Когда мы распустили наши объятья я оглядел лагерь. Де Бурбонов не было нигде в обозримом участке.
-Сашка, а куда Де Бурбоны делись? – Спросил я порядком заскучавшего парня.
-К батальонам товарища подполковника отправились! – Выпрямившись и отсалютовав, Алексашка громко доложил.
-Отлично. – Я посмотрел на недоумевающего отца. – Труби построение, покажем отцу, чем его только что били. – Отдал я приказ развернувшись в сторону Сашки, и выпрямив руку как дедушка Ленин.
-Так точно товарищ полковник! – Сашка отсалютовал и бросился к штабу. За спиной я услышал пренебрежительное циканье. Я повернулся к отцу. Его лицо выражало недовольство, во взгляде так и читалось разочарование.
-Что не так? – Спросил я разведя руками в вопросительном жесте.
-Примерно все! Что это за «Товарищ» еще!? Ты сыну крестьянскому товарищ? Князь! - Отец в гневе начинал махать руками. – Одна готова родного отца испепелить, лишь бы тот не женился, и не исполнял свой долг! Второй братается с крестьянами! Вы! Вы Худшее поколение рода Северовых! – На последних словах он ударил кулаком по метафорическому столу в воздухе.
Ну допрыгались, я могу понять крестьян, я могу понять недовольство им Айшей, не может совладать с ее нравом его проблема. Но вот поколение, мне в прошлой жизни хватило таких обвинений! Старшее поколение вечно залезет в самый зад, а потом обвиняет нас, что мы не можем разгрести их похождения.
-Ты можешь винить и ругать меня за подобное братание, я знаешь ли, между нами, высокородными и крестьянами особо различий за эти восемь лет не нашел. Это во-первых. Как бы ты с сестрой не ругался, не смей о ней так говорить! Она подлинный гений, и судя по тому, что вы ней ругаетесь, ты, лично ты, и остальные в армии просто не смогли реализовать ее разрушительный потенциал! А что касается нашего поколения, уж прости отец, но не мы с Айшей потеряли наше княжество! На нашу с сестрой долю выпала честь вернуть его, и я очень надеюсь на то, что ты нам продолжишь помогать делать это, а не предъявлять нам то, что мы не всемогущие боги, которые могут щёлкнуть пальцами и изменить реальность! - Я тоже ударил по тому ментальному столу по которому бил отец. – А «товарищ» это, уставное обращение в моем полку. Если что-то не нравится, подайте жалобу полковнику Северову в дни приема, это каждая среда и последняя пятница месяца, с полудня до четырех часов дня. Увы, но сейчас жалобу подать вы не в силах, в связи с экстраординарными обстоятельствами! К слову о них. Ты почему на меня напал то?
Отец поглядел на меня, и молча указал на знамя реющее над барбаканом. У меня создалось ощущение, что он считает меня за полного идиота.
-Да, это наше полковое знамя, гордо реет над непобежденным фортом, что с ним не так?
-Ты, что не узнаешь его?
-Я узнаю, мушкетерское полковое знамя.
-Но… Это вообще-то знамя твоего деда.
-Я по твоему должен был его из утробы матери запомнить?
-Гриша, не дури, я же тебе рассказывал, разве нет?
Я сделал удивлённое лицо, так как мне подробно нашу родословную со знаменами, гербами и прочей геральдикой совершенно никто не расписывал.
- Отец, ты может Айше рассказывал, просто мне ты ничего не говорил.
- Да даже если и так, как оно у тебя оказалось?! - Отец уже перестал скрывать удивление. -Оно же было утеряно! Или это копия? - В этот момент знаменосец полез на крышу за знаменем, мушкетёры выстраивались в линии.
- Я был уверен, что оно твое, а ты просто забыл его когда уезжал.
- Если бы я знал, что великое знамя Северовых уцелело, я бы никогда его не забыл! - В этот момент отец остановил знаменосца и стал внимательно осматривать полотно.
- Что ищешь?
-Если это правда то знамя, то тут глаз одного орла другого цвета. - Отец стал внимательно осматривать левую голову орла.
-Допустим оно там и правда другое, я думал так и положено... - Продолжал недоумевать я.
-Не положено! Это я играясь случайно продырявил! Ох и всыпали же мне тогда. И если ... - отец видимо нашел, он замолчал и некоторое время пристально смотрел в знамя. На мгновение мне показалось что это уже орёл стал смотреть в него. Внезапно у него на лице выступили слёзы.
-Ты чего? Я понимаю знамена ценная вещь, но так радоваться им это уже слишком...
-Гриша, ты не понимаешь его ценности!
-Так, знамя отдай пожалуйста, потом расскажешь, полк построен! -Приказным тоном выкрикнул я, вырывая знамя из рук отца.
-И зачем ты их тут построил?
-Значится так, ты садишься на коня, надеваешь свой шлем. У тебя личина съёмная?
-Ее можно поднять вверх, в отличии от твоей. - Сказал отец усаживаясь на лошадь.
В смысле "моей" у меня вообще шлема нет. Или его все же я слишком сильно приложил.
-Так, вставай на против полка. - Сказал я вставая рядом с Алексашкой, который возглавлял полк, за ним стоял знаменосец и барабанщик, левее уже выстроились три линии с ружьями на плечах. Отец встал напротив нас.
Я вышел из строя и приложил указательный, со средним пальцем ко лбу, остальные пальцы руки были сжаты. Вообщем я отдал стандартный, полковой салют и начал доклад.
-Павловский мушкетёрской полк прибыл в ваше распоряжение в полной боевой готовности. Полк готов вести боевые действия в любое время суток и года! Прошу поставить полк на довольствие. Полковник, Григорий Петрович Северов! - Выкрикнув это я стукнул пяткой своего сапога о пятку, и добавил. - Честь имею! -После я вернулся в строй.
