Горная цепь тянулась бесконечно, уходя вершинами в самое небо. Исполинские деревья утопали в густом тумане, который, казалось, жил своей собственной жизнью. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь плотный полог листвы и клубящуюся дымку, сплетали в лесном полумраке золотые и серебряные нити, окутывая этот древний мир ореолом тайны.
У подножия высохшего дерева, в неглубокой норе, сидела бурая крыса. Зверек смотрел на нависающий зеленый свод, и на его острой мордочке застыла совсем не звериная, человеческая тоска.
Размером крыса была с ладонь взрослого мужчины, а длинный, почти такой же длины хвост безжизненно лежал на земле. Шерсть на спине отливала бурым, а брюшко было грязно-белым.
— Эх... — мысленно вздохнул зверек. — Похоже, я действительно стал крысой. И, видимо, навсегда.
Настроение у У Юаня было паршивым. Прошел уже месяц в новом теле, а он все никак не мог привыкнуть.
В прошлой жизни все шло по плану: он с трудом окончил аспирантуру, прошел жесткий отбор на госслужбу, семья помогла с квартирой... Оставалось только жить и радоваться. Но стоило ему во время отпуска купить на рынке какую-то странную бусину, как судьба сделала крутой поворот. Последнее, что он помнил — летящий прямо на него огромный грузовик.
В голове крутилась лишь одна мысль: «Тяжела ты, крысиная доля...»
Когда У Юань очнулся в этом мире, он был еще слепым детенышем. Вы когда-нибудь испытывали ужас от того, что открываете глаза и видите вокруг сотни копошащихся тел? Черная, пищащая масса, давящая со всех сторон, скользкие хвосты, хлещущие по лицу...
У Юань испытал это сполна. В тот момент он закричал от ужаса, но из горла вырвалось лишь тонкое:
— Пи-и-и!!!
Когда паника отступила и пришло осознание, что он теперь грызун, У Юань впал в такое отчаяние, что готов был сам себя загрызть.
Спасла его та самая бусина из прошлой жизни. Оказалось, что это «Жемчужина Кармы» — артефакт, способный показывать причинно-следственные связи и давать подсказки о ближайшем будущем.
Только благодаря этим сведениям он пережил самый опасный период младенчества, когда змеи заползали в нору, пожирая выводок за выводком. И именно благодаря Жемчужине он нашел нынешнее убежище.
Его новый дом располагался в корнях гигантского дерева. Вход был чуть приподнят над землей, скрыт переплетением мощных корней и толстым слоем опавшей листвы. Идеальная маскировка. Если бы не подсказка артефакта, У Юань ни за что бы не нашел это место.
Он сделал этот лаз главным входом, углубил туннель и вырыл три отдельные камеры: для сна, для запасов и отхожее место. А снаружи прокопал несколько ложных ходов, чтобы сбить с толку хищников.
«Даже если ты крыса, жить надо по-человечески», — думал У Юань, обустраивая жилище. — «По крайней мере, теперь у меня отдельная квартира-студия».
Он перевел внутренний взор на Жемчужину Кармы.
«В последнее время она давала очень важные подсказки, не раз спасала мою шкуру. Интересно, когда будет следующая?»
В этот момент Жемчужина мягко завибрировала, и перед мысленным взором всплыло сообщение, светящееся голубым светом.
У Юань встрепенулся. Голубое свечение он видел впервые. До этого попадались лишь обычные белые и редкие зеленые подсказки. Зеленая, например, привела его к этому безопасному жилью. Что же сулит голубая?
Он с любопытством вчитался в текст:
[Голубое откровение: Сегодня, когда луна достигнет зенита, в грязевой топи в семистах метрах к западу созреет Лунная Трава. Поглощение дарует крупицу Демонической Силы.]
Прочитав это, У Юань в шоке почесал когтистой лапкой ухо.
Лунная Трава? Демоническая Сила? Значит, легенды о демонах-оборотнях существуют? Неужели этот мир связан с мистикой и культивацией, как в романах жанра Сянься?
Если я съем эту траву и получу силу, смогу ли я стать демоническим зверем? Продлит ли это мою короткую крысиную жизнь, которая обычно длится не больше двух лет?
Вопросы роились в голове, но главная мысль заставила сердце биться чаще:
«Если я стану демоном, смогу ли я со временем сбросить эту жалкую шкуру и вернуть себе человеческий облик?»
Сегодня ночью он должен найти эту траву! Во что бы то ни стало.
Это был единственный луч света в его мрачном существовании, шанс на долголетие и, возможно, на новую жизнь.
