Я ложусь на кровать и закрываю глаза. А затем открываю их.
Я выпиваю теплого молока и делаю легкую разминку. Затем снова ложусь на кровать, закрываю глаза. И снова открываю их.
На этот раз я немного прохаживаюсь по комнате и недолго читаю книгу. Затем снова ложусь на кровать, и мои глаза...
— Не закрываются, даже когда я пытаюсь уснуть.
"..."
— Не находишь?
— Какое неожиданное появление.
— Твоя реакция довольно вялая.
— К сожалению, благодаря одному хамелеону я привык к подобным визитам.
Когда я открываю глаза и сажусь, то вижу «себя», прислонившегося к углу комнаты. «Я» разговаривал со мной перед зеркалом в полный рост.
— Для того, кто называет себя королем, ты заглядываешь довольно часто.
— Хм, я вижу, в чем твое заблуждение. К сожалению, я не Король людей.
— Что за чушь ты несешь?
— Знаешь, что это? Разговор с самим собой, со своей внутренней сущностью. Разве это не круто?
— Если ты собираешься и дальше молоть чепуху, я пойду спать.
— Но ты не можешь уснуть. Твоя голова забита настолько, что кажется, будто она вот-вот взорвется.
Я проигнорировал свое второе «я» и закрыл глаза.
Но почему-то, даже спустя десять минут с закрытыми глазами, когда я открыл их, отражение в зеркале оставалось прежним.
— Видишь? Ты пролежал с закрытыми глазами десять минут и все равно не смог уснуть.
— ...Чего именно ты от меня хочешь?
— Сам этот вопрос — заблуждение. Я не Король людей, не остаток ментальной магии и не кошмар. Я — это просто ты.
— Разговор с самим собой? Ты всерьез ждешь, что я поверю в такую фантастику?
— Это говорит человек, который сам попал в фантастический мир.
Что?
— Постой, откуда ты знаешь...?
— Я же сказал. Я — это ты. Если быть точнее, я — ранний симптом бредового расстройства и шизофрении, вызванных сильным психологическим давлением и стрессом.
— У тебя раздражающая манера выражаться.
— Это потому, что я — это ты.
...Ладно.
Одно можно сказать наверняка. Победить в споре с самим собой невозможно.
Но если это всего лишь мой бред, то, конечно...
— К твоему сведению, если ты сильно ударишь себя, я не исчезну. Или ты мог бы хотя бы позвать Философа или Рыбака.
— Ты только что прочитал мои мысли?
— Хелла тоже так делает, почему я не могу? Я же сказал: я — это ты. Конечно, я знаю всё, будь то твое прошлое или твои мысли.
— Как бы не так.
— Даже те секреты, которые ты хочешь скрыть.
*Хлоп*
Как только мое второе «я» закончило говорить, я лег на кровать и натянул одеяло на голову.
Мое второе «я» продолжило с несколько озадаченным выражением лица.
— Почему? Ты все еще сомневаешься в моем существовании?
— Нет.
— Тогда почему?
— Не знаю, как остальные, но я уж точно не хочу слышать о своих секретах от самого себя.
— Почему? На самом деле нет ничего, что стоило бы скрывать. Ты просто еще не принял это.
— Если ты действительно я, не мог бы ты просто закрыть рот и исчезнуть?
— Если тебе не нравится, что я говорю, то как насчет тебя?
— Меня?
— Именно. Есть ли у тебя кто-то, кому ты можешь открыться и поговорить?
— Конечно, у меня...
Лайла, Карен, Элли, Трикси и Кайл — это «продукты», так что они не в счет.
Селин — рабыня, Чунсик — собственность. Лили была сотрудницей.
Мои старые соратники избегают подобных разговоров из деликатности ко мне, а обсуждать это с Хейнкелем, Ариэль или Императором было бы абсурдно.
Как ни раздражает, но мое второе «я» было право.
— Перестань читать мои мысли и озвучивать их.
— Если хочешь, чтобы я замолчал, тебе придется заговорить самому.
— ...Тц.
Между нами повисла тишина. Мое отражение в зеркале стояло, скрестив руки на груди и ухмыляясь, в то время как я сидел на кровати, нахмурившись.
Эта расслабленная манера поведения почему-то очень меня раздражала. Поэтому я не хотел идти у него на поводу, но...
— ...Ничего не поделаешь.
Как и сказало мое второе «я».
С кем еще я мог обсудить эти вещи, если не со своим отражением в зеркале?
— Нынешняя ситуация — полная задница.
