Я рванул вперёд. Не к Оскаленному, а к Осторожному.
Он понял это поздно.
Я резко пнул ногой по куче мусора у стены. Грязь, пепел и гнилые тряпки взметнулись вверх, словно от взрыва.
— Тьфу, блядь!.. — он инстинктивно зажмурился.
Я тут же метнул горсть земли прямо ему в лицо. Песок, пепел, мелкие камни — всё впилось в глаза.
— А-а-а, сука! — он отшатнулся, хватаясь за лицо.
В этот момент я почувствовал сильный удар сбоку. Оскаленный врезался в меня плечом, вышибая воздух из лёгких. Хрипло вдохнув, я покатился по земле, чувствуя, как липкая грязь въедается в кожу и неопрятно размазывается по броне.
Вокруг испуганно зашептались: — Эй… — Началось… — Бля, уходи…
Бездомные, сидевшие в переулке, вжались в стены. Кто-то закрывал лицо руками, кто-то поспешно отползал, оставляя за собой грязные следы.
Я резко перекатился и выдернул кинжал. Оскаленный прыгнул на меня, безумно размахивая коротким ножом. Его лицо было искажено яростью, вены на лбу вздулись, а изо рта брызгала слюна.
Я шагнул навстречу.
Поднырнув под его занесённую руку, я наотмашь врезал ладонью ему по носу.
ХРУСТ.
Он завыл и отшатнулся. Из разбитого носа густо хлынула кровь, тяжело капая на камни тёмными, тяжёлыми каплями.
Кап. Кап. Кап.
Я не дал ему опомниться и точным, коротким движением резанул кинжалом по бедру.
— АРГХ! — он рухнул на колено.
Сзади послышался хрип. Осторожный всё ещё пытался проморгаться, шатаясь из стороны в сторону и вслепую размахивая ножом. Его покрасневшие глаза обильно слезились, смешивая слёзы с налипшей грязью.
Я подскочил к нему и резко пнул под колено. Он навзничь повалился на спину, и я тут же упал сверху, придавливая его к земле.
Грязь. Запах сырой крови. Горячее, паническое дыхание прямо в лицо.
Он попытался схватить меня за горло, но я хладнокровно вонзил кинжал между его ключицей и шеей. Неглубоко. Он судорожно захрипел. Я выдернул клинок и тут же нанёс удар вторым кинжалом точно в висок.
Тело Осторожного один раз дёрнулось и мгновенно обмякло.
Я вскочил на ноги. Оскаленный всё ещё был жив. Завывая от боли, он полз прочь, оставляя за собой широкий кровавый след. Его пальцы отчаянно царапали камни, ломая ногти.
— П… подожди… — прохрипел он, услышав мои шаги.
Я подошёл ближе. Растрёпанные волосы упали на лицо, прилипнув к щеке от пота и чужой крови. Грудь жгло, руки крупно дрожали от адреналина.
Бандит поднял на меня взгляд, и впервые в его глазах отразился неподдельный, первобытный ужас.
Я молча присел, грубо схватил его за ворот и резко перерезал горло. Горячая кровь послушно хлынула наружу, заливая камни и стекая между моих пальцев. Он захрипел… и затих.
Наступила тишина. Лишь моё тяжёлое дыхание и тихий, испуганный всхлип где-то в глубине переулка нарушали её. Бездомные испуганно смотрели на меня. Кто-то поспешно отворачивался, кто-то тихо, истово молился.
Я брезгливо вытер клинки о тряпьё убитого и убрал их в кобуры. Ноги вдруг сделались ватными, отказываясь держать тело.
— Хаа… ха…
Обессиленно прислонившись к стене, я медленно сполз вниз. Но когда я посмотрел на свои ладони, они больше не дрожали.
— Вот и… Красная зона… — хрипло усмехнулся я самому себе.
