Я тоже попробую заняться политикой

Вернувшись домой, я сказал, что придёт Приэлла, и Кесу легонько затрепетал своими веточками.

— Тебе так радостно?

*Шорох!*

Похоже, его инстинктивно тянуло к эльфам. Я всего лишь сказал, что придёт Приэлла, а он уже радостно махал веточками.

— Кажется, папу ты ещё ни разу так радостно не встречал.

От моих слов покачивающиеся листья замерли, а затем одна из веточек Кесу осторожно приблизилась и погладила меня по тыльной стороне ладони. Похоже, он пытался меня утешить.

— Да ладно тебе. Папа не обиделся.

Вскоре раздался стук в дверь.

— Мин Чхоль, ты внутри?

Когда я открыл дверь, на пороге стояла тяжело дышащая Приэлла. Должно быть, она сорвалась прямо по дороге на работу — на ней был рабочий комбинезон. Видимо, она бежала изо всех сил: её растрёпанные волосы торчали во все стороны.

— Ха-а, ха-а...

— Вы в порядке?

— В-в порядке. Ха-а, ха-а... Кесу гораздо важнее меня.

В руках тяжело дышащей эльфийки была защитная каска.

— Вы ведь не прямо со стройплощадки прибежали?

— Нет, я шла на объект, когда почувствовала неладное. Ещё с нашей прошлой встречи с Кесу у меня появилось ощущение, что я могу немного чувствовать его состояние. И вот по дороге я ощутила, как изменилась его сила.

Приэлла осторожно спросила:

— Можно мне войти?

— конечно.

Она разулась и прошла в дом. Заметив Кесу, устроившегося в Колыбели, она ускорила шаг.

— Кесу!

*Шорох!*

Приэлла раскрыла объятия, однако веточки Кесу не потянулись к ней сразу. Они повернулись в мою сторону и легонько коснулись тыльной стороны моей ладони.

— Всё хорошо, — успокоил я его.

Получив моё разрешение, веточки потянулись к рукам Приэллы.

— ...

Приэлла ошеломлённо наблюдала за этим.

— Что-то не так?

— Да нет. — Она осторожно взяла веточку Кесу. — Сначала спрашиваешь разрешения у папы.

*Шорох.*

— Хорошо воспитан.

Голос Приэллы звучал на удивление мягко. Она не выглядела разочарованной или обиженной. Напротив, на её лице читалась радость от того, что Кесу уже способен сам принимать решения и действовать.

Поприветствовав Кесу, Приэлла опустилась перед ним на колени и принялась внимательно осматривать его стебель и листья. Она провела пальцами по прожилкам листьев и приложила ладонь к земле в Колыбели. Из кончиков её пальцев заструился нежно-зелёный свет. Казалось, она тщательно проверяла корни и стебель Кесу.

— Ничего не болит.

— Какое облегчение.

— Корни тоже отлично прижились в Колыбели. Пусть внешне он вырос не сильно, но жизненная сила, скопившаяся внутри, стала гораздо плотнее, чем раньше. — Приэлла подняла голову и посмотрела на меня: — А что с росой?

— Вчера Кесу дал её мне, и я сразу же её выпил.

— Кесу сам дал её тебе? — От моих слов Приэлла резко вскочила на ноги. — Всю?

— Да. Кесу создал одну каплю и протянул её мне.

— Вот почему ты её выпил. Тогда... можно мне ненадолго взять тебя за запястье?

— Да, конечно.

Приэлла сделала широкий шаг вперёд, обхватила моё запястье и закрыла глаза. Я почувствовал, как в моё тело вливается тёплая энергия.

— С телом всё в порядке.

— Благодаря этому я отлично выспался. Сегодня проснулся невероятно бодрым. — Я спросил у Приэллы, которая всё ещё держала меня за руку, проверяя состояние: — А что, её нельзя было пить?

— Нет, дело не в этом... — Закончив осмотр, она отпустила мою руку и посмотрела на меня. — Первая роса — это не просто обычная капля воды.

Приэлла снова опустилась перед Кесу.

— Когда молодое Мировое Древо достигает определённого этапа роста, оно впервые высвобождает накопленную жизненную силу вовне. Обычно это проявляется в виде росы, плода или крошечного цветка.

— Господин Веларус говорил нечто подобное.

Приэлла замерла.

— Веларус приходил сюда?

— Совсем недавно.

— Он заходил внутрь? — Голос Приэллы мгновенно похолодел.

— Нет. Я не пустил его в дом.

Только тогда её лицо немного расслабилось.

— Молодец.

— Похоже, он очень хотел лично взглянуть на Кесу.

— Ещё бы. — Приэлла кончиками пальцев погладила листик Кесу. — Но ты правильно сделал, что не позволил им встретиться. Мы всё ещё не знаем, какую часть воспоминаний предыдущего Мирового Древа унаследовал этот малыш.

