Снова с рыцарем

Небо и правда было ослепительно, прекрасно-синим. Далия смотрела на знакомые улицы новым, кристально ясным зрением, больше не полагаясь на очки, и ощущала удивительную свободу. Теперь она даже лучше видела тонкую красоту своего наряда — оливково-зелёных брюк и белого, как лилия, свитера, которые купила ей Габриэлла.

Далия мысленно вернулась к событиям этого дня. С самого утра она села на омнибус и отправилась в храм: там ей должны были восстановить зрение и проверить, сможет ли она после этого обходиться без очков.

Храм стоял на северо-востоке столицы, неподалёку от замка. Это было прекрасное здание из белого кристаллического камня, сверкавшего на солнце. Архитектура напоминала нечто среднее между церковью и римским форумом. Лечили не в самом храме, а в соседнем здании, известном как Зал исцеления. В белом прямоугольном строении, похожем на больницу, посетителей направляли в разные крылья в зависимости от характера и тяжести болезни или травмы.

Что до пожертвования, то ей объяснили: восстановление зрения на оба глаза стоит один золотой, так что несколько серебряных монет будут уместны. Далия ужасно нервничала, но провожатый в Зале исцеления тепло заверил её, что восстановление зрения — простая процедура. Ждать пришлось два с половиной часа, зато, когда её наконец принял жрец, всё закончилось меньше чем за пять минут. Из храма она вышла со зрением таким же ясным и острым, каким оно было в детстве.

Вместо того чтобы снова садиться на омнибус, Далия пешком пошла в центр города, наслаждаясь видами по дороге. В честь основания своей компании она решила побаловать себя хорошим обедом. За последние несколько дней покой её непримечательной жизни разлетелся вдребезги: сначала она потеряла жениха, потом наткнулась на окровавленного рыцаря, а затем её фактически подкупили, чтобы она основала собственную компанию. Поэтому Далия твёрдо решила: остаток дня пройдёт приятно и без происшествий. Она вкусно поест, купит интересную новую книгу по созданию инструментов и сладкое красное вино, а потом вернётся домой. Долго полежит в ванне и проведёт остаток вечера за книгой. А завтра утром будет готова снова с головой погрузиться в работу над инструментами. Ну, примерно так.

Она не знала, где именно поесть, но на главной улице заметила изящный ресторан, о котором вчера упоминала Габриэлла. В заведение такого уровня Далия заходила впервые, так что немного волновалась, но всё же собралась с духом и переступила порог. Сотрудник радушно поприветствовал её и проводил к столику на террасе. Над каждым столом на улице раскрывался большой бежевый зонт. Под ним, в тени от послеобеденного солнца, свежий ветерок раннего лета казался очень приятным.

Далии принесли меню, и она с удовольствием его изучала, когда заметила странность. За столиком в нескольких метрах от неё посетители словно заворожённые смотрели на улицу. Один за другим люди отрывались от тарелок и меню, и все глядели в одну сторону. Далия, заинтересовавшись, проследила за их взглядами — и вдруг встретилась глазами с молодым человеком, который шёл к ней.

— Ой!

Какова вероятность? Не ожидая, что он узнает её, Далия отвела взгляд, чтобы не показаться невежливой. Однако темноволосый юноша направился прямо к ней. Он выглядел так же поразительно красивым, как она его помнила. Сегодня на нём была белая рубашка из шёлковой тафты и чёрные брюки, и этот наряд ему очень шёл.

— Простите, что беспокою, но вы случайно не родственница человека по имени Дали? Или... это вы?

— Да... это я.

Это был Вольф — рыцарь, которого она встретила в лесу. Его золотистые глаза радостно сияли, когда он смотрел на неё сверху вниз.

— Это правда вы! Как я рад. В тот день зрение у меня было совсем мутное, поэтому я не был уверен.

— Прошу простить меня. Лес небезопасен для женщины в одиночку, поэтому я была так одета.

— Вам не за что извиняться. Я ведь в полной мере воспользовался вашей добротой. Не знаю, как вас благодарить за то, что вы сделали для меня тогда.

Вольф, похоже, совсем не сердился на неё за то, что она скрыла свой пол. Он даже вежливо поклонился, благодаря ей.

— Вы знали? Тогда, в лесу.

— Не был уверен. Голос у вас звучал совсем как мужской, но, когда мы ехали в экипаже, я заметил, что запах у вас скорее женский.

Женский запах? Ей очень захотелось спросить, усиливает ли его укрепляющее заклинание ещё и обоняние, но пока она оставила вопрос при себе.

— Я использовала магическое устройство, чтобы изменить голос. Удивительно, что вы смогли меня узнать.

— По тому, как вы отвели взгляд, когда увидели меня. Это показалось странным. Ещё по цвету глаз. В тот день я плохо видел, но этот нефритово-зелёный цвет запомнил. И у вас просто было то же ощущение присутствия, так что... я подошёл, надеясь, что это всё-таки вы. А потом уловил ваш запах и почти убедился.

— У вас... безусловно хороший нос.

Она не пользовалась духами и каждый день мылась; сколько же от неё могло быть запаха? Теперь Далия почувствовала себя ужасно неловко.

— Вообще-то я даже немного рад, что вы женщина.

— Почему?

— Если честно, когда мы встретились в тот день, я нашёл вас довольно очаровательной. И начал думать, не потянуло ли меня вдруг в другую сторону.

— В какую ещё сторону?! — воскликнула Далия, и Вольф усмехнулся.

— Я с радостью постою и поболтаю, но вы не будете против, если я к вам присоединюсь? Конечно, если вы здесь ждёте кого-то особенного, мы можем поговорить в другой день.

Взгляды всех женщин поблизости не просто покалывали её — они пронзали. Было бы хлопотно, если бы кто-то решил, что они знакомы, но, когда на них уже смотрела половина города, возможно, было поздно об этом беспокоиться. Далия сдалась и кивнула.

— Конечно, присаживайтесь. Я здесь одна.

— Спасибо. Какая невероятная удача. Я как раз шёл в Гильдию торговцев.

— За покупками для рыцарей?

— Нет, искать вас.

— Меня?

— Хотел спросить, не знают ли они человека, подходящего под ваше описание. Я хотел поблагодарить вас за то, что вы сделали. Мне было неловко не возместить вам стоимость того зелья, да и пальто, которое вы мне одолжили, я хотел вернуть. Я попросил капитана написать мне рекомендательное письмо.

Ещё чуть-чуть — и беды было бы не избежать. Ей наверняка прочли бы строгую нотацию за то, что она пошла в лес одна, а может, ещё и спросили бы, почему она назвалась чужим именем. А все женщины в гильдии захотели бы прижать её к стенке и расспросить о Вольфе.

— Позвольте угостить вас обедом. И я заплачу за то зелье.

— Эм, ну...

— Ах, не беспокойтесь, я не пытаюсь за вами ухаживать. Мы ведь обещали, помните? Если я вас встречу, то хотя бы угощу напитком. Я просто хочу как следует вас поблагодарить и, если вы не против, с радостью продолжил бы наш разговор о магических мечах и инструментах.

