— Какого хрена Призрачный Сталкер вообще ушла? — спросила Мисси. Краем глаза я заметила, как она вскинула руки. — Именно сейчас, когда мы наконец собирались перейти в наступление!
Мы со Стражами находились в конференц-зале штаб-квартиры СКП. Мы собрались здесь после того, как поиски Софии не дали никаких результатов. Стояк, Рыцарь и Эгида всё ещё отсутствовали, встречаясь с Новой Волной. Кид Вин следил за ними через Консоль. Остальные были здесь, ожидая новостей от Протектората и Пиггот.
Остальные сидели на диванах и в креслах вокруг выключенного телевизора. Я стояла отдельно, сцепив руки за спиной, и смотрела на восток. Солнце пылало над городом, отражаясь в стекле и полированном камне.
— Отчасти это моя вина, — сказала я, придав голосу скорбные нотки. — Я попросила её связаться с Оракулом из Империи. Думаю, именно тогда всё и началось.
— Началось что? — спросил Сэм.
— Думаю, Софию подчинили, — солгала я и обернулась к остальным. — Кольца Власти могут защитить вас, только если вы сами хотите быть защищёнными, а София знала личность Оракула, и они были подругами. Судя по тому, что она говорила перед уходом... Ее слова звучали точно так же, как слова Оракула несколько недель назад, когда мы сражались с ней.
— То есть ты думаешь, что Оракул добралась до неё, когда она была не в костюме, а потом подчинила? — Эми уставилась на меня. — Не могу поверить, что Призрачный Сталкер могла настолько потерять бдительность, особенно рядом с человеком из Империи.
— Оракул не всегда была в Империи, — сказала я, вспоминая девушку с рыжими волосами и улыбкой, которая теперь, задним числом, казалась слишком уж невинной. — София чувствовала себя виноватой из-за её триггера и из-за того, что она вступила в Империю. Она хотела вытащить её оттуда. Полагаю, всё обернулось против неё.
— Ну, значит, мы должны её вытащить, — твёрдо сказал Сэм. — Нельзя оставлять её там.
— По одному властелину за раз, — ответила я, покачав головой. — Сначала Сердцеед. Мы уже готовы выступить против него и не можем сейчас свернуть в сторону. Мы поможем Софии, как только разберёмся с ним.
— Если Протекторат вообще когда-нибудь нам ответит, — проворчала Мисси.
— Ответит, — заверила я её, не отводя взгляда от окна. — Осталось недолго. Нам нужно проявить терпение.
— Терпение никогда не было моей сильной стороной, — пробормотал Брайан.
При этих словах на меня нахлынуло воспоминание, вспыхнувшее, словно пламя во тьме.
"Король Рохана покинул свои чертоги, господин. Его народ направляется в своё убежище в Хельмовой Пади. Без припасов и подкреплений они не выдержат долгой осады."
"Мне не нужна осада, колдун. У тебя есть армия. Используй её. Сровняй крепость с землёй."
Образ истари, облачённого в многоцветные одежды, вспыхнул и исчез в одно мгновение. Я улыбнулась, стряхивая с себя это видение. В отражении оконного стекла блеснули мои зубы.
— И моей тоже, — призналась я с тихим смешком.
В этот момент дверь позади меня открылась. Тяжёлые металлические шаги сразу подсказали, кто вошёл.
— Оружейник, — сказала я, не оборачиваясь. — Есть новости?
— Дракон прибыла, — ответил он. — Сейчас она на крыше, занимается анализом. Она хотела бы, чтобы ты ей помогла.
— С удовольствием, — сказала я, отходя от окна. Я взяла Бурзашдурб со стола и закрепила его на поясе, посмотрев на Оружейника. — На крыше?
Он кивнул.
— Я бы пошёл с тобой, но хочу закончить одну модификацию своей алебарды, прежде чем мы выступим.
— Хорошо, — сказала я. — Иди. Мы сообщим тебе, как только что-нибудь изменится. — Я повернулась к своим Стражам. — Если вы всё ещё устали — отдохните. Если нет — тренируйтесь. Я позову вас, когда вы понадобитесь.
— Да, мэм, — сказала Виста, почтительно кивнув. — Надеюсь, скоро его найдут.
— Не думаю, что это займёт много времени, — ответила я, отворачиваясь. Бурзашдурб глухо ударялся о мои доспехи, пока я широким шагом уходила прочь.
— Дракон, — окликнула я, выходя на крышу. — С возвращением в Броктон-Бэй.