Отец стоял и молчал, видимо, он не знал как реагировать на мою бодрую речь.
-Приветствую вас, храбрые воины Штормберии, я князь Петр Алексеевич Северов, рад видеть вас, помните! В знаменах ваших древняя честь и слава предков ваших! Не посрамите их! -Сказав это отец махнул рукой и накинул личину, давая понять, что прием полка пора заканчивать. Я отдал команду "Вольно" и повел отца в свой шатер.
В шатре отец снял свою кирасу. Он был в красном дублете пышно и со вкусом расписанном серебряными узорами. После он уселся на стул.
-Что-то я вижу своего презента для тебя, где он? - Спросил отец озираясь по сторонам.
- Он надёжно спрятан. - Ответил я, а как ещё , буду я ещё деньги хранить на виду, ну, ну.
- А это что? Точнее чьё? - Отец указал на розу стоявшую рядом с кроватью.
-Это... Это подарок для Айши.
-Айше? Оружие? Она конечно боевой маг, но шпага то ей зачем?! -Спрашивал отец осматривая розу. -И я тут заметил, она же практически копия твоей. Верно?
-Да, я думаю это будет довольно красиво смотреться. Брат и сестра, близнецы с клинками близнецами. Верно?- отец молча кивнул.
-А мне? Что-нибудь припас? - Улыбнувшись спросил Отец.
-Ага, полк. - В ответ улыбнулся я. Отец немного разочарованно вздохнул, все же мужчины и правда, в душе остаются детьми.
Мы немного посидели молча, я заметил, что кошки нигде не было. Видимо она решила под суету сражения начать выполнять свое задание, в принципе разумно, но уже не нужно. С другой стороны пусть развеется, да от общества моего отдохнет.
-Так почему напали то? – Внезапно я прервал молчание.
-Я же объяснил… - Недоумевая посмотрел на меня отец.
-Из-за якобы утраченного знамени? – Я по своей привычке из прошлой жизни, сократил дистанцию, практически вплотную смотря на отца. Так же прищурил правый глаз, и вытаращил левый, приподняв левую бровь.
-Гриша, не надо так делать, ты во первых пугаешь, а во вторых я все сейчас объясню подробнее, если хочешь.
-Вот так бы сразу. – Сказал я отодвигаясь.
-Стоит начать с того, что это знамя очень древнее, с ним в бой ходил еще твой прадед. Так же, воины озаренные им ни разу не проигрывали. Его боялись враги страны, даже кочевники с запада. В том числе его боялись и девонийцы, но когда Ирингштадт был в осаде, оно не помогло нам одержать победу. Хотя твой дед верил, что оно не даст проиграть. И при падении стен старого города, он повел свою гвардию, как он выразился «Гвардию в огонь! Ирингштадт не падет!» После этого я его больше не видел, итог в целом ты сам знаешь. Знамя это было с ним в момент падения города, так что я его никак не мог в Павловское привезти. А теперь сам представь, знамя гарантированно в руках врага, как тут объявляется человек, с ним, заявляет, что из нашего рода, и в наглую строит лагерь под стенами столицы. Произошло недоразумение и вот мы здесь. – Отец закончил свой рассказ и допытывающее поглядел на меня, видимо ему было очень интересно откуда оно.
-Я так понимаю ты хочешь знать где я его взял, да?
-Совершенно верно.
-Ты мне не поверишь, но все настолько просто, что даже плакать хочется.
-Не понял тебя, Гриш, объясни наконец.
-Когда я делал первый прототип мушкета, я отправился во флигель на поиски материалов для фитиля, там я сначала чуть не напоролся на пику, на которой оно сейчас висит, а потом увидел его, висящем на стене. Все просто. А я ж человек простой, знамя, да еще и с моим родовым гербом, красота же. Верно Алексашка? – Спросил я повернувшись к Сашке, все это время стоявшему за моей спиной.
-Вестимо, ваша светлость, все так и было. – Подтвердил тот.
-Нечистая сила тут замешена не иначе. – Констатировал отец. – Или воля твоего покойного деда.
-Мне кажется, просто совпадение, и знамя не то. – Решив откинуть всю эту шизотерику, ответил я.
-Да то оно! Я бы его везде узнал! Боги на нашей стороне! – Радостно хохоча, и вставая из-за стола говорил отец. – Так а теперь, мы с тобой отправляемся в город, я покажу тебе место где ты будешь зимовать, и где ты всегда сможешь найти приют, а так же заедем к портному! Пора тебе уже одеться как подобает князю. – Закончив он посмотрел на меня стоя у выхода. – Ну что ты сидишь?
-Я никуда не иду, пока не отдам приказ строить капитальные дома, это во первых ,а во вторых, одежу ты справишь не только мне.
-Кому еще? – Я молча кивнул на Алексашку. – Ты чего… Гриша нет!
-Почему?
-Он не благородный!
-Отец, позволь один вопрос.
-Давай.
-А рыцарь является благородным?
-Конечно же! – Отец хлопнул себя по груди и поняв что забыл латы, подошел к столу и взял их.
-А я как князь, могу посвятить человека в рыцари?
-Да, можешь, ты это к чему? – Я молча встал, достал ирис из ножен.
-Ты чего делаешь? Гриш!
-Спокойно, напомни процедуру, пожалуйста. Сейчас, мы узрим смерть крестьянина Алексашки Данилыча, но узрим рождение рыцаря Александра Даниловича, хмм – Я задумался на мгновение. – Какую бы тебе дать фамилию…
-Гриша, ты точно уверен, что он заслуживает это? – Приняв мое решение спросил меня отец.
