— С чего бы мне тебе верить? — В женщине-ассасине инстинктивно зашевелилось недоверие. — Или, может, после того как я уйду, мне придётся стереть эти воспоминания? Иначе и быть не может.
— Нет, вовсе нет, — возразил Куэн. — Я не против, чтобы о моем существовании узнало больше людей. Ведь я здесь, я и есть всё это место, я повсюду. Я люблю заводить друзей и ещё больше люблю делать бизнес.
— Тогда я ухожу прямо сейчас.
— Без проблем. Мой фамильяр проводит тебя до выхода.
Для Куэна куда важнее было выстроить доверительные отношения. Сорвавшаяся сделка-другая ничего не значат – он верил, что в будущем это окупится сторицей.
Стоило ему умолкнуть, как рядом выросла огромная деревянная дверь.
Самая обычная, простого лаконичного стиля, она резко диссонировала с окружающим пейзажем, но при этом веяла чем-то необъяснимо священным.
Это был проход на верхние уровни, хотя из-за иллюзии он казался самым обычным туннелем.
Женщина-ассасин направилась к деревянной двери – она действительно собиралась отсюда уйти.
Мысль заполучить панель тоже никуда не делась, но сперва ей хотелось прощупать характер существа, именующего себя духом леса.
Хоть нравом она и отличалась взбалмошным, дурой не была.
Дверь подалась легко. За ней зияла кромешная тьма, в которой неразличимо было абсолютно всё.
Тут подлетела Лиловокрыл. Сложив крылья, птица впорхнула в дверной проем и сделалась похожа на светильник: она разогнала мрак, высветив уходящие вверх ступени.
Куэн наложил на неё заклинание постоянной иллюзии, из-за чего женщина-ассасин не могла разглядеть окружение и была вынуждена следовать строго за Лиловокрыл.
Стоило ей хоть на шаг отклониться от зоны влияния птицы, как зрение тут же изменило бы ей, превратив в слепую калеку.
Женщина-ассасин не спешила шагать вперед, а обернулась и бросила через плечо:
— Как мне отыскать тебя в следующий раз? Я не собираюсь снова позволять вырубать себя и тащить сюда волоком.
— Мой фамильяр оказался недостаточно гостеприимен. Можешь спуститься на пятый уровень и позвать «Великого Проводника» – тогда мой вестник доставит тебя ко мне.
Куэн припомнил, что среди нескольких повелителей демонов восьмого уровня числился мутировавший призрачный фонарщик – совершенно новый вид демона, зародившийся прямо здесь. Можно было не опасаться, что на него нападут как на чужака, так что в роли «администратора» на входе для встречи клиентов он смотрелся идеально.
Больше женщина-ассасин ничего не сказала и вслед за Лиловокрыл покинула нижний уровень.
Должно быть, из-за тишины и полного отсутствия происшествий дорога до пятого уровня – того самого, где Лиловокрыл в прошлый раз лишила её сознания, – показалась ей совсем короткой.
Окружающая тьма окончательно рассеялась, открывая взору знакомую обстановку: она и впрямь вернулась.
Лиловокрыл взмахнула крыльями, взмыла в воздух, резко развернулась и растворилась в темноте.
— И вот так просто ушла? Я даже не знаю, как тебя зовут! — Замахала руками женщина-ассасин, всем видом показывая, как ей досадно.
…
Племя Крук, алхимическая хижина шамана.
Старый шаман в одной руке держал древний фолиант, а другой с помощью смоченной в зелье палочки вычерчивал на земле ритуальные символы.
— Пусть всё получится с первого раза. Великий Отец Кузниц, даруй мне свою милость, — бормотал он себе под нос.
В поисках подходящей мистической сущности старый шаман перерыл чуть ли не все запасы книг и в конце концов остановил выбор на том, кого звали «Высшим Пожирателем».
Судя по записям, это создание обладало силой, сравнимой с полубожественной, и с удовольствием «сдавало в аренду» собственную мощь. Условием было заложение собственной души в качестве залога и ежемесячная выплата частицы жизненной первоосновы.
Если арендатор погибал, его душа безраздельно отходила Высшему Пожирателю.
Гоблинские воины были готовы пойти на такие условия. Им нужно было лишь пережить нынешние трудные времена, а дальше их ждала ровная дорога.
Ритуальные узоры были почти закончены. Старый шаман принялся выводить символические знаки и вспомогательные линии, не переставая нашептывать заклинание.
Вычерченные на полу линии начали медленно отливать зеленоватым светом, в такт шёпоту шамана.
