— Для протокола, — сказала Виста, — мне не нравится этот план.
— Есть идеи получше? — спросила София.
— Нет. Просто решила, что тебе стоит знать, что я об этом думаю.
— Ты не обязана идти, — сказала я, посмотрев на неё.
Она встретилась со мной взглядом.
— Знаю, — сухо ответила она. — Но это единственное, чем я могу помочь.
Мы стояли перед штаб-квартирой СКП. Над головой мерцали звёзды, приглушённые лёгкой дымкой светового загрязнения и смога, пусть даже после Левиафана и Бакуды их стало меньше. Улица почти погрузилась в тишину, нарушаемую лишь приглушённой суетой сотрудников СКП внутри здания у нас за спиной.
Я пережила войны банд ещё до того, как получила силы. Я помнила времена, когда Броктон-Бэй был городом, охваченным войной, но те войны никогда не были чем-то осязаемым. Они всегда оставались далёкой эфемерной опасностью, ещё одним риском, о котором следовало помнить, но никогда не становились непосредственной угрозой лично для меня.
После получения сил мне пришлось столкнуться с Бакудой, Левиафаном, а теперь ещё и с Валефором и Сердцеедом. Ничто из прежнего не могло с этим сравниться, и погрузившийся в тишину город, казалось, был со мной согласен.
Какая-то маленькая часть меня невольно задавалась вопросом. Город сейчас разрывает себя на части потому, что здесь я? Или я оказалась здесь именно потому, что город разрывает себя на части?
— Окей, — сказала Виста, отвернувшись от меня. — На север, верно?
— Да, — ответила я. — Сначала доберёмся до окраины Даунтауна. Дальше нужно будет соблюдать осторожность.
Виста кивнула.
— Выдвигаемся к Даунтауну, — повторила она в рацию. Затем воздух перед нами исказился, когда пространство сжалось. — Пошли, — сказала она и повела нас вперёд.
Я наблюдала за ней. Её плечи были расправлены, а движения — уверенными.
— Ты не боишься, — сказала я, сама удивившись, что нарушила молчание.
Виста оглянулась на меня, моргнув.
— Нет. А должна?
— Не знаю, — ответила я. — Я боюсь.
— Сердцеед не сможет причинить нам вред, — сказала Виста, вопросительно приподняв бровь. — Не с твоими Кольцами. Ведь так?
— Так, — ответила я, отведя взгляд.
На мгновение воцарилась тишина, пока Виста снова растягивала пространство.
— С ним всё будет хорошо, — тихо сказала София. — Мы об этом позаботимся.
Я сглотнула и ничего не ответила. Некоторое время мы продолжали идти молча. Над нашими головами звёзды горели, словно осколки льда.
— Думаю, дальше заходить уже небезопасно, — вдруг сказала Виста, остановившись и опустив руки, пока сжатое позади нас пространство вновь расправлялось. — Хистейя... холодная.
Я кивнула.
— Если мы зайдем дальше, то уже не сможем рассчитывать на поддержку, — сказала я. — Призрачный Сталкер, есть идеи?
— Держимся крыш, остаёмся в укрытии и как можно быстрее добираемся до дома, — сразу ответила София. — Мы ведь хотим, чтобы нас не заметили?
— Звучит разумно, — сказала Виста. — Я готова.
Я сглотнула и кивнула.
— Идём.
— Как думаете, нас кто-нибудь заметил? — спросила София.
Мы стояли на крыше одного из соседних с моим домов, глядя через улицу на мой дом. Перед ним был припаркован фургон СКП, а в доме горел свет.
— Нет, — тихо ответила я. — Но я не уверена.
— Посмотри на это с другой стороны, — сказала Виста. — Даже если это ловушка, она не для нас. По протоколу внутрь должны были отправить отряд СКП. Трёх кейпов они ждать не будут.
— Если это ловушка, то мой отец — приманка, — ответила я. — Даже если они проиграют, это ещё не значит, что мы победим.
София слегка толкнула меня локтем.
— Всё будет хорошо.
— Надеюсь. Кто-нибудь из вас заметил что-нибудь подозрительное?
Виста на мгновение замялась.
— Им следовало спрятать фургон.
— И рядом с ним должен был остаться сотрудник, — добавила София. — Отсюда кажется, что он пуст.
Я кивнула.
— Верно. Плохие признаки. — Я включила рацию. — Мы на крышах через дорогу. Фургон припаркован перед домом, но пуст. Виста и Сталкер считают, что что-то не так.
— Принято, — ответил Эгида. Его голос потрескивал и звучал чуть приглушённо. — Всё равно пойдёте внутрь?