-Да, он заслуживает, уж поверь.
После моих слов, отец быстро напомнил мне процедуру, и попросил позвать Де Бурбонов, дабы засвидетельствовать процедуру. Пока было время, я решил дать Сашке выбор.
-Слушай, Алексашка, у тебя три варианта фамилии, Меньшиков, Дюма, и Пушкин. Какую выберешь?
-Дюма занят, сказал отец. Это был очень древний девонийский род, увы, во время революции пресёкшийся.
-Хорошо, остаются Меньшиков и Пушкин, какую выберешь? – Я решил дать ему выбор, все же, это, скорее всего последняя процедура, когда я кого-то посвящаю в рыцари.
-Пушкин? Это фамилия в честь тех непонятных пушек, о которых вы рассказывали?
-Ага, они самые. – Улыбнувшись, сказал я.
-Тогда вы следующему кандидату дайте такую фамилию, когда сделаем их. – Улыбнувшись, ответил Алексашка.
-Значит Меньшиков?
-Давайте, заодно подчеркнет мой рост. – Мы хором засмеялись, отец улыбнулся.
Через некоторое время пришел Густав и Август.
-Что такое? – Спросил Густав, входя в шатер. Отец молча кивнул на меня с ирисом и Сашку стоящего на коленях. – А! Ну да, Яблоко от ябло… - Густав не успел закончить, как отец цыкнул на него.
-Крестный, а ты продолжай, мне очень интересно. – Я встал, отведя от Сашки шпагу, давая своим видом знак, что сейчас кое-что зажгется.
-Говори, Густав. – Махнув рукой, вздохнул отец.
-Твой отец, в твои годы, тоже, друга своего в рыцари посвятил, теперь вот, воюем с ним, его зовут Флориан Темкин, он открыл ворота «Старого города» во время осады Ирингштадта, а потом он поступил на службу к девонийцам, и дослужился до маршала. Теперь это «Маршал Революции, гроза Штормберии» таких нам… Кхм, вообщем неприятный полководец, умелый и сильный. И теперь ты буквально повторяешь его шаги, осталось тебе найти еще жену к девятнадцати и…
-Густав! – Рявкнул на него отец.
«Найти» Что это крестный имел ввиду.
-Отец, а о чем это говорит Густав?
-Потом понял?! – Тоже рявкнул на меня отец. – Я найду тебе подходящую пару! Понял?!
-Хорошо, хорошо, не кипятись. Вернемся к процедуре. – Я окинул взором всех собравшихся. Отец более менее успокоился, Август стоял в удивлении, а Густав едва сдерживал смех. Было видно, что в душе он все еще стебет отца.
Я обернулся к другу, тот стоял недвижно. Я положил на его левое плечо ирис.
-Сегодня, при свидетельстве всех собравшихся, мы свидетельствуем смерть крестьянского сына Алексашки Даниловича. – Я перенес шпагу на правое плечо друга. – И узрим мы рождение рыцаря Александра Даниловича Меньшикова! - Я убрал шпагу в ножны и протянул руку Алексашки. – Встань, воин, отныне ты один из нас! – Алексашка принял мою руку, и я подтянул его, тот встал на ноги и окружающие начали аплодировать.
-Поздравляю Александр, служи моему сыну верой и правдой. Пусть он не разочаруется в тебе. – Подытожил все Отец.
-Вот и славно! Надо отметить рождение нового рыцаря! Предлагаю завалиться в медного быка! – Радостно прокричал Густав.
-Сначала к портному. – Сказал отец и вышел. За ним последовал Густав и Август.
Мы с Алексашкой остались ненадолго в шатре. Я полез в походный сундучок, за приготовленным шлемом из которого мы пили, я все же решил его на закапывать я уготовил ему более интересную участь.
-Что вы ищите, ваша светлость?
-Шлем, будем делать из него шляпу. – Роясь в сундучке, ответил я.
-Как это?
-Ну как делать, попрошу на него приладить двууголку, и таким образом я получу защиту головы с показателем статуса.
-Двууголку?
-Такая шляпа, полы которой подняты вверх образуя два своеобразных угла, плюс, она скомпенсирует мой рост относительно тебя. – Наконец найдя шлем, я взглянул на Сашку и улыбнулся. Учитывая, что я еще запрошу нам с тобой ботфорты, то… - Я немного посмеялся. – С ней я буду смотреться, во-первых, прилично, во вторых вызывающе, князь же! Раз отец так хочет, чтобы я выделялся, он получит это.
-Ты… - Немного шепотом произнес друг. – Говорил что эти «ботфорты» нам, а что это?
-Помнишь о моем разрешении общаться на «ты», молодец. А ботфорты это длинные кожаные кавалерийские сапоги, с самым важным, каблуком! – Сказав это, я махнул у лица рукой с вытянутым указательным пальцем. – Этот Каблук, позволит нам с тобой встать, оперевшись на стремена коня и сделать выстрел из оружия. Уже смекаешь, зачем они нам?
-Теперь да, стрелять из ружей на полном скаку полезно. А вот твоя идея со шляпой, кажется мне странной.
-Я же не просто шляпу исполню, перья будут ее частью! Точнее как, одно орлиное перо можно и выбросить, а вот Перо подаренное кошкой я оставлю себе, а второе орлиное я подарю тебе.
Когда я это сказал я со шлемом в обнимку вышел из шатра. Сашка последовал за мной. На подходе к воротам меня ожидали остальные, а так же Август привел моего коня. Рядом правда стояла еще одна лошадь в попоне цветов короны и элементами лат.
-О, а это чье? – Подходя и держа в руках недо-шапель, спросил я.
