Врывается морской бриз.
Разбиваются волны.
Разворачивается бесконечный горизонт.
Для тех, кто живет на континенте, море было одновременно воплощением страха и источником изобилия. Живущие у берега могли прокормиться дарами моря, но оно, казалось, требовало плату за свои щедроты, забирая столько же, сколько отдавало.
В дни, когда поднимались высокие волны, пропадали дети. Когда возникали смерчи, исчезали взрослые. Когда отлив затягивался, случалась беда.
Все знали об изобилии моря, однако большинство разумных видов, включая людей, предпочитали селиться в глубине материка, а не на побережье. Несмотря на то, что в глубине было труднее найти пищу и жизнь была полна конфликтов, они все равно выбирали этот путь.
В конце концов, море было владением Морского Короля, и все его богатства принадлежали ему. Те, кто жил у берега, пользовались частью этого изобилия, но это были лишь объедки, выброшенные на песок.
С древних времен разумные существа естественным образом боялись моря и почитали его.
— Ты безумец!.. Ты хоть понимаешь, что только что натворил!?
— Как и ожидалось от Золотоглазого. Ты знаешь об этом ритуале?
— Конечно, знаю!
Море дарует изобилие, но требует платы всякий раз, когда из него добывают пищу. Поначалу люди просто закрывали глаза и ждали, когда море потребует свое, но вскоре они начали приносить «жертвы».
Требования моря всегда честны. Иными словами, можно предсказать, чего море потребует в следующий раз.
Но будет ли море удовлетворено, просто выбрав и убив жертву — другой вопрос. Вот почему разумные существа, живущие у берега — люди, эльфы, дварфы, дракониды, зеленокожие и другие — объединились, чтобы создать «ритуал».
И это — тот самый проклятый ритуал.
— Море, которым правит Морской Король, совершенно и невинно. Поэтому проливать в него нашу кровь... все равно что осквернять Его владения.
"..."
— Однако для таких существ, как мы, включая людей, это было единственное, что мы могли сделать. Этот ритуал был лучшим способом донести наши намерения до Морского Короля, который правит далеко в море.
— Хм.
— Даже просто чтобы склонить головы и подчиниться, мы должны совершить такой ритуал. Вот какой он, Морской Король, владыка моря. Перед лицом Великой Рыбы мы оскверняем Его владения, чтобы привлечь Его внимание, и приносим Ему жертвы. Это все, что мы можем сделать, живя как воры, похищающие морское изобилие.
Как сказал Малкольм, это ритуал. Ритуал, который можно провести без магии, таланта или чего-то особенного.
Приготовьте чистую морскую воду, отрежьте часть своего тела и поместите ее в воду, добавив крови. Только с этим ритуал может быть проведен.
Несмотря на простоту, этот ритуал проводится под строгим контролем и дисциплиной. Причина проста.
— Если ты так много знаешь о ритуале, то должен знать, что он заканчивается только тогда, когда принесена жертва.
— Да, это верно.
— Ты хочешь сказать, что провел этот масштабный ритуал, не зная, чего может потребовать Морской Король?
Это ритуал принесения жертв Морскому Королю. Отрезанный палец Малкольма — не жертва, а лишь способ осквернить владения Морского Короля, чтобы привлечь его внимание... грубо говоря, показуха.
Но у этого ритуала есть серьезная проблема. А именно — неизвестно, какую жертву потребует Морской Король. Что, если Морской Король разгневается из-за осквернения своих владений?
«Вот почему ритуал обычно проводят для отпрысков Морского короля».
Отпрыски Морского короля правят частями моря, подобно феодальной системе. Отличие от империи в том, что Морской Король на вершине полностью доминирует даже над своими отпрысками.
Поэтому ритуал, который изначально предназначался Морскому Королю, стал проводиться для отпрысков Морского короля, правивших водами близ деревни. В конце концов, Морского Короля не волнуют такие пустяки, как деревни и жертвы.
Отпрыски Морского короля были гораздо лучшей альтернативой, поскольку их желаемые жертвы и закономерности можно было предсказать. Но этот безумец сейчас проводит ритуал напрямую для Морского Короля.
— Когда я пытался несколько раз прежде, Он даже не взглянул на меня... но действительно, мне нужно было ранить себя и предложить часть тела.
— Скольких людей ты принес в жертву?
— Сущая мелочь по сравнению с Малетусом.
