поклонилась Сидзуке-сама и направилась в учительскую.