Я замялась лишь на секунду.
— Да, — сказала я. — Нам нужно эвакуировать ВИПа. Будем осторожны.
— Хорошо. — В голосе Эгиды слышалось беспокойство. — Предупредить оперативников, что вы подходите?
— Не раньше, чем мы окажемся у двери. — Я выключила рацию и повернулась к товарищам. — Держимся на виду и не разделяемся, — приказала я. — Нас всего трое. Если разделимся, кто-то останется один. Лёгкая добыча. — Они кивнули. — Сталкер, включи свою рацию и поддерживай связь со штабом. Выходи на связь каждые 30 секунд, докладывай о всём, что происходит.
— Поняла. — София включила гарнитуру, затем герметично закрыла маску, приглушив голос, чтобы никто снаружи не мог её услышать. — Связь каждые 30 секунд, — повторила она. — Буду докладывать обстановку.
— Мы будем слушать, — сказал Эгида.
— Хорошо, — ответила я по рации. — Начинаем спуск.
Я спрыгнула с крыши. Ветер на мгновение засвистел у меня в ушах, пока я падала, а затем я приземлилась с едва слышным металлическим цокотом по бетону. Мгновение спустя рядом со мной приземлились София и Виста. Вместе мы осторожно пересекли улицу, наблюдая за фургоном СКП и окружающими зданиями в поисках хоть какого-нибудь движения. Ничто не нарушало ночную тишину.
— Здесь всё спокойно, — передала София по рации. — Теперь можете сообщить бойцам, что мы на месте.
Пока мы подходили к входной двери, меня не покидало слабое чувство, будто я веду своих товарищей на эшафот. Дорожка закончилась слишком быстро, и мы оказались на пороге. Мне пришлось заставить себя поднять кулак и постучать.
Дверь открыл отец, и, как только я увидела, как его лицо озарилось теплотой при виде меня, я немного расслабилась. Он выглядел совершенно нормально.
— Т… — начал он, но осёкся. — Аннатар, — сказал он. — Чем обязан…
— Нет времени, — перебила я. — Вам грозит опасность. Вы должны пойти со мной. Мы эвакуируем вас и сотрудников СКП, назначенных для вашей охраны.
Отец нахмурился.
— Что-то случилось? — спросил он.
— ВИП сам открыл дверь, — передала София по рации, и в её голосе слышалось подозрение. Я нервно заглянула в дом, но даже если оперативники были там, через закрытую маску они бы её не услышали. — Я не вижу оперативников. Разве они не должны быть внутри?
Я прикусила губу, стараясь сосредоточиться на отце.
— Это… долгая история, — сказала я. — Час или около того назад ваша группа сопровождения из СКП отправила сигнал бедствия.
— А, — произнёс он, и на его лице промелькнуло понимание. — Пару улиц отсюда была драка. АПП. Вмешался Лунг. Но всё уже закончилось.
— Именно это они и сообщили в штаб, — сказала я. — Но сегодня ночью происходит слишком многое. Пойдёмте, нужно уходить.
— Хорошо, — согласился он и обернулся. — Ладно, капитан, выводите своих людей. Это свои.
Позади него послышался шум — кто-то двигался внутри дома. Я отступила на лужайку, пропуская отца, пока четверо сотрудников СКП выходили к нам по коридору. Их оружие было опущено, но они держали его наготове.
Я почувствовала, как рядом со мной напряглась Виста. Я взглянула на неё. Её губы были плотно сжаты, а взгляд метался из стороны в сторону, словно она что-то искала.
— Что-то не так? — спросила я почти шёпотом.
Она едва заметно покачала головой из стороны в сторону.
— Возможно, — так же тихо ответила она. — Им не следовало прятаться, и они не должны были держать оружие наготове.
— Это не из-за тревоги?
Прежде чем она успела ответить, сотрудники СКП уже вышли к нам.
— Аннатар, — сказал их командир, кивнув. — Рад вас видеть. За нами прислали отряд или только вас троих?
— Только мы, — ответила я. — Этого более чем достаточно.
Он кивнул. Его лицо полностью скрывал забрало шлема, поэтому я не могла видеть его выражения. Это меня тревожило.
— Разумно, — сказал он. — Значит, возвращаемся в штаб?
— Бойцы были в доме, прятались, — передала София по рации, всё ещё с заметным недоверием в голосе. — Они ведут себя немного странно. И держат оружие наготове.
— Таков план, — подтвердила я.
— Тогда поедем на фургоне?
