— Ах!
Собрание окончено.
Сатико-сама (бутон Розы Хинэнсис), Рэй-сама (бутон Розы Фетиды) и Симако-сан (бутон Розы Гигантеи) одновременно встали со своих мест.
Утром у нас была церемония вручения аттестатов, и последующие уроки прошли довольно спокойно. В Особняке Роз собралась неизменная группа из пяти девушек. Перед началом своих ежедневных дел они немного отдохнули в тишине и покое, наслаждаясь ароматным чаем… как видите, я, Фукудзава Юми, все ещё ощущала последствия урока классической литературы, который был шестым по расписанию.
Но речь не об этом.
— Юми, что ты только что сказала? — спросила Сатико-сама, моя старшая сестра.
— Э-э…
(О боже…)
Я быстро попыталась понять, как опозорилась на этот раз. Мне уже привычно считать себя сестрой моей обожаемой Сатико-сама, но от ярлыка «недостойной» не могу отвязаться уже полгода. Стоило мне услышать её чуть резкое «Юми», как в моей памяти всплыли все те случаи, когда я подводила её в прошлом.
— «Кажется, это совсем не похоже на церемонию вручения аттестатов»?
Я повторила последнее, что помнила, но так и не смогла понять, какую оплошность допустила.
— Нет, до этого.
— «Повезло третьекурсницам, что у них нет экзаменов в конце семестра», это?
— Нет, ещё раньше. Соберись, не так много времени прошло. А то потом забудется.
Да, но это был разговор с самой собой, поэтому я и не помнила каждое слово. В любом случае, стоило бы простить это своей младшей сестре, а не устраивать разбирательство.
Тем не менее, стыдно признать, но мне нравилось слушать, как она эгоистично выплёскивает свои эмоции. Кажется, меня уже не спасти.
Наверное, проявилось дурное влияние Розы Гигантеи.
Так или иначе, с каждой новой фразой Огасавара Сатико-сама всё больше раздражалась от нетерпения.
— Юми, почему ты витаешь в облаках?!
— Простите! — воскликнула я, понурив голову, словно побитая собака.
Как бы сильно я ни любила Сатико-сама, её гнев был поистине ужасающим.
— Кажется, Юми-тян говорила что-то про Роз? — вмешалась Хасэкура Рэй-сама, бутон Розы Фетиды, также известная как «Мистер Лиллиан» (ходили слухи, что эту номинацию упразднили, так что теперь титул принадлежал только ей). Видимо, Рэй-сама не доставляло удовольствия наблюдать за глупой сестринской перепалкой.
— А, прощальная вечеринка для Роз? — сообразила я.
— Вот именно.
— Точно.
— Что же нам делать?
«О чём они?» — недоумевала я, глядя на переговаривающихся бутонов Красной, Жёлтой и Белой Роз.
— И как нам быть? — спросила Ёсино-сан, посмотрев на Симако-сан.
— Мы совсем забыли.
— Да о чём вы?
— Прощальная вечеринка для Роз? — выпалила я, будучи в полной уверенности, что иного ответа быть не может.
— Да. И я тоже не понимаю, что нам теперь делать.
Сатико-сама, обычно уверенная в себе на все сто, неожиданно побледнела. Единственный раз, когда я видела её такой, был в магазине джинсов.
— А, я чувствовала, что мы что-то забыли. Точно-точно.
Рэй-сама всё воспринимала в своём темпе. Её спокойствие, вероятно, объяснялось выдержкой после многочисленных тренировок по кендо. С другой стороны, если верить словам Ёсино-сан, «иногда Рэй-тян становится просто невероятным тормозом».
— Забыли о прощальной вечеринке для Роз? — спросила я.
— Юми, ты только об этом и говоришь в последнее время, — с удивлением ответила Сатико-сама.
— О-ох…
— Ну, оно и к лучшему. Именно благодаря тебе мы избежали неосторожной ошибки.
— Э-э, хорошо. Но я не совсем понимаю, о чём вы говорите.
В голове крутились самые разные мысли. Мне было приятно слышать все эти слова благодарности в свой адрес, но, честно говоря, ещё хотелось бы знать, за что я удостоилась такой чести.