Глядя на восходящее солнце, У Юань заставил себя успокоиться. Спешка сейчас — верная смерть. В голове царил хаос, а для успеха нужен холодный расчет.
Он вернулся в нору, доел припасенные на черный день лакомства и свернулся клубком в спальной камере.
Нужно набраться сил. Предстоит решительный бой.
***
У Юань проснулся ровно в полдень. Солнце стояло высоко в зените.
Идеальное время. Большинство его естественных врагов — змеи, совы, дикие коты — сейчас неактивны.
Семьсот метров... Для человека это три-пять минут бега. Для крысы на пределе сил — тоже около трех минут, но это по ровной беговой дорожке. В диком лесу, полном опасностей, этот путь превращался в смертельную лотерею.
Но У Юань без колебаний сделал ставку. Он лучше сдохнет по дороге, чем продолжит влачить жалкое, бессмысленное существование обычной полевки!
Следуя указаниям Жемчужины, он осторожно пробирался вдоль корней, прячась под сухой листвой и камнями, избегая открытых пространств. Время от времени он вставал на задние лапки, принюхиваясь и прислушиваясь.
Больше всего он боялся змей, маскирующихся под опавшую листву.
И, несмотря на всю осторожность, удача едва не отвернулась от него. Из кустов на него бросился черный полоз толщиной с кулак.
Реакция, отточенная месяцем выживания, спасла ему жизнь. У Юань в последнее мгновение отпрыгнул в сторону, уходя от смертельного броска, и тут же рванул с места. Он петлял между деревьями, перепрыгивал через камни, резко менял траекторию. Змея, не ожидавшая такой прыти от обеда, запуталась в корнях и отстала.
Двигаясь перебежками, к закату У Юань добрался до нужной топи.
Перед ним в грязи рос невзрачный пучок травы, ничем не отличающийся от обычного сорняка. У Юань даже засомневался, но вера в Жемчужину была сильнее. К тому же, невзрачность играла ему на руку — меньше шансов, что траву заметит кто-то еще.
Оглядевшись с вороватым видом, он нырнул в зловонную жижу, тщательно вывалявшись в грязи, чтобы скрыть свой запах. Затем, превозмогая отвращение, вырыл небольшое углубление рядом с заветным растением и затаился.
Оставалось ждать полуночи.
***
Луна поднималась все выше, заливая топь призрачным светом.
И тут началось. Лунная Трава на глазах стала вытягиваться, наливаясь мягким серебристым сиянием. В ночной темноте она горела, как маяк.
У Юань, не мигая, смотрел на нее, чувствуя, как сердце колотится о ребра.
«Проклятье! Слишком ярко!»
Чем ярче становился свет, тем тревожнее становилось вокруг. Из темноты доносились шорохи, треск веток и тяжелое дыхание. Лес проснулся.
У Юань вжался в грязь, мышцы натянулись, как струны. Он был готов к прыжку.
«Если что-то пойдет не так, сожру прямо сейчас, плевать на зрелость!»
Время тянулось мучительно медленно.
К счастью, худшие опасения не оправдались — никто не рискнул выйти на свет первым.
Наконец, Лунная Трава полностью распустилась, и по округе разнесся дурманящий, сладкий аромат.
Сердце У Юаня пропустило удар. Теперь скрываться было бессмысленно.
Он пулей вылетел из своего укрытия, одним движением перекусил стебель у самого корня и, крепко сжав добычу зубами, рванул прочь.
Оставаться на месте было нельзя — загнали бы в угол.
Скрывавшиеся во тьме звери, почуяв аромат, наконец поняли, что происходит. Увидев наглую крысу, уносящую сокровище, лес взорвался яростным ревом и шипением.
Бесшумной тенью с ветки сорвалась сова, пикируя на беглеца. Черный полоз, извиваясь, черной молнией скользил по земле.
У Юань бежал так, как никогда в жизни. На бегу он судорожно работал челюстями, заглатывая стебель Лунной Травы. Ароматный сок обжигал горло.
В несколько глотков он уничтожил растение. Сладкий запах, исходивший от травы, исчез.
Звери, потеряв путеводную нить аромата, начали отставать, сбитые с толку.
Но не все.
Сова все еще висела в небе, ее желтые глаза были прикованы к маленькой бегущей фигурке.
Сердце У Юаня упало.
«Черт! Рожденный бегать летать не может!»
Дыхание сбилось, лапы налились свинцом.
— Больше... не могу... — прохрипел он.