— Нет, — быстро сказала Виста, прежде чем я успела ответить. — То есть… мы не поедем. Мы выведем ВИПа сами, а ваш отряд вернётся на машине.
Он взглянул на неё.
— Зачем разделяться? — спросил он. — Виста, разве ты не можешь переместить фургон, используя свою силу?
Она посмотрела на меня, словно прося помощи. Я пришла ей на выручку.
— Если мы разделимся, у противника станет больше целей, — сказала я. — Насколько нам известно, во время подхода нас не обнаружили, так что, скорее всего, враги последуют за фургоном. Поэтому логично вывести ВИПа по максимально безопасному маршруту, верно?
Мужчина на мгновение задумался.
— В этом есть смысл, — согласился он. — Хорошо, выдвигаемся.
Мы отошли ещё немного назад, и Дэнни последовал за нами на дорогу, пока оперативники друг за другом выходили из дома, выстраиваясь перед фургоном. В этот момент София вдруг замерла. Её взгляд был устремлён вверх, к окну моей спальни. Я проследила за ним. Шторы были задёрнуты.
— Что-то не так, Призрачный Сталкер? — спросила я.
— Не уверена, — пробормотала она. Её голос был слышен только по рации. Она прищурилась, всматриваясь в окно. — Что это за комната?
— Моя спальня, — тихо ответила я, достаточно тихо, чтобы сотрудники СКП, стоявшие всего в нескольких шагах перед нами, не услышали.
София кивнула, но ничего не сказала. Её глаза широко раскрылись, и я почувствовала, как она внезапно напряглась, словно зверь, застигнутый светом фар.
— Там кто-то есть, — прошипела она. — Виста, уводи нас отсюда!
Глаза Висты вспыхнули.
— Уже. — Она подняла руки, но в тот же миг шторы на окне моей спальни резко раздвинулись.
Там стоял ребёнок — мальчик, лет тринадцати. Его чёрные волосы до плеч были собраны в хвост, а глаза сверкали в темноте.
Я почувствовала, как руки и ноги внезапно свело, будто меня ударило током, намертво сковав всё тело. Виста и София рядом со мной тоже оцепенели.
Мальчик смотрел на нас сверху вниз. Теперь, когда шторы были раздвинуты, в лунном свете я видела капли пота у него на лбу, мерцающие в тусклом вечернем свете.
— Залейте их пеной, — приказал капитан. — Дэнни, отойдите назад. — Он был слишком близко. Стараясь хоть что-то разглядеть, я увидела, как сотрудники СКП смыкают вокруг нас кольцо. Виста не смогла бы исказить пространство, когда между нами так мало свободного места и вокруг стоят живые люди.
Это был не первый раз, когда ко мне применяли удерживающую пену. Во время подготовки это было обязательной частью тренировок. Но от этого я не стала лучше готова к тому, как пена начала обволакивать мои ноги, руки и туловище, затвердевая прямо на глазах.
— Что вы делаете? — почти сорвавшись на визг, спросил мой отец. — Какого…
— Это был его приказ, Дэнни, — ответил капитан. — Он передал его, когда вы подошли к двери.
Повисла пауза.
— Ох… — тихо произнёс отец. Его голос звучал ужасающе слабо. Я думала, что смогла бы распознать это. Но ошиблась. Он был подчинён, а я этого даже не заметила.
Как только пена окончательно затвердела вокруг моего тела, я почувствовала, как удерживавшая мои конечности электрическая сила исчезла. Виста тут же разразилась потоком самых отборных ругательств. София же просто смотрела на меня.
— Нас захватили, — передала София по рации. Голос её дрожал, но оставался ровным, с едва уловимой ноткой паники. — Какой-то кейп с парализующей силой на втором этаже, в окне. Оперативников и ВИПа замастерили.
— Чёрт! — выругался Эгида. — Отправляю подкрепление. Время прибытия — 4 минуты.
— Поняла, — ответила София. Её голос звучал слабо, обречённо. Она повернулась ко мне настолько, насколько позволяла пена. — Прости, Тейлор. Я должна была заметить его раньше.
Я покачала головой.
— Ты можешь двигаться?
Она начала было отрицательно качать головой, но замерла.
— Я…
— Уходи в тень, — прошептала я. — Выиграй нам немного времени.
Громкая ругань Висты заглушала наш тихий разговор. София поморщилась.
— Я тебя не брошу, — сказала она.
— Ты и не бросаешь. Нужно дать остальным время добраться сюда.
В этот момент капитан обошёл Висту и оказался в поле моего зрения.
— Сделайте всем одолжение, — сказал он усталым голосом. — И заткните её.
