Когда Аён впервые предложила раздеваться в качестве наказания за проигрыш в Дженгу, Кан Сара даже не думала, что дело зайдет так далеко.
Да и немудрено: в подобного рода пари она почти никогда не проигрывала сверстницам.
Сара часто слышала, что у нее отличная координация, и даже когда она соревновалась с Ли Харин, с которой они постоянно проводили время, победа всегда оставалась за ней.
Поэтому…
Нынешняя ситуация казалась чем-то неправильным.
«Что делать, что делать, что делать, что делать…»
Если после первого проигрыша в Дженгу, когда пришлось снять головной убор, в душе Кан Сары закипала ярость, то…
Когда она проиграла во второй раз, нахлынуло чувство несправедливости.
А когда проиграла в третий — она просто оцепенела.
Теперь, честно говоря, мысли о том, что нужно обязательно победить, отошли на второй план… куда важнее стало осознание, что заканчивать игру прямо сейчас было бы слишком досадно.
— …Ты ведь правда собираешься это сделать?
— Ну…
Хотя разум твердил, что пора остановиться, она не смогла заставить себя помотать головой.
— …Да.
И потому игра началась вновь.
— Интересно, что будет, если я проиграю…
Рядом сидела Харин, такая же раздетая, как и она сама, и Сара видела, как та делает жалостливое лицо.
Впрочем, она считала, что это лишь наполовину искренне.
Конечно, Харин, как и Сара, была в нижнем белье, и ситуация была достаточно неловкой для обеих, но…
Если сравнивать их, то была одна очевидная разница.
«Все-таки твой парень — это Ли Хаджун, который сидит вон там».
Дело было в том, что Хаджун, единственный мужчина в гостиной, приходился ей парнем.
Поэтому, хотя ей тоже могло быть стыдно, это чувство было куда слабее, чем у Сары.
Особенно если сравнить с Сарой, которой приходилось демонстрировать свою нежную кожу парню, которого она считала просто близким другом.
— …Ха-а.
От этих мыслей у Сары невольно вырвался вздох.
Аён, сидевшая рядом, похоже, даже не услышала ее, продолжая собирать всех для игры в «камень-ножницы-бумага».
— Кто не выкинул — тот водит, камень-ножницы-бумага!
Сара, не в силах противостоять напору, тоже выставила кулак, но…
На беду, все, кроме нее, показали «бумагу», так что ее очередь оказалась последней.
С самого начала… это был дурной знак.
«Нет… я справлюсь».
Сара подбодрила себя, пытаясь сосредоточиться на Дженге, но…
Скользнув взглядом в сторону…
— …Ух.
Стоило ей почувствовать, как чей-то взгляд снова скользит по ее телу, как по спине пробежал холодок, и она поспешно прикрылась руками.
Так нельзя… нужно сосредоточиться на игре.
К этому моменту по спине Сары уже катились капли пота.
— Сара… Сара, твоя очередь!
— А… да.
Очнувшись от голоса Аён, Сара поспешно потянулась к деревянным брускам.
К счастью, это был лишь первый круг, и башня все еще стояла крепко, не рухнув даже от ее слегка дрожащих рук.
— Фу-у…
Сара вытерла пот со лба и медленно вернулась на свое место.
— Кан Сара… посмотри, как ты дрожишь. Хи-хи.
— Заткнись… стерва.
Сара была не в том настроении, чтобы терпеть шуточки Харин.
Скользнув взглядом в сторону…
На этот раз Сара сама украдкой посмотрела на Хаджуна, проверяя, не смотрит ли он на нее, но…
Хаджун молча ждал своей очереди, а когда она подошла, лишь потянулся, чтобы вытащить брусок.
— Окей. Готово.
Хаджун легко вытянул деревяшку.
— Фу-у… получилось.
Аён, которая, как оказалось, играла в Дженгу лучше, чем думала, тоже справилась.
— По-получилось!!!
Даже Ли Харин, ее единственная соперница, успешно вытащила свой брусок.
«Почему, почему они так хороши?»
Подумав об этом, Сара была вынуждена снова пошевелиться, чувствуя себя крайне неловко.
«Сосредоточься… нужно сосредоточиться».
Сара снова попыталась настроиться на игру, но…
Скользнув взглядом в сторону…
В тот самый момент, когда она вновь почувствовала на себе этот знакомый взгляд.
— А…
Грохот!
Башня из брусков с шумом рухнула.
«Что… что мне делать?»
Лицо Сары в этот миг стало мертвенно-бледным.
***
Она поняла, что случилось неизбежное.
— А-а…
Кан Сара смотрела на рассыпавшуюся башню с выражением полного отчаяния на лице.
— А-а-а! Я победила…
Ли Харин, которая без задней мысли радовалась своей победе, тут же прикусила язык, осознав, что проигравшей оказалась Кан Сара.
— ……
— ……
В другое время либо я, либо Аён быстро бы разрядили обстановку и как-нибудь уладили ситуацию, но…
К сожалению, мы оба были изрядно пьяны, поэтому в голове стоял приятный хмельной туман.
По этой причине, не до конца осознавая происходящее, я оцепенело смотрел на Кан Сару.
Кан Сара, до этого момента с силой кусавшая губы, наконец смирилась со своей судьбой и медленно начала двигать руками.
Слегка дрожащие пальцы, и — шурх — что-то черное соскользнуло вниз.
— Ха-а… И как я до этого докатилась?
Кан Сара, чье лицо залилось густым румянцем, прикрывала грудь обеими руками.
