Давно перевалило за полдень. Яркие солнечные лучи пробивались сквозь высокое стрельчатое окно покоев, рисуя на потолке теплицы золотистые блики. Фейд лежал на мягкой перине, недвижно уставившись в дубовый свод.
Юноша медленно положил ладонь на лицо и тяжело прикусил губу, сдерживая рвущуюся наружу досаду. Из его груди вырвался глухой, тихий вздох.
'Я не знаю... хорошо ли я играл роль дворянина... Но... какая роль и какое поведение здесь будет правильным?.. Я последние сотни лет вообще ни с кем толком не общался... Моя манера речи полностью забыта... Я будто пытаюсь натянуть себе на лицо чужой рот...'
Глаза Фейда были воспаленными и слегка красными от колоссального истощения Психеи и тяжелых, непрекращающихся мыслей. Хотя прямо перед сном Помощник тихим шепотом предупреждал его о каких-то странных сдвигах внутри его сущности, юноше было абсолютно не до этого. Его разум занимали совершенно иные загадки.
'Да... Надо бы подумать, какую личность строить рядом с ними... Еще и Элая... Она никогда не снимает перчатки и так тщательно скрывает свои кисти... Ведет себя со мной холодно, будто мы вовсе чужие люди...'
Фейд с трудом приподнялся с кровати и спустил ноги на прохладный ковер. Потерев ладонями лицом и попытавшись стряхнуть липкий туман утренней тревоги, он мысленно призвал Внутренний Интерфейс.
В глубине его сознания мгновенно зазвучал знакомый шепот Помощника:
'Чем могу помочь?'
Фейд мысленно погрузился во внутреннее пространство, всматриваясь в структуру собственного Резонанса.
'Покажи мне новые руны, которые ты хотел показать'.
Помощник повел себя крайне странно. В его обычно холодном, механическом эхе впервые проскользнули нетипичные интонации — голос звучал нервно и сбивчиво, словно Система была глубоко взволнована тем, что ей предстояло открыть.
«Принято».
Перед его взором вспыхнули полупрозрачные белые руны:
Имя: ???
Раса: Ка?????
Ранг: Пользователь Эхо
Ёмкость Эхо: Огромная
Контроль Психеи: максимальный
Резонанс: «Разбитое Зеркало», ???, ???
Техники Эхо: ??? , ???, ???
Осколки 2/3: «Молния в бутылке», «Кровавая Мэри», Пусто.
Разум Фейда замер от шока. В строке, где обозначалась его раса, проявились первенствующие символы — «Ка-», а дальше всё обрывалось.
'Не верю... Значит, я действительно не человек... Но кто тогда? Тот Искаженный в пещере... Он вроде бы произносил то же самое слово, что сейчас пытаются идентифицировать руны... Что-то вроде «Камб-»?’
Голова отозвалась резкой, пульсирующей болью. Чтобы унять гул в висках, юноша решительно перевел взгляд на описания скопированных осколков.
Осколок: «Молния в Бутылке»
Описание: Когда-то в хрупкий сосуд была запечатана ярость грозы, но со временем сам сосуд стал воплощением молнии. Обладатель этого Резонанса способен подчинять и повелевать природной электрической стихией.
Фейд задумчиво прищурился. До сих пор он использовал этот навык лишь поверхностно — ускорял собственное тело в бою, даже не пытаясь высвободить истинный потенциал.
'Так... А что насчет второго?'
Осколок: «Кровавая Мэри»
Описание: Когда-то вампиры занимали вершину пищевой цепи... Но она стала той, с кого началось их падение. Обладатель Резонанса способен манипулировать собственной или видимой кровью, а также конвертировать Психею в алые капли, придавая им любую форму и плотность.
Фейд уже видел, на что способна эта чудовищная сила в руках Элаи, и в его груди вспыхнул азартный огонь от мысли о том, как он применит её в будущем.
'Надо бы уже привести себя в порядок. Есть еще немного времени до аудиенции...'
Спрыгнув с кровати, юноша наспех умылся прохладной водой из мраморной чаши, подровнял отросшие пепельные пряди, сформировав аккуратную длинную прическу, и облачился в изысканный камзол. За спину он легким движением закрепил черный клеймор, а поверх наряда повязал на пояс потертую ткань — свой неизменный талисман, который носил с собой уже почти три сотни лет.
'Думаю, сначала прогуляюсь по городу'.
Фейд вышел из покоев. Коридоры замка встретили его звенящей тишиной. Нигде не было видно ни стражников, ни слуг, поэтому путь к выходу пришлось искать наугад. Миновав пару поворотов и спустившись по парадной лестнице, юноша толкнул резные двери и замер от изумления.