— Значит, оно действительно наследует воспоминания Мирового Древа.

— Как-никак, он ведь когда-то был его частью. — Приэлла посмотрела на Кесу с тревогой в глазах. — Он может помнить тот миг, когда Веларус сжёг Мировое Древо. И даже если никаких воспоминаний нет, существует вероятность, что он проявит враждебность на уровне инстинктов. — Приэлла тихонько вздохнула. — Пока не позволяй им видеться.

— Я так и планирую.

Да и причин для их встречи изначально не было.

— Но то, что первая роса связана с ростом Кесу, я понял. А есть ли какой-то особый смысл в том, что её выпил именно я?

— Есть. — Приэлла перевела взгляд с меня на Кесу и обратно. — Начнём с того, что Мировое Древо не отдаёт свою росу кому попало. Оно дарует её лишь тому, с кем чувствует себя в полной безопасности, и в ком видит своего будущего защитника. Обычно это дар для правящей королевы эльфов. — Приэлла тихонько рассмеялась. — А теперь представь, что значит первая роса.

— Значит, он отдаёт её тому, кого считает самым надёжным человеком.

— Именно. В этом и заключается весь смысл. Мы, эльфы, называем тех, кто удостоился подобного дара, хранителями леса.

— Хранитель леса...

— Защитники, оберегающие лес. Кесу признал тебя, своего папу Мин Чхоля, первым хранителем леса. — Она посмотрела на веточку Кесу, которая легонько постукивала по моей руке. — Этот малыш впервые выразил свою волю.

— Получается, дочка сделала папе первый подарок.

— ...Если выражаться в твоём стиле, то да, — Приэлла невольно улыбнулась. — Благодаря тому, что ты принял первую росу, твоя связь с Кесу тоже должна была окрепнуть.

— Связь?

— Если Кесу окажется в опасности, ты сможешь смутно почувствовать это даже на расстоянии. И если что-то случится с тобой, Кесу тоже это поймёт.

— Но Кесу ведь не пострадает из-за меня?

— Нет, за это можешь не переживать. Это благословение, которым Кесу поделился с тобой. — Приэлла вновь присмотрелась к энергии, оставшейся в моём теле. — На данный момент это лишь немного сблизит тебя с силой природы. Духи и растения станут относиться к тебе дружелюбнее, чем раньше.

— То есть пользоваться магией духов я вдруг не научусь.

— Ты ведь не эльф, Мин Чхоль. — Приэлла, пристально глядя на мои руки, заговорила: — Однако тебе стоит поберечься.

— О чём вы?

— Для духов, эльфов и обитающих на суше зверолюдей твоё присутствие, наполненное жизненной силой леса, может стать невероятно притягательным.

— Что значит «притягательным»?

— Ну... Если точнее, то духи захотят заключить с тобой контракт, а зверолюди — признать тебя своим вожаком и служить тебе.

— ...А это не слишком серьёзно?

— Вовсе нет. Это влияние не настолько сильное, чтобы принуждать тех, кто с тобой никак не связан. У тебя есть знакомые зверолюди?

Как только зашёл разговор о зверолюдях, в моей голове всплыло одно лицо.

Соня.

Одна из Семи Героев, с которой мы вместе зачищали 74-й этаж. Та самая Соня, которая недавно, не в силах совладать с инстинктами, пришла ко мне с поводком в руках.

— Есть одна... Госпожа Соня, одна из Семи Героев...

— Соня? Ого, ты знаком с такой важной фигурой среди зверолюдей? Чем сильнее зверолюд, тем лучше он сдерживает свои инстинкты, так что можешь не волноваться. К тому же, волколюди — прирождённые лидеры, и чем они сильнее, тем больше стремятся сами стать вожаками, так что она точно не станет просить тебя о подобном.

Хм.

«Насколько я помню, госпожа Соня не слишком-то хорошо справлялась со своими инстинктами».

— А что делать, если этот зверолюд всё-таки поддастся инстинктам?

— ...Об этом не беспокойся. Если ты откажешься, она ничего не сделает. Этот эффект лишь вызывает к тебе симпатию, так что никто не станет принуждать тебя к чему-либо силой. Стоит тебе сказать «нет», и они сразу отступят, так что не переживай. Даже если это сама Соня.

— Какое облегчение.

От слов Приэллы я с облегчением перевёл дух. Раз так, то Соня вряд ли внезапно сорвётся с цепи.

— А ты, Мин Чхоль, на удивление труслив.

Глядя на улыбающуюся Приэллу, я решил показать ей полученную вещицу.

— И ещё я получил вот это от господина Веларуса.

Я достал чёрную шкатулку, переданную личем. При виде Барьерного камня, украшенного переплетёнными узорами корней и листьев, лицо Приэллы напряглось.