Виста плюнула в него.
— Да пошел ты нахер! Ты грёбаный предатель…
Мужчина направил пеномёт прямо ей в лицо.
— Лучше заткнись, — мрачно сказал он.
Виста смерила его ледяным взглядом, но замолчала.
Капитан вздохнул и посмотрел на меня.
— Знаешь, я правда вас уважаю. Всех вас, Стражей. Вы совершаете невероятные вещи, а ведь вы всего лишь дети.
— Это не помешало тебе нас предать, — сказала София. Её голос был тихим, и она даже не смотрела на капитана. Она смотрела на меня… нет, сквозь меня. На моего отца.
Я услышала, как он пошевелился. Но не обернулась. Не хотела видеть.
— Нет, — согласился капитан, и в его голосе почти слышалась печаль. — Не помешало.
Входная дверь снова открылась, и мальчик вышел на крыльцо.
— Привет, Аннатар, — сказал он с насмешкой, звучавшей и в голосе, и на лице. — Я твой большой фанат. Спасибо, что одолжила мне свою комнату.
Я встретилась с ним взглядом и ничего не ответила.
Ухмылка слегка померкла.
— И всё? — спросил он. — Ничего не скажешь? Даже не пискнешь? Вот так это проглотишь?
Я по-прежнему молчала. Теперь София смотрела на меня.
Мальчик тяжело вздохнул и покачал головой. На его лице застыла мрачная гримаса.
— Да чтоб тебя, — сказал он. — Я надеялся увидеть ту самую знаменитую харизму Аннатар. Думал, ты попытаешься убедить меня отпустить тебя. А вместо этого передо мной какая-то жалкая трусиха.
— Повтори это, — сказала София. — Давай, мать твою. Повтори это ещё раз!
— Сталкер! — резко окликнула я, бросив на неё сердитый взгляд.
Она повернулась ко мне. Неужели у неё на глазах были слёзы?
Несколько мгновений она молчала. А затем исчезла.
— Какого хрена?! — рявкнул мальчишка, моргнув, а затем с яростью уставился на меня. — Что… как? Да какого…
— Построиться! — приказал капитан, проигнорировав его. — Осмотреть периметр! Она может появиться…
Он захрипел и рухнул на землю: в шею ему вонзился дротик с транквилизатором.
— Чёрт! — вскрикнул другой боец, беспорядочно размахивая пеномётом. — Да что за… Какого…
Мальчик же не колебался ни секунды. В следующее мгновение в его руке уже был нож, прижатый к моему горлу.
— Призрачный Сталкер! — крикнул он. — Сбежала? Молодец. Ты нам всё равно не нужна. Но если продолжишь стрелять, Аннатар за это заплатит.
Повисла тишина.
Через мгновение мальчишка ухмыльнулся.
— Отлично, — сказал он, и в его голосе звучало извращённое удовлетворение. Он встретился со мной взглядом, одновременно обращаясь к оперативникам: — Сначала Виста. Хочу посмотреть на ужас у неё на лице. И пусть кто-нибудь другой подержит нож!
— Рубильник… — В голосе моего отца звучал укор.
Мальчишка лишь пренебрежительно покосился на него, передавая нож одному из оперативников. Он даже не счёл нужным ответить.
— Это что значит? — спросила Виста, переводя взгляд с Рубильника оперативников. — Что вы делаете?
Оперативники СКП приближались к ней с баллоном растворителя для удерживающей пены. Я видела его только на базе — понятия не имела, где Сердцеед сумел раздобыть такое средство. Они осторожно распылили его, растворяя пену, покрывавшую её левую руку. Постепенно кисть освободилась, вместе с надетым на палец Кольцом Власти.
Лицо Висты побледнело.
— Нет, — прошептала она. — Нет, вы не можете.
— Вот оно, — с наслаждением произнёс Рубильник — Продолжайте.
— Вы ещё пожалеете об этом.
Я говорила тихо, почти мертвым голосом. Не потому, что ничего не чувствовала, а потому, что чувствовала слишком многое, чтобы суметь это выразить.
Рубильник меня проигнорировал. Он уже даже не смотрел на меня, наблюдая за Вистой с улыбкой, пока слушал её отчаянные протесты.
— Нет, — повторила она, и её голос сорвался на высокий тон. — Пожалуйста, не надо, я не… Оно моё! Я не могу, оно не…
Почти бессвязные мольбы Висты остались без внимания. Оперативник наклонился. Саму Хистею он, конечно, не видел, но знал, где она находится, и вскоре его пальцы сомкнулись на мифрильном кольце. Он потянул.
