В тот момент, когда контроль над телом вернулся ко мне, словно невидимая волна боли накрыла меня с головой. Я застыл, не в силах даже вдохнуть. Казалось, что каждая мышца, каждое сухожилие было натянуто до предела, готово разорваться.
«Я не выдержу...» — мелькнула мысль, но я тут же отогнал её, стиснув зубы так, что на миг показалось, они треснут. Сдаться сейчас? После всего, через что мы прошли? Нет, это не вариант. Но боль... она была абсолютно невыносимой, пробирающей до костей, до самой сути. Острая, как лезвие ножа, тупая и давящая, как молот, и пульсирующая волнами, словно ритм сердца, который теряет контроль. Кажется, все виды боли, какие только можно представить, соединились в одном невыразимом вихре.
Мир перед глазами плыл, словно я погружался в темный омут. Все вокруг начало расплываться, исчезать. Я чувствовал, как сознание ускользает, как мрак накатывает волна за волной. Боль стирает реальность, погружая меня в темную бездну.
Я не знаю, сколько времени прошло прежде, чем я вновь пришел в себя. Всякое чувство времени потерялось, словно его больше не существовало. Тело всё ещё ныло, протестуя против каждого движения. Но на этот раз я мог выдержать это. Странное спокойствие окутало меня, как будто мой мозг научился игнорировать боль, выключил её, оставив меня наедине с самой реальностью. Правая рука почти не слушалась — она была словно чужая, но двигалась. Хоть и с трудом, но она откликалась на мои команды.
Всё, что сейчас важно — это двигаться. Боль не может меня остановить. Она уже пыталась, и она проиграла.
– Мистер Ллойд, – позвал я его. Фигура тут же возникла передо мной, словно только и ждала, когда я заговорю.
– Натан, ты в порядке? – в его голосе слышалась явная тревога, и я успокаивающе кивнул, хоть по телу всё ещё бежала дрожь.
– Где мы? – спросил я, стараясь сфокусироваться.
– В кладовке, – ответил он с лёгким вздохом облегчения. – Это одно из самых отдалённых и тихих мест, что мне удалось найти. Здесь нас вряд ли кто-нибудь побеспокоит.
– Понял. Расскажи, что происходило, когда ты взял контроль над телом, – я потянулся к стене в попытке найти выключатель, но его не оказалось.
Ллойд начал говорить, и каждое его слово складывалось в картину, наполненную напряжением. Он объяснил, как пробирался мимо решёток, как ускользал из поля зрения камер, как нашёл мои вещи. Его голос был твёрдым, но я чувствовал, насколько непросто ему пришлось. Он даже обезвредил одного из культистов – тот теперь лежит без сознания в одном из шкафов. Если его найдут… нет, скорее всего, уже нашли. Они начнут прочёсывать каждый уголок в поисках нас, а это значит, времени у нас совсем мало.
Я открыл сумку с вещами, стараясь понять, что может пригодиться. Ничего особо полезного – всего лишь защитные талисманы, которые могут замаскировать меня на время. Пара флаконов "Слез Фаэри", да и из оружия только клинок… Тот самый, который когда-то принадлежал моей матери. Глубоко вздохнув, я взял его в руки, сжав пальцы вокруг рукояти. В голове вертелась мысль: «Если бы только я мог пробудить его силу…».
Сосредоточился, пытаясь почувствовать хоть намёк на магию, но клинок оставался мёртво-немым. Чёрт… сейчас как никогда нужна его сила. Без неё мы в ещё большем невыгодном положении. Но, по крайней мере, он остаётся острым. Этого должно хватить, чтобы справиться с демонами, если они на нас выйдут.
–Мистер Ллойд, мы должны найти остальных и выбираться отсюда, – произнёс я, глядя в темноту комнаты.
С этими мыслями я поднял клинок, осознавая, что теперь каждый шаг может стать нашим последним.
***
Демон в чёрном костюме с мрачной ухмылкой стоял в густой тени, его глаза горели алым пламенем, пронзительно светясь в полумраке комнаты. Его взгляд, полный жадности и злобы, был устремлён куда-то вдаль, туда, где скрывалась та самая сила, что так манила его, будто обещала исполнить его тёмные желания.
"Чёртов ангел…" — прошептал он, сжимая кулаки так, что острые когти впивались в ладони, оставляя на коже глубокие рваные раны. — "Рано или поздно, я всё равно получу твою силу. Она принадлежит мне по праву. С ней я больше не склонюсь перед другими. Для моего господина я стану ещё ценнее. Непобедимым".