— Ну что ж, хорошо. Буду рада, спасибо.

— Отлично!

Пожалуй, не стоило удивляться, что у рыцаря такое сильное чувство долга. Далия решила списать его поведение именно на это и заказала спагетти с морепродуктами и охлаждённый томатный суп. Вольф выбрал жареную курицу в пряной корочке, тарелку ветчины и сыров, суп вишисуаз и два бокала довольно дорогого белого вина.

— Белое вас устроит? Если нет, я закажу ещё и красное.

— Да, я тоже люблю белое.

Далия всегда была благодарна богатой пищевой культуре королевской столицы. Она слышала, что в других королевствах её называли «городом кухни». Похоже, многие из самых вкусных блюд этого мира можно было найти именно здесь. Основным зерном здесь была пшеница, а кухня напоминала то, что в прошлой жизни Далия назвала бы западной. Ничего в точности похожего на японскую еду, которую она помнила, не было, но некоторые блюда оказывались близки. Разумеется, поскольку на рынках продавались ингредиенты вроде мяса чудовищ, попадалось и множество блюд, каких в прежней жизни Далия никогда не видела.

С детства она с нетерпением ждала двух дней в месяц, когда они с отцом ходили есть вне дома. Они всегда пробовали что-нибудь новое, а если блюдо разочаровывало, просто готовили что-нибудь вкусное дома. Теперь, подумав об этом, Далия поняла, что после смерти отца почти утратила интерес к походам по ресторанам. Она очень давно не искала новых заведений. Возможно, сегодня был хороший повод нарушить эту привычку. Её больше никто не удерживал: она будет искать новые рестораны и наслаждаться вкусной едой и хорошими напитками сколько пожелает.

— В лесу я не понял, какая вы красивая.

— Спасибо за вступительный комплимент. Тогда, правда, я выглядела естественно. Сегодня на мне макияж.

Поскольку её отец был бароном, Далия знала этот дворянский обычай. При первой встрече с женщиной молодые дворяне обычно говорили ей комплимент, прежде чем переходить к серьёзному разговору. Ещё она помнила, что общение с дворянами очень часто вызывало у её отца боль в желудке — настолько, что он нередко принимал лекарство.

— Госпожа Дали, вы на самом деле дворянка?

— Нет, я простолюдинка. Но мой отец был почётным бароном, поэтому с этикетом я знакома. Наверное, трудно придумывать комплименты для женщин, которых едва знаешь.

— Бывает. Люди очень расстраиваются, если забыть или сделать это неумело, — ответил Вольф несколько мрачно.

Далия легко представила себе эту сцену. Вольф был самым настоящим Адонисом. Его, должно быть, втягивали в десятки недоразумений. Далия уже собиралась увести разговор в другую сторону, когда им принесли белое вино и тарелку ветчины с сыром.

— Давайте выпьем тост. А потом непременно попробуем сыры.

Вольф налил им два бокала белого вина. В нём едва мерцало бледное золото.

— Тогда за нашу встречу.

— За нашу встречу.

Они тихо звякнули бокалами. Далия помнила, что в прежнем мире при тосте с вином бокалами вроде бы не полагалось чокаться, но здесь так делали всегда. Считалось, что это отгоняет зло или что-то в этом роде. Правило действовало и для вина, и для эля — да почти для любого напитка. Тот, кто пил в одиночку, просто касался бокалом бутылки. Сначала Далия всерьёз подозревала, не уловка ли это стеклоделов для повышения продаж, но люди соблюдали обычай даже с деревянными кружками, а дворяне — с серебряными кубками.

— Как вам?

— Очень вкусно.

Вино было суховатым, но совсем не горьким, с приятным виноградным вкусом. Далии оно очень понравилось.

— Рад это слышать. В лесу у меня сложилось впечатление, что вы предпочитаете красное.

— Красное я обычно и выбираю. Я люблю сладкое вино.

— Тогда следующим закажем сладкое красное.

Сейчас середина дня, и они только открыли первую бутылку, а он уже говорит о второй? Немного поспешно, разве нет? С другой стороны, Далия сама уже сделала несколько глотков прохладного, освежающего вина. Оно было очень приятным. Вскоре принесли основные блюда, и они продолжили беседу за едой.

— С глазами теперь всё хорошо?

— Полностью. Теперь вижу идеально. На всякий случай несколько дней буду себя беречь.

— Вас заставляют писать то письмо с извинениями?

— Нет-нет. Это настоящий отдых. Капитан отпустил меня без всяких писем.

— Рада это слышать.

— Правда, орден искал меня два дня без передышки, так что, когда вернусь к службе, придётся купить всем по нескольку кружек.

— Вы уверены, что сегодня мы не можем разделить счёт?

— Ни за что. Не волнуйтесь, нам, охотникам на чудовищ, платят неплохо.

Слушая его, Далия отправила в рот вилку, полную спагетти с морепродуктами. Нарезанные морепродукты были хорошо приправлены солью и специями. Идеальное блюдо для жаркого летнего дня. Королевская столица находилась совсем недалеко от океана, поэтому свежие морепродукты поступали сюда стабильно. Виды в основном напоминали те, что Далия знала в прошлой жизни, но одно большое отличие всё же было — размеры. Рыбаки нередко вытаскивали двухметровых кальмаров, креветок размером с кулак и тридцатисантиметровых гребешков. Нужно было точно понимать, что именно заказываешь.

Томатный суп оказался чуть слаще, чем она ожидала. Зато базилик придавал ему свежий и приятный вкус. Ещё одно блюдо, прекрасно подходящее для летних месяцев.

Вольф аккуратно нарезал свою курицу в пряной корочке, между кусочками делая глотки вина. Судя по довольному выражению лица, она была вкусной.

— Угощайтесь и сыром, — сказал Вольф, указывая на тарелку.

— Спасибо.

Глядя на ассорти, Далия заметила два вида сыра странного красного цвета. Красными они были даже на срезе, так что дело было не в какой-то оболочке.

— Я никогда раньше не видела красного сыра.

— Это, должно быть, сыр алого скота.

— Алого скота?

— Да. Вообще-то это вид чудовищ, но в одном из соседних королевств их одомашнили. Шкура у них вся в красно-белых пятнах, и даже молоко розовое. Я слышал, их продукты в последнее время становятся очень популярны.

— Попробую немного.

Она откусила и обнаружила, что сыр твёрже, чем ожидала. По вкусу он напоминал мимолет, только был слаще и насыщеннее. Такой сыр, подумала она, лучше подошёл бы к красному вину, чем к белому.

— Если будем заказывать ещё вино, к этому сыру лучше взять красное, да?

Похоже, Вольф подумал о том же самом. Далия невольно улыбнулась.

— Кстати, — начал он, меняя тему. — Ваш отец не рассердился, что вы одолжили мне его пальто?