— Он сказал, что эта вещь не позволит ауре Кесу просочиться наружу. Но прежде чем использовать её, я хотел посоветоваться с вами.

— Это же Барьерный камень. И этот лич отдал тебе такую вещь?

— Он назвал это подарком. А ещё предложил использовать листья и веточки Кесу, чтобы создать ложный след.

Я вкратце объяснил ей план с ложным сигналом: прикрепить лист или ветку Кесу к обломку прежнего Мирового Древа, чтобы сымитировать присутствие нового, а затем перенести его на территорию Эндлисс, отвлекая внимание Древних эльфов.

Выслушав меня, Приэлла ненадолго задумалась.

— Сам по себе этот способ вполне осуществим.

— Значит, мы можем так поступить?

— Нет. — Она тут же покачала головой. — Сейчас ни в коем случае нельзя отдавать листья или ветви Кесу.

— Это как-то навредит ему?

— Один опавший лист или веточка вреда не принесут. Проблема в силе, которая в них сокрыта. — Приэлла кончиком пальца приподняла один из листиков Кесу. — В любой части Мирового Древа сохраняется его уникальная мана и родословная. Их можно использовать не только для создания ложного следа, но и для проведения иных ритуалов.

— Думаете, господин Веларус планирует использовать их для чего-то другого?

— Кто знает. Но мы не можем утверждать обратное.

Приэлла взяла камень в руку. Затем она окутала ладонь силой природы, и в её розовых глазах вспыхнул зелёный огонёк. Тонкие струйки маны потекли по узорам корней и листьев на Барьерном камне.

— Я не верю Веларусу. Он утверждал, что это был необходимый шаг, но именно из-за его действий наш дом был разрушен, а эльфы раскололись.

— ...

— То, что он сейчас помогает Кесу — неоспоримый факт, но пока его истинные намерения остаются загадкой, опрометчиво доверяться ему слишком опасно.

Истинные намерения Веларуса неизвестны. Это и было главным препятствием. Конечно, если бы он действительно захотел, то мог бы забрать этот лист в любой момент. Однако отдавать ему часть Кесу, не зная его мотивов, было нельзя. Как и говорила Приэлла, не было никаких гарантий, что Веларус использует это исключительно во благо Кесу.

— В таком случае пока что я откажусь.

— Спасибо, что прислушался к моему мнению.

Приэлла ещё долго изучала структуру Барьерного камня, прежде чем снова заговорить:

— ...Он безопасен. Всё в точности так, как и описывал Веларус. Этот камень не подавляет жизненную силу Кесу, а лишь преобразует исходящую от него ауру в обычный лесной аромат. Идеальное средство, чтобы скрыть Мировое Древо от внешних врагов. На нём нет ни подслушивающих устройств, ни следящих заклинаний. Выглядит... как самый обычный подарок.

— Значит, им можно пользоваться?

— Да. Думаю, этот камень нам пригодится.

Я посмотрел на Барьерный камень.

— Вы поверили господину Веларусу?

— Нет. — Она ответила без малейших колебаний. — Но то, что эта вещь защитит Кесу — чистая правда. Хоть в это и трудно поверить... — Приэлла снова положила Барьерный камень на ладонь. — Впрочем, это не значит, что мы должны использовать его в первозданном виде.

Из кончиков её пальцев проросла тонкая лазурная лоза. Она обвила Барьерный камень и застыла, приняв форму крошечной короны. Зелёная вспышка озарила комнату и впиталась в камень. Теперь чёрный камень был покрыт изящным узором из зелёной лозы.

— Я наложила поверх печать королевы эльфов. Теперь никто, кроме тебя и меня, не сможет изменить внутреннюю структуру этого Барьерного камня.

— Даже господин Веларус?

— Да. Лучше исключить любые непредвиденные случайности.

— Какая предусмотрительность.

— Речь ведь идёт о Кесу.

Она положила Барьерный камень на комод. В тот же миг чёрный камень мягко засиял. Ощущение свежести, исходившее изнутри, ничуть не изменилось, но...

Приэлла отряхнула ладони, словно завершив важное дело.

— Теперь снаружи нас точно никто не выследит. Даже Древние эльфы не смогут отыскать Мировое Древо.

— Вы тоже заговорили о Древних эльфах.

— Разумеется. Эти господа одержимы Мировым Древом сильнее, чем кто-либо другой. Если они прознают, что Кесу пророс, то костьми лягут, но утащат его обратно в лес.

— Я этого не допущу.

— Я согласна с тобой. Кесу должен расти рядом со своим первым хранителем леса. — Её ответ прозвучал куда более решительно, чем я ожидал. — Будь я прежней, я бы тоже твердила, что его необходимо вернуть в лес. Но не теперь.