-Это? – Указал на бесхозную лошадь Густав.
-Это лошадь одного из храбрецов павших сегодня за родину. – Грустным басом проговорил отец.
-Жаль этого храбреца, не хотел я, чтобы дебют моего оружия был в бою со своими же. Но вы сами не оставили мне выбора. Если бы вы сразу попытались послать к нам парламентера, то кровопролития удалось бы избежать.
-Мы уже поняли, будешь и дальше упоминать? – Недовольно бурчал отец.
-Да, до самой гробовой доски, сяду с сыном и буду рассказывать, как его дед встречал сына! – После этого я рассмеялся и уселся на Буцефала. Новоиспеченный рыцарь уселся на пустующее место, без слов поняв теперь чей это скакун.
Мы выдвинулись в город, первое время Сашка не мог найти для своего мушкета подходящего положения, так как рыцарское седло не позволяло его везти по привычке за спиной. Однако, через время звон прекратился, он более менее нашел положение в котором мушкет не бьётся о седло.
В город теперь попасть не составляло труда. Отец только, лишний раз накричал на постовых за то, что посмели не пустить в город его сына или хотя бы не известить о его прибытии, вообщем бедолагам влетело за, в принципе, исполнение своей работы, хотя кто им приказывал стрелять по человеку, который представился князем, прибывшим по указу короля, под Штормберийским знаменем. Меня и Алексашку пристально рассматривали, чтобы наверняка запомнить досточтимых людей, которым отсель чинить препятствия негоже.
«Медный город» оказался типичным европейским средневековым кварталом, фахверковые дома с выступающим деревянным каркасом и следами старой побелки, узкие улочки отходили от главных проспектов. На таких если достаточно дисциплинированный отряд встанет на оборону то пиши пропало, если конечно штурмовать будут не мушкетёры, которые их просто расстреляют. Так же говоря об узости улицы стоит отметить, что например я бы с Сашкой там встав плечом к плечу оставил бы дай бог сантиметров тридцать от меня до стены. Сашка при таком положении стоял бы вплотную к другому дому. Это надо будет учитывать в будущем. Если Ирингштадт такой же, то это будет довольно кровавая резня, где от засад в проулках, можно положить весь полк.
Главный проспект по которому мы ехали наоборот отличался широтой, тут смело можно было бы проложить двуполостную магистраль в будущем. В отличии от улочек она была выложена чуть ли не плиткой, брусчатка была настолько кропотливо подогнана. И это своеобразное богатство выбивалось из общей картины.
-Кто из вас, даст мне ответ на один вопрос? – Внезапно я нарушил молчание, все равно меня не особо впечатлило все это, да старый город, но я-то жил в эпохе, которая была более захватывающая дух. Хотя это утверждение и спорно, но лично на мой вкус, лучше бы я остался там, но работаем с тем, что имеем.
-Какой, дорогой? – Спросил бодро Густав, вот же вечно находящийся на позитиве человек.
-А все такие проспекты так идеально вымощены, или только этот?
-А что, тебя впечатляет только это?
-Прости, Густав, но город как город, большая деревня по сути, разве я не прав? Да тут не избы а более… - Я немного замялся пытаясь подобрать более нужное слово.
-Более красивые? – Спросил меня Август.
-Не-ет, более сложные в постройке. Лично мне пока резной терем из Павловского больше нравится.
-Советую отвыкать от Павловского, ты туда больше не вернёшься. – Все еще бурчал старик.
-А что, он там дела наладил, я бы не был против, даровать ему эту деревню. – Рассмеялся Густав, пытаясь хоть как-то разбавить обстановку.
-Ага, только после моей смерти, пожалуйста, чтобы я не видел этого позора нашей семьи. – Отец уже начал выговаривать четко.
-Густав, а ты так и не ответил на мой вопрос. – Заметив, что разговор выходит не в то русло, я решил напомнить о первопричине беседы.
-А да, точно, что-то мы отошли от темы. Вообще все пять проспектов «медного города» сводятся в одну площадь, которая упирается в стену «серебряного города» там уже разделяется на линии, понимаешь о чем я?
-Да, понимаю, получается «серебряный город» более продуман с точки зрения потоков груза?
-От части. Как ни странно, но порт Швансира так же поделен на две гавани. В «медной гавани» базируется торговый флот, а в «серебряной гавани военный, так же именно туда прибывают послы и купцы с заморских стран.
-А своих получается можно угнетать? – Пошутил я.
-А свои все равно имеют склады в «медном городе» и там всегда повышенный контингент стражи, так что в районе порта довольно безопасно.
Тем временем мы подъехали к той самой площади о которой говорил Густав, она была испещрена лавочками. В центре стояла колонна, вероятно в честь какой-нибудь победы. Здания на площади были всевозможными лавками крупных, как мне показалось, гильдий, по пути я увидел вывеску с наковальней, потом со шлемом, потом со склянкой, и ступкой, напротив этих зданий стоял большой дом с одной вывеской, на ней были пивные кружки. К слову сама площадь разительно отличалась от закоулков видимых мной ранее, она как раз была выложена плиткой и в целом была в довольно-таки божеском виде.
-Это, «Пивная крыса» лучший кабак «медного города» Ох помню мы тут с твоим отцом в свое время…
-Густав, замолчи! – Не сдержался отец. – Не дай бог я узнаю, что ты его туда поведешь! Я был молод и глуп, теперь жалею об этом!
-Обычно, дорогой отец такое говорят хотя бы не в присутствии плодов этих ошибок. – Обиженно сказал я. – Тебе везет, что это слышу я а не сестра.