Перед ним открылась невероятная картина.
Восточная Крепость оказалась не мрачной цитаделью, а настоящим гигантским городом на воде. Вместо привычных мощеных улиц между белоснежными каменными зданиями с готическими арками струились широкие, прозрачные каналы. В чистой воде отпечатывались солнечные лучи, а по узким гладям плавно скользили изящные длинные лодки, управляемые лодочниками с длинными шестами. Мостики из светлого мрамора перекидывались через протоки, соединяя кварталы в единый лабиринт.
Фейд непринужденно шагал по узким тротуарам, вдоль которых шумели уютные торговые лавки. Пахло свежей выпечкой, сушеными пряностями и речной прохладой. Проходящие мимо полуэльфы — грациозные жители Востока с утонченными чертами лиц и длинными ушами — заметив юношу, реагировали неожиданно. Они на мгновение замирали, завороженно вглядываясь в его наряд и массивный клеймор, а затем с глубоким, почтительным трепетом прижимали руки к груди и низко кланялись.
'Хах... Как странно...'
Фейд не понимал, почему к нему так относятся. В Южной крепости на него смотрели как на подозрительного чужака и отброса из совсем другого региона, а здесь обычные горожане проявляли такое уважение.
Прогуливаясь всё дальше к центру, юноша наблюдал за местной жизнью. На открытых деревянных террасах над самой водой сидели шумные компании, потягивая прохладные напитки и слушая уличных музыкантов, играющих на музыкальных инструментах. В широких каналах дети полуэльфов весело ныряли с мраморных парапетов, ловко вылавливая из воды светящиеся речные раковины. Чуть дальше ремесленники прямо на улочках вытачивали из речного перламутра и гибкой древесины удивительные украшения и бытовые артефакты.
Атмосфера безмятежного праздника и спокойствия здесь была прекрасной. Но Фейд чувствовал: за этой сияющей, как сказка, фасадом скрывается всё та же настороженность и готовность к войне, удерживаемая лишь рукой лорда Малкора.
Фейд развернулся и решил как можно быстрее добраться обратно к замку: время приближалось к аудиенции с Малкором, а плана все еще нет.
Чтобы не привлекать лишнего внимания на оживленных улицах водного города, юноша одним мощным прыжком взмыл на крышу ближайшего здания. В его жилах вспыхнули синие искры — Резонанс «Молния в бутылке» мгновенно разогнал тело до колоссальной скорости. Стремительной тенью мчась по черепичным крышам, Фейд внезапно поймал себя на мысли: а что, если скомбинировать стихию с недавно запечатленной «Кровавой Мэри»?
'Так... Это работало вроде бы так...'
Вложив больше Психеи в параллельное управление обоими осколками, юноша разогнал собственную кровь до сумасшедшего ритма. Эффект оказался ошеломляющим — скорость возросла в полтора раза, преодолев предел привычного ускорения молнии. Поглощение энергии шло со средней скоростью, но выверенная концентрация позволяла Фейду непрерывно восстанавливать и перераспределять Психею прямо на лету, сохраняя абсолютный контроль над каждым движением.
Всего за пару мгновений канальный пейзаж сменился знакомыми стенами. Фейд бесшумно спрыгнул с крыши прямо у замковых ворот, откуда выходил совсем недавно.
Стоило ему переступить порог и ступить на прохладные плиты холла, как к нему навстречу поспешила одна из служанок. Девушка была молчаливой, но на ее лице играла мягкая, приятная улыбка.
«Господин, что вам требуется?»
Фейд замер на пару секунд с непроницаемым, холодным выражением лица, судорожно выбирая, какую манеру поведения использовать. Ему пришел на ум Джестер.
«Ох, милая леди, прошу простить... Мне нужно встретиться с моими товарищами, но, увы и ах, я совершенно не знаю, где они находятся».
Юноша изящно поклонился, а его легкая улыбка произвела мгновенный эффект.
Служанка от неожиданности слегка покраснела и смущенно опустила взгляд.
«Молодой господин... Ваши товарищи сейчас находятся в столовой, в другом конце замка. Давайте я вас туда проведу».
Фейд снова поклонился, мягко посмеявшись. Они вместе миновали череду пышных галерей и переходов, направляясь прямо к обеденному залу.
Добравшись до места назначения, Фейд с легким поклоном и тихим смешком пожелал служанке хорошего дня. Девушка смущенно поклонилась в ответ и поспешно удалилась.
Войдя в обширную, наполненную мягким светом столовую, юноша быстро нашел взглядом своих компаньонов, помахал им рукой и неторопливо подошел к столику.
'Так, стоп... Сейчас лучше говорить так...'
