Глава 32: Я солгу тебе совсем немного
Селениум был прекрасен. Под темно-синим ночным небом струился мягкий лунный свет, озаряя нежным сиянием белые крепостные стены этой мирной страны.
В самом центре возвышались таинственный дворец и безмятежный, похожий на луну храм, наполненный мистической энергией. Чертог Луны — место, куда многие приходили молиться.
— Как же все докатилось до такого... — с тревогой в голосе молилась Цуки, прикрывая крошечными ладонями огонек свечи.
— Принцесса... Интересно, плачет ли она и сегодня?
Вчера, позавчера и даже за день до этого — каждый раз, когда Цуки навещала её, принцесса плакала в полном одиночестве.
— Как могли те двое, что так сильно любили принцессу, стать такими...
Правивший Селениумом король и поддерживавшая его королева изменились буквально за одну ночь. Их прежняя доброта и мудрость бесследно исчезли, уступив место одержимости коллекционированием драгоценностей и сокровищ.
— Аристократы не дают им мудрых советов, лишь льстят, а крики простолюдинов, стучащих в ворота замка, с каждым днем становятся все яростнее.
Некогда блистательный дворец стремительно пустел и приходил в упадок. Жадность и желание поглотить все сокровища мира постепенно окутывали королевство.
— Будь у меня больше сил, я бы смогла помочь принцессе...
Цуки занимала пост единственной жрицы королевства, но из-за строгого разделения религии и государственных дел она мало что могла предпринять в сложившейся ситуации.
— Как ни посмотри, все это очень странно. И ладно правители, но почему и все остальные избегают принцессу?
Никто, кроме Цуки, не обращал на неё внимания. Обитатели дворца верили, что верность королю и королеве — их единственный путь к выживанию, а принцесса оставалась для них лишь блеклой тенью венценосных супругов.
— Будто ими управляет какое-то злое существо.
В этот момент из-за спины Цуки раздался мягкий голос:
— Вы снова навещали принцессу сегодня, жрица?
Этот мужчина возник позади нее совершенно внезапно, пока она предавалась тревожным мыслям в молитвенном зале.
«Если подумать, кроме меня есть еще один человек, которому не безразлична судьба принцессы».
У него были иссиня-черные волосы, белоснежная кожа и глубокие темные глаза.
— Вы вернулись раньше обычного, господин Люсихан?
— В последнее время атмосфера здесь кажется слишком зловещей. Я не мог позволить себе праздный отдых вдали отсюда.
— Эх... Почему все так странно изменились? Кажется, только мы с вами и принцесса сохранили рассудок.
— Я встретился с королем и королевой сразу по прибытии... Их глаза затуманены. И я почувствовал исходящую от них темную энергию.
— ...Как думаете, мы сможем найти выход?
— Не переживайте так сильно. Найти его — моя забота.
Люсихан тепло улыбнулся встревоженной Цуки, словно призывая её довериться ему.
«Хе-хе... Ваша улыбка всегда дарит радость, когда бы я её ни видела».
Цуки подошла к собиравшемуся уходить Люсихану, чтобы благословить его напутственной молитвой.
— Да сопутствует вам всегда мягкий лунный свет на вашем пути...
— Цуки, а ты заметно преуспела в благословениях, верно?
— ...Люсихан-оппа, а если кто-нибудь услышит, как ты так разговариваешь?
— Я просто хотел помочь тебе расслабиться. Боишься, что в меня снова ударит молния? Ха-ха.
— Ты даже не представляешь, как я за тебя волнуюсь... Эх. Просто возвращайся целым и невредимым. Пожалуйста, не приходи опять весь в ранах...
— Ха-ха, разве я могу пострадать после благословения самой жрицы Селениума? Не переживай так сильно.
Люсихан мягко погладил Цуки по голове и развернулся, собираясь уходить.
— Жрица, мне пора.
— Я буду молиться о вашей безопасности, господин Люсихан.
— Пока меня не будет, пожалуйста, присмотри за принцессой... Нет.
Черноволосый мужчина на прощание произнес:
— Пожалуйста, позаботься о Луне.
Дзинь.
[Новый осколок истории: Печальная принцесса]
— Вот оно как... — прошептал Сихён.
Серебряный осколок показал ему воспоминания Цуки.
«Как и Лора, Цуки тоже была связана с Селениумом».
Лора была простой деревенской девушкой, жившей в Селениуме, а Цуки занимала пост жрицы. Сихён сопоставил информацию из воспоминаний обеих девушек.
<Страна Луны, Селениум>
<Принцесса с серебряными волосами и золотыми глазами>
<Изменившиеся король и королева>
<Люсихан, Спаситель>
— Хотя по какой-то причине лицо человека, похожего на Люсихана, рассмотреть не удалось...
В отличие от Цуки, чей облик в воспоминаниях осколка представал предельно четким, лицо мужчины по имени Люсихан оставалось странно размытым. Его можно было узнать лишь по цвету волос, высокому росту и голосу.