-А ты, Гриш, думаешь, что он не говорил при ней это? – Переходя в истерический смех спросил меня Густав. – Мы его месяц от ожогов лечили, после этого он не очень горит желанием твою сестру называть ошибкой.
-А меня после приема в полку горит да?
-Он же уехал оттуда даже без единой царапины. – Окончательно перейдя на истерический смех хохотал Густав.
Отец молча ехал, по площади, и я решил подъехать к нему. Заглянув в его лицо я увидел обиду и немного сожаления, видно было что в нем борется два противоположных чувства, отец явно за прошедшие года отрефлексировал свою жизнь. Я положил руку на его плечо.
-Не злись и не грусти. Все мы совершаем ошибки, верно? Я помню как ты говорил о маме, я думаю, что в глубине души ты не считаешь свой выбор ошибкой. Все равно это твои подвиги, и мне было бы интересно о них послушать. – Я уже был в свое время назван ошибкой, так что подобное обвинение от отца услышать для меня было привычным что ли. Тем более, в лагере он все же показал, что я все еще его любимый сын.
-Гриш, а тебе точно восемнадцать? Айша меня почти поджарила, а ты не просто терпишь это, так еще и пытаешься разговаривать об этом.
-Если ты не забыл, то буйный и вспыльчивый характер сестры обычно уравновешивал я. Давай, как-нибудь соберёмся семьей, и поговорим кто и почему ошибка, хорошо?
-Ты конечно можешь попробовать, но не думаю, что ты уговоришь сестру. Я вот сейчас нервничаю из-за того, что мне снова надо пытаться прощения у нее просить, а все идеи для подарков закончились.
-А она все так же любит розы?
-Абсолютно.
-Ну… Вот сейчас у меня на поясе есть один вариант. Думаю, мы с ней договоримся.
Мы въезжали в ворота «серебряного города». Стены были без рва, однако их толщина была довольно внушительна метров десять где-то. Стражи было меньше, чем на новых стенах. Разительным отличием старых стен была крыша, которой попросту не было на новых.
«Серебряный город» отличался от «медного» разительно, помимо подогнанных друг к другу мостовых, он был очерчен идеально прямыми пересекающимися линиями улиц, с многоэтажными особняками в стиле барокко или чем-то на него похожего. Все же в архитектуре я не сильно разбирался в свое время.
Мы проехали еще немного потом пару раз свернули сначала на право, потом на лево, лабиринт… И остановились у одного из особняков.
Отец подозвал меня и Алексашку к себе и постучал в дверь. Нам открыл высокий мужчина в расшитом и богато украшенном камзоле, по вверх не менее украшенного дублета.
-Адальберт, скажи мастеру Юдашу, что прибыл князь Северов. – Отец властным голосом начал командовать.
-Вы проходите, проходите, я тут же сообщу мастеру о прибытии столь досточтимого князя. – Гнусавым и картавым голосом говорил человек. Отходя от двери и давая нам путь. – А кто ваши спутники?
-Сын и его слуга. – Усаживаясь на кресло в гостиной, в которую нас привели, ответил отец.
Адальберт вышел, и я смог свободно оглядеть комнату в которой нас оставили. Помещение было просторно, с большими окнами сквозь которые проникал солнечный свет, из-за чего было довольно освещено. Стены были выкрашены в белый, и так же дополнительно создавали эффект большего пространства. Кресло на кортом сидел отец, было резным и украшенным тканью похожей на шелк. Так же я не сразу понял, что под моими ногами лежал паркет из красного дерева.
Через несколько минут в комнату вошел низенький, полный мужчина. На его голове блестела лысина, а нос его был крючком.
-Какая приятная встреча, Петр Алексеевич! Таки какими судьбами, неужели свадебный дуплет плохо сидит?!
-О нет, Юдаш Абрамович, ваша работа достойна богов, видите юношей за моей спиной?
-Таки вижу, как профессионал таки отмечу, что одеты они достаточно ммм… - Мужчина задумался, вероятно он подбирал слова. – со вкусом хоть и вульгарно.
-А теперь посмотри на того что в красном. – Когда отец это сказал, я положил левую руку на ирис, и перевел центр тяжести на левую ногу. – Узнаешь? – Юдаш довольно долго меня рассматривал, и выдал.
-Волосы и черты лица от вас, глаза такие я видел только у волшебницы роз, хмм а таки это не ваш сын? – Я рассмеялся. Оба посмотрели на меня с удивлением.
-С утра он меня не узнал, а вы довольно быстро выявили во мне его сына, Я Григорий Петрович, рад знакомству. – Отец недовольно фыркнул, а портной уселся на кресло и явно не знал что ответить. – Прошу простить мне мою вольность, отец, прошу продолжи.
-Так вот, сами видите, что молодой князь ходит в предельно не подобающем его статусу виде.
-Таки ни слова больше! – Сказав то, Юдеш встал и жестом пригласил меня за собой, я двинулся за ним.
-Только еще одежду надо будет сделать и моему высокому другу. – Внезапно остановившись, я напомнил об Алексашке.
-Таки это не проблема, пусть тоже идет за мной.
Нас отвели в более обширное помещение, которое было увешано всевозможными Камзолами дублетами шляпами и уставлено обувью всех сортов.
С меня и друга стали снимать мерки, попутно спросив, чего мы хотим.
-Учитывая, что сейчас вы, господин Юдеш, делаете мне одежду и моему другу, то это возможно со временем станет парадной формой моего полка, по этому постарайтесь, так, чтобы мне понравилось. – В глазах мужчины после моих слов о форме для полка явно загорелся огонек, он почувствовал практически государственный контракт на снабжение армии, а значит, это большие деньги, а если деньги, то можно и украсть.