— А… ну…
Я, только сейчас осознавший ситуацию, хотел было вмешаться, но сказать что-то вразумительное девушке, которая уже успела раздеться, было невозможно.
— М-м…
— А…
— ……
Трем из нас оставалось лишь одно: вести себя так, будто ничего особенного не произошло.
Конечно, несмотря на внешнее спокойствие, в голове царил полный хаос.
Но что теперь делать?
Мы вообще можем продолжать игру?
Похоже, не только я задавался этим вопросом: Ли Харин, беспокойно вращая глазами, то и дело поглядывала на Кан Сару, а Аён о чем-то глубоко задумалась.
В этот момент.
— А-а… я правда не знаю.
К удивлению, Кан Сара, до этого опустившая голову к полу, подала голос.
— …Давайте еще партию.
Это был тихий, едва слышный шепот, словно муравьиное ползание.
— Нет… ха-ха.
Я издал нервный смешок, не в силах поверить в услышанное, а сидевшая рядом Ли Харин даже слегка наклонила голову, переживая за подругу.
— Сара… как бы то ни было…
Столкнувшись с настоящим безумием, даже «поддельная сумасшедшая» Харин не могла не испугаться.
— Не знаю, не знаю…
Но, несмотря на все уговоры, Кан Сара, видимо, решив, что терять ей уже нечего, твердо намеревалась продолжать игру.
И пока все остальные, не зная, что делать, опасливо поглядывали на нее.
— Тогда… может, добавим еще одно наказание?
Аён, которая все это время размышляла в одиночестве, наконец заговорила.
— Еще одно наказание…?
Кан Сара с любопытством посмотрела на нее.
Аён лучезарно улыбнулась и принялась объяснять свою идею.
— Ага, а то раздеваться до самого низа — это уже перебор.
Предложение было вполне разумным, и все с ним согласились.
— Вместо этого давайте запишем разные наказания на бумажках… и будем тянуть жребий.
Ли Харин тут же энергично закивала.
— О, да! Мне нравится эта идея.
В этом жесте читалось яростное желание спасти подругу от окончательного позора.
Хотя я и отнесся к предложению Аён с долей подозрения, мысль о том, что это лучше, чем снимать трусы, заставила меня согласиться.
Так мы втроем написали на бумажках альтернативные наказания и сложили их в пустую коробку из-под салфеток.
— И давайте договоримся: если кто-то проигрывает, но не хочет раздеваться, он может вытянуть бумажку с наказанием… как вам?
— Да, отлично.
— …Согласна.
— ……
Кан Сара молча кивнула, и все единогласно поддержали идею.
— Отлично… тогда начинаем заново.
Аён улыбнулась и первой потянулась к деревянному бруску.
***
Говорят, перед смертью свеча вспыхивает ярче всего?
Почувствовав приближение финала, Кан Сара продемонстрировала концентрацию, граничащую с чудом.
— У… уа!
Несмотря на то, что мы прошли уже три круга, ей удалось успешно вытащить брусок из башни.
Грохот!
В следующий ход Аён уронила башню и, согласно правилам, сняла верхнюю часть одежды.
Башню быстро восстановили.
— А… получилось!
Грохот!
В этот раз Аён, ходившая сразу после Кан Сары, снова обрушила конструкцию и в качестве наказания сняла верхние брюки.
А когда башню собрали снова…
— Ох, проиграла.
Я потерпел поражение и, не раздумывая, стянул с себя рубашку.
— Хе-хе…
Кан Сара, словно забыв о собственном положении, радостно принялась строить новую башню.
Так началась четвертая игра.
— А…
Грохот!
…Кан Сара проиграла.
— Н-нет, это уже слишком! Лучше вытяни наказание из коробки!
К счастью, благодаря мольбам Харин, Кан Сара вместо того, чтобы раздеваться, вытянула бумажку.
[Спеть строчку из песни]
— Ла… ла-ла-ла~
Кан Сара, пытаясь скрыть смущение, закончила петь.
…Такое зрелище не часто увидишь.
— Б-быстрее.
Видимо, стесняясь собственного поведения, она поспешно схватила брусок, чтобы продолжить игру.
Грохот!
— А-ах…!
На этот раз проиграла Ли Харин, и она посмотрела на нас со слезами на глазах.
— М-мне… мне ведь тоже можно вытянуть наказание?
Глядя на это полное мольбы выражение лица, мы с Аён согласно кивнули.
И вот, выпало наказание.
[Пять отжиманий]
Это было то самое наказание, которое написал я.
— Хе… хе-ек.
Ли Харин пошла на компромисс, решив делать отжимания с упором на колени, и быстро выполнила задание.
Затем игра в дженгу началась снова.
Теперь все присутствующие окончательно попали под магическое очарование дженги… никто не оставался в стороне, и как только очередной раунд заканчивался, все дружно брали деревянные бруски и начинали возводить башню заново.
… Грохот.
В этот раз деревянная башня снова рухнула на пол.
— А-а…
Кан Сара с мрачным выражением лица уставилась на пол.
Казалось, она чувствовала легкое угрызение совести из-за того, что ей пришлось выполнять наказание дважды подряд.
— Всё в порядке…
— Да, не переживай…
Поддавшись нашим с Харин уговорам, она вытянула из коробки бумажку с наказанием.
Выражение лица Кан Сары, когда она взглянула на записку, стало каким-то странным…
— Что это за…
Мы, заинтригованные её голосом, заглянули в записку, чтобы проверить, какое наказание ей досталось.
[Поцеловаться с Хаджуном]
… Даже не нужно было спрашивать, чтобы понять, кто именно это написал.