— Нет, не волнуйтесь. Отец уже давно умер.

— Мне очень жаль. Я бы ни за что его не взял, если бы знал, что это память о нём.

— Всё в порядке. Я и сама часто надеваю его от дождя. Было бы жалко просто держать его на вешалке.

— Я отнесу его в чистку, прежде чем вернуть. Эм, я не понял, что изнутри подкладка из виверны, а не из кожи песчаной ящерицы.

— С чисткой я справлюсь дома, так что вам не нужно об этом беспокоиться. А шкура виверны — это всего лишь обрезки, которые я соединила и прикрепила. Отец постоянно цеплял пальто за что-нибудь и рвал его, поэтому я добавила туда эту шкуру просто для укрепления.

— Вы использовали для этого шкуру виверны?

Вольф потрясённо посмотрел на неё с чуть приоткрытым ртом. Шкура виверны, которую использовала Далия, была всего лишь обрезками, которые всё равно собирались выбросить. Она нарезала их полосками, смешала с небольшим количеством порошка синей слизи и с помощью смеси клея и магии прикрепила к пальто фиксирующим заклинанием. Использовать цельный большой кусок шкуры виверны было бы слишком дорого.

— Да, но это были только неровные куски, которые всё равно должны были выбросить. Да и приклеились они не везде хорошо: те, что я использовала на сгибах локтей, уже отваливаются.

— Госпожа Дали, вы случайно не занимаетесь одеждой? Или, может, оптовой торговлей?

— О, простите, я ведь так и не представилась как следует. Меня зовут Далия Розетти. Я начинающая мастерица магических инструментов.

— Мастерица магических инструментов? Тогда понятно, почему вы столько о них знаете. А я ещё рассуждал о водонепроницаемой ткани так, словно был каким-то экспертом... Неловко.

Юноша прикрыл половину лица ладонью. Честно говоря, впечатляло, что он умудрялся выглядеть произведением искусства в любой позе.

— Мне было полезно услышать мнение того, кто действительно пользуется этой тканью. Видите ли, изобрела её я.

— Правда? Это вы её сделали?

— Да. Ваш отзыв оказался очень полезным; я попробую разработать новую версию, более лёгкую и лучше пропускающую воздух.

— Это было бы великолепно! Разбивать лагерь станет куда проще... Боги небесные, благодарю вас от всего сердца. Спасибо, что позволили мне вновь встретить Далию Розетти.

— Прекратите! — воскликнула Далия, когда Вольф закрыл глаза и торжественно сложил руки в молитве.

Сегодня она крикнула на него уже второй раз. Мужчина напротив ухмыльнулся, как ребёнок, которому удалась шалость. Его внешность и поведение совершенно не сочетались. Далия не понимала, что с ней происходит рядом с ним: он сбивает её с шага или втягивает в свой ритм? Или, может, вино действует сильнее, чем она думала.

— Бутылка почти пустая; закажу нам ещё, — сказал Вольф.

Однако ресторан с тех пор, как они пришли, успел заполниться, и к террасе почти не подходили официанты.

— Лучше пойду найду кого-нибудь внутри.

Прежде чем Далия успела предложить сходить самой, Вольф уже поднялся. То ли он привык к строгой иерархии среди рыцарей, то ли к тому, чтобы развлекать женщин. Далия решила не задумываться об этом слишком глубоко. У неё были вкусная еда, хорошее вино и собеседник, с которым было трудно заскучать. Лёгкий ветерок, скользивший по террасе, казался ей особенно приятным.

— Далия?

К сожалению, этот голос Далия знала. Он принадлежал последнему человеку во вселенной, которого она хотела бы встретить, особенно в таком хорошем настроении. Она осторожно оглянулась и увидела, как он потрясённо смотрит на неё. Надеясь сделать вид, что не заметила его, Далия быстро снова отвела взгляд.

— Госпожа Далия!

Это был уже другой голос — молодой женский. Его обладательница поспешила к ней так, что напомнила Далии маленького зверька. Тонкие светло-медовые волосы, оленьи глаза, маленькая хрупкая фигурка — именно такая женщина, которую мужчинам хочется защищать. Её ангельское личико, слегка подчёркнутое макияжем, уже притягивало взгляды многих посетителей ресторана.

— Мне так жаль! Я совсем не хотела причинить вам боль... Я всё это время хотела перед вами извиниться...

— Эмилия, ты ни в чём не виновата! Это я виноват.

В один миг весь ресторан уставился на них. Показатель эмоционального дискомфорта Далии взлетел выше крыши.

Неужели они не могли просто сделать вид, что её не заметили, и спокойно идти дальше? Им правда обязательно было устраивать это здесь? Сейчас?

Далия смотрела на заплаканную молодую женщину перед собой и не чувствовала ровным счётом ничего. Её совершенно не интересовало, что та хочет сказать.

— Ваша помолвка разрушилась из-за меня... Мне так, так жаль!

— Мне больше нечего сказать.

Эмилия вроде бы извинялась, но в этой театральности было что-то подозрительное. Зачем она выставляет их личные дела напоказ перед всеми этими незнакомцами? Пытается расковырять раны Далии и спровоцировать её? Иначе думать было трудно.

— Простите... Пожалуйста, пожалуйста, простите меня...

— Далия, не вини Эмилию.

Всё, что сказала Далия, — «Больше мне нечего вам сказать». Пять слов, и только. Она с радостью послушала бы, где именно в этой короткой фразе он нашёл обвинение в адрес Эмилии. Пусть идёт, найдёт школьную тетрадь вроде тех, которыми они пользовались, и напишет ей подробное сочинение с научным разбором вопроса.

Того, что эти двое тратили её время, было уже достаточно плохо, но Далия очень не хотела втягивать в это Вольфа. Устало пытаясь придумать самый быстрый способ выбраться из ситуации, она поняла, что рыцарь вернулся. Взгляды любопытных зрителей, а также Тобиаса и Эмилии нашли новую цель. И это было неудивительно. Вольф не просто притягивал взгляды, куда бы ни пошёл, — его красота ещё и перехватывала дыхание. Подойдя сзади, он прошептал так, чтобы слышала только Далия:

— Вы всё ещё его любите?

— Ни капли, — мгновенно ответила она, как можно короче.

— Дражайшая госпожа Далия... Если вы расторгли помолвку, значит, я вправе считать вас свободной.

Вольф встал рядом с Далией и заговорил тоном, которого она прежде от него не слышала. Его улыбка была словно с очаровательной картины, а манеры внезапно стали манерами сказочного принца из пьесы — причём пьесы до ужаса слащавой.

— Хвала богине удачи! Много раз молил я вас отужинать со мной, но, к моей печали, ни разу не удостоился этой радости. И вот в день нашей новой встречи я узнаю, что вы свободны от прежних уз. Я вне себя от счастья!

Эта странная речь была произнесена голосом столь приторным, будто сахарные конфеты утопили в мёде. Лицо Далии напряглось, по спине пробежал жуткий холодок.