-Это же таки просто прекрасно! Я сделаю все в лучшем виде! Мы, штормберийцы, не обманываем друг друга! Так что изволите?
-Та-ак… Камзол, зеленый, с длинными полами чуть ниже колен, красный дублет, под него, а так же. – С этими словами я достал шлем. - На него сделать двуугольную шляпу, моему визами просто треуголку. Что касается штанов, на ваше опытное усмотрение, но они должны быть крахмально-белыми, обувь… Длинные кожаные сапоги, до колен, с каблуком. Кажется все, Сашка, ничего не забыл?
-Эполеты, ваша светлость.
-А точно, видите на моих плечах предметы?
-Таки вижу, хотите тоже видеть их на своей новой одежде?
-Совершенно верно, если нужно разрешаю их срезать с меня и моего товарища. – Портной аккуратно срезал мои и Алексашкины эполеты и сложил у себя на столе.
Еще час я подбирал фасон камзола, пытался объяснить, что такое двуугольная и треугольная шляпа, а так же пытался донести, что такое каблук и зачем он мне на сапоге, тем более таком большом. После нас привели обратно к отцу.
-Григорий Петрович, работу вы мне подкинули интересную и весьма не простую, но все будет выполнено в неделю, и в лучшем виде!
-Погодите, я совершенно забыл! – Сказал я беря со стола отца свою шапку. Я методично вытащил два пера. – Красное, в мою шляпу, орлиное в шляпу моего слуги, поняли?
-Конечно, все будет в лучшем виде.
Отец попрощался с Юдешом и мы отправились дальше в путь. Петр Алексеевич явно приободрился, было видно, он доволен.
Сделав еще пару тройку поворотов, мы выехали к очередному крупному особняку, перед которым был разбит, сад и ограда была выполнена из живой изгороди, из которой торчало несколько природных роз, с красными скорее багровыми бутонами.
-Это дом Айши? – невольно спросил я.
-Нет, это Изабеллы, тут я и проживаю, Айша невзлюбила ее, хоть моя невеста и пыталась с ней наладить отношения, даже вон, изгородь из роз поставила, все безуспешно. – Я поле этого ответа отца немного улыбнулся, видимо Айша буквально восприняла мой совет трехгодовой давности.
-Понятно, понятно, а сестра тогда где живет?
-Она? Она решила, что лучше будет жить в маленькой коморке в коллегии, чем с Изабеллой. Я же надеюсь ты не поступишь так?
-Конечно, я поступлю совершено иначе. – Когда я это сказал, отец улыбнулся. – Я же не маг, я не буду там жить, я расположусь в штабе, когда мы его достроим. В конце концов, я расписывал планировку лагеря долговременной стоянки. Завтра отдам приказ рубить избушки, надо же полку перезимовать.
-Гриша… Но почему же…
-Потому что это мои люди, и все тягости службы я буду переносить вместе с ними, а если ты поможешь мне то я буду очень тебе благодарен.
Отец снова умолк, я повернулся на Де Бурбонов с явным вопросом в глазах «Что опять не так?» Оба лишь улыбнулись.
-Не бойся стрик, может, пару раз за зиму заеду, но жить буду в расположении, не против? – Отец лишь тяжело вздохнул.
Мы въехали во двор и оставили лошадей в стойлах. Дом Ла-Валь был украшен колоннами и лепниной в узорах ракушек, практически барокко, за одним исключением, цвет дома был ярко-белым.
-Слушай, отец, а это архитектурный стиль такой, или…
-От части, цвет стен изменен по вкусу Изабеллы.
-Понятно. Я так понимаю, Айша с ней еще и во вкусах не сошлась?
-Не без этого. Твоя сестра все еще любит красные и черные цвета, изредка белый, а вот Изабелла… Она терпеть не может любые цвета кроме белого.
-Тем не менее, я видел пару красных роз.
-Ага. Напоминаю, она же пыталась с ней подружиться.
-Я помню, не оправдывайся.
Мы подошли к дверям и нам открыли. Я увидел горничную. В соответствующем костюме только платье было исключительно белое. У девушки были крайне приятны черты лица, а так же русые волосы.
-Господин, рады снова видеть вас, надеюсь, вы с победой. – Поклонившись, пролепетала девушка.
-Прости, Адда, не с победой, но с сыном. – Сказав это, отец хлопнул меня по плечу. Я неловко почесал затылок.
-Приветствую, там в целом дело неловкое было.
-Так, это надо же госпоже сообщить! У нас же гость! – Ахнув, и приложив руку ко рту залепетала служанка.
-Да не ну… - Я не успел договорить, дом ожил. Адда же убежала куда-то.
Отец усадил меня и Сашку за стол, Де Бурбоны же, откланялись и поехали куда-то, возможно у них в столице есть своя недвижимость.
Стол был покрыт белой скатертью, полы сделаны по моим ощущениям из какого-то полированного белого камня, стены тоже белые…
-Дурдом… - Многозначно пропыхтел я себе под нос.
-Ну, как тебе обстановка? – Спросил меня отец.
-Дурка, стены не мягкие часом?
-Что?
-Не бери в голову, я о своем. В принципе впечатляет да. Надеюсь, хозяйка всего этого заведения не хуже дома.
Мы еще некоторое время просто сидели и наблюдали за домом, в отличие от меня, простой человек и не перерожденец Сашка явно пребывал в культурном шоке. Для него наверное, даже «медный город» вызвал к него удивление, а уж «серебряный»…
Через некоторое время на стол подали множество мясных блюд, свежее вино, а так же стол украшал тортик. Вот чего я в этом мире не ел, так это торт. Все горничные, суетившиеся в доме, были исключительно в белых платьях. Жаль мне их бедных, не дай бог испачкать хоть чем-нибудь. До безумия не практично.