Он не заметил, как на опорном столде под потолком пристроилась летучая мышь. Она тоже что-то выцарапывала, но не ритуальный узор, а древний, затейливый глиф.
Старый шаман сделал последний штрих, а руна на потолке к тому моменту уже была полностью готова.
Свечение знаков на полу резко усилилось, из них повалил зелёный дым, а вокруг зазвучало едва уловимое, зловещее шуршание.
Словно в ответ на пробуждение ритуала, глиф на столде тоже ярко вспыхнул.
БАХ!
Глуховатый взрыв расколол тишину, зелёный туман в центре ритуального круга взорвался, являя миру безобразную морду с четырьмя глазами и огромной пастью.
Это и был Высший Пожиратель.
Он уже собирался подать голос, как вдруг лицо его исказилось от боли, а клубы зелёного дыма прорезали ярко-оранжевые искры.
Мгновение спустя огромная драконья пасть разинула пасть и целиком сожрала голову Высшего Пожирателя, а вся окружающая стихия зелени вмиг обратилась пламенем.
Старый шаман остолбенел.
За всю свою долгую шаманскую практику он с подобным столкнулся впервые.
Этот драконий лик внушал первобытный ужас – его черты были куда свирепее и величественнее, чем у демонов-драконов из древних легенд.
Разумеется, это был Куэн.
Он бросил мимолетный, почти незаметный взгляд по сторонам и, заметив превратившуюся в летучую мышь Саманту, тут же отвел глаза.
— Ничтожный гоблин, зачем ты призвал меня? — Раздался голос.
— Я… — старому шаману хотелось сказать, что он вызывал вовсе не его, но произнести такое вслух он не смел.
Полагаясь на интуицию верховного шамана, он чувствовал: явившееся создание обладает невероятным происхождением, и любая дерзость мгновенно обойдется ему слишком дорого.
В то же время, где-то в недрах астрального гнезда…
Погруженный в сон Высший Пожиратель резко очнулся и издал яростный рев.
— Кто смел?! Я найду тебя! Это так просто не сойдет с рук!
Сейчас он чувствовал себя примерно так же, как человек, у которого отобрали долгожданный заказ:
«Ребят, вы верите? Еле дождался клиента, а какой-то левый тип без роду и племени взял и перехватил сделку!»
Подобное шло вразрез со всеми правилами, и Высший Пожиратель во что бы то ни стало намерен был разыскать наглеца, чтобы остальные узнали, чем грозит нарушение негласных законов.
Куэн понятия не имел, что смертельно обидел какого-то астрального монстра, а если бы и узнал – и ухом бы не повел.
Все эти астральные чудища – не более чем крысы, которые в дни великой войны между драконами и континентальными расами прятались по углам и подбирали объедки.
Как бы то ни было, старый шаман не смел заставлять себя ждáть. Собравшись с духом, он опустился на колени и почтительно изложил свою просьбу:
— Великий и таинственный Владыка, ничтожный гоблин жаждет силы, чтобы противостоять подлым людям. Гоблин готов отдать в уплату свою душу.
Обращаясь к неведомым сущностям, титул «Владыка» редко бывал ошибочным.
Этот опыт был оплачен кровью бесчисленных поколений шаманов, балансировавших на краю гибели.
— Мне не нужна душа какого-то жалконького гоблина, — холодно бросил Куэн.
Старый шаман судорожнее сжал свой посох, в груди заворочалось жгучее унижение, но лицо его осталось прежним – благоговейным и покорным.
— Зато я люблю войну.
Сделка была заключена, однако старый шаман не спешил расслабляться.
Имея дело с неизвестными силами, никогда не угадаешь, что тебе досталось – дар или проклятие.
Он только хотел о чем-то спросить, как Куэн без лишних слов даровал ему свою силу.
Драконьи глаза ослепительно вспыхнули. Шамана словно сковало невидимыми тисками: его тело оторвало от земли, и дикая, необузданная мощь потоком хлынула внутрь.
Сгорбленный старый гоблин вытаращил глаза.
Его иссохшие мышцы налились силой и упругостью, а серо-зеленая кожа начала стремительно багроветь!
Когда преображение завершилось, старый шаман рухнул на пол, тяжело и прерывно дыша.
Ощутив бурлящую в жилах исполинскую жизненную силу, он замер в изумлении.
А взглянув на собственные окрепшие мускулы и проступившие костяные наросты, изумление сменилось чистейшим, диким восторгoм!