— Из-за Императора? Или Короля Демонов? Или, может, из-за Дома Малетус? А может, из-за твоего первого «продукта»?
— Все четыре — проблемы, но дело в другом.
Император, который упорно пытается втянуть меня в императорскую семью; Великий Король, представляющий собой угрозу для всего континента; Дом Малетус, постоянно вмешивающийся в мои дела; и признание Лайлы в том, что её заморозил Снежный Король.
Каждая из этих проблем досаждала, раздражала, тяготила и создавала трудности — это так. Но, строго говоря, этим всё и исчерпывалось.
Это были вещи, с которыми я мог как-то справиться, даже если они были досадными, раздражающими, обременительными и сложными.
И все же причина, по которой я загнан в угол, — это...
— ...Это из-за Горного Короля.
— Ты ведь покалечил того оленя, не так ли?
— Если смотреть только на результат, то да. Но... в процессе было слишком много жертв.
— Как Хальштатт?
— Черт.
— К чему внезапные ругательства?
— Ну, ты, должно быть, был создан из-за этого стресса, верно? Так что само твое существование — стресс для меня. Чертов ублюдок.
— Не будь таким. Это выставляет тебя слабым.
— Чушь.
Я делаю паузу, чтобы перевести дыхание.
Вместо бессмысленных проклятий я начинаю по одному раскрывать слова, погребенные в моем сердце.
— Я ненавижу королей.
— Потому что люди кажутся тебе слишком ничтожными?
— Причина не в этом. Дело не в том, что я просто ненавижу или презираю королей... просто сама связь с королями — это проблема.
— Почему?
— Потому что каждый раз, когда я встречаю короля, я не могу не вспомнить войну за подчинение Горного Короля.
Беда в том, что воспоминания о прошлом — те, что я обязан хранить, но отчаянно хочу забыть, — неотступно возвращаются, но...
— И... я не могу не думать.
— О чем думать?
— ...Что я не виноват.
А.
Черт возьми.
— Потому что короли — существа особого рода. Те, против которых простым людям не устоять. Настолько величественные... что я начинаю думать, будто сделал всё возможное и моей вины тут нет.
— Какую вину ты несешь?
— Люди, погибшие из-за моих ошибок во время покорения, полные ненависти взгляды и...
И.
— ...Хальштатт, который растоптал Горный Король.
— Ты хочешь сказать, что это была не твоя вина?
— Конечно, это была моя вина! Если бы я, если бы я справился лучше... Хальштатт, Элиза не должны были погибнуть.
— Но ты только что сказал, что это не твоя вина?
— ...Да. Проблема в том, что у меня вообще возникают такие мысли.
Это целиком моя вина. Бремя, которое мне нести. Люди, которых я обязан помнить до конца своих дней.
И всё же всякий раз, сталкиваясь с королём и сознавая его величие и мощь, я ловлю себя на мысли.
— Короли — это такие существа. Кто-то вроде меня ничего не мог поделать.
— Так что.
— Может, это не моя вина, что Хальштатт, что Элиза закончили именно так?
— Я продолжаю пытаться убежать от реальности и рационализировать.
— В этом проблема? Все рационализируют себя. «Ничего нельзя было поделать». «Это лучшее, что я мог сделать». «Я не виноват». Это очень естественная вещь.
— Даже если это естественно, принятие этого — моя проблема. Я... по крайней мере, не думаю так.
И в этом смысле.
— Твоя имитация в этот раз была неуклюжей, Король людей.
— О чем ты говоришь? Я же сказал, что я не Король людей.
— След Горного Короля в твоем сердце.
"..."
— Ты не можешь идеально имитировать силу других королей, не так ли? Поэтому ты заполнил пробелы своей собственной силой... но я раскусил это.
— ...О боже.
Прозрачное зеркало меняет цвет. Вспыхивают ярко-зеленый, красный, желтый, синий, фиолетовый, белый и черный оттенки.
Всевозможные цвета переливаются, словно дым, и из зеркала моргает гигантский глаз.
— Как ты узнал? Даже с силой Горного Короля силу короля не так-то просто отличить. У тебя была какая-то другая причина быть уверенным?
— Оно светилось.
— Светилось?
— Вот так оно и есть.
Если бы это действительно было другое «я», созданное из стресса и бреда, оно бы не излучало свет... но сейчас зеркало излучало ослепительно яркий свет.
К тому же, несовершенно имитированный след Горного Короля тоже раздражал.
— Свет... это напоминает мне об одном надоедливом типе.
— Что?