Где-то вдали послышались чужие голоса. Пришлось подняться — пора уходить. Я поспешно шагнул в густую тень, оставив за спиной кровь, чужой страх и два остывающих тела, которые больше никого и никогда не ограбят.
Я двигался вдоль стены, почти прижимаясь к холодному камню. Каждый шаг давался с трудом, каждый вдох я делал медленно, через нос. Запах крови, казалось, намертво въелся в одежду, будто я тащил за собой невидимый шлейф смерти.
«Где-то здесь…»
Я остановился. Между двумя обвалившимися каменными блоками залегла неестественно ровная тень. Проведя рукой по шершавой кладке, я нащупал скрытую неровность.
— Нашёл…
Лаз был узким. Слишком узким для комфортного прохода. Опустившись на колени, я аккуратно отодвинул гнилые доски и старое тряпьё. Из темноты сразу потянуло сыростью, землёй и пронзительным холодным воздухом. Тайный туннель.
Втянув живот, я полез внутрь. Острые камни нещадно царапали кожу, кожаная броня натужно скрипела. В какой-то момент я намертво застрял, и сердце испуганно ударило в горло.
«Спокойно… спокойно…»
Выдохнув, я немного провернул плечи и с трудом протиснулся дальше.
Туннель оказался гораздо длиннее, чем я рассчитывал. Темнота, удушающая теснота, и ледяная вода, мерно капающая с потолка прямо на лицо.
Кап. Кап.
Каждый этот звук гулким эхом отдавался в черепе. Я полз до тех пор, пока руки не начали подкашиваться от усталости. Но когда пальцы наконец нащупали живые, грубые корни деревьев, я понял, что почти выбрался.
Впереди забрезжил тусклый зелёный свет. С трудом преодолев последние сантиметры, я буквально вывалился наружу и упал на спину, жадно втягивая ртом воздух.
— Хаа… хаа…
Кое-как поднявшись, я огляделся. Передо мной раскинулся Лес. Огромный, древний. Исполинские деревья уходили ввысь так далеко, что их раскидистые кроны полностью терялись в густом тумане. Редкие солнечные лучи с трудом пробивались сквозь листву, рисуя золотистые полосы на мхе и узловатых корнях. Воздух здесь был влажным, тяжёлым, но удивительно живым. Пахло сырой землёй, прелыми листьями и чем-то диким.
Я замер. После удушливой Красной зоны, после вони гнили, крови и вечных криков это место казалось пугающе чуждым.
— …Я вышел.
Сделав несколько шагов, я почувствовал, как дикое напряжение в теле наконец начинает ослабевать. Но не исчезает полностью. В таком месте тоже можно умереть в любую секунду.
Тяжёлая кованая дверь со скрипом отворилась.
В полутёмной зале, освещённой лишь тусклыми багровыми кристаллами, на грубом троне из потемневшего металла и костей восседал мужчина. Широкие массивные плечи, глубокие шрамы, пересекающие лицо, и холодные, абсолютно звериные глаза. Глава Кровавых Псов.
Перед ним на колено поспешно рухнул один из прихвостней.
— Б-босс… — Говори, — глухо отозвался глава. Его низкий голос заставил подчинённого вздрогнуть. — Возле ворот… обнаружено два трупа наших людей.
В комнате повисла тяжёлая, давящая тишина.
— …Как? — Всё сделано грязно. Очень грязно, босс. Один из них был ослеплён землёй, второму перед смертью сломали нос.
Глава Кровавых Псов медленно наклонил голову набок.
— Нападавший был один? — Да. Никаких следов группы или засады.
Мужчина на троне тихо, зловеще усмехнулся: — Значит, это тот самый новенький. — Думаете, это он, босс? — Алхимик А-ранга, выброшенный умирать в Красную зону… он низко рассмеялся. — А вы, идиоты, утверждали, что он не протянет здесь и дня.
Глава медленно поднялся. Тяжёлый трон натужно скрипнул под его весом.