Фейд сменил выражение лица на мягкую, изысканную улыбку.
«Добрый вечер, Элая, Северус. Как ваши ничего?»
Девушка слегка улыбнулась, отзываясь на его непринужденный тон.
«Я... да вроде хорошо... Только запасы Психеи сильно истощились, поэтому потихоньку восстанавливаю силы».
Северус с довольной ухмылкой перебил ее и извинительно почесал затылок.
«А я так и вовсе прекрасно! Давно так не отдыхал... Как будто королем стал, ей-богу».
Элая бросила на старика возмущенный взгляд, после чего переметнула взор алых глаз на Фейда.
«А ты как? Где был?»
Фейд вздохнул и присел на свободный стул рядом с ней, попутно подзывая рукой официанта.
«Я... да вроде бы нормально. Немного душа побаливает, а так все хорошо».
Элая непонимающе посмотрела на него, слегка пожала плечами и продолжила трапезу. Северус последовал ее примеру, уплетая местное рагу.
Спустя некоторое время они собрались в покоях Северуса.
Фейд сидел на одном из мягких стульев и хмуро смотрел в высокое окно, за которым разворачивался густой багровый закат двух светил.
«Значит, у нас есть около получаса, чтобы обдумать, как вести себя на аудиенции».
Элая, полулежавшая на застланной перине, взъерошив белоснежные волосы и поблескивая в полутьме кроваво-алыми глазами, решила взять инициативу.
«Изначально тебя, Фейд, собирались просто укрыть здесь, и про аудиенцию не было и слова. Так что я предлагаю оставить всё на самотек».
Фейд кивнул и перевел взгляд на Северуса, побуждая старика высказаться. Тот лишь тихо усмехнулся и развел руками.
«Хе-хе... Ну, у меня идей нет, решайте сами. Я всего лишь ваш проводник».
Фейд нахмурился и отмахнулся от него, поняв, что от старика пользы в планировании не будет, и снова повернулся к Элае.
«Ну, я лично не знаю ничего... Мальд сказал нам выйти на Малкора, а тот уже решит, как поступить. Если нас зовут на личную аудиенцию, значит, тихий план больше не работает».
Отвернувшись от компаньонов, Фейд прикрыл глаза. В глухой тишине разума он начал лихорадочно перебирать хаос собственных воспоминаний в поиске хоть какой-то стоящей зацепки: от далёких, почти истёртых веками дней, когда Эрешкигаль терпеливо учила его первой письменности, до недавних мгновений, когда он копировал монструозные движения четырёхрукого Искаженного. Внезапно в его голове вспыхнула дерзкая идея.
«Ладно... Я как-нибудь выкручусь».
Северус, всё это время молча подпиравший стеновой выступ, отпер массивную дверь.
«Пойдемте. Время пришло».
Фейд и Элая синхронно поднялись со своих мест и шагнули вслед за стариком.
Юноша остался в том же парадном камзоле, в котором выходил в город, с привычной ветхой тканью на поясе и клеймором за спиной. Северус сменил боевые доспехи на элегантный темно-стальной сюртук с золотистой вышивкой речных волн — традиционным символом Восточной Крепости. На Элае же было надето великолепное кроваво-красное платье. Его глубокий багровый оттенок безупречно сочетался с цветом ее глаз и выгодно контрастировал с белоснежными волосами, придавая девушке опасную, почти величественную грацию.
Спустя некоторое время коридор вывел их к высокой роскошной арке, украшенной утонченной резьбой. За её поворотом скрывался вход в главный тронный зал.
Путь троице преградили два молчаливых рыцаря в цельных стальных доспехах. Их изящные алебарды со звонким глухим ударом скрестились прямо перед носом у гостей.
Северус невозмутимо сделал шаг вперед.
«У нас аудиенция с лордом Малкором».
Стражники коротко кивнули — о прибытии гостей их предупредили заранее. Тяжелые лезвия алебард бесшумно разделились, и рыцари отступили в тени колонн, пропуская отряд внутрь.
Перед ними распахнулся просторный, залитый ярким солнечным светом зал. Все поверхности здесь — от монументальных колонн до мозаичного пола — были выполнены из благородного камня цвета слоновой кости. В самом конце помещения, на величественном троне из резного мрамора и золота, восседал хозяин этих земель.
Однако сам правитель выглядел предельно небрежно. Он расположился на роскошном сиденье широко и без каких-либо дворянских манер: одна его босая нога упиралась прямо в мягкое подушечное сиденье, а вторая была вальяжно вытянута в сторону. Рука покоилась на поднятом колене, а сам мужчина был облачен лишь в легкий, свободный халат из дорогого шелка, открывавший вид на его крепкое тело.