Глава 120: Подменная невеста (5)
После того как я сообщил Каринэ печальные новости, время шло, и наступила ночь.Я лежал на кровати, глядя в потолок со смешанными чувствами, когда ко мне внезапно пришла Руина.В итоге теперь мы сидим друг напротив друга, разделенные лишь маленьким столиком.
— …
Вязкий воздух тяжелым грузом давит на комнату.Чувство вины и беспомощности, словно пиявки, присосались к моей спине.И всё же у меня нет иного выбора, кроме как подчиниться этой женщине с багровыми волосами.
Руина, не зная или не желая знать о моих чувствах, просто наслаждалась ночным чаепитием в чужой комнате.
Хорок.Руина утолила жажду чаем с глубоким, приятным ароматом.Смакуя вкус, она наконец заговорила:
— Каин, не стоит так убиваться.
— …
— Карин… нет, её ведь теперь зовут Каринэ? Но ведь ты не выгнал её и позволил остаться здесь, в замке Лайонел, до самой свадьбы, верно?
— Я ценю это. Но зачем?
— Конечно, тебе сейчас так горько. Разве мне было бы весело красть чужого мужа? Так что забудь о Каринэ и думай только обо мне и Руине.
Я горько усмехнулся и покачал головой.
Оставить Каринэ было вовсе не проявлением милосердия.Это не было внезапным порывом совести или переосмыслением моих прошлых поступков.У этой женщины нет ни капли милосердия или сострадания.
— Лжешь.
— Что?
— Ты оставила Каринэ, чтобы заставить её страдать. Тебе хотелось насладиться её мучениями, демонстрируя, как мы проводим время вместе.
— …
— У тебя скверный характер. Неужели тебе обязательно нужно унижать Каринэ, чтобы почувствовать себя лучше?
Руина отставила чашку и приподняла уголки губ, словно её это позабавило.
— Ты говоришь, что у меня скверный характер… А ты не забыл? Я – «святая», избранная как лучшая женщина в мире.
— Ха! Если бы ты была лучшей женщиной в мире, то в этом мире правили бы только дьяволы. Тогда твое грязное сердце смотрелось бы хоть немного пристойно среди них.
Руина нахмурилась.Но, судя по игривой улыбке, она не была в плохом настроении.
— …Твои слова ранят. Если бы это сказал кто-то другой, его бы уже давно отправили на суд инквизиции за богохульство.
— Так отправь. Сдай меня, пусть приговорят к смерти – сожгут или повесят. Тогда мое виноватое сердце почувствует себя немного лучше.
— Этому не бывать. Потому что я…
Руина поднялась, опираясь на стул, и уверенно произнесла:
— Потому что я люблю тебя. С того самого момента, как впервые увидела.
— …
Сказав это, она передвинула стул прямо к моему и села. Затем подалась всем телом в мою сторону.
— Каин…
— …
Руина приближалась, а я отодвигался в противоположную сторону.В конце концов, мы неловко замолчали, сохраняя эту дистанцию.
Когда чай в чашке закончился, а ночь стала глубже, Руина внезапно прислонилась к моему плечу.Я инстинктивно попытался отстраниться, но её крепкая хватка за мой рукав не позволила этого сделать.Руина закрыла глаза и произнесла:
— Я мечтаю. Мечтаю о том, что однажды мы будем по-настоящему едины.
— Ты о свадьбе? Она скоро состоится. Раз уж нас вынуждают это сделать.
Руина покачала головой, не отрываясь от моего плеча.От её волос, тершихся о меня, исходил сильный аромат.
— Нет. Я не считаю свадебную церемонию настоящим браком. В мире полно пар, которые женятся, не любя друг друга.
— …Мы станем одной из таких пар.
— Хи-хи, неужели правда?
Руина пробормотала это, будто пророчество:
— Когда мы сбросим оковы титула святой и преграды дома Лайонел, когда встретимся просто как чистая женщина и чистый мужчина – только тогда можно будет сказать, что мы по-настоящему связаны.
— …?
Я не совсем понимаю.Мы больше не святая и не Лайонел? Только тогда мы сможем быть вместе?Звучит как предсказание, смысл которого ускользает от меня.
Заметив мое недоумение, Руина обернулась с горьким выражением лица.Она заговорила, не глядя на меня:
— Если бы ты встретил меня снова, уже после того, как я стала святой, ты бы относился ко мне так же, как сейчас?
— Что…?
— Да так, просто мысли вслух.
Руина равнодушно пожала плечами и направилась к двери.
— Я сонная. Пойду.
Она открыла дверь, готовая выйти, но вдруг остановилась.Она обернулась и посмотрела на меня.Почему-то её красные зрачки тревожно дрожали.
— Помнишь обещание, которое ты дал год назад, когда тебя уводили как преступника?
— Если о том обещании…
То, что сказала мне тогда Руина:
— Ты возьмешь на себя ответственность за то, что любезничал с этой надоедливой женщиной?
И.
— Что бы я ни сделала в будущем, ты не будешь жаловаться, правда?
Слова, мимо которых я тогда прошел, не задумываясь.Теперь, оглядываясь назад, кажется, что она говорила с учетом нынешней ситуации.Надоедливая женщина, которая без спроса носит ребенка от чужого мужчины и без спроса занимает место невесты.Видимо, впереди еще много таких «надоедливостей».
Я спокойно ответил:
— Я не виню Руину. Я виню только себя за свои безрассудные поступки в прошлом.