— Передай остальным: в городе его не искать. — …Что? Но почему? — Он ушёл, — глаза вожака хищно блеснули в полумраке. — Ушёл за стену, в Лес.
Прихвостень заметно побледнел: — Но… Лес… Там же… — Вот именно, — на лице босса расплылась кровожадная улыбка. — Если он умудрится выжить там… он станет чертовски сильным.
Мужчина отвернулся к стене, на которой были развешаны его боевые трофеи, и равнодушно пожал плечами: — А если нет… Значит, этот мир сам его сожрёт. — Какой будет приказ? — Не трогать его. Пока что. — Понял, босс!
Холодный лесной воздух резко ударил в грудь, словно пытаясь выбить из меня остатки сил. Спотыкаясь, я выбрался из туннеля и тяжело опёрся ладонью о шершавую кору ближайшего дерева. Только сейчас пришло осознание, насколько сильно я истощён. Ноги гудели, руки ходили ходуном, а дыхание сбивалось исключительно от дикой, накопившейся усталости. Но останавливаться было нельзя.
Лес казался бесконечным. Повсюду слышались тихие шорохи, и меня не покидало липкое ощущение, что этот Лес смотрит на меня в ответ.
— …Попробуем, — выдохнул я сквозь зубы.
Я заставил себя сосредоточиться. Мана внутри отозвалась неохотно, потянув за собой шлейф вязкой, тяжёлой усталости. В глазах на мгновение потемнело, а затем привычный мир привычно раскололся на информационные слои. Каждое растение, каждый корень и клочок мха оставляли слабый, но чёткий отпечаток в моём сознании.
У самых корней старого дерева я заметил тёмно-зелёный мох с едва различимым фиолетовым отливом.
[Теневой мох]
Ранг: F+
Эффект: Слияние с тенями. Заметность пользователя снижается на 10%.
Опустившись на колено, я осторожно коснулся влажной поверхности. Мох оказался мягким, почти липким, и оставлял на коже тёмные следы.
— Есть один…
Голова неприятно закружилась. Анализ не просто требовал разовых затрат, он тянул из меня силы постоянно, действуя как медленное, изматывающее давление. Будто кто-то внутри незаметно приоткрыл сливной кран.
Чуть дальше, прямо между острыми камнями, росло другое растение:
[Ледяной шалфей]
Ранг: F+
Эффект: При прямом контакте замедляет цель на 10% в течение 10 секунд, после чего эффект полностью рассеивается.
Его листья, вопреки тёплому воздуху, были покрыты тонкой коркой инея. Когда я сорвал один, по пальцам тут же пробежал колючий, болезненный холод. Я тяжело сглотнул. Сердце забилось чаще.
— Чёрт… а ведь я и вправду замедлился…
Под густыми кустами с плотными тёмными листьями обнаружилась более ценная находка:
[Змеиный корень]
Ранг: C
Эффект: Дарует устойчивость к ядам на 10 минут. Снижает общую токсичность организма на 50% в течение 10 минут.
Толстый, причудливо извилистый корень выглядел почти как живой. Пока я с трудом выковыривал его из плотной земли, ладони окончательно испачкались в грязи, а ногти заныли от напряжения. Спина ломила так, словно я весь день таскал неподъёмные камни.
Но я упорно продолжал сбор. Каждый новый объект исправно откликался в сознании, но цена за это была высока — с каждым разом накатывала всё большая слабость. Шаг делать тяжелее. Дыхание прерывистее. Ещё шаг — и перед глазами на долю секунды всё плывёт.
Я отчётливо видел Эффекты и Ранги. Но… не видел самого главного. Как смешивать. Никаких подсказок от Системы. Никаких рецептов или предупреждений. Только сухие, бездушные строчки базовых свойств.
— То есть… — прошептал я, устало привалившись плечом к стволу дерева. — Я знаю, что делает конкретная трава… но понятия не имею, как их правильно соединить?
