«…году саммит-холл вошёл в число самых посещаемых зданий в Метанолия-сити. Ежедневно саммит-холл посещают тысячи туристов и сотни сотрудников Совета безопасности, в том числе члены совета директоров и председатели комитетов. Недавно мистер Рейн, новый председатель Совета Безопасности, посетил кабинет Вильяма Бонда, чтобы отдать дань памяти предыдущему деятелю…»
Узкий экран под потолком потух вместе с камерами видеонаблюдения.
Из панорамных окон саммит-холла открывался восхитительный вид на ночную Метанолию. Пестрели рекламные вывески, мигали огни в тысячах домов, светила подсветка, уличные фонари, маленькие лампочки и табло. Миллионы жизней лежали как на ладони. Миллионы людей, кто не спал ночью, бродил по улицам, разъезжал в воздушных такси и монорельсах. Это был самый освещённый мегаполис во всей вселенной. Даже не включая люстры в пустующем зале этажом ниже, Трейдттор прекрасно видел, кто стоит у окна с видом на город. Слишком светло.
Нестор равнодушно глядел на Метанолию. В городе, где дождь лил круглые сутки, а из-под бетона и асфальта не показывалось ни метра травы, в городе, где линии монорельсов занимали сотни километров площади, в городе, где не существовало никаких законов на нижних ярусах он чувствовал себя отчуждённо. Нестор Мэнс привык к солнечным пляжам Генетейры, привык к пальмам и песку, к каменным домам с толстыми стенами и к приветливым людям. В Метанолии всё было иначе.
- Мистер Трейдттор, скажите, вам нравится здесь? – спросил он в пустоту. Хриплый голос отскочил от стен, ударился о потолок. – Столица человечества, гигантский многоярусный мегаполис… берег океана, мягкий экваториальный климат. Большое количество осадков. Длинная ночь и короткий день, чтобы никто не увидел, какой беспредел здесь творится.
Трейдттор молчал. Все слова про беспредел были правдой, если речь шла о первом уровне. Чем выше поднимался город, тем больше повсюду появлялось камер, систем прослушивания, сотрудников Совета безопасности и людей в пиджаках. В пиджаках и с зонтами.
- Мне не нравится, - продолжил Нестор. – В Метанолии всегда пасмурно и сыро. И вся эта реклама, все эти баннеры на других планетах, даже в Афилантесе, даже в Сатме, которые агитируют за переезд сюда, в этот райский уголок… А может, это наша общая судьба – превратиться в этот холодный мигающий ком пластмассы и металла. Переехать всем человечеством в Метанолия-сити.
Трейдттор молчал, и ничто не мешало Нестору говорить свою тираду.
- И вот он, сказочный город… Знаете, должно быть, наши предки были бы разочарованы, узнай они, во что мы превратились. И я, и вы, и Общество Избранных. Но вы не подумайте, словно я себя жалею. Ни в коем случае. Я всегда знал – однажды и со мной это произойдёт; один лишь вопрос волновал меня – как скоро это случится?
- Так вы верите в судьбу, - сказал Трейдттор.
- И я всегда в неё верил. Зная наперёд свою жизнь, нет смысла бояться смерти. Вот сейчас я совершенно точно уверен, что вы пришли меня убить.
- Ну и как вы догадались?
- Очень просто. Я ведь знаю, кто вы такой, Мартин. Или Альберт Рубио, как вам угодно. Писатель из вас вышел бы замечательный. Я с огромным интересом прочитал ваши «Путевые заметки», но ещё интереснее было изучать дело барчесского головореза, которого вы покрывали в далёких шестидесятых. Теперь вы, надеюсь, понимаете, в чем плюсы сотрудничества с Советом безопасности.
Трейдттор надел перчатки, нагнулся, приподнял плиту и вынул из аккуратно вырезанного в полу тайника заряженный бластер. Он снял его с предохранителя.
- Часто люди думают, что в Тетткете очень легко потеряться. Да, безусловно, легко. Но ведь кого-то там находят. И никогда точно не скажешь, кто будет следующим – безобидный писатель-путешественник или ещё один террорист.
- Ну хватит с вас разговоров. Дорогу вам обозначил мистер Фукумото, - сказал Трейдттор. – Не томите же.
Он вручил Нестору бластер и отошёл в сторону. На короткое мгновение ему показалось, будто вот-вот мужчина передумает, вскинет руку и нажмёт на курок; тогда Трейдттор остался бы валяться с жжённой дырой в теле и надеяться, что после смерти не угодит в худший мир. Расплачиваться за свои грехи ему не хотелось.
Последние мгновения Нестора освещал под стать ему красный рекламный щит.
Вспыхнул выстрел. Грузное тело с грохотом упало на покрытый пластиком пол, но шумоизоляция не позволила звуку разлететься дальше. Тень Нестора Мэнса свернулась до маленькой лужицы на полу, ничтожной и чёрной. Бластер он крепко держал своими шершавыми толстыми пальцами. В голове зияла дыра. Дыра от лазерного луча.
Красная реклама гласила:
«Беспокоитесь о конфиденциальности разговора? Ищите быстрый и надёжный способ межпланетной связи? Переживаете, не прослушивают ли вас? ДельтаТекКомпани к вашим услугам! Приобретайте гарнитуру для межпланетной связи с удобным интерфейсом, хорошим качеством звука и высокой скоростью соединения! ДельтаТекКомпани – только хорошее качество!»
И всё же, Метанолия была замечательным городом.