Но даже этого Сихёну хватило, чтобы понять, почему Цуки и Затмение называли Призрака «Люсиханом».
— Цвет волос, силуэт и голос... Все слишком сильно совпадало.
Скорее всего, это было одним из эффектов «Стартового пакета».
«Надо же, сколько деталей они туда впихнули. Теперь понятно, почему Луна при встрече в Босингаке сказала, что скучала по мне».
В бытность принцессой Луна наверняка была близка с Люсиханом.
«Поэтому, даже потеряв память, она приняла Призрака за него — просто потому, что они казались очень похожими».
— ...Когда Луна узнает правду, она, наверное, возненавидит меня.
Возможно, она даже заявит, что больше никогда не хочет его видеть.
— ...В любом случае! Теперь я примерно понимаю, почему они путают Призрака с Люсиханом... Но важно сейчас совсем другое.
Последняя фраза, отчетливо прозвучавшая в конце осколка воспоминаний:
— Пожалуйста, позаботься о Луне.
— Луна определенно принцесса Селениума. Я и так был уверен в этом на девяносто девять и девять десятых процента, когда услышал о прекрасной принцессе с серебряными волосами и золотыми глазами.
Узнать больше о прошлом Луны, несомненно, было огромным успехом. Понимание предыстории необходимо для того, чтобы завершить сюжет Аномалии класса Гибели.
Однако.
— Вроде бы надо радоваться... Но почему на душе так тяжело?..
Сихён не мог воспринимать это исключительно как победу. В той истории принцесса плакала изо дня в день. Родители, которые прежде души в ней не чаяли, внезапно изменились до неузнаваемости, а над страной сгущались тучи.
— В конце концов Луна, должно быть, пала, так и не сумев спастись от своего горя...
Причиной, превратившей невинную Луну в Аномалию, стали её собственные родители, поглощенные жадностью.
— Если Луна узнает, что любимые отец и мать сделали из неё жуткую Аномалию, она наверняка...
Сихён неосознанно крепко сжал в ладони заколку в виде полумесяца.
— ...Ладно, пора домой. Луна ждет.
***
Сихён вернулся домой с помощью Теневого шага. Перед тем как открыть дверь, он глубоко вздохнул на пороге.
Щелчок.
Как только дверь распахнулась, перед ним возник маленький силуэт. Девочка с серебряными, подобно луне, волосами и золотыми глазами, сиявшими даже в темноте.
Луна.
— Сихён...
— Луна. Ты все это время ждала меня у двери?
— Я хотела... сделать это здесь.
— Ха-ха, и что же Луна хотела сделать?
Девочка сделала несколько крошечных шагов навстречу, взяла Сихёна за руку и положила её себе на голову.
— Луна?
— Сихён... Я... ждала.
Прикрыв глаза, Луна зашевелила маленькими губами, повторяя:
— Я ждала... Сихёна...
Тук.
Почему её слова так глубоко ранили его сердце?
Эта перемена в девочке, которая раньше даже не знала, что такое ожидание и каково это — кого-то ждать.
«Теперь Луна знает. Она понимает, что если подождет, я поглажу её по голове и похвалю».
Сихён мягко провел ладонью по её маленькой головке.
— Ты правда... большая молодец, Луна...
Его губы почему-то задрожали. Когда его голос невольно дрогнул, Сихёну пришлось признать очевидное.
«Я больше не могу отрицать этого. Луна стала слишком дорога мне... Возможно, даже дороже собственной жизни».
Сихён, как и всегда, отнес Луну в постель. В тихой комнате лишь мягкий лунный свет из окна едва разгонял полумрак.
— ...Сихён.
Девочка пристально посмотрела на него своими ярко сияющими золотыми глазами.
— Луна. Снова не спится?
Луна слегка наклонила голову набок и прижалась к нему плотнее. Её маленькая нежная ручка ухватилась за его одежду.
— Сихён... Я хочу... послушать историю...
— Луна впервые сама попросила об этом?
— Да...
— Хорошо. Тогда я расскажу тебе продолжение прошлой сказки.
Сихён укрыл Луну одеялом, чтобы ей было удобнее слушать.
— В Селениуме жили очень мудрый король и добрая королева. Они безумно любили свою дочь, принцессу.
— Правда?..
— Конечно. Я ведь уже говорил тебе, помнишь? Она была прекрасной принцессой с серебряными волосами и золотыми глазами, совсем как наша Луна. Ну как можно было не любить такую очаровательную малышку?
Луна на мгновение замолчала, уставившись на свои волосы. Каждая серебряная прядь мягко переливалась в темноте.
«Сихён... считает меня красивой?..»
Раньше девочка никогда не придавала значения своей внешности, но с тех пор, как он назвал её красивой, она начала понемногу задумываться об этом.
Сихён осторожно взял прядь её рассыпавшихся волос, поднес к губам и улыбнулся.