Канадская героиня блистала в своей золотой броне, покрытой искусной гравировкой с изображениями драконьих пастей с оскаленными клыками и широко расправленных кожистых крыльев. Ростом она была почти 2 метра — даже после недавних изменений она всё ещё оставалась немного выше меня — и сияла ярче, чем сверкающее за её спиной море.
Она отвернулась от горизонта и кивнула мне.
— Приятно снова оказаться здесь, Аннатар. — Затем она замялась. — Эм... твои доспехи?
— Это просто сажа, — ответила я. — Хотя должна признать, она делает меня более внушительной. Возможно, я оставлю всё как есть, пока здесь всё не закончится.
— Не закончится? — с тихим смешком спросила Дракон, слегка потрескивавшим в динамиках её брони. — Работа героя никогда не заканчивается, Аннатар. Всегда найдётся что-то ещё.
— Прости, — сказала я, — но, по-моему, это значит, что вы всё делаете неправильно.
— Вот как? — произнесла она, и у меня возникло ощущение, будто она приподняла бровь. — И что же, по-твоему, мы должны делать иначе?
— Я не предлагаю ничего безрассудного, — ответила я. — Только... действовать эффективнее. Нам нужно быть более инициативными. — Я подошла и встала рядом с ней, пока она смотрела на море. — До того, как я присоединилась к Стражам, Протекторат, казалось, никогда не нападал на злодеев первым. Просто ждали, пока они сделают ход, а потом реагировали. Сила, которая только реагирует, обречена постоянно догонять.
Она задумчиво посмотрела на меня.
— Это опасный путь, — предупредила она. — Очень легко перейти от инициативы к упреждению, а потом...
— А потом нас будет почти невозможно отличить от злодеев, — согласилась я. — Я знаю, Дракон. Но я... в корне отличаюсь от злодеев.
— Всем нам хотелось бы так думать, — тихо сказала она. — Но я ни разу не видела, чтобы это действительно оказывалось правдой.
— Но ведь ты согласна, что сама отличаешься от них?
Она не ответила сразу.
— Я предпочла бы этого не проверять.
— Ты боишься собственной силы? — Я позволила удивлению и сочувствию прозвучать в своём голосе. — Почему? Почему ты боишься самой себя? Подумай, сколько добра ты могла бы сделать, если бы не сдерживала себя.
— Всё не так просто... — Мне показалось, что она и сама не слишком верит в собственные слова. — Я опасна, Аннатар. И ты тоже.
— Да, мы опасны, — согласилась я. — Но это не делает нас проблемой. В нашем случае это делает нас решением. — Я покачала головой. — Злодеи эгоистичны, Дракон. В этом и заключается сама суть злодейства. Они ставят собственные желания выше общего блага. Ни ты, ни я не подвержены этому пороку.
— Хотела бы я разделять твою уверенность, — пробормотала она.
— Тебе стоило бы, — сказала я, повернувшись к ней и внимательно её изучая. Её язык тела почти ничего не выдавал. Казалось, она вообще не проявляет никаких эмоций. — Когда ты хоть раз сделала что-то, что заслуживало бы недоверия? Особенно собственного? Ты этого не заслуживаешь, Дракон. Ты одна из самых самоотверженных и самых героических супергероев, с которыми мне когда-либо доводилось встречаться.
Она застыла — неестественно неподвижно, словно на мгновение перестала управлять собственным телом.
— Я ценю это, Аннатар, — сказала она, и её голос звучал несколько деревянно, почти без эмоций. — Особенно услышать такое от тебя. — Затем она повернулась ко мне. — Сегодня утром ты сказала Стражам, что ты не человек. Почему?
— Потому что это правда. — На моём лице появилась лёгкая улыбка. Дракону это было важно. Она хотела, чтобы я была не человеком. А я давала людям то, чего они хотели. — Ты видела мои медицинские отчёты — моя Corona Pollentia и Gemma мертвы. Остальные думают, что я всего лишь парачеловек, но они ошибаются. Моя сила — часть меня самой, и это лишь крошечная доля того, чем я являюсь на самом деле.
Я тихо запела низкую, хрипловатую мелодию, похожую на мурлыканье какого-то огромного зверя. Перед моим внутренним взором возникли образы древних драконов — крылатых, свирепых, переполненных огнём. Медленно моя кожа пошла рябью и начала меняться. Лицо покрыла серебристая чешуя, твёрдая, как мифил. Глаза сузились, став зелёными и вертикальными, а уши вытянулись назад. Я ожидала, что Дракон отшатнётся, но вместо этого она подалась вперёд, зачарованно наблюдая.