Действительно, я недавно сказала: «Прощальная вечеринка для Роз». Репетиция церемонии вручения аттестатов прошла гладко, а впереди была прощальная вечеринка для третьекурсниц, которая, несомненно, будет намного интереснее, поэтому я размышляла о ней и высказалась вслух.
— Не заставляй меня повторять. Мы совсем забыли про прощальную вечеринку для наших старших сестёр, — еле слышно пробормотала Сатико-сама.
У всех, кто стоял рядом с ней, были одинаково растерянные лица.
— Ах, но... Тогда...
Я искала поддержки у Ёсино-сан, потому что думала, что мы в одной лодке, но она каким-то образом осознала всё раньше меня.
— Понятно… Прощальная вечеринка для Роз... То есть до этого вы говорили обо всех третьекурсницах…
Ёсино-сан кивала сама себе. Могла бы и мне рассказать.
— Розы тоже скоро выпустятся, так?
Я пыталась зацепиться хоть за какую-то подсказку. Затем Ёсино-сан подняла указательный палец и сказала: «Есть небольшая разница».
— Есть одно «но», — Ёсино-сан подняла указательный палец. — Розы скоро закончат учёбу, но нельзя сказать, что они просто «выпускницы».
«Ну и что? Это какая-то логическая загадка?»
— А, о!
Наконец-то меня осенило.
— Получается, бутоны организуют ещё и проводы для всех выпускниц?!
Я думала, что речь просто о камерном мероприятии в Особняке Роз. Судя по всему, Ёсино-сан это тоже сбило с толку.
— Мы говорили об этом с самого начала, — вздохнула Сатико-сама.
— Погоди, возможно, что и не говорили. Это ведь для нас очевидно, но не для первокурсниц.
Рэй-сама подпёрла подбородок кулаком, приняв классическую позу «Мыслителя». Великолепный кадр. Хотя я и не Такесима Цутако-сан, самый ценный член фотоклуба, но тоже не удержалась бы и щёлкнула пару кадров.
— По крайней мере, Юми-сан или Ёсино-сан мы ничего не рассказывали… так что да, вероятно, причина в этом, — согласилась Симако-сан.
Сатико-сама не оставалось ничего другого, кроме как принять своё поражение.
— Мы так ответственно подошли к большой прощальной вечеринке, что упустили из виду нечто очень важное для нас. Это ошибка, недостойная бутона.
Сатико-сама впала в уныние.
— Нам следовало принять меры предосторожности, чтобы предотвратить это, — похлопала её по плечу Рэй-сама.
Троица снова заняла свои места за столом.
В общем, последнюю неделю бутоны лихорадочно готовились к прощальной вечеринке для третьекурсниц. Это дело заняло их так сильно, что они совершенно забыли о прощальной вечеринке «для своих». А мы, младшие сёстры бутонов, которые должны помогать им в подобные периоды, по глупости думали, что они изначально готовили мероприятие только для Роз, а не для выпускниц со всей школы.
— Никто не стал бы отменять занятия ради вечеринки для троих, — Сатико-сама постучала по маленькой доске, висящей рядом с раковиной.
Действительно, на ней было написано: «Прощальная вечеринка, суббота, 9:00», но рядом с цифрой 9 была видна небрежная черта, и мы с Ёсино-сан по незнанию решили, что речь про семь часов вечера. Поэтому все считали по-своему и не сомневались в своей правоте.
Если подумать, бутоны не стали бы так корпеть ради частной прощальной вечеринки. Да и мои одноклассницы, кажется, не совсем понимали меня, когда мы обсуждали выпускной.
Ошибки наслаивались друг на друга, и в итоге правда вскрылась лишь сегодня.
— Так, когда нам её устроить?
— Сейчас посмотрим.
Бутоны в спешке принялись сверять расписания. На таком камерном мероприятии нужно было собраться всем причастным, но тянуть до конца учёбы с этим не стоило.
— В субботу, в полдень.
Рэй-сама обвела день в своём календаре.
— Это единственный возможный вариант, — согласилась Сатико-сама.