Через некоторое время появилась и хозяйка дома, Изабелла Ла-Валь, оказалась высокой девушкой, с практически евгенически ровным овалом лица. Округлым носом, пышными ресницами, справедливости ради не только ресницами могла похвастаться графиня, длинное, пышное платье скрывало тело, но вот вырез ее платья не мог никакого здорового мужчину оставить равнодушным. Цвет зрачков ее глаз был болотным. Цвет волос был персиковым. Чисто внешне отцу, на мой взгляд, повезло. Платье, как и украшение в ее волосах, которые были сложены в пышный пучок на затылке, был белым.
-С возвращением, милый. – Из уст графини лился спокойный, приятный голос. – Кто это с тобой?
-Изабелла, познакомься, мой сын, Гриша и его слуга, Сашка.
-Гришу я узнала, работы Алисы до невозможного точны. А о втором я наслышана от нее же.
-Вы тоже не представляете до какой степени мне приятно познакомится с вами, графиня. – Начал я. – А как поживает наша художница? Хотелось бы с ней побеседовать.
-Алиса сейчас занята, зарисовывает лагерь за городом. – усаживаясь за стол, ответила мне Изабелла.
-И как мы с ней разминулись. И вообще это режимный объект! Его нельзя зарисовывать. – Рассмеялся я. – Хотя я думаю она в отличии от остальных узнала бы моих мушкетеров.
-Так это с тобой Петр Алексеевич выезжал на бой?! – Удивленно спросила графиня.
-Ага, и гордо рели знамена и утренний воздух озарили залпы сотен ружей моего полка стоявших не на жизнь, но на смерть. Но что-то я стихами заговорил, главное, что произошла встреча семьи. Нынешней и… - Замялся я.
-И будущей. – закончил за меня отец.
-Алиса так же привезла коллекцию зарисовок, я еле уговорила ее показать их мне. – Говорила игристым тоном графиня.
-Допустим, она практически все этапы создания и обучения полка зарисовала, что-то не так?
-Просто мне было очень интересно, на что были выделены мои деньги. – Сказала Ла-Валь кладя на тарелку кусочек торта.
-Меньшиков! – Выкрикнул я.
-Я ваша светлость!
-Изволь привести мушкет в боевое положение, медленно, как для рекрутов. – Приказал я накладывая себе кусок, большой.
Алексашка встал, взял свое ружье, начал его медленно заряжать, показывая каждый элемент зарядки графине. В этот момент я приступил за тортик. Я впервые за почти восемнадцать лет снова ощутил вкус сахара, даже если он и был довольно не качественным в сравнении с современным. Я невольно сказал «Какая же вкуснятина» Услышав это, графиня улыбнулась, неужели она решила купить меня так дешево.
-Заряжено, ваша светлость. – Раздался голос Сашки за моей спиной.
-Графиня, скажите честно, вам жалко вооон ту статую кого-то… - Сказал я указывая на статую полуобнаженной девушки в углу.
-Никак нет! Это же статуя богини любви! Нель… - Раздался громкий выстрел. Голова богини разлетелась в крошку.
-Меньшиков! Объяснить! – Закричал я, я понимаю что он богов терпеть не может, но так…
-Осечка ваша светлость, сами понимаете! – Решил сыграть в дурочка Сашка, в принципе он мог, условия и принцип работы оружия из здесь присутствующих понимаю лишь я и он.
-Понимаю, только вот очень неприятная ситуация вышла, Госпожа, я надеюсь вы не злитесь. Вы сами просили меня продемонстрировать.
-Да нет, пустяки. А оружие твое и в правду впечатляет. – Скрывая явное недовольство, натянула маску Ла-Валь. – Убрать сор! – Приказала Изабелла горничным.
Алексашка уселся рядом, а горничные начали уборку. Несколько часов мы просто сидели ели. Нашу трапезу прервал стук в дверь. Одна из горничных открыла.
За дверью оказался ворон с запиской. Горничная подняла птицу, и вытащила сверточек.
-Госпожа, послание от архимага! – Спустя некоторое время чтения письма выкрикнула Адда.
-И что он хочет от меня? – Спросила Изабелла.
-Хозяйка, он послал ворона не за вами, а за Северовым младшим. А так же, что ворон отведет его в коллегию, а потому сопровождение не нужно. – Закончила горничная.
-А чего это ему нужно от меня… Я же хотел ехать в полк. – Не понимая говорил я.
-А? ты хотел уже уезжать? – Удивленно ахнула графиня.
-Да, я не хотел, потому что меня ждут мои люди. – Сказал я вставая из-за стола. – В коллегию я так понимаю мне придется идти пешком да?
-Увы но так, но не волнуйся это же серебряный город, тут с тобой ничего не случится, особенно если тебя будет вести ворон архимага. – Разяснил мне отец. Пока он это говорил я подошел к двери.
-Меньшиков!
-Я!
-Отъезжай в полк, и начни постройку долговременных квартир! Если я к вечеру не прибуду, знай, я остался тут на ночь. Разрешаю занять на время моего отсутствия штаб, назначаю главным. – Начал я командовать, выходя из дома. Из помещения я услышал звонкое Сашкино «Так точно!»
Ворон вел меня минут тридцать, постоянно петляя по улочкам, чувствую, без посторонней помощи дом Ла-Валь я не найду.
Коллегия магии оказалась монументальным зданием. Я ожидал какой-нибудь башни уходящей ввысь, а в итоге увидел хоть и большой, но по сути своей замок. С несколькими натуральными бастионами и рвом вокруг. Хотя донжон и несколько башен там и правда, были.