— Тебе ведь тоже кажется, что они очень красивые, Луна? На вид холодные, но на ощупь мягкие и теплые, словно лунный свет.
— Си... Сихён?..
Это прикосновение вновь пробудило в сердце Луны странное чувство.
«Что это?..»
Неведомое, необъяснимое ощущение.
— Мне... не неприятно.
Сихён погладил Луну по голове, аккуратно поправляя её волосы.
— Но, Луна, в том счастливом Селениуме случилась беда.
— ...?
— Те двое, кто, казалось, будут любить свою дочь вечно, в один день внезапно изменились. Они стали гнаться лишь за золотом и сокровищами, отдалившись от принцессы.
Луна ничего не ответила. Она лишь молча смотрела на Сихёна своими золотыми глазами.
Однако он заметил едва уловимую перемену в её взгляде. В её золотистых зрачках отразилась легкая дрожь.
«Луна ведь не должна понимать эмоций. Но почему эта дрожь так похожа на грусть?..»
Сихён замолчал, не в силах продолжать рассказ. Следующие слова были слишком трагичными.
<Принцесса, проводящая каждую ночь в слезах, и постепенно угасающий Селениум>
Он просто не мог рассказать ей об этом.
— Сихён?..
— ...Луна.
Сихён крепко обнял тихо смотревшую на него девочку. Раньше он часто гладил её по голове, но никогда не обнимал первым по собственной воле.
— Сихён... что случилось?..
— Ох, прости, Луна. Я тебя напугал?
Луна слегка покачала головой в знак отрицания.
Она прижалась к нему еще сильнее. Когда Сихён попытался ослабить объятия, девочка лишь глубже зарылась лицом в его грудь.
— Сихён ведь принадлежит Луне, правда?..
— Да. Я принадлежу Луне.
— И... Луна принадлежит Сихёну...
— Вот как?
— Да... Поэтому, Сихён, обнимай меня почаще...
Девочка, которая постепенно училась чувствовать и понимать эмоции. Именно потому, что Луна менялась, он не мог поведать ей настоящий финал этой истории.
«Что за бред. Неужели я допущу, чтобы в этой истории Луна осталась несчастной?»
Это неправильно. Я не могу принять такой финал.
«Я хочу, чтобы Луна была счастлива».
По крайней мере, в моей сказке.
Сихён заговорил, словно приняв окончательное решение:
— Луна, на самом деле в этой истории есть один секрет.
— ...Секрет?
— Король и королева собирали столько золота... чтобы защитить свою любимую принцессу.
— ...Принцессу?
— Да. Однажды в мирном Селениуме появилось ужасно злое и жадное чудовище.
Девочка молча слушала рассказ Сихёна.
— Чудовище захотело забрать прекрасную принцессу себе. Но ведь король и королева не могли этого допустить, верно?
— Почему?..
— Потому что они любили её. Луна, они любили свою дочь так сильно, что ни за что на свете не согласились бы отдать её монстру.
— Любовь...
— Чудовище поначалу очень удивилось. Оно думало, что родители испугаются и сами отдадут дочь, но вместо этого они отчаянно сопротивлялись.
Родители, готовые на все ради защиты своего ребенка. Сихён был уверен, что настоящие родители Луны поступили бы точно так же.
«Даже я, прожив с ней всего несколько месяцев, уже так сильно дорожу Луной. Что уж говорить о её родителях? Они любили её во сто крат сильнее».
Сихён откашлялся и продолжил:
— Устав от их сопротивления, чудовище выдвинуло условие. Оно пообещало оставить принцессу в покое, если ему отдадут все сокровища мира.
— Поэтому у них не оставалось иного выбора, кроме как собирать золото. Хотя они, конечно, поступили неправильно, когда так увлеклись этим, что совсем забыли о дочери.
— Я... поняла...
— Так что, Луна, принцесса ведь не должна забывать об этом, верно?
— Принцесса... вспомнит об этом?.. Сихён?
Луна тихо спросила об этом. В её вопросе сквозила искренняя надежда на то, что сказочная принцесса все вспомнит.
— Конечно, Луна. К тому же...
Сихён нежно погладил её по голове.
— Раз уж прекрасная принцесса, которая сейчас сидит передо мной, так сильно этого хочет, то и принцесса в сказке обязательно все вспомнит.
— Да, правда.
Успокоившись после его слов, Луна закрыла глаза и начала медленно погружаться в сон.
— ...Вот и славно...
Раздалось её тихое, размеренное дыхание. На губах девочки заиграла едва заметная, слабая улыбка. Но от этой улыбки на сердце Сихёна стало только тяжелее.
«Когда-нибудь, когда она узнает, что рассказанная мной история была ложью... Луна возненавидит меня».
Девочка уже крепко спала. Сихён осторожно погладил её по волосам.
— Прости меня... Луна.
«Хотя бы сегодня я хотел, чтобы принцесса в этой сказке была счастлива».
— Пожалуйста, прости мою эгоистичную ложь... ради твоего же блага.