После общей прощальной вечеринки у них был наибольший шанс застать всех Роз в школе.
— Нужно как можно скорее спросить их.
— Предоставьте это мне! — вскочила я со своего места и направилась к двери.
Младшие сёстры должны поддерживать старших. Может, я не особо умна и не слишком красива, зато трудолюбива.
— Ой, Юми, подожди.
Примерно в тот же момент, когда до меня донёсся голос Сатико-сама, что-то лёгкое ударило меня в спину.
— Ах!
Не больно, но ощутимо. Я посмотрела вниз в поисках упавшего предмета.
— Ластик?..
Подняв его с пола, я поняла, что где-то уже видела такой, с рисунком футбольного мяча.
— Хороший бросок. Ну, себя надо хвалить, — рассмеялась Ёсино-сан, хозяйка ластика.
Она себя Дзэнигатой Хэйдзи[✱]Дзэнигата Хэйдзи — вымышленный полицейский, который ловил преступников, бросая в них монеты. возомнила?
— Пожалуйста, подожди, пока мы не закончим обсуждение, — тяжело вздохнула Сатико-сама. — Сейчас нет никакого смысла бросаться на поиски.
— Ах, ладно.
Чёрт. Я снова опозорилась.
— Ты и впрямь непоседа.
Небрежное замечание сестры пронзило меня, словно нож. Как ни посмотри, это точно не комплимент.
Обычно я спокойно воспринимала подобные комментарии, но в неудачные дни они меня расстраивали. Наверное, ей было бы лучше с более спокойной сестрой.
— Вот это энтузиазм! Юми-тян, мы будем очень признательны, если ты сможешь связаться с нашими старшими сёстрами, — улыбнулась Рэй-сама.
«Рэй-тян», как её называла Ёсино-сан, как всегда добра.
— К завтрашнему собранию нам нужно узнать планы Роз. Просто спроси их, свободны ли они в субботу после обеда. Если у кого-то не получается в это время, придётся перенести на другой день.
Сатико-сама подождала, пока Рэй-сама быстро проинструктировала меня, после чего с мрачным видом повернулась ко мне.
— Не перенапрягайся.
— Хорошо! — энергично ответила я, ещё не зная, что потом едва смогу говорить.
— А, прощальная вечеринка? — усмехнулась Роза Хинэнсис на другом конце провода. — Значит, она всё-таки состоится?
— Да, конечно, — резко ответила я, сжав кулак.
Ждать следующего учебного дня было очень рискованно, поэтому мной было принято решение опросить Роз по телефону. Я пришла домой, приняла душ, переоделась, вооружилась телефоном и заперлась в своей комнате.
Решиться на это было относительно легко, возможно, из-за моего недавнего звонка в дом Розы Фетиды. По крайней мере, сейчас я чувствовала себя гораздо увереннее, чем когда звонила Сатико-сама. Правда, мне всё равно пришлось выписать на бумажку настоящие имена Роз и немного порепетировать.
— Меня не приглашали, вот я и подумала, что в этом году не состоится.
— Ну что вы такое говорите.
Роза Хинэнсис как всегда проницательна.
— Вы же просто забыли о ней, да?
— Никак нет.
Не просто проницательна, но ещё и остра на язык.
— Понятно. Хи-хи.
— Да, такое точно не забудешь. Хи-хи-хи.
Я не сказала ничего лишнего и обманула её смешком. Любой неосторожной фразой можно сделать только хуже.
— Хорошо. В субботу после обеда. Не буду ничего планировать на это время. Но бóльшую часть недели я в школе, так что дай знать, если что-то поменяется.
В течение нескольких секунд до завершения вызова я всё ещё слышала хихиканье Розы Хинэнсис.
— А, прощальная вечеринка? — ответила Роза Фетида, задыхаясь.
— М-м, вам тяжело дышать? Всё в порядке?
— Да, — сказала Роза Фетида. — Я в норме. Только что добралась до дома, пришлось бежать всю дорогу.
Дыхание было прерывистым. Видимо, она вернулась совсем недавно.
— У меня комендантский час в семь.