— Далия, кто это? — нахмурившись, спросил Тобиас.

Тобиас не имел права так запросто обращаться к Далии и не имел права требовать имя другого мужчины перед всеми этими людьми. Однако Вольф ответил раньше, чем Далия успела что-либо сказать.

— Я Вольфред Скарфаротто из королевских рыцарей. А с кем имею честь говорить?

У Далии перехватило дыхание. В тот день Вольф сказал, что он сын мелкого дворянина — мелкого! Но во всём городе не нашлось бы человека, который не знал бы дворянский дом Скарфаротто. Двадцать лет назад именно эта семья и только она сделала возможной королевскую Великую водную реформу, раскрыв секрет массового производства водных кристаллов. За это достижение виконт Скарфаротто — тогда он ещё был виконтом — получил титул графа. Это было настолько историческое свершение, что о нём писали даже в учебниках, по которым Далия училась в начальной школе. Сегодня Скарфаротто отвечали почти за все стороны водной инфраструктуры королевства: от стабильных поставок водных кристаллов до очистки канализационной системы. Их дар к водной магии был непревзойдённым в столице, и ходили слухи, что следующий граф Скарфаротто станет маркизом.

Тобиас и Эмилия застыли на месте.

— П-прошу простить мои манеры! Я Тобиас Орландо из компании Орландо.

— А я Э-Эмилия Таллини, приёмщица компании Орландо.

— Вот как?

Этим коротким ответом Вольф и ограничился, после чего отвернулся от пары, даже не удостоив их взглядом. Вместо этого он подошёл к Далии и изящно предложил ей руку.

— Госпожа Далия, не сменить ли нам обстановку? Я знаю подходящее место, и мне ещё столько хочется с вами обсудить. Окажите ли вы мне честь и составите ли мне компанию?

Они успели съесть лишь примерно две трети обеда, но Далия была рада приглашению сбежать из этой нелепой мыльной оперы. Она без колебаний положила руку на руку прекрасно державшегося рыцаря.

— С радостью.

Рука Вольфа вокруг её руки была очень тёплой.

Когда они отошли от ресторана на некоторое расстояние, Далия сказала:

— Вы меня там спасли. Спасибо.

— Не нужно благодарить. Я только надеюсь, что сказанное мной не создаст вам проблем с работой или чем-то ещё. Если так, я могу...

— Конечно нет! Просто это застало меня врасплох. Я не знала, что вы такой красноречивый.

— Но всё это было правдой. Я пригласил вас выпить, когда вы оставили меня у ворот замка, а вы меня отшили. И ещё я сказал, что хотел бы снова с вами поговорить.

Когда позади экипажа Далии подъехал другой экипаж, Вольф что-то сказал, но она тогда не расслышала. От мысли, что в тот момент он хотел того же, что и она, Далию захлестнула радость.

— Простите, из-за дождя я не услышала. И мне тоже стоит извиниться за то, что я обманула вас и позволила считать меня мужчиной.

— Вам не нужно чувствовать вину. Если бы я понял, что вы женщина, я бы ни за что не пошёл умываться в реку, и мои глаза стали бы ещё хуже. Да и всю вашу еду и вино не съел бы.

Вольф остановился и обеспокоенно посмотрел на Далию.

— Я... не навязываюсь вам? Вы хотели сегодня побыть одна?

— Вовсе нет. Это был просто обед, ничего особенного. С помолвкой всё было так: её устроили наши отцы. А прямо перед свадьбой мой жених сказал, что нашёл свою «истинную любовь». Поэтому мы всё и расторгли.

— Истинную любовь?.. — Вольф не сумел скрыть презрение в голосе. — Не могу сказать, что понимаю.

— Я тоже, — коротко покачав головой, согласилась Далия.

В этом мире в целом не одобряли решения, принятые на основании «истинной любви».

— Неудивительно, что чувств к нему у вас больше нет.

— Никаких.

— Хорошо хотя бы, что это случилось до регистрации брака. Единственное светлое пятно.

Далия искренне улыбнулась и кивнула.

— Полностью согласна.

— Честно говоря, мне кажется, нас там грубо прервали. Я бы с удовольствием поговорил с вами ещё немного, да и выпить ещё не отказался бы. Если вы не против, может, пойдём куда-нибудь ещё?

Она плохо знала этого мужчину, к тому же он был дворянином. Несмотря на то что помолвка уже была расторгнута, первой её мыслью было отказаться. Но едва она опустила взгляд на землю, как вдруг вспомнила, как сильно после их первой разлуки хотела снова с ним поговорить. Эта мысль придала ей нужный толчок, и Далия выпрямилась, отвечая уверенно:

— Обязательно. И я бы ещё чего-нибудь съела.

Когда они снова двинулись в путь, оба вдруг осознали, что всё ещё держатся за руки, и поспешно разжали пальцы.

Далия и Вольф некоторое время шли пешком, направляясь в южную часть Центрального района. По рекомендации Вольфа они вошли в простонародную закусочную с широким выбором напитков. Оказавшись внутри здания с красной крышей, Вольф попросил сотрудника проводить их в самую дальнюю отдельную комнату.

— Ну что ж, теперь нормально поедим. Что будете пить? У них хороший выбор красных вин; закажу всё, что вам понравится. Правда, лучше всё-таки не заказывать бочонок.

Меню, которое дали Далии, было очень толстым, и, что удивительнее, половину его занимали разные виды алкоголя.

— Бочонок вина, вы сказали? О, вот он.

В самом конце меню Далия увидела, что здесь предлагают бочонки вина трёх видов — красного, белого и розового.

— Наверное, для праздников, — пробормотала она.

В этом мире простолюдины не надевали нарядные одежды и не устраивали церемонии, когда вступали в брак. Вместо этого после регистрации брака было принято брать короткий отпуск и собираться с друзьями и родственниками — дома или в ресторане, — чтобы провести вечер за хорошей едой и выпивкой. Конечно, самой Далии это ещё не доводилось испытать.

— Тогда мне светлый эль, пожалуйста.

— Хорошо, а я возьму тёмный. Что насчёт еды? Закажем несколько блюд на двоих?

— Звучит хорошо. Так сможем попробовать всего понемногу.

Вскоре подошёл официант, и они указали выбранное в меню.

— Нам один светлый эль и один тёмный, две порции шашлычков из морепродуктов, оладьи из свинины и овощей и курицу на пару. Госпожа Далия?

— Я бы хотела картофель фри с чёрным перцем и жареные бобы фава, пожалуйста.

Когда официант ушёл, Вольф поудобнее устроился на своём месте.

— Вы не против, если я воспользуюсь этим? Это устройство против подслушивания.

Из кармана он достал маленький серебряный предмет в форме пирамиды. Такие устройства были разновидностью магических инструментов, которыми часто пользовались дворяне и состоятельные торговцы.

— Пожалуйста. Хотя не думаю, что мы будем делиться какими-то тайнами.

— Я не совсем для этого им пользуюсь. Просто когда хочу свободно поболтать с друзьями из ордена.