— Ты, сумасшедший ублюдок.
Честно говоря, это ничем не отличается от муравьев, намеренно пачкающих дом, чтобы привлечь внимание человека. Чтобы получить хоть какой-то ответ, нужно сначала привлечь внимание, но что бы ни делали муравьи, это может быть слишком незначительно, чтобы заметить.
Вспомните принца Альфонса, который пытался призвать Короля Земли. Для человека призвать короля, привлечь его внимание — почти бред. В этом смысле у ритуала есть лишь возможность успеха, а не гарантия.
На самом деле, я слышал, что большинство ритуалов вообще не дают ответа. Похоже, Малкольм много раз пытался проводить их, принося в жертву других, но наконец добился успеха.
Нет, это не совпадение. Успех ритуала сейчас означает...
— Морской Король, ты проявляешь интерес к жертве, которую я предлагаю. Для меня это честь.
— Этот ублюдок, неужели...
— Я принесу в жертву весь этот старый и глупый дом! Территорию Малетус, ее людей, все ее сокровища! Я предлагаю все владыке моря!!
— Тск.
Похоже, Морской Король заметил, что он предлагает нечто гораздо более ценное, чем простой человек.
То, что предлагает Малкольм, — это не просто несколько человек. Он намерен принести в жертву весь дом Малетус, его людей, подданных и земли.
Малетус — правая рука империи и ее единственный герцогский дом. Когда такой великий дом предлагает все, даже Морской Король проявит некоторый интерес.
На что же надеется Малкольм, предлагая всё это? Спастись от Морского Короля? В любом случае, Морской Король сейчас не интересуется людьми и, вероятно, не проявит интереса, пока Малкольм не умрет. Он все равно стал бы главой Малетуса, так что нет нужды жертвовать домом, который и так должен был стать его.
Но я думаю, что знаю, чего хочет Малкольм. В конце концов, я видел это своими глазами.
— Я хочу стать твоим апостолом! Я хочу переродиться благодаря твоей милости и благословению моря!
Апостол Морского Короля.
Я уже видел одного.
— Прямо как Рыбак!!
Рыбак.
Сильнейший человек, которого я знаю, возможно, сильнейший на континенте, если не считать королей.
Она была апостолом Морского Короля.
— В отличие от Рыбака, я буду твоим верным апостолом! Я затоплю этот континент, чтобы сделать его твоим владением!
Не все короли создают апостолов. Точнее, они не чувствуют в этом нужды.
Представьте, что вы назначаете проходящего мимо муравья или пылинку своим апостолом — что изменится? Он не может убить других королей, да и особой пользы от него нет. Гораздо удобнее, когда монстры, поглотившие переполняющую их силу, как у Снежного Короля, подчиняются естественным образом.
И все же Морской Король создает апостолов. Это было доказательством того, что владыка семи океанов хотел превратить этот континент в континентальный шельф.
Бог Плавников желает апостола, верного ему. Апостола, который затопит континент и расширит его владения. Малкольм заявлял о своем намерении стать этим апостолом.
«Это опасно».
Я оглядываюсь. Герцог с ошеломленным выражением лица, сумасшедшая женщина, смотрящая на Малкольма как на вредителя, и Карен, использующая [Проклятие Проклятий], чтобы защитить меня. Этого недостаточно, чтобы остановить апостола Морского Короля, такого как Рыбак. Должен ли я бежать сейчас?
«Нет, если этот ублюдок действительно принесет в жертву всю территорию Малетус, это будет опасно».
Если он действительно принесет в жертву Малетус, его территория будет полностью затоплена, и империя наверняка объявит чрезвычайное положение. Что это будет значить?
Очевидно, повышение налогов и отмена субсидий для приютов!
«Более того, если принцесса Ариэль умрет здесь, кто знает, что произойдет».
Учитывая характер Императора, он использовал бы смерть Ариэль, чтобы поймать меня в ловушку и использовать как меч в своем распоряжении. Учитывая мои цели в бизнесе с приютами, такое будущее было нежелательным.
Прежде всего, была высока вероятность того, что Малкольм, став апостолом Морского Короля, первым делом нацелится на меня, сумасшедшую женщину или Карен... так что лучшим вариантом было остановить его здесь.
«Но как?»
Судя по обстоятельствам, Малкольм явно долго готовил этот план с жертвоприношением. Тот факт, что он смело показался перед нами, говорит о том, что он может предотвратить любое вмешательство в ритуал. Рыцари и маги, последовавшие за ним, уже присматривались к нам.
