Чирик-чирик. Утро.
От доносившегося за окном щебета птиц я наконец осознал: всё закончилось.
Словно тьма ночи отступила, и сквозь стекло хлынул ослепительный утренний свет.
— Аён.
Я мягко остановил Аён, которая снова пыталась зарыться в одеяло, и сделал максимально просветленное лицо.
— ...Утро уже.
Аён, до этого смотревшая на меня затуманенным взглядом, наконец пришла в себя.
— А... П-прости.
Пробормотав это, она покраснела и поспешно укрылась одеялом по самый подбородок.
Нет... Э-э, ладно.
Вроде бы пострадавший здесь я, и почему Аён так смущается — совершенно непонятно.
Впрочем, радуясь самому факту того, что я выжил, я отодвинул шторы в спальне.
...Наступило утро.
***
Говорят, настроение жены зависит от ночных стараний мужа.
Старая мудрость оказалась верна.
— ...Хм-м-м.
Аён почти всю ночь не сомкнула глаз вместе со мной, но...
По сравнению с прошлыми выходными её лицо буквально светилось, и это было заметно невооруженным глазом.
И, похоже, не только я заметил эти перемены.
Сидевшая рядом Ли Харин с любопытством поглядывала на нас и осторожно подала голос:
— Аён, ты сегодня как? В порядке?
Услышав вопрос, Аён удивленно ахнула и улыбнулась Харин.
В отличие от той натянутой улыбки в кинотеатре, сейчас она выглядела совершенно естественно.
— ...Да, Харин.
Затем она тихо добавила:
— Прости за тот случай в кинотеатре... Видимо, я тогда была совсем не в духе.
Харин в ответ лишь весело рассмеялась:
— Да ладно, забей! Всё равно фильм был так себе...
Они еще долго о чем-то болтали, но потом Харин, видимо, решив обратиться ко мне, перевела взгляд и вдруг нахмурилась, словно заметив что-то странное.
— Слушай, Ли Хаджун...
И тут же выпалила прямо в лоб:
— Ты что, заболел? Почему у тебя такой изможденный вид?
Мы с Аён вмиг застыли.
— Ну, как бы это сказать? Выглядишь ты так, будто тебя изрядно потрепало...
С точки зрения Харин, она просто беспокоилась, видя, что я выгляжу непривычно вялым, но...
Проблема была в том, что причиной этого была...
— Ну...
Я не нашелся что ответить и просто промолчал.
— ...А.
Аён опустила голову, и её уши моментально залились краской.
В этой ситуации единственным человеком, лишенным всякой проницательности, оставалась Харин.
— А, поняла! Ты же говорил, что любишь спорт... Переусердствовал на выходных и слёг с простудой, да?
От такого неожиданного вывода я просто опешил.
Что ж, пожалуй, лучше пусть она думает так, чем знает правду, поэтому я просто кивнул.
— ...Типа того.
Харин радостно просияла:
— А я ведь говорила, что у меня отличная интуиция!
...Харин — просто ребенок. Нужно её оберегать.
Думая об этом, я смотрел на неё с легким недоумением, а Аён, чтобы Харин не успела ляпнуть еще что-нибудь эдакое, поспешила перевести тему:
— Х-Харин... Кстати, насчет того, о чем ты говорила...
— А, ты про это?
К счастью, Харин без лишних подозрений переключилась на новую тему.
***
День выдался приятным.
Харин подумала об этом, с размаху прыгая на мягкую кровать.
И то, что Аён выглядела какой-то подавленной в кинотеатре, и то, что она внезапно ушла посреди сеанса...
Всё это оставило неприятный осадок, и на душе у Харин было неспокойно.
Но сегодня, после того как они снова весело поболтали в учебном центре и она вернулась домой, настроение было просто отличным.
Харин пару раз перекатилась по кровати, и тут...
Бр-р-р.
Зазвонил телефон, брошенный на край кровати. Она протянула руку и ответила.
[Плохая девчонка]
...Можно было даже не гадать, это была Кан Сара.
[Ли Харин, ты дома?]
Харин улыбнулась и ответила:
— Ага, валяюсь на кровати.
С тех пор как Харин попала в неприятную историю в переулке, её подруга Сара каждый раз звонила ей примерно в то время, когда та должна была вернуться домой.
Харин была искренне благодарна за такую заботу, поэтому всегда приветливо отвечала на звонки, стараясь выбирать для разговора только приятные темы.
[Ясно... Отдыхай там за меня.]
— Что такое, ты сейчас на съемках?
[Ага, звоню в перерыве.]
Харин стало стыдно за то, что она хвасталась тем, что лежит в постели.
[Сегодня, похоже, настроение у тебя получше?]
Ведь с прошлых выходных, после того как они с Аён расстались на какой-то странной ноте, у неё, можно сказать, было подавленное состояние.
Харин все выходные пребывала в дурном расположении духа.
Разумеется, Сара, будучи её близкой подругой уже долгое время, не могла этого не заметить.