Маленькая серебряная пирамидка в руке Вольфа начала светиться бледно-голубым.

— Прежде чем начнём, хочу попросить вас об одном. Если вдруг, с очень малой вероятностью, я напьюсь до бесчувствия, вы вызовете мне экипаж до казарм при замке?

— Вызову. А если то же самое случится со мной, посадите меня, пожалуйста, в экипаж до Зелёной башни в Западном районе.

Особых причин предполагать, что кто-то из них сегодня напьётся до провала в памяти, не было, но лучше перестраховаться: всё-таки близкими они не были. Вызвать экипаж, не зная адреса, было бы бессмысленно. В оживлённых торговых районах города ожидали наёмные экипажи, похожие на такси; после лишней кружки это был самый безопасный способ добраться домой.

— Я, правда, ни разу не отключался от алкоголя, — заметил Вольф. — А вы?

— Ни разу. Я вообще никогда сильно не пьянела.

— Сколько вы выпивали больше всего?

— Однажды осилила четыре бутылки красного вина и всё равно прекрасно работала.

— Хм, думаю, это уже вполне тянет на королевскую змею.

В этом мире «королевской змеёй» называли человека, который мог выпить очень много. Королевские змеи были видом чудовищ, живших в пустынях; их можно было выманить из укрытия алкоголем, и, похоже, они его очень любили. Далия слышала, что охотники наполняют большой кувшин выпивкой, ждут, пока королевская змея всё выпьет и окончательно опьянеет, а затем ловят её.

— Больше я почти и не пробовала. А вы? — спросила Далия.

— Я пил белое вино до «перевала» и чувствовал себя нормально.

— Ого... Тогда вы морской змей.

«Перевалом» называли десять бутылок и больше, а «морской змей» означал ступень выше королевской змеи. У таких людей были поистине железные печени, и они практически не пьянели. Из-за физиологических ли различий или под влиянием магии, Далия не знала, но в этом мире было немало людей, на которых алкоголь почти не действовал. Сама Далия могла выпить здесь куда больше, чем в прошлой жизни, хотя по меркам этого мира особой стойкостью не отличалась.

— Среди рыцарей у нас много морских змеев.

— Угощать их выпивкой обойдётся вам дорого. Давайте здесь всё-таки разделим счёт?

— Похоже, я сболтнул лишнего. Сделайте вид, что ничего не слышали. Разве что если вы закажете тот бочонок, тогда можем разделить.

Переубедить его, похоже, было невозможно: сегодня он твёрдо решил угощать её. Далия поняла, что лучше просто принять это с благодарностью.

— Хорошо. Тогда ещё один тост, — уступила она. — За нашу встречу.

— За нашу встречу!

Еду и напитки уже начали приносить, и они чокнулись элем. Ледяной светлый эль Далии был лёгким на вкус. Тем не менее у него был хороший хмельной аромат, приятная тонкая горчинка и свежее чистое послевкусие. Газирован он был не слишком сильно, и Далия решила, что такому элю это подходит.

Вольф, с другой стороны, уже осушил свою первую кружку тёмного эля, и того, что оставалось в бутылке, явно надолго не хватит.

— Как думаете, теперь мы можем расслабиться и говорить на равных? С устройством против подслушивания нас не услышат.

— Я не уверена... Всё-таки вы сын графа.

— Я ношу имя Скарфаротто, но я младший сын. За мной не ходят ни охрана, ни сопровождающие; меня просто оставляют в покое. Моя мать не была кем-то значительным, да ещё и была третьей женой графа. Меня растили в отдельном доме, а теперь я живу в казармах. Так что с формальностями у меня плохо. Неужели не сделаете для меня исключение?

В золотистых глазах мужчины мелькнул едва заметный намёк на слёзы. Он, как всегда, выглядел прекрасным — так почему Далия вдруг вспомнила собаку, которую держала в прошлой жизни?

— Хорошо. Я простолюдинка, так что дворянских обычаев всё равно не знаю. Постараюсь не быть с вами слишком официальной. А теперь это устройство против подслушивания — как оно работает?

— По словам одного из магов в замке, оно накладывает ближайшие звуки друг на друга так, что они взаимно гасятся. Оно не заглушает каждое слово, но из-за того, что звук то появляется, то пропадает случайным образом, на расстоянии невозможно понять, о чём говорят. Правда, если столы стоят слишком близко, пользоваться им не получится: звучит неестественно.

— Понятно. Значит, чтению по губам оно тоже не помешает.

Вместо того чтобы полностью заключать пользователей в какой-то невидимый звукоизолирующий барьер, устройство, похоже, просто делало разговор трудным для восприятия.

— Постойте, вы тоже делаете такие вещи?

— Ну, я не совсем уверена, что именно вы имеете в виду под «такими вещами». Я делаю полезные в повседневной жизни магические инструменты и продаю их через Гильдию торговцев. Сушилки, водонепроницаемую ткань, такие вещи. Думаю, устройства против подслушивания скорее относятся к области магов, чем мастеров магических инструментов.

— А, ясно. Я думал, мастера магических инструментов делают практически всё подобное.

Они поделили пополам блюдо свежеподжаренных бобов фава и закусывали ими, запивая элем. Бобы были обжигающе горячими, и чистить их было немного хлопотно, зато аромат у них был восхитительный, сами они были доведены до идеальной мягкости, а послевкусие оставалось тонко-сладким. Слегка подпалённые снаружи и щедро посыпанные солью, они очень напоминали те, что Далия ела в прежней жизни.

— Должна сказать, сэр Вольф, там вы меня удивили. Вы словно стали совершенно другим человеком.

— Я просто подумал, что так быстрее закончу разговор. Вот такой я, когда действительно пытаюсь вести себя как дворянин. Вы бы предпочли, чтобы я говорил так?

— Ни за что. Мне захотелось бежать в горы.

— Хорошо. Поддерживать это было бы изнурительно. Жаль только, что у меня нет более обычной внешности под стать характеру.

Хорошо, что их никто не слышал: такое замечание, пожалуй, навлекло бы гнев всех мужчин королевства с обычной внешностью. С другой стороны, красота и правда приносила свои проблемы. Далия вспомнила особенно красивую подругу из колледжа, которую часто беспокоили именно из-за внешности.

— Полагаю, к вам часто пристают.

— Только сегодня уже три раза, пока я шёл от казарм до того ресторана.

— Наверное, просто выйти на улицу утомительно.

— Если я один, обычно надеваю капюшон и очки. Сегодня я специально решил выделяться — на случай, если... вы меня найдёте.

— Простите, что доставила вам столько хлопот. Надо было хотя бы назвать своё имя, чтобы вы могли найти меня через Гильдию торговцев.

— Нет, это я прошу прощения за свою жалкость. Я вас ни в чём не виню. Просто мне очень хотелось снова с вами поговорить. — Вольф одной рукой почесал затылок, смущённо глядя в сторону. — Ладно, хватит об этом. Давайте есть!