Так что лучшим вариантом было бы...
[OOOOOOOO───]
Пока я обдумывал способы остановить Малкольма, издалека донесся величественный грохот.
За пределами банкетного зала, за пределами волн и морского бриза, за пределами морских существ, склонивших головы.
Кит размером с дом плывет через море, небо, пустоту, приближаясь.
— Ты пришел, Морской Король...!!
[OOOOOOOO───]
— Твой слуга здесь! Пожалуйста, прими жертву, которую я подготовил, и сделай меня своим апостолом!
Сам факт того, что такой кит мог плавать за пределами банкетного зала, был доказательством того, что окрестности замка герцога уже превращались в море.
Морской Король не принял жертву. Он даже не использовал намеренно свою силу.
Так же, как горы и растения расцветают везде, куда приходит Горный Король, а снежные поля образуются там, где проходит Снежный Король.
Морской Король одним своим присутствием терраформировал окрестности в море.
[OOOOOOOO───]
— Трон океана и бездны! Пожалуйста, сделай меня...!!
[OOOOOOOO──]
— Меня...?
Кит, демонстрирующий такое же подавляющее присутствие, как когда я впервые увидел Короля Земли, неспешно плывет к нам. Наконец, когда кит приближается прямо к нему, Малкольм впадает в неистовство, но кит просто проплывает мимо него.
Как будто Малкольм никогда не имел значения с самого начала. Как будто это совсем не вызывало интереса.
Кит, игнорируя Малкольма с широко раскинутыми руками, продолжает плыть.
Пока не останавливается передо мной.
[OOOOOOOO───]
— ...Что?
— Хм.
— Э-этого не может быть! Морской Король! Это я! Это я тот, кто призвал тебя! А не этот никчемный искатель приключений!
[OOOOOOOO───]
— Жертва для тебя здесь! Я предлагаю тебе часть этого континента! Разве это не твое желание? Посмотри на меня!
Малкольм кричит в припадке. Он говорит о жертвах, плате, желаниях, но кит, казалось, не слышал его. Или, возможно, слышал, но игнорировал.
Мог бы я поговорить с этим китом? Я собирался попробовать, но внезапно почувствовал, что это будет бессмысленно.
Дело не в том, что кит проигнорирует мои слова. Ему не нужно их слышать. Даже если бы он слушал, действия кита были уже предопределены.
Вууууунг!!!
Когда кит открывает пасть, перед ним в виде сферического вихря собирается морская вода, и вскоре являет себя трансцендентная мощь. В то же время это была сила, слишком хорошо знакомая мне.
Потому что эта сила так сильно напоминала силу Рыбака.
— Постой.
[OOOOOOOO───]
Он пытается сделать меня апостолом сейчас?
Моя воля не имеет значения. Когда вы брызгаете водой на проходящего мимо муравья, вы спрашиваете согласия муравья? Здесь то же самое.
Морской Король решил. На этом все. Кто может бросить вызов владыке моря?
Глубокая, бездонная магия поднимается, как смерч, ко мне. Это не просто «сила». Я почувствовал уверенность, что в тот момент, когда я приму ее, я превращусь в нечто совершенно отличное от того, чем являюсь сейчас.
— Отец!
Карен встает передо мной, призывая [Проклятие]. Но бездна Карен и бледные руки исчезают, раздавленные глубоководной магией, прежде чем они успевают даже достичь кита.
Это неудивительно. Морской Король не только невероятно могущественен, но и проклятие Карен специализируется на противостоянии другим [Проклятиям]. При столкновении с существами, которые не являются [Проклятиями], оно относительно слабее.
Тем не менее, Карен не сдается и пытается как-то остановить кита, в то время как кит попирает такое сопротивление и направляет на меня зловещую магию —
— Нет.
Морг.
Позади массивного кита.
Хамелеон размером с кита, который находился в банкетном зале неизвестно сколько времени, моргает своими характерными выпуклыми глазами.
— Так не пойдет.
[OOOOOOOO!!!!]
Он вытягивает язык, чтобы остановить кита, протягивает одну лапу, чтобы схватить кита за голову, и —
— Ты смеешь приближать эти рыбьи плавники к моему актеру?
ПЛЕСК!!!!
Без всяких колебаний или милосердия.
Он вырывает киту глотку.