— Значит… это так.
Руина внезапно опустила голову.Казалось, она сдерживает слезы или пытается скрыть смущение.Как бы то ни было, её лицо оставалось скрыто от меня.
— Пожалуйста, всегда будь на моей стороне. Даже если весь мир будет указывать на меня пальцем, будь на моей стороне хотя бы ты. Ты сможешь?
Руина уже утратила свою святость в глазах верующих Церкви Небесного Духа.Святая, которая должна быть чиста, оказалась беременной.Она пошла на это только ради связи со мной. Этого не хотел я, но я несу за это ответственность.
— …Понимаю. Пусть это вынужденный брак, но теперь мы супруги. И единственный, кто должен быть на стороне жены – это её муж.
— Спасибо, Каин.
С этими словами Руина открыла дверь.Напоследок она тихо добавила:
— С самой нашей юности, когда мы впервые встретились, ты был единственным, кто всегда был на моей стороне.
И дверь плотно закрылась.
* * *
Рассвет, когда все спят.Но одна женщина никак не могла уснуть.Естественно, это была Каринэ, в одночасье потерявшая мужа и крышу над головой.
— …Этому не может быть конца.
Каринэ была решительна.Если она и извлекла что-то из потери Каина на целый год, так это решимость никогда не сдаваться.Теперь у неё были воля и силы, чтобы найти выход из любой, самой отчаянной ситуации.
…
Если сказать мягко – это воля и сила, но по сути – история об одержимости и тяжелой любви.Теперь, нравится ей это или нет, Каринэ была привязана к жизни Каина и не могла его покинуть.Ведь злодейка, обезумевшая от любви, живет, глядя лишь на того, кого любит.
Каринэ вспомнила озорное лицо святой и ощутила жажду крови.
— Это всё из-за святой. Если бы только святой не существовало…!
Однако убить Руину невозможно.Она так боится за свое тело, что к ней не подобраться, кроме как во время встреч с Каином.Даже в этот предрассветный час, когда все спят, рыцари во все глаза охраняют святую.
— Даже самая могущественная и прекрасная страна не может противостоять множеству хорошо вооруженных рыцарей. Если так…
Выход есть.Первопричина всего случившегося.И ребенок, ставший для Каринэ предвестником краха.
Руин Лайонел.
Почему-то Руина не выказывала особой заботы о Руине.Это означало, что охрана младенца была слабой.
— Если бы этого ребенка не стало. Если бы Руин исчез, мы могли бы вернуть Каина. Каин ведь наверняка вынужден следовать прихотям святой только из-за младенца.
Каринэ схватила кинжал и выскользнула через окно.Она уже вычислила, в какой комнате находится Руин.С грацией убийцы она осторожно взобралась по стене.
— Подумай.
Через окно она увидела Руина, спящего в колыбели.Каринэ аккуратно приоткрыла створку, чтобы не разбудить младенца.
— Осторожно, осторожно…
Она пробралась в комнату и медленно подошла.Скоро перед ней предстал младенец, мирно спящий с ангельским выражением лица.
— …Милый.
Был бы её ребенок таким же милым, как Руин?Она немного засомневалась при мысли об убийстве новорожденного, но быстро взяла себя в руки.
— Во всем виноват этот малец. Если бы его здесь не было, я снова могла бы стать его женой…!
Каринэ ловким движением выхватила кинжал.
— Если хочешь умереть и явиться призраком – приходи в кошмарах к своей матери, пусть она тебя возненавидит.
И она со всей силы вонзила кинжал в нежную шейку.
— Это всё твоя мать виновата, что увела Каина!
— Нельзя оставлять всё так, дитя.
Удар, который должен был легко оборвать жизнь, был перехвачен рукой того, кто появился из темноты.
— Что…!
— Что бы ни случилось, я не могу просто смотреть, как погибает моя внучка.
Тем, кто возник из тени, была не кто иная, как Гелия Лайонел.Похоже, Гелия сама присматривала за ребенком, даже несмотря на то что стражи вокруг было подозрительно мало.Каринэ прицокнула языком, увидев её.
— Тц. Уйди с дороги. Этот ребенок – проклятое отродье, которое принесет гибель Каину.
— Это невозможно. Ты разве не понимаешь? Убийство этого ребенка ничего не решит.
— …
Каринэ и сама это знала.Если она убьет младенца, в жилах которого течет кровь Лайонелов, она больше не сможет находиться на их территории.Но она была обязана это сделать. Это был единственный выход, который пришел ей в голову.Убить Руина, надеяться на удачу и не попасться. Только так.
— Тогда что ты предлагаешь мне делать…
Голос Каринэ начал дрожать.
— Я больше не могу жить без Каина. Я не могу вот так его потерять!
Гелия спокойно утешала Каринэ, выплескивавшую свою ярость:
— …Понимаю. Я знаю, что ты чувствуешь. Год назад я ощущала то же самое.
— Если ты так хорошо всё понимаешь, уйди с дороги! Я должна убить этого ребенка.
— Не горячись, просто выслушай меня.
Гелия произнесла это теплым, но в то же время загадочным голосом:
— У меня есть одна очень хорошая идея.
Это было похоже на отголосок прошлого, когда она сама шла на всё, чтобы вернуть сына.
— …Что за идея?
Каринэ решила прислушаться, ощущая странное давление, исходившее от этих слов.