— Да, с удовольствием.

Вольф передал Далии её порцию шашлычков из морепродуктов, и она начала есть их один за другим. Внутри были крупные креветки, маленькие рыбы, гребешки и кракен. Всё было просто приправлено солью. Пухлые мясистые креветки были нежными и сочными, и каждая размером с кулак Далии — ими было легко насытиться. Маленькие рыбы, зажаренные целиком, чем-то напоминали сишамо, но были ярко-красного цвета. Белое мясо было сладким, внутренности — с лёгкой горчинкой. Во вкусе было что-то странное, что она не могла точно определить. Далия задумалась, не относится ли эта рыба к видам чудовищ. Гребешки были крупными, и жарка нисколько не уменьшила их восхитительную сладость и нежную текстуру.

Кракен определённо был самым необычным. Этих морских чудовищ регулярно ловили рыбаки и наёмники на больших судах, поэтому они дёшево и в больших количествах поступали и как пища, и как сырьё. То, что лежало на тарелке Далии, было нарезано кусочками на один укус и представляло собой крошечную часть животного, но красновато-коричневый цвет поверхности напоминал ей осьминога. Однако, когда она откусила, упругая текстура и аромат оказались совсем как у кальмара. Она слышала, что у кракена бывает неприятный запах, но Далия не заметила ничего такого — очевидно, с этим справились на каком-то этапе разделки или приготовления.

— Вам когда-нибудь приходило в голову задуматься, кракен больше похож на осьминога или на кальмара? — спросила Далия.

— Да, выглядит он и правда как осьминог, а вкусом ближе к кальмару. На тарелке это трудно представить, но если подумать, сколько порций получается из одного кракена, впечатляет, верно?

— Верно. Ледяным магам в это время года наверняка приходится несладко.

Один кракен, в зависимости от размера, легко мог заполнить несколько складов. В море его разделывали на крупные части, но для продажи на рынках нужно было нарезать ещё мельче. За исключением середины зимы ледяные маги круглый год были заняты тем, что заполняли склады льдом. После заморозки кракенов разрезали на мелкие, пригодные для продажи куски. Далия помнила, что многие маги с даром к ледяной магии в старшей школе подрабатывали на этом и зарабатывали неплохо.

Затем Далия и Вольф перешли к оладьям и картофелю фри с чёрным перцем и заказали ещё эля. На этот раз оба выбрали рубиновый.

— Он и правда рубиново-красный.

— Да, его варят из красного ячменя.

Далия невольно поворачивала бокал, любуясь красивым глубоким цветом. Она сделала глоток: эль оказался очень фруктовым и сильно газированным. Он идеально подходил к жареной еде. Эль и толстые ломтики картофеля фри, приправленные солью и чёрным перцем, составляли совершенно неотразимое сочетание. Такими темпами ей скоро придётся ослаблять ремень.

— Значит, у магических инструментов обычно бывает только одно зачарование?

— Верно. Одно зачарование на предмет — стандарт. Накладывать зачарования слоями обычно умеют опытные маги и алхимики.

— А как маг накладывает зачарования слоями? Вы об этом слышали?

Вольф взял нож и разделил приготовленную на пару курицу на две равные половины. Внутренности были удалены, но блюдо всё равно выглядело весьма сытным.

— У каждого, конечно, свои секреты, но, думаю, они используют какую-то технику, чтобы «запечатать» каждое зачарование. Особое ли это заклинание или зелье — не знаю.

— Понятно. Звучит сложно. Я вспомнил, как вы рассказывали о зачарованных кухонных ножах, и подумал, что было бы очень полезно иметь на мечах разные зачарования — например, укрепляющее и самоочищающееся. О, и ещё снижающее вес.

— Хм?

Далия замерла, глядя на нож, которым Вольф только что разрезал курицу на пару. Прижав руку ко лбу, она несколько мгновений обдумывала устройство меча.

— У мечей, которыми вы пользуетесь, сменные гарды и ножны?

— Да, мы меняем их, когда нужно. Клинки время от времени ломаются.

— Я просто подумала: если они сменные, значит, всё это наверняка можно считать отдельными предметами. Не знаю, возможно ли это; может, кто-то уже пробовал, но... если разобрать меч, зачаровать клинок укрепляющим заклинанием, с помощью водной и воздушной магии наложить на гарду самоочищающееся заклинание, зачаровать ножны заклинанием снижения веса, а потом всё собрать... интересно, сработает ли?

— Ого... — золотистые глаза Вольфа расширились, а затем он просиял. — Это было бы потрясающе! Нам стало бы гораздо легче работать. Вы могли бы создать первый полностью искусственный магический меч!

С этим последним замечанием Вольф не сумел скрыть восторга и почти выкрикнул его. Он чуть смутился и быстро снова понизил голос. Когда Вольф говорил о магических мечах, временами его лицо становилось совсем детским. Глаза искрились любопытством и жаждой приключений; смотреть на них было завораживающе.

— Простите, я слишком увлёкся...

— Видно, что вы очень любите эти мечи.

— Да. Моя мечта — когда-нибудь владеть магическим мечом или другим зачарованным оружием. Сам я зачаровывать не умею, но думать об этом всё равно ужасно интересно.

— Понимаю. Я люблю свои магические инструменты, а придумывать новые конструкции — одна из моих любимых частей работы.

Далия поняла: возможно, именно это у них с этим юношей было общим. Судя по сиявшим счастьем золотистым глазам, он тоже это понял.

— Вам сегодня куда-нибудь нужно?

— Нет, планов нет.

— Отлично. Я настроен выпить ещё немного. — Вольф одним глотком осушил бокал. — Но сначала давайте доедим эту курицу.

Так они и сделали: ели курицу на пару и продолжали разговаривать. К тому времени она уже остыла, но мясо оставалось прекрасно сочным и нежным; оно буквально таяло во рту. Резкого запаха не было, и курица была вкусна и сама по себе, и с пряным луковым соусом.

— Пора ещё выпить. Думаю, возьму аквавит со льдом. А вы?

— Аквавит? Какой он?

— Крепкий напиток из картофеля. Слегка чувствуется тмин и другие травы. Пьётся мягко.

— Хм, хорошо. Тогда мне тоже, пожалуйста.

Вольф поднялся и сделал заказ, и вскоре официант принёс бутылки, бокалы и небольшое ведёрко со льдом.

— Ну что ж, новый напиток требует нового тоста. Немного банально, но за успешное завтра.

— За успешное завтра.

С этим часто звучащим пожеланием они произнесли третий за день тост. Аквавит, приятно охлаждённый льдом, был мягким и гладким. Вкус оказался очень приятным: как только напиток скользнул по горлу, травянистый аромат тмина красиво раскрылся. Но с этим напитком нельзя было шутить. От такой крепости голова быстро пойдёт кругом.

— Рискуя показаться слишком фамильярным, могу ли я просто называть вас Далией? И хотел бы, чтобы вы тоже называли меня Вольфом, без «сэр».