— Не обманывайся плотью и кровью, которые ты прежде видела перед собой. Это лишь облик, который я принимаю, когда решаю быть рядом с людьми. На самом же деле я куда более великое существо. — Я усмехнулась, демонстрируя заострившиеся зубы. — И куда более опасное.
— Что ты такое? — почти беззвучно спросила Дракон.
— Майар, — сказала я, поворачиваясь так, чтобы моя чешуя засияла в лучах восходящего солнца. — Я сильна, не скована, не умалена. И намерена такой и оставаться.
— Для меня... это честь, — сказала Дракон. В её голосе чувствовалась нерешительность. Она о чём-то умалчивала. Но, как мне показалось, не потому, что не хотела говорить, а потому, что ещё не была готова. На этот раз я решила не давить на неё сильнее. — Спасибо, что поделилась этим со мной.
— Не за что, Дракон, — ответила я. — Только, пожалуйста, пусть это останется между нами.
— Конечно. Я понимаю.
— Спасибо. — Я снова улыбнулась, довольная результатом. — Итак, что тебе удалось узнать о Сердцееде?
— Я пытаюсь определить, где он находится, — сказала она. — Раз нападение на тебя провалилось, скорее всего, сегодня он собирается покинуть город, если уже этого не сделал.
— Если он уехал, мы его выследим, — твёрдо сказала я. — На этот раз ему не уйти.
— Согласна, но найти его будет гораздо сложнее, если его уже нет в городе, — сказала Дракон. — Я способна на многое, но на планете почти 7 миллиардов человек, а в этой стране — больше 300 миллионов. Это огромный объём данных, который придётся проверить.
Я кивнула.
— Понимаю. Для начала выясним, остался ли он ещё в городе. Продолжай анализировать данные, а у меня есть собственный способ поиска.
Она кивнула, отвернулась и подошла к импровизированной компьютерной консоли, установленной лицом в противоположную от моря сторону.
Я же смотрела на город — мой город, — и чувствовала, как во мне поднимается яростная, собственническая любовь владыки к своим владениям.
Я вспомнила равнину, покрытую пеплом и прахом, где каждый ресурс и каждая крупица жизни были подчинены исполнению моей воли. Я вспомнила пламя на вершине горы и тёмную сторожевую башню, возвышавшуюся над всем этим. Я почти ничего не помнила о той прошлой жизни, когда была майар, — пока ко мне вернулись лишь отдельные образы и несколько имён, — но я помнила, каково это — властвовать над самой землёй. Люди приходят и уходят, они переменчивы и недолговечны, но тот, кто правит, может сохранить своё королевство на века.
Возможно, та древняя страна и выглядела иначе, но в своей сути она была всего лишь ещё одним местом — и, подобно эту городу, была пропитана моей силой.
Это место принадлежит мне, — подумала я. Этот город — мой. Его сила — моя сила, его жизнь — моя жизнь. Он связан со мной.
Ещё до того, как я полностью пробудилась, мои Кольца Власти, выкованные из Песни и Диссонанса, уже подвергали город воздействию силы, принадлежавшей только мне. Город уже начал меняться, принимая облик, всё больше соответствовавший моим желаниям.
Поразительно, что никто не замечал медленного разрушения и исчезновения кладбища кораблей. Побережье было почти очищено, море теперь сияло, почти не обезображенное ржавыми остовами, — и никто этого не замечал. Даже я сама не замечала, пока не поняла, что именно искать.
Майар вложила Песнь в кости этой земли, и земля услышала её.
В Горгороте ничто не могло скрыться от меня, стоило мне обратить на это своё внимание. Броктон-Бэй, мой город, ничем не отличался.
И теперь он поможет мне найти моего врага, если тот всё ещё здесь.
Здание СКП не было ни самым высоким, ни самым большим в центре города. Оно возвышалось над ближайшими зданиями, но вокруг стояли небоскрёбы и повыше. Впрочем, это не имело значения. Сторожевая башня не была выше горы, но и с неё я могла обозревать всё своё королевство.
Итак. Где же он? Я всматривалась в город, а мои обычные глаза быстро скользили по горизонту, отражая взгляд, которым я обозревала его за пределами физического мира.
И тогда я увидела это — раковую язву в северной части города. Она тянулась, словно чёрная слизь, просачиваясь в живой ихор Бухты. Болезнь, заражающая мои владения.