Внезапно в кабинет, весь освещенный зловещим красным светом, нерешительно вошёл один из членов культа. Для демона это был всего лишь жалкий смертный, как и все остальные — пешка в его игре, тень без собственной воли.
– Господин Райль… – прошептал человек, склонившись низко, с явным страхом в голосе. Он старался говорить как можно тише, чтобы не вызвать гнев демона, но всё же дрожь не могла скрыть напряжения.
– Чего тебе? – резко спросил Райль, его голос был резким и холодным, будто лезвие клинка. Демон не терпел прерываний, и каждая секунда промедления вызывала у него раздражение.
– Некоторое время назад… на камерах, мы заметили… таинственную тень. – Человек осёкся, боясь продолжать. Он чувствовал, как зловещая аура демона сдавливает его горло. — Тень, она будто не попадалась на камеры, но оставила следы. Когда мы проверяли записи, заметили, что один из наших людей вошёл в хранилище вещей, принадлежащих узникам. Он вошёл… но так и не вышел…
– И? – прорычал Райль, явно теряя терпение. — Что-то ещё?
Человек сглотнул, руки его дрожали, но он продолжил.
– Мы… отправили туда ещё одного, чтобы проверить, что там происходит. Он обыскал всё помещение и нашёл первого… связанного в шкафу. – Человек замолчал, словно собираясь с силами, и всё же добавил: — Вероятно, кто-то проник в наше укрытие.
Райль хищно улыбнулся.
– Или кто-то сумел выбраться из заключения.
– Н-невозможно! – с отчаянием выкрикнул человек, но тут же убавил тон под яростным взглядом демона. — Это невозможно, господин Райль. Никто из заключённых никогда не сбегал отсюда.
– И ты говоришь мне это после того, как тот охотник едва не сбежал? Если бы я сам не вмешался и не остановил его, ты бы сейчас и этого не знал! – Райль холодно смотрел на культиста, его лицо было искажено презрением.
Слова демона больно ударили человека — он понял свою ошибку, как и бесполезность своих уверений. Райль не забыл. Тот самый охотник… Райан, с момента заключения отчаянно пытался выбраться, но демон всегда был на шаг впереди, контролируя его каждый вздох, каждый шаг. У Райля были свои планы на него.
Человек понимал, что слова его не имеют значения. Недавно и отец Стеллы пытался сбежать, но был пойман одним из их приспешников — демоном с оленьим черепом вместо лица. Израненный и истощённый Энтони не смог ему противостоять и был захвачен снова. Культисты так и не доложили об этом Райлю — если бы он знал, всем бы грозило жестокое наказание.
Демон сделал шаг к человеку, его глаза пылали ярче прежнего.
– Следи за всем, — холодно прошептал Райль, каждое слово его звучало, как приговор. — Узнай, кто позволил себе вторгнуться в мои планы. Иначе твоя судьба будет печальнее, чем их.
– К-к-как прикажете… – пробормотал человек, и, не смея поднять глаз, направился к выходу, намереваясь как можно быстрее покинуть комнату. Однако, когда он уже собирался выйти за порог, позади него раздался низкий, холодный голос демона:
– Подожди. – Райль небрежно махнул рукой. – Проверь камеры, особенно в отсеке с охотниками. И зайди в камеру сына охотника. Убедись, что он не затеял чего-то… лишнего.
Человек, дрожа, кивнул, избегая взгляда демона. — Как скажете, господин Райль, — и тут же исчез, не смея медлить, его шаги затихли в коридоре, едва он закрыл дверь за собой.
Райль, оставшись в тишине, медленно опустился в кожаное кресло, наклонился вперёд и сцепил пальцы, уставившись в пустоту. Внутри него бушевала тёмная жажда — он раз за разом прокручивал в уме, как бы пробить барьер ангела и, наконец, обрести желанную силу. Она, словно мерцающий огонь, была так близка и одновременно недосягаема. Её свет манил, пьяня, словно обещание, которое он не мог забыть.
"Как мне сломать это проклятое защитное поле?" — думал он, сжав кулаки. Он знал, что такая сила, подпитанная божественным светом, позволит ему вырваться из-под тени своего господина и самому стать источником власти и страха. С этой силой он мог бы подчинить даже самых сильных демонов… и людей тоже.
Тишина поглощала его, и лишь тихий треск свечей освещал каменную комнату. Райль погружался всё глубже в свои мысли, видя перед собой образ ослепительного света и того, как он разрывает его, завладеть этой силой ангела.