— Я не против, если вы будете так меня называть, но... мне самой, думаю, будет неловко обращаться к вам так. Я всего лишь простолюдинка.

— Понимаю. Я попрошу писца-юриста составить свидетельство о том, что вы можете говорить со мной как угодно, не нарушая этикета.

Что это за пугающая шутка? Во-первых, никто не стал бы обращаться к писцу-юристу ради такой пустяковой вещи, а во-вторых, он не совсем понял проблему их столь близкого общения. Далия содрогнулась, представив, что об этом подумают другие женщины и дворяне. Это могло сказаться на её работе.

— Дело не совсем в этом.

— Я младший из четырёх сыновей отца. Моя мать была дочерью барона. Её уже нет, а её семья лишилась дворянского статуса. Я Скарфаротто, но не могу пользоваться водной магией, не говоря уже об остальных школах. Когда-нибудь я откажусь от дворянства и пойду своим путём. Мы можем говорить друг с другом как друзья и считать это тренировкой перед моей жизнью простолюдина.

К пяти главным школам магии относились огонь, вода, воздух, земля и исцеление. Среди дворян наличие дара к этим школам считалось очень важным.

— Разве вы не можете жениться на дворянке?

— Сын графа без магической силы — просто позор. Жениться я мог бы, но возникла бы проблема наследования. Пришлось бы усыновлять мальчика или передавать имение племяннику, или что-то в этом роде. Большинство родов заканчивается, если теряет магическую силу. Кроме того, думаю, в браке меня просто воспринимали бы как трофей. А если бы у меня родилась дочь, на неё легло бы сильное давление. Семья захотела бы, чтобы она удачно вышла замуж и принесла им больше богатства и статуса.

— В каком же мире вы живёте...

Позже Далия узнала от Вольфа, что отказ от дворянского статуса встречался не так уж редко. У высокопоставленных дворян титул и большую часть богатства наследовал старший и самый способный сын, а ещё один сын оставался запасным на случай, если с первым что-то случится, — иначе говоря, наследник и запасной. Остальных сыновей либо выдавали в брак, либо они становились простолюдинами. Дочерей иногда выдавали за более богатых и высокородных мужей, но чаще всего они выходили за дворянина равного или более низкого ранга, состоятельного торговца или государственного чиновника. Система была устроена так, чтобы общее число дворян почти не менялось. Отец Далии был почётным бароном, но сама она родилась и выросла простолюдинкой, поэтому почти ничего не знала о тонкостях дворянской жизни.

— Похоже, и дворянам иногда нелегко.

— Некоторым мужчинам проще стать любовником замужней женщины. В нашем королевстве мужчине разрешено иметь нескольких жён, а женщине — нескольких мужей, но женщин, выбирающих больше одного супруга, не так много, в отличие от мужчин. Гораздо чаще можно увидеть молодых мужчин в свободных отношениях с замужними женщинами.

Брачная система этого мира была одной из вещей, которые сильно удивили Далию. Процесс регистрации был очень похож на тот, что она знала в первой жизни, но важные различия всё же имелись. В этом королевстве признавались браки одного мужчины с несколькими женщинами, одной женщины с несколькими мужчинами и людей одного пола. Однако среди простолюдинов куда чаще всего встречался брак одного мужчины и одной женщины. Следующим по распространённости был мужчина с несколькими жёнами, что часто наблюдалось в домах состоятельных торговцев и им подобных. У дворян и многожёнство, и многомужество практиковались по нескольким причинам: часто дело касалось сохранения редких магических способностей, наследования или защиты земель и имущества. На первый взгляд дворяне жили беззаботно, но реальность, пожалуй, была не такой радужной.

— Простите, я немного ушёл от темы.

Вольф криво улыбнулся и до краёв наполнил оба бокала аквавитом.

— Скажи, Далия... если я принесу один из наших мечей, ты могла бы попробовать зачаровать его так, как говорила? Конечно, я заплачу тебе за время и расходы.

Далия заметила, что он как ни в чём не бывало убрал из обращения «госпожа». И всё же, как ни странно, ей было вполне спокойно.

— Я не против, если мы будем говорить неформально, когда мы одни. А что до меча — если я испорчу зачарование, он будет загублен, поэтому для начала лучше взять дешёвый короткий меч... как думаешь, Вольф?

На одно мгновение золотистые глаза Вольфа широко раскрылись, а потом он улыбнулся Далии так ослепительно, будто от него пошли солнечные лучи.

— Да. Великолепно! Не могу дождаться, когда мы начнём, мастерица магических инструментов Далия.

Когда они опустошили бутылки аквавита, Далия и Вольф вышли из закусочной. Темнота только начинала опускаться, превращая вечер в ночь.

— Я вызову вам экипаж.

— Нет, всё в порядке. Прогулка до дома поможет мне протрезветь.

Неспешная прогулка ранним летним вечером казалась прекрасной идеей. К счастью, сегодня на Далии были новые брюки; ходить в них было очень удобно.

— Тогда позвольте хотя бы проводить вас домой. Обещаю, навязываться не стану.

— Я живу на западе, у крепостной стены. Это довольно далеко. Замок в другой стороне.

— Женщине опасно идти одной, даже в такой час.

Вольф, похоже, искренне за неё беспокоился. Далия открыла сумку и стала в ней искать.

— Спасибо за заботу, но смотрите, у меня есть это. Называется замораживающий браслет; он для самообороны. Пока я его ношу, со мной всё будет в порядке.

— Это магический инструмент на ледяной магии?

— Верно. Их продают в магазинах. Мощности хватает, чтобы заморозить человеку конечности. Я немного усилила свой, так что при необходимости смогла бы применить его на двоих-троих.

Далия знала мастера магических инструментов, который делал такие замораживающие браслеты, и спросила у него разрешения, прежде чем модифицировать свой. Теперь при каждом использовании браслет мог выдавать столько же холода, сколько большой холодильник. По возможности Далия всегда старалась узнать максимальную мощность и пределы любого магического инструмента, который попадал к ней в руки. Она взяла это за правило с того самого дня, когда случайно сделала огнемёт вместо сушилки, хотя эту подробность оставила при себе.

— Ага. То есть вы можете заморозить их на месте и сбежать?

— Я бы пошла звать стражу или кого-нибудь из соседей на помощь. Лёд тает не сразу. Кстати, если ударить по замороженным местам, их легко сломать. Я слышала, некоторых ловили за нападение на женщин, и... ну, люди быстро позаботились, чтобы они больше никогда этого не сделали! — бодро объяснила Далия.

— Ого...

Воображение Вольфа, похоже, на несколько мгновений убежало слишком далеко, прежде чем он быстро покачал головой. У Далии было чувство, что он вспомнил тот случай с пальто прошлой весной, и она не удержалась от усмешки.