Это было сродни чтению оборванной половины сложнейшего рецепта. Ты знаешь, что итоговое лекарство должно лечить, но не имеешь ни малейшего представления, не превратится ли оно в смертельный яд, если ты ошибёшься хоть на миллиграмм.
Неподалёку сиротливо рос небольшой кустарник:
[Золотая рябина]
Ранг: D
Эффект: Восстанавливает 10% выносливости.
Маленькие золотистые ягоды выглядели как откровенная издёвка Системы. Сорвав пару штук, я закинул их в рот. Кисло, терпко, но в тело действительно тонкой струйкой вернулись силы. Совсем немного. Ровно столько, чтобы просто не свалиться лицом в грязь.
Я на секунду прикрыл глаза. Виски бешено пульсировали.
— Значит… вот оно как, — тихо констатировал я. — Анализ есть. Но он скупой.
Лес глухо зашумел кронами, словно соглашаясь со мной. Я перевёл взгляд на собранные травы, которые уже были аккуратно уложены в пространственный карман кольца. Их было ничтожно мало. Но для меня это был первый, важнейший шаг.
— Ладно… — я медленно выпрямился, вытирая грязные ладони о штаны. — Для начала хватит. Если продолжу сканировать всё подряд — просто рухну без сознания.
Вдруг где-то в глубине чащи отчётливо хрустнула ветка. Я мгновенно подобрался, а ладонь сама собой привычно легла на рукоять кинжала.
— …А дальше, — пробормотал я, осторожно отступая в густую тень деревьев, — будем учиться на собственных ошибках. Даже если они обойдутся мне слишком дорого.
Я спиной чувствовал — это только самое начало.
Лес внезапно вздрогнул. Это был не звук, а едва уловимое движение, словно сама тень между вековыми деревьями внезапно сорвалась со своего места. Я успел заметить угрозу лишь на долю секунды, но этого хватило, чтобы по спине пробежал ледяной пот.
Существо было длинным. Неестественно, пугающе длинным.
Его вытянутое, искривлённое тело выглядело так, будто его насильно растягивали на дыбе. Тонкие руки и ноги походили на сухие палки, обтянутые мертвенно-серой кожей, а суставы были дико выгнуты под абсолютно невозможными углами. Огромная, непропорциональная голова сидела на тонкой шее, кажущейся слишком хрупкой для такого веса. И глаза. Огромные, выпуклые, маслянисто блестящие сферы. Они не моргали.
Тварь не бежала — она буквально скользила над землёй, стремительно цепляясь длинными пальцами за корни и палую листву. Она приближалась слишком быстро.
В моей голове мгновенно вспыхнул системный интерфейс Анализа. По телу монстра распределились ярко-красные маркеры. Суставы. Шея. Глаза. Грудная клетка.
— Тварь… — выдохнул я и рванул навстречу, резко уходя в сторону от её прямого прыжка.
Земля взорвалась фонтаном пожухлых листьев там, где монстр только что приземлился. Не теряя секунды, я нанёс первый удар кинжалом точно в область его колена — туда, где багровая системная точка горела ярче всего.
ХРЯСЬ!
Оно пронзительно взвизгнуло. Это был не животный крик, а жуткий, режущий уши скрежет, похожий на трение металла по стеклу. Я резко развернулся, нанося второй удар в бок. Промах! Существо оказалось куда быстрее, чем можно было судить по его неуклюжему виду. Хлёсткая, длинная рука твари молниеносно ударила наотмашь.
ТХРР!
В левом плече взорвалась адская боль. Я услышал сухой хруст кости на мгновение раньше, чем мой мозг успел зафиксировать травму. Рука мгновенно повисла бесполезной плетью, полностью перестав слушаться. Весь мир перед глазами на секунду стал абсолютно белым.
— ГХ…!