— Вот как.
На часах было 19:01. Может, отец семейства Тори и был снисходителен в прошлом, но теперь стал очень строг к опозданиям. Что ж, его чувства были отчасти понятны.
— Мне до сих пор не удалось договориться о свиданиях.
— Как жаль.
Роза Фетида, Тори Эрико-сама, была очарована «учителем на замену» из академии Ханадэра и выразила желание сблизиться с ним. Её отец и братья любили её больше всего на свете, поэтому, конечно же, совсем не обрадовались такому развитию событий.
— В субботу, говоришь? Конечно, приду, там же мои сёстры.
— У вас нет занятий в этот день?
— Хотела пойти на свидание, но ничего страшного. Мы ничего не планировали, я просто собиралась ходить за ним, как делаю обычно. Так что прощальная вечеринка гораздо важнее.
— Спасибо!
Я так низко поклонилась, что ударилась головой о край кровати.
— Юми-тян, ты стала такой надёжной. Уже почти готова стать бутоном.
Но похвала Розы Фетиды прошла мимо меня из-за слезящихся глаз и боли во лбу.
— А, прощальная вечеринка? — сказала Роза Гигантея, зевая. — Хм, мы такое устраиваем?
— Да-да.
Розы реагировали совершенно по-разному. Что ж, это показывало индивидуальность каждой из них.
— Возможно, ты права. Да, точно. Вспомни, мы устраивали такое в прошлом году.
Что ж, у Розы Гигантеи была причина забыть об этом. Год назад она пережила разлуку со своей дорогой подругой Сиори-сан, а потом и со своей старшей сестрой.
— В субботу? Уже скоро. Кстати, Юми-тян, что готовишь ты? — совершенно серьёзно спросила Роза Гигантея.
— В каком смысле?
— Ну, выступление.
— В-выступление? — я невольно повысила голос. Нам об этом никто не говорил. — Вы шутите?
Роза Гигантея любила подшутить над младшими, так что я надеялась, что это очередная её забава.
— Нет, я говорю абсолютно серьёзно.
В отличие от моего нервного смешка, голос Розы Гигантеи был совершенно спокойным.
— Это традиция. Ты не знала? Наверное, Сатико и Рэй были очень заняты. К тому же, им наверняка неловко.
— О чём вы?
— Ну как же, это ведь вечеринка для старших сестёр. Первокурсницы всегда устраивают развлекательное представление.
— Нет, вы меня обманываете.
Я бы могла бы спеть, если бы пришлось, но от одной мысли об этом мне становилось не по себе. Я не певица, как Канина Сидзука-сама, поэтому мои жалкие попытки никому не доставили бы удовольствие.
— Верить мне или нет — дело твоё. Обычно это чистая самодеятельность, и подобные выступления можно устроить где и когда угодно, так что необязательно как-то готовиться. Но я решила предупредить свою милую Юми-тян заранее, чтобы тебя не поставили в неловкое положение.
— Вы уже второй раз говорите о неловкости. Что там такого происходило?
— В прошлом году Розы попросили первокурсниц показать, на что те способны. Но они достойно справились.
— И что они делали?
Когда я думала о выступлениях на вечеринках, то представляла вращение тарелок на палочках, фокусы и сценки, когда из-под пальто одного человека действуют руки другого. Но я не могла представить, чтобы нынешние бутоны делали что-то подобное.
— Рэй разбивала яблоки руками, а Сатико пела и танцевала балет. Сольный номер «Танец маленьких лебедей», насколько помню.
(Чего-о?)
— Я ни о чём таком не слышала.
Это не может быть правдой. Однозначно.
— Глупышка Юми-тян. Они выставили себя в смешном свете, чтобы развлечь публику. Конечно, о таком не станешь рассказывать сёстрам. Наверное, они даже вспоминать об этом не хотят.
— Выставили себя в смешном свете?
— Именно, — Роза Гигантея зловеще расхохоталась. — Вместо того чтобы восхищаться серьёзным представлением, я хочу от души посмеяться.
Телефонная трубка выпала у меня из рук.
Похоже, просто пением отделаться не удастся.