В целом королевская столица была очень безопасной. И всё же женщинам было опасно ходить по улицам одним ночью, поэтому после наступления темноты почти все пользовались экипажами. Те же, кто этого не делал, обязательно брали с собой какое-нибудь средство самообороны вроде замораживающих браслетов или защитной магии. Далия слышала о глупцах, которые пытались напасть на с виду безоружную женщину-мага, а в итоге чуть не оказывались зажарены заживо. После базового лечения травм таких преступников — грабителей, приставал и им подобных — обычно приговаривали к физическому труду, отправляли в шахты или ссылали в глушь возделывать землю. Нередко в этих суровых условиях они работали до конца жизни. Далия слышала, что такие преступники были важной частью рабочей силы королевства.

— А если я скажу, что просто хочу поговорить с вами ещё немного? Тогда можно проводить вас назад?

— Конечно. Я не против, но это же большой крюк для вас, разве нет?

— Если я сейчас вернусь в замок, всё равно закончу какой-нибудь тренировкой. Не хочу за время отдыха заржаветь.

Они шли рядом и болтали, а длинная дорога была залита багряным светом — солнце медленно опускалось за горизонт. Магические уличные фонари ещё не зажглись, и в сумерках лица прохожих различались плохо.

— Тренировки в Ордене охотников на чудовищ, наверное, очень тяжёлые.

— Ничего особенного. Мы много бегаем, укрепляем мышцы подъёмами корпуса, отжиманиями и прочим, дерёмся на мечах и копьях. А время от времени приходят маги и всех нас разбрасывают.

— Простите, что вы сказали в конце?

Бег и спарринги звучали совершенно обычно, но зачем, во имя всего, магам их избивать?

— Мы часто сталкиваемся с чудовищами, которые дышат огнём или поднимают ветер, так что это тренировка. Несколько магов сразу атакуют нас мощными залпами, а мы учимся уклоняться или выдерживать удар, если можем. Да, пару ребят часто отправляют в лазарет, но лучше потренироваться до настоящего боя.

— Понятно, наверное, в этом есть смысл. Тогда скажите, с самым большим чудовищем какого размера вам приходилось сражаться?

— Наверное, с виверной. Всё, у чего есть крылья, страшно неудобно. Если улетит, догнать почти невозможно.

— Разве самые большие чудовища не самые трудные?

— Если это не настоящий исполин, размер не так уж много меняет. Даже наоборот — по ним легче попасть.

Что? Ей показалось, или он говорит о пугающих чудовищах так, словно это удобные мишени? И насколько большим должно быть чудовище, чтобы считаться исполином? Ей было любопытно, но она не была уверена, что правда хочет это знать.

— А, если говорить о трудных чудовищах, я терпеть не могу тех, у кого много ног, вроде гигантских многоножек. Никогда не знаешь, как они двинутся и откуда бросятся.

— Я даже видеть такое не хочу.

— Зато у циклопов, например, всего две руки и две ноги; если они гонятся за тобой, просто отходишь в сторону. С ними не так уж сложно.

Вольф говорил так, будто всё очень просто, но нормальный человек в таких салочках победить бы не рассчитывал. Этот разговор лишь окончательно убедил Далию, что легендарная репутация охотников на чудовищ вполне заслужена.

— Сегодня вы купили мне столько еды и напитков, так что давайте забудем о зелье. Судя по всему, жизнь у вас, охотников на чудовищ, и так нелёгкая.

— Я ничего не забуду. Наоборот, можете вытрясти из меня сколько угодно монет, если сделаете для меня тот зачарованный меч.

— Ни за что!

Она снова на него крикнула. Сколько раз за сегодня? Далия сбилась со счёта, а поскольку это, вероятно, был не последний раз, решила больше и не считать.

За почти час оживлённого разговора они наконец дошли до башни, которую Далия называла домом. Небо уже потемнело настолько, что бледный серп луны резко выделялся на синеве.

— Так вот ваш дом. Я часто замечал эту башню издалека, когда мы выступали на задания через западные ворота. Думал, может, здесь живёт маг, а нет — вы.

Вольф удивлённо моргнул, глядя вверх на башню.

— Да, люди называют её Зелёной башней.

— Как-то она очень подходит мастерице магических инструментов.

— Я тоже так думаю. Давным-давно здесь проходила внешняя стена столицы. Когда её разобрали, мой дед взял часть камня и построил из него эту башню.

— Это был какой-то эксперимент?

— Нет, мой дед производил магические фонари. Он работал с большим количеством огненных кристаллов, и ему нужно было место в городе, где можно безопасно их исследовать.

— Понятно. Если делать вещи с огненными кристаллами, деревянное здание и правда было бы рискованным.

— Именно. Он не хотел устроить пожар.

На самом деле пожар был не единственной опасностью. При минимальной обработке несколько огненных кристаллов могли превратиться в подобие бомбы. В конце концов, из-за простой ошибки расчёта прототип сушилки Далии превратился в огнемёт. Однако от отца она узнала, что магические инструменты редко превращают в оружие.

Причина крылась в магах. Магическая сила магов различалась по видам и мощности. Среди пользователей водной магии, например, одни могли наполнить только ванну, другие — бассейн, третьи могли создавать лёд, а некоторые даже сочетали водную магию с воздушной и поднимали снежную бурю. В определённом смысле сильные маги были живым оружием. Далия помнила необыкновенное представление, которое однажды устроил маг огня во время королевского парада: в небо взметнулся огромный столб пламени, принявший форму гигантского дракона с расправленными крыльями. Далия была чрезвычайно благодарна, что не переродилась в этом королевстве во время войны.

— Ну вот мы и пришли.

Вольф остановился перед воротами башни. Он передал ей кожаный кошель, который нёс с собой. Внутри лежало десять монет золочёного серебра, хотя зелье стоило всего пять.

— Это слишком много.

— Нет, туда входит стоимость еды и поездки в экипаже. Честно говоря, вы спасли мне жизнь в тот день, так что прошу, возьмите. Иначе капитан устроит мне выговор.

— Хорошо, если вы настаиваете.

— О, чуть не забыл. Можно я зайду завтра вернуть вам пальто?

— Да, без проблем.

— Подойдёт позднее утро? Ах, и если у вас вдруг будет время — я собираюсь зайти в магазин магических инструментов в Северном районе; не хотите пойти со мной?

Северный район был местом, где вели дела заведения, обслуживавшие дворян. В магазины магических инструментов там Далия ходила всего несколько раз вместе с отцом. В этом году не была ни разу. Возможно, в продаже появились новые магические инструменты, каких она ещё не видела; от одной мысли об этом сердце у неё затрепетало.

— Конечно, с удовольствием пойду с вами, — ответила она без малейших колебаний. — Буду ждать вас завтра утром.

— Отлично! Тогда увидимся утром.

Вольф поклонился и повернул обратно.

— Ещё немного рано, но... спокойной ночи! Приятных снов.

В этом королевстве это была обычная фраза, которую перед сном говорили родным и друзьям. Услышав её от Далии, рыцарь, кажется, растерялся; улыбка, с которой он обернулся к ней, была слегка смущённой.

— Спокойной ночи, Далия. Приятных снов.