Я грязно откатился в сторону. Мокрые листья липли к лицу, испачканные в крови волосы лезли в глаза, а дыхание напрочь сбилось. Ошмётки сознания плыли от шока. Порождение энтропии уже нависло надо мной. Его уродливая голова наклонилась, огромные немигающие шары глаз приблизились. В них не было первобытной ярости или злобы — только абсолютная, зловещая пустота и бесконечный голод.
Прямо на его шее, чуть сбоку, яростно пульсировала крупная красная точка.
— …Попался.
Вместо того чтобы попытаться отползти назад, я сделал резкий шаг вперёд. Игнорируя парализующую вспышку боли в сломанном плече, я поднырнул под его длинную лапу и снизу вверх с силой вонзил кинжал точно в бьющуюся системную метку.
ТШШ…
Лезвие вошло на удивление мягко.
Существо судорожно дёрнулось, его длинное тело неестественно выгнулось дугой. Немигающие глаза расширились до предела, а из раскрытой пасти хлынула густая, вязкая чёрная жидкость. Тварь ещё несколько секунд скребла когтями по сырой земле, а затем резко обмякла.
Навалилась оглушительная тишина. Я упал на колени, тяжело и хрипло задыхаясь. Левая рука висела безжизненным грузом, волны острой боли накатывали одна за другой, вызывая сильную тошноту.
— …Сука…
Превозмогая дурноту, я заставил себя поднять взгляд на поверженного монстра и активировал Анализ. Пространство перед глазами снова привычно дрогнуло, выводя системные строки:
[Порождение энтропии — «Смотрящий»]
Тип: Искажённое существо.
В области его груди, прямо среди почерневшей, гниющей плоти, что-то едва заметно пульсировало тусклым светом.
[Ядро Смотрящего]
Ранг: E
Эффект: Исцеление. Сила регенерационного эффекта напрямую зависит от тяжести полученных пользователем ран в момент применения [От +1 до +50].
Я замер, не веря своим глазам: — …Исцеление?
Дрожащими пальцами правой руки я осторожно вырезал ядро из грудины монстра. Оно оказалось тёплым, почти горячим на ощупь, и мерно пульсировало, словно подстраиваясь под бешеный ритм моего собственного сердца.
Я бросил короткий взгляд на свою левую руку. Излом под неестественным углом, сильная опухоль и боль, от которой хотелось выть во всё горло.
— То есть… чем хуже моё состояние… тем сильнее будет эффект?
Секунда колебаний — и я с силой сжал тёмный кристалл ядра в ладони.
По телу мгновенно прошла дикая, жгучая судорога, словно под кожу разом вогнали сотню раскалённых добела игл. Не выдержав, я закричал. Колени подогнулись, а зрение полностью поглотила тьма.
А затем пришло тепло. Густое, тяжёлое, стремительно расползающееся по повреждённым мышцам и раздробленным костям.
ЩЁЛК.
Рука сама собой резко дёрнулась. Смещённая кость с глухим звуком встала на своё законное место. Боль утихла не сразу — она постепенно сжалась в тупую, вполне терпимую гематому. Тяжело дыша, я прижал здоровую ладонь к груди. Когда процесс регенерации окончательно завершился, ядро в моей руке безвредно рассыпалось серым пеплом.
Я сидел прямо в грязи, меня всё ещё била мелкая дрожь, но… я был полностью цел и жив.
— …Это, — тихо произнёс я, глядя на свои восстановившиеся пальцы, — уже ни хрена не нормальная жизнь.
Лес вокруг снова предостерегающе зашевелился. И на этот раз я осознал простую истину: Энтропия создана только для того, чтобы убивать. Она не даёт вторых шансов и не прощает ошибок. Вопрос заключался лишь в одном — сколько раз я смогу продержаться на грани, прежде чем она сломает меня окончательно.
Я долго сидел неподвижно, чутко прислушиваясь к окружающим звукам. Лес больше не казался мне абсолютно чужим — скорее, враждебно-наблюдающим. Каждая сухая ветка впереди могла обернуться смертельной ловушкой, каждый шорох — повторением только что пережитого кошмара.