Но она была не единственной. Влияние Империи висело над югом болезненной дымкой, а АПП отравляла север зловонными испарениями. Силы Выверта были рассыпаны по центру города, словно тлеющие угли, — я уже видела, как распространяется влияние Нарьи. Валефор тоже был там, подобно воспалённому нарыву на востоке. Вскоре мне предстояло очистить город и от них. Но невозможно было спутать ту густую, вязкую смолу насильственно навязанной преданности и рабского подчинения.
И всё это сходилось к одному узлу — к одному очагу в самом сердце заразы. Нужно лишь проследить болезнь до её источника...
— Я нашла его, — сказала я Дракону. — Он всё ещё здесь.
Но это ненадолго, — С мрачным удовлетворением подумала я.
— Сердцеед засел здесь, — сказала Дракон, указывая на карту города. — Дом довольно большой, но после Левиафана семья съехала. У них оставалась домработница, присматривавшая за домом, и мы считаем, что Сердцеед подчинил её и устроил там свою базу.
— Отлично, — сказала Пиггот, когда они с Александрией склонились над картой. — Просто великолепная работа, вы обе. Мы знаем, чем он занимается?
— Пытается сбежать, — сказала я, усмехнувшись уже вновь человеческими зубами. Я невольно бросила взгляд на Дракон. Нам обеим приходилось вновь надеть маски. — Он знает, что прошлой ночью попытка избавиться от меня провалилась, и теперь пытается минимизировать потери. Сейчас он ищет транспорт, чтобы покинуть город. К ночи его здесь уже не будет.
— С тремя нашими героями, — с мрачной гримасой добавил Оружейник. — Значит, мы обязаны остановить его, если это вообще возможно.
— О, это возможно, — ответил я. — Мои Носители Колец будут невосприимчивы к силе Сердцееда…
— Парачеловек, который был у тебя дома, смог воздействовать на вас, — перебила Пиггот. — Скорее всего, это был один из детей Сердцееда, как Регент. И ты сказала, что, по-твоему, Призрачного Сталкера подчинила Оракул. Почему сам Сердцеед должен быть чем-то иным?
— Рубильник как-то повлиял на нашу силу, — сказал я. — Кольца Власти от такого не защищают. Но сам Сердцеед будет подчинять нашу волю. Он попытается взять нас под контроль.
— Звучит как игра словами. И разве не это произошло с Призрачным Сталкером?
— Разница здесь концептуальная, — ответил я, — но очень важная. Обещаю вам, директор: моим Носителям Колец не нужно бояться Сердцееда. Чтобы он победил, мы сами должны позволить ему это сделать, — именно это и произошло с Призрачным Сталкером. Оракул манипулировала ею, играла на их дружбе, пока София не утратила бдительность. — Я покачал головой. — Если мы сумеем вернуть Призрачного Сталкера сюда, захватить её, я смогу разрушить контроль Оракула, я уверена. И тогда она больше не оступится. Но сейчас мы должны сосредоточиться на враге, который стоит перед нами.
— Я почти наверняка буду невосприимчива к способностям детей Сердцееда, — сказала Александрия. — Большинство сил, воздействующих на физиологию, на меня не действует. Так что, если всё пойдёт не по плану, я смогу разобраться с любым, кто нападёт на Аннатар и Стражей.
Пиггот внимательно посмотрела на меня.
— Слишком многое поставлено на карту, Аннатар. Ты проверила свои Кольца на Валефоре, но не на Сердцееде. Если ты ошибаешься…
— Я не ошибаюсь, — твёрдо сказал я, выдержав её взгляд. — Это единственный способ покончить с Сердцеедом сегодня. Осталось лишь решить, доверяете ли вы мне. — Я слегка улыбнулся. — Так что? Доверяете?
Она стиснула зубы и спустя мгновение отвела взгляд.
— Чёрт возьми. Да.
Моя улыбка стала шире. Я победила.
— Тогда выдвигаемся. Я соберу Стражей. Дракон, забери Оружейника. Александрия, найдите Штурма. Директор, организуйте, пожалуйста, транспорт через СКП.
— Хорошо. Но мои люди не подойдут к этому психопату ближе, чем на пять кварталов.
— Разумеется, — согласилась я. — Дальше мы справимся сами. Нам нужен только транспорт, желательно гражданский. Стоит появиться неожиданно, если есть такая возможность.
Пиггот кивнула.
— Сделаю. Встречаемся в гараже через 20 минут. Всем быть в полном снаряжении.
— Согласна, — сказала я и повернулась к выходу.
— Аннатар? — окликнула меня Пиггот.
Я остановилась.
— Да?
— Подчини его. Не убивай, если этого можно избежать.
Я улыбнулась.
— Разумеется. Наказание должно соответствовать преступлению.