Она притворялась, что ничего не видит, и осторожно наблюдала за Харин, а услышав теперь оживленный голос, решила аккуратно расспросить о причинах перемены.
Поэтому Харин рассказала Саре обо всем, что произошло сегодня в учебном центре.
— Понимаешь… кажется, у Аён на выходных было неважное самочувствие.
Однако даже одной этой фразы хватило Саре, которая была куда проницательнее Харин, чтобы сразу догадаться о сути происходящего.
[…Похоже, вы обе поссорились.]
— …Что?
[Ничего, продолжай.]
Она слушала рассказ Харин с явным интересом.
— В общем, Аён извинилась передо мной, и мы разговорились…
[Угу, и что дальше?]
— Аён была какой-то особенно воодушевленной, что ли? Мы так здорово пообщались.
[О, правда?]
— Да, а ещё Ли Хаджун извинился передо мной… Сказал, что благодарен за то, что я помогла прибраться в прошлый раз, и пообещал как-нибудь угостить нас обедом.
[…Звучит неплохо. Обязательно съедим что-нибудь дорогое за его счет.]
Разговор протекал гладко.
[…А что-то необычное было? Ну, может, кто-то из них выглядел неважно?]
На этот вопрос Сары, заданный под самый конец, Харин немного подумала и ответила:
— Аён выглядела нормально, а вот Ли Хаджун… Он, кажется, приболел?
[Выглядел больным?]
— Ага. У него лицо было таким осунувшимся…
Харин засомневалась, стоило ли вообще об этом говорить, но…
Сара, услышав это, отреагировала иначе.
[О, правда?! Ничего себе… А-ха-ха-ха.]
Она рассмеялась так громко, что было слышно даже через трубку.
Харин, сбитая с толку таким смехом, переспросила:
— Почему? Что тут такого смешного?
[Ничего, Харин, тебе этого знать не нужно.]
Ну разве не обидно, когда с ней обращаются как с маленьким ребенком?
Харин, уязвленная таким тоном, огрызнулась:
— Эй, ну ты…
[Ути-пути… Наша Харин разозлилась?]
Тем не менее Сара лишь находила Харин милой и ни капли её не боялась.
Бессодержательный разговор постепенно подходил к концу.
Напоследок Сара решила уточнить один момент.
[В любом случае, хорошо, что всё в порядке… Кстати, ты проверила те вещи, что я тебе давала?]
Харин достала коробку, которую спрятала под кроватью, и вытащила предмет, лежавший внутри.
«Электрошокер для самообороны».
Она осторожно нажала на кнопку на предмете с таким пугающим названием.
Раздался резкий треск, и на мгновение вспыхнул голубоватый свет.
— Са-Сара, но это ведь слишком…
Харин испугалась, осознав, насколько мощным оказалось устройство.
[Эй, это же для экстренных ситуаций. Если не вырубишь врага с одного удара, то сама окажешься в беде.]
От этого леденящего кровь предупреждения Харин пришла в себя.
— Д-да.
Подруга была права.
Это не игрушка, чтобы развлекаться с друзьями, а единственное оружие на случай, если жизнь будет висеть на волоске.
Если бы оно было слабым, это было бы куда страннее.
Харин собралась с духом и снова посмотрела на маленький электрошокер в своей руке.
[Не вздумай давать слабину и сомневаться. В опасный момент — бей сразу! Поняла?]
— …Да.
Сара беспокоилась о ней до самого последнего момента.
Харин улыбнулась, стараясь развеять тревогу подруги.
— Хорошо, спасибо. Я буду держать его при себе.
[Договорились, до завтра!]
Ту-ту-ту…
После разговора с надежной подругой Харин ещё несколько раз потренировалась с шокером, а затем убрала его обратно в коробку.
Она сомневалась, настанет ли когда-нибудь день, когда ей понадобится такое опасное оружие, но…
Этот момент настал гораздо быстрее, чем она ожидала.
Динь-дон…
Харин вздрогнула от неожиданного звонка в дверь и вскочила с кровати.
Тук-тук…
Неизвестно почему, но после разговора на такую тему даже обычный дверной звонок заставил её сердце бешено колотиться.
Харин глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и направилась к домофону.
Она включила экран, чтобы посмотреть, кто стоит за дверью, но…
Ш-ш-ш…
Раздался помехи, и на мутном экране не было видно ни единой живой души.
«…Что за чертовщина?»
Харин охватила паника.
Кто бы мог прийти в такое время?
Разве что курьер, но в голову больше никто не приходил…
Проблема заключалась в том, что с момента того инцидента в переулке Харин ни разу не заказывала доставку.
Поэтому, хорошенько поразмыслив, Харин на цыпочках направилась к входной двери.
Ей было ужасно любопытно, что происходит снаружи, и она осторожно приложила ухо к дверному полотну.
И тут…
Бам!
Раздался оглушительный грохот — кто-то с силой ударил в дверь.
— Мамочки! — вскрикнула Харин, от неожиданности плюхнувшись на пол.
Человек за дверью выдержал короткую паузу, а затем произнес:
— …Доставка.