Когда дрожь в пальцах наконец утихла, я глубоко вдохнул и мысленно залез в подпространство кольца. Два флакона маны. Достав первый, я привычно откупорил его зубами и выпил залпом. Специфическая горечь обожгла рецепторы, после чего приятным холодком растеклась по груди. Второй флакон я осушил сразу же следом.
Истощённое тело благодарно отозвалось. Это не было приливом бодрости, скорее — кристальной ясностью ума. Вязкий туман в голове мгновенно рассеялся, взгляд стал острее, а дыхание выровнялось. Шкала маны внутри послушно поползла вверх.
Пустые стеклянные бутылки я выбрасывать не стал.
— Нет… — пробормотал я, аккуратно убирая их обратно в инвентарь. — В этом проклятом мире ничего не бывает бесполезным.
Я продолжил свой сбор. На этот раз — максимально медленно и осторожно. Каждый шаг — тщательная проверка. Каждый куст — сначала долгий, оценивающий взгляд, и только потом собирал. Я активировал Анализ на всё, что попадалось на пути, но система отзывалась со скрипом и ощутимой задержкой. Глаза немилосердно жгло, виски ныли от напряжения. Интерфейс будто сопротивлялся моим попыткам, а ментальная усталость давила на плечи, словно тяжёлый свинцовый воротник.
Я исправно видел статусы, названия, качество и редкость ингредиентов. Но условия их смешивания… Словно кто-то намеренно вырвал и сжёг самую важную часть книги рецептов.
Я сорвал узкие листья с багровыми прожилками. Затем — странный гриб с полупрозрачной шляпкой, внутри которой пульсировал едва заметный свет. Следом — корень, удивительно похожий на скрученную человеческую кость, леденяще холодный на ощупь. Каждый раз, когда Анализ послушно срабатывал, в глубине черепа что-то болезненно тянуло назад, требуя свою плату.
— Не сейчас… — тихо бросил я и принудительно отключил зрение Системы.
Когда обострившийся инстинкт самосохранения начал отчётливо шептать, что задерживаться на земле опасно, я приметил подходящее дерево. Старое, массивное, с толстым стволом и низко растущими крепкими ветвями. Сноровисто забравшись наверх, я надёжно спрятался среди густой листвы, сев и плотно прижавшись спиной к надёжной коре. Отсюда открывался неплохой обзор, в то время как меня разглядеть снизу было практически невозможно.
Только оказавшись в относительной безопасности, я позволил себе полноценный выдох. Опустив взгляд в инвентарь, я принялся изучать добычу.
Алхимик А-ранга. И при этом я, блядь, понятия не имею, что из этого можно приготовить.
«Магия исцеления работает в разы быстрее… она дешевле… универсальнее…» — внезапно всплыли в памяти надменные слова Вика, и я зло сжал зубы.
Да, всё так. Вот только хвалёные маги никогда не сунутся в то дерьмо, в которое я уже залез по самые уши. И изнеженные маги точно не выживают там, где мне приходилось жрать сырое мясо, лишь бы не сдохнуть от голода.
Я посмотрел на собранные травы совершенно под другим углом.
— Если я не знаю системных условий… — медленно, вкрадчиво произнёс я в пустоту, — значит, эти условия можно вывести самостоятельно.
Я отчётливо почувствовал, как внутри меня что-то с тихим щелчком встало на своё место. И это была не Система. Это было моё мышление.
— Я не стану пытаться делать "правильную" алхимию, — тихо произнёс я, глядя вглубь зловещего леса. — Я создам свою алхимию .
Вдруг внизу, у самого подножия дерева, что-то едва заметно шевельнулось. Я мгновенно замолчал, поспешно убрал ингредиенты обратно в кольцо и мёртвой хваткой сжал рукояти кинжалов. Лес внимательно слушал. А я уже был готов ему ответить.
Внизу действительно что-то двигалось. Беззвучно — ни единого шага. Это был не дикий зверь — движения оставались пугающе ровными и плавными.
Я замер, практически перестав дышать. Прямо между массивными корнями медленно скользила длинная, неестественно вытянутая тень. Словно кто-то очень высокий шёл, сильно согнувшись к самой земле. Глаз существа я не видел, но физически ощущал его тяжёлый, липкий взгляд. То самое жуткое чувство, когда ты точно знаешь, что на тебя смотрят, даже если ты надёжно спрятан в листве.
Ещё один Смотрящий.
Он медленно шёл прямо подо мной, почти лениво, держа голову слегка повернутой в сторону. Словно монстр слушал окружающий мир не ушами, а каким-то совершенно иным органом чувств.
Я аккуратно, бесшумно выдохнул через нос: «Если он подымет взгляд вверх — мне конец».
Ждать, пока тварь обнаружит меня, я не стал. Резко, изо всех сил оттолкнувшись ногами от прочной ветки, я камнем ринулся вниз.
Мир на мгновение безумно перевернулся. Падение вышло коротким и полностью контролируемым. Провернув тело в воздухе, я перехватил кинжал обратным хватом и с размаху вонзил его точно в висок твари — ровно в то мгновение, когда мои ноги с глухим стуком коснулись земли.
ХРСК!
Острое лезвие вошло легко. Смотрящий судорожно дёрнулся, его тонкие длинные конечности хаотично взметнулись вверх, а пасть беззвучно раскрылась. Глаза монстра на секунду вспыхнули мутным, болезненным светом и тут же безвозвратно погасли. Длинное тело обмякло, бесформенным мешком оседая на траву.
Выдернув окровавленный клинок, я тяжело отступил на шаг, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.
— Минус один… — прошептал я.
Анализ я включать не стал — и так прекрасно знал, где искать добычу. Точным, уверенным движением разрезав середину туловища поверженного монстра, я вытащил из чёрной, пачкающей руки крови ещё одно ядро. Оно выглядело точно так же, как и предыдущее, но его сердцевина была абсолютно чёрной.
Быстро осмотревшись по сторонам и убедившись, что вокруг по-прежнему тихо, я продолжил прерванный сбор. Аккуратно срывая попадающиеся травы, я сразу же отправлял их в пространственное кольцо, методично ведя мысленный подсчёт: «Так… Лист с красными прожилками. Костяной корень…»
Мало. Чертовски мало для создания полноценного, качественного зелья. Но для моей первой пробной попытки — более чем достаточно.
Я двинулся дальше, и уже через несколько минут характер Леса резко изменился. Вековые деревья стали расти заметно реже. Воздух сделался ощутимо тяжелее, давя на лёгкие, а окружающая тишина стала звенящей и густой.
И именно тогда я увидел Её. Огромную, абсолютно чёрную сферу. Энтропийная зона.
Она не просто находилась здесь — она осязаемо поглощала этот мир. Огромная часть Леса впереди просто… отсутствовала. Столетние деревья обрывались на идеально ровной, хирургически точной границе, словно их безжалостно стёрли гигантским ластиком. Земля впереди не продолжалась — она просто заканчивалась глухим провалом. Слабый свет, попадая на эту границу, мгновенно тускнел и безвозвратно исчезал, не отражаясь обратно.
Сама граница казалась абсолютной чернотой. Это был не цвет — это был пугающий провал в пространстве.
Я резко замер, чувствуя, как кожа на руках мгновенно покрывается холодным потом. «Вот, значит, как ты выглядишь на самом деле…»
Внутри сферы не было ни малейшего движения, ни единого звука. Но я отчётливо знал — сделай я хотя бы один неосторожный шаг за эту черту, и моя жизнь мгновенно оборвётся, а тело сломается.
Стараясь держать максимальную дистанцию, я осторожно обошёл зловещую зону по широкой дуге. Я заставлял себя не смотреть прямо в чёрный разлом слишком долго — от этого начинали сильно болеть глаза, а в черепе зарождалось неприятное, давящее ментальное давление, будто чьи-то невидимые пальцы медленно сжимали мои мысли.
И именно тогда, прямо за границей этого искажённого пространства, я внезапно заметил заброшенное поселение. Деревня стояла непозволительно, опасно близко к сфере. Несколько покосившихся жилых домов, обвалившиеся крыши, абсолютно пустые, заросшие улицы. Ни намёка на дым из печей, ни единого голоса, ни малейших следов текущей жизни. Лишь лесной ветер гулял между постройками, но даже его звуки не доносились внутрь Энтропии, словно природа панически боялась приближаться к чёрной сфере.
— Чёрт… — тихо прошептал я. — Слишком близко.
Я продвигался вперёд предельно медленно, тщательно проверяя каждый шаг. На удивление, здесь не было никаких следов недавнего боя. Ни брызг крови, ни растерзанных тел. И именно это пугало сильнее всего.
Подойдя к ближайшему покосившемуся дому, я осторожно толкнул рукой ветхую деревянную дверь.
Скрииип…
Я мгновенно замер, готовый к любому исходу. Тишина. Внутри царило абсолютное запустение. Тяжёлый деревянный стол был грубо перевёрнут, нехитрая домашняя посуда разбита вдребезги, а личные вещи брошены так, словно хозяева покидали это место в дикой, панической спешке. Это не было похоже на плановую эвакуацию или чей-то приказ. Скорее — внезапная, непреодолимая необходимость бежать без оглядки.
Зайдя внутрь, я аккуратно и бесшумно прикрыл за собой дверь. Сердце глухо и размеренно билось где-то в районе горла.
— Ладно… — прошептал я, устало прислонившись спиной к стене. — Здесь можно переждать первую волну усталости. Но оставаться надолго нельзя.
Там, за тонкими стенами этого дома, прямо за редкими деревьями, невидимая граница Энтропийной зоны молчаливо, сантиметр за сантиметром жрала этот мир. Она не спешила — ей это было попросту не нужно.
Я крепко сжал пальцы на холодном ободке пространственного кольца.
— Значит, времени у меня в обрез.
Медленно обойдя захламлённую комнату, я неожиданно заметил на полу небольшой, удивительно аккуратный дневник. Его обложка оказалась мягкой, бархатистой на ощупь и имела приятный цвет тёплой, глубокой сирени. Чуть поодаль, в пыли, лежала перьевая ручка изящного оливкового оттенка.
Когда я поднял её и попытался сделать пробную запись на чистой странице, ручка неожиданно содрогнулась. Она начала стремительно, жадно поглощать мою внутреннюю ману прямо через пальцы. Спустя мгновение кончик пера послушно заскользил по бумаге, оставляя за собой ровные строчки. Ручка писала не чернилами — она выводила буквы моей собственной маной. Насыщенным, ярко-голубым цветом, который точь-в-точь повторял оттенок моих глаз.
С трудом перевернув и водрузив на место тяжёлый стол, я аккуратно положил перед собой сиреневый дневник с оливковой ручкой. А затем, глубоко вдохнув, принялся методично выкладывать из инвентаря всё то, что мне удалось с таким трудом собрать в этом проклятом лесу:
[Теневой мох] [F+] — 2 шт. [Золотая рябина] [D] — 3 шт. [Ядро Смотрящего] [E] — 1 шт.[Ядовитый василёк] [D] — 4 шт. [Полупрозрачный гриб] [E] — 2 шт. [Костяной корень] [C] — 1 шт. [Змеиный корень] [C] — 1 шт.
Я внимательно посмотрел на разложенные ингредиенты, и мои губы тронула холодная, решительная усмешка.
— Ну что… Пришло время создать что-то новое.