— Есть тут один... старейший король в этом мире. О нём я тоже говорить не хочу, так что проедем. Как бы то ни было, я потерял лицо хамелеона. Меня раскусил человек — да к тому же на редкость слабый.
— Ты сейчас тонко оскорбляешь?
— Не пойми меня неправильно. Вот почему я стал твоим фанатом. Не какой-нибудь возвысившийся до короля человек или выдающийся герой, а самый обычный заурядный смертный, загнавший Горного Короля в такое положение... Мне нравится этот контраст.
— ...Ты, возможно.
— Да я к тому, видел ли ты вообще, в каком состоянии пребывает Горный Король? Разумеется! Любой из королей хоть раз да наблюдал это — за исключением волка, застрявшего на севере, и многоножки, ползающей под землей. О, кстати, а они уже видели многоножку?
Волк, застрявший на севере, многоножка, ползающая под землей.
Только другие короли могли называть Снежного Короля и Короля Демонов так. Как хамелеон передо мной.
«И, возможно...»
Моя рабыня, которая, предположительно, является Королем Демонов.
— Боже мой, я никогда не ожидал, что ты подчинишь короля таким образом! С целыми конечностями, но в заточении!
— Это был просто обходной путь.
— Человек, этим обходным путем ты заточил короля всех гор и полей. Это как держать Морского Короля в аквариуме! Ха-ха-ха!!
— Я бы не справился в одиночку.
— Ах... вот почему ты мне нравишься еще больше.
*Морг*
Моргающий глаз изнутри зеркала вырывается наружу. Глаз размером с всю комнату застилает мне взор, а разноцветные переливы окрашивают всё вокруг в бесчисленные оттенки.
Мир окрашивается. Мир моргает. Мир стирается. Мир меняется. Мир закрашивается всеми возможными цветами.
Внезапно у «меня» появились глаза хамелеона.
Вся комната начала плавиться и искажаться, словно она была внутри пасти хамелеона.
— Честное слово, ты мне безумно нравишься. Я наблюдаю за людьми уже очень давно, но ещё ни разу не встречал такого человека, как ты.
— ...Стоит ли мне считать это за честь?
— Также восхитительно, как ты каким-то образом держишься в ситуации, где твой разум должен был рухнуть давным-давно. Идеально! Ты — само воплощение идеального человека!
— Было бы настоящей проблемой, если бы эталоном идеального человека стал кто-то столь меркантильный, как я.
— Материалистичный? Ну. Даже тот бизнес с приютом, которым ты управляешь, в конечном итоге ради этого ребенка.
К черту всё, вот почему я не хотел встречаться с королями.
Эти трансцендентные и великие существа всегда умудряются видеть мои секреты насквозь.
И каждый раз, когда я сталкиваюсь с такими способностями, есть часть меня, которая пытается рационализировать.
Вот почему.
— Я собираюсь встретиться со Снежным Королем.
— Ты умрешь. Тебе придется жить во льду вечно.
— Все будет хорошо, потому что Король Демонов разберется со Снежным Королем. Мне просто нужно спасти свой «продукт», и...
Как-то сталкиваясь с Королем людей, покрытым тысячами цветов.
Держась за свое сознание, которое вот-вот должно было угаснуть, я бросаю одну фразу.
— ...Зрителям не понравился бы финал, где актер на сцене оказывается в ловушке во льду, не так ли?
— Хе-хе-хе-хе-хе.
— Вот почему.
— Мне нравятся люди.
В следующий момент.
Мое второе «я», глаз хамелеона, плавящаяся комната, переливающиеся цвета — всё исчезло.
Словно ничего и не было с самого начала, зеркало в полный рост в углу комнаты как обычно отражало комнату.
— ...Тц.
Действительно.
Кажется, сегодня ночью спать не стоит.
*
— Х-хозяин? Вы плохо спали прошлой ночью? Вы выглядите у-ужасно уставшим...
— Я посплю позже, так что все в порядке. Более того, ты закончила собирать вещи?
— Да, да! Мы с Чунсик всё закончили!
— Хорошо, тогда иди вниз.
— Да!... Что?
— Оставь Чунсик здесь. Если нужно что-то передать, передай это Чунсик.
— Ч-что вы имеете в виду?
— Я отправляюсь на Север.
В ту страну льда, туда, где произойдет битва между двумя королями.
И те, кто отправляется туда, это...
— Тебе не нужно ехать, Селин. Я возьму только Чунсик и Лили.
— ...Что?
Драконид, которая теперь стала моей собственностью.
И обычной сотрудницы приюта Юджина будет достаточно.