Теперь Виста уже безмолвно кричала. На глаза мне навернулись слёзы.
— Прости меня, — прошептала я, но она меня не слышала. Зато услышал Рубильник и одарил меня жестокой улыбкой.
Хистея не желала покидать палец Висты. Её приходилось буквально срывать, и судя по отчаянным крикам Висты, это причиняло невыносимую боль. Мне хотелось закрыть глаза, отвернуться, разрыдаться, закричать от ярости. Но я не сделала ничего из этого. Я лишь смотрела, как у Хранительницы отнимают одно из Семи Колец.
В тот миг, когда кольцо наконец сняли с её пальца, Виста умолкла и опустила голову. По раскрасневшимся щекам текли слёзы. Стоявшие рядом оперативники, включая того, что держал нож у моего горла, выглядели слегка побледневшими.
— Круто! — воскликнул Рубильник, хлопнув в ладоши почти по-детски. — А теперь, Аннатар. Твоя очередь.
Я не сводила глаз с Рубильника, пока оперативник подходил ко мне слева. Я даже не посмотрела, как растворяется пена на моей руке.
Как только кисть освободилась, я пошевелила пальцами. С них сорвалась молния — вспышка потрескивающего электричества. Она ударила в оперативника, отбросив его на 5 метров. Он рухнул прямо посреди дороги.
Оперативники настороженно отступили. Рубильник, оправившись от удивления, впился в меня яростным взглядом.
— Дэнни! — приказал он. — Действуй. Посмотрим, сможет ли она сделать то же самое со своим собственным отцом.
Отец подошёл и встал рядом со мной, пока один из оперативников направился проверить своего товарища. Рубильник повернулся к ним.
— Ну? — спросил он.
— Он мёртв, — дрожащим голосом ответил боец. — Она его убила.
У моего отца перехватило дыхание. У меня — нет. Когда Рубильник вновь посмотрел на меня, я уже не сводила с него глаз.
— Вы пожалеете об этом, — сказала я. Мой голос был совершенно ровным, а губы выговаривали каждое слово с точностью резца, высекающего надпись на мраморе.
Глаза Рубильника сузились.
— Посмотрим, — ответил он. — Дэнни?
Отец опустился рядом со мной на колени и встретился со мной взглядом.
— Прости, Тейлор, — сказал он, и в его голосе звучала настоящая боль, когда он потянулся к Вилье. — Не думай, что я тебя не люблю.
— Я знаю, — ответила я. Наконец я отвела взгляд от Рубильника и посмотрела на отца. В его глазах блестели слёзы. В моих тоже. На разум медленно опускалась пелена, словно густой туман душил мои мысли. — Просто его ты любишь сильнее.
Отец кивнул.
— Не сопротивляйся, — сказал он, начиная стягивать кольцо. Оно застряло на первом суставе. — Скоро ты всё поймёшь.
Я вовсе не была скована удерживающей пеной. Я чувствовала, как вокруг меня смыкается металл. Чувствовала запах крови и дерьма.
Вилья соскользнула с первого сустава и застряла на втором.
Пожалуйста! Я кричала, умоляла, плакала. Кто-нибудь, помогите!
Но мои губы не шевелились, и никто не пришёл. Я пыталась оглушить его, оттолкнуть, но ничего не происходило.
Вилья сошла с пальца, и впервые за то, что казалось целой вечностью, я снова стала просто Тейлор.
— Вот и всё, — сказал отец с заплаканной улыбкой. — Это было не так уж трудно. Скоро всё будет хорошо, Тейлор.
Скоро всё закончится.
Меня предали. Я чувствовала нож, вонзённый мне в спину. Чувствовала, как под ногами хлюпает грязь, обволакивая ступни и ноги. Она поднималась к талии, к животу. Она была повсюду вокруг меня. Она была внутри меня. Я была…
— Какого хрена она делает?! — Голос Рубильника доносился словно издалека. Я едва его замечала. Мой взгляд был прикован к лицу отца, к его широко распахнутым глазам, в которых отражались серебристое и алое сияние.
Запах дерьма сменился запахом пепла, дыма и огня.
Кровь осталась.
Я так боялась самой себя, так тревожилась из-за опасности, которую могла представлять, что не замечала угроз, приходивших извне. Вот к чему привело моё излишнее следование морали: моего отца замастерили, три Кольца были похищены, а город погряз в очередной войне. Довольно.
По моим венам ползли пауки.
В лёгких копошились муравьи.
В волосах кишели тараканы.
В моих глазах пылал огонь.
Предназначение.