Пока я шел по коридорам коллегии, у меня сложилось впечатление, что замок заброшен. Наконец меня привели в обширный зал, уставленный книжными полками в конце которого стоял стол, заваленный бумагами, а за ним сидел человек в мантии синего и серого цветов. Ворон до этого ведший меня вылетел из-зала на улицу. Я решил подойти ближе. И с каждым моим шагом фигура в мантии макала перо в чернильницу.
Я подошел к столу. И фигура сняла капюшон. И посмотрела на меня.
-Зигфрид! Коллега! Сколько лет! – Обрадовавшись выкрикнул я.
-Да, Гриша, давненько… Как там твое изобретение поживает?
-Прекрасно! Полк сформирован, и производство налажено, дело осталось за малым!
-Вернуть свою родину?
-Ага. Но хватит обо мне, ты как архимагом стал? Ты же из Девонии, а сейчас мы вроде с ней воюем.
-А что не так? – удивился Зигфрид. – Так. – Сказав это, он произнес какое-то заклинание и хлопнул руками. Подо мной появился стул, а на столе вино и два бокала. Зигфрид наполнил оба. – Так вот, о чем я?
-О том как ты стал архимагом.
-Так… А, после изобретения пороха, я написал два трактата, о смеси имени себя, составной пороха, и о смеси имени тебя, самом порохе. А поскольку архимагом может стать любой выдающийся волшебник, не зависимо от его происхождения. То когда за время войны от старости умерло примерно десять волшебников. Я остался самым старым и опытным магом. – Когда Зигфрид закончил он встал и поднял бокал. – Ну… За встречу!
-За встречу. - Сказал я вставая. Мы выпили. – А что насчет моей сестры?
-Айша, талантлива, она получила свой титул тем, что никто сделать не мог до нее в принципе. Но она слишком юна, я думаю, что твоя сестра в любом случае займет мое место.
-Понятно, слушай, а где она? Почему не встречает меня?
-Она… С самого утра не в духе, пришла злая как тысяча чертей, не думаю, что она сможет тебя выслушать.
-А я пожалуй попробую. Тем более видишь? – Я ударил по ирису и розе. Я привез ей подарок.
-Я тебя понял. Можешь попытаться. Хугин! – Когда Зигфрид выкрикнул имя, ворон влетел в помещение. Волшебник что-то ему прошептал, и ворон повел меня по замку. Возможно, когда-то этот замок был заполнен молодыми аколитами или как называют учеников и обычных магов в этом заведении. А сейчас эти коридоры пустовали, интересно, а сколько всего магов осталось в коллегии. Я знаю Айшу, и Зигфрида, плюс сестра давно упоминала некую Элизабет. На данный момент их три. Может есть больше?
Пока я об этом размышлял, ворон подвел меня к двери и остановился сев у ее порога.
-Спасибо, что послужил Хугин, путь к Зигфриду я найду. – После моих слов ворон громко каркнул и полетел назад.
Я немного постоял у двери, продумывая то, что скажу сестре. Пока я обдумывал это, я вслушался в происходящее за дверью, мой слух в этом теле довольно остр, что чрезвычайно приятно. За дверью происходил какой-то балаган, было отчетливо слышно, как что-то скрипело, притом довольно ритмично. То ли кресло, то ли кровать. Я не мог сосредоточиться из-за этого скрипа и все мои размышления приходили к мысли « Что она там делает!?».
-Сестричка. – Постучал я в дверь. - Это я, Гриша. Не знаю, что ты с отцом не поделила, но поговори со мной, мне очень грустно от факту, что родная и любимая сестричка, не хочет говорить со мной!
Скрип за дверью прекратился.
-Папа, не придуривайся! Гриши тут не может быть! Как бы Зигфрид не менял твой голос! Брата я точно узнаю и отличу вас! – Послышался громкий женский крик. Голос сестры в принципе стал довольно высоким и звучным.
-Айша! Я, я не знаю чем тебе доказать, что я это я! - Закричал я начав барабанить в дверь, ритмом походного марша полка.
-Уходи! Иначе тебя снова закатают в бинты, и я не буду просить Элизабет тебя лечить! Понял! – После этих слов, от двери почувствовался жар. Я невольно отступился.
-Сестра, но я же правда твой брат! А! Без толку! Прав был Зигфрид! Захочешь повидаться приходи в лагерь за городом у главных ворот! – Сказав это, я громко матерясь на неизвестном этому миру языке, пошел к Зигфриду.
Зигфрид еще ни разу не слышал русского мата, а потому был изумлен тому, как я иду и звучно выговариваю неизвестные слова, которые вроде бы и «наши», а вроде бы и другие.
-Гриша, ну как итог? – Спросил меня архимаг, как ни в чем не бывало.
-Я думаю, ты слышал. Предупрежу вопрос, это специальный язык, придуманный мной для ведения полковой документации. Благодаря ему, все сведения о полку останутся для врага неизвестны и непонятны.
-Понял тебя, ты не только человек великих талантов к алхимии и магии, но и лингвист.
-А когда я стал великим талантом в магии?
-Так считает твоя сестра, а с ней спорить немного бесполезно.
-Ага, я заметил, слушай, не попросишь ворона отвести меня к дому Ла-Валь, а то чувствую, я потеряюсь.
-Не проблема. Что-то еще?
-Я тут вопросом задался, сколько вас всего тут? Замок выглядит заброшенным. – Пока я спрашивал, Зигфрид подозвал ворона и что-то ему сказал.
-Нас сейчас числится трое: Я, Айша и Элизабет. Есть еще конечно, пара кандидатов, но из-за войны мы сейчас не в силах набирать аколитов.
-И где эти кандидаты?
-По всей стране, одаренные мальчики и девочки из знатных