Приэлла посмотрела на свои ладони. Вглядываясь в мозоли, оставшиеся от тяжёлой работы на стройке, она продолжила:

— Ведь это означало бы насильно взвалить на плечи этого малыша непосильную ношу под предлогом возрождения лесов.

При этих словах мне вспомнились эльфы, которых я недавно видел в жилом комплексе. Те безответственные эльфы, которые требовали, чтобы Приэлла взяла на себя заботу об их жизнях. В её голосе чувствовалось твёрдое нежелание уподобляться им — тем, кто перестал быть эльфами и превратился в рёст.

— Древние эльфы — всего лишь призраки прошлого, цепляющиеся за увядающий лес. — Приэлла сжала кулаки, глядя на Кесу. — Я не позволю этим призракам прошлого погубить неокрепший росток.

В её голосе зазвучало истинное величие королевы.

— И что вы планируете делать?

— Для начала я отправлюсь туда лично. Оценю обстановку и посмотрю, как поживают Древние эльфы. Если они уловили присутствие Кесу, мне придётся отдать им прямой приказ.

— Думаете, они подчинятся?

— Заставлю подчиниться. — Приэлла посмотрела на меня и слегка улыбнулась. — Я тоже собираюсь заняться политикой.

В своём рабочем комбинезоне она выглядела настолько надёжной и уверенной, что я невольно почувствовал облегчение и улыбнулся ей в ответ.

— Но вам разве не нужно на работу?

— Мне больше нет нужды жертвовать собой ради всего эльфийского народа. Так что я вполне могу позволить себе пару дней отдыха.

В её голосе сквозило спокойствие. Спокойствие королевы, которая сделала ещё один шаг на пути к зрелости.

Заметив это, Кесу затрепетал листочками и прикоснулся веточкой к тыльной стороне ладони Приэллы.

— Кесу, не... не дразни меня.

— И что он сказал?

— Говорит, что я смешная.

— Вы понимаете его язык?

— Немного?

*Шурх! Шурх!*

В ответ на это Кесу снова коснулся веточкой руки Приэллы. Глаза Приэллы округлились.

— А на этот раз что?

— ...Говорит, что его папа — бабник.

— Что?

— Мин Чхоль, чему ты вообще учишь ребёнка?

— ...Да я ничего такого не говорил!

— Врёшь! Чем ты там вообще занимаешься за моей спиной?!

«Кесу, ну и что ты наплёл Приэлле?»

◇ ◇ ◇

— Спасибо за тренировку!

Тренировочный зал гильдии «Проект».

Закончив спарринг, члены гильдии почтительно поклонились Соне. Сегодня она провела индивидуальную тренировку один против многих с двадцатью охотниками. Всё ради предстоящего покорения 80-го этажа.

После того как трудности на 74-м этаже остались позади, восхождение Сони по Башне продвигалось на удивление гладко. В тот день, после прогулки на поводке с Мин Чхолем, все лишние мысли улеглись, и она смогла без труда сосредоточиться. Быстро преодолев этажи вплоть до 79-го, теперь она усердно тренировалась, готовясь к штурму 80-го этажа, который в данный момент также пыталась пройти Ю Сера.

Вытирая катившийся градом пот, она приняла приветствия согильдийцев и, как обычно, в одиночестве направилась в женскую душевую.

— Фух...

Тяжёлый вздох невольно сорвался с её губ. Хотя после зачистки 79-го этажа она уже наступала на пятки рекорду Ю Серы, радости это не приносило. Причина была проста: с того самого дня она больше не виделась с Мин Чхолем.

Они не встречались с тех пор, как погуляли на поводке. Да и отношения у них были не те, чтобы просто так переписываться.

Впрочем, поводов для встречи при желании можно было найти предостаточно: обсудить награду за прохождение этажа, извиниться за случившееся в прошлый раз или угостить его обедом в знак благодарности за то, что выжила на 74-м этаже и смогла добраться до 79-го. Причины можно было придумывать бесконечно.

Но...

«И как мне теперь показаться ему на глаза?»

После того как она так опозорилась.

Перед глазами то и дело всплывал красный поводок. Тот самый тонкий ремешок, который стягивал её шею, связывая её с Ким Мин Чхолем.

Это было ужасно эгоистично с её стороны: она ведь фактически использовала его, чтобы удовлетворить собственную похоть.

«Если бы только Святая не подстрекала меня...»

Но она не могла позволить себе столь жалкие оправдания. В конце концов, это было её собственным решением. Да и без совета Святой она бы наверняка сошла с ума от неукротимого вожделения, вспыхнувшего на 74-м этаже.

— Нужно... извиниться, верно?

И поблагодарить его тоже.

*Ш-ш-ш-ш...*

Стоя под струями льющейся воды, Соня приняла решение. Её хвост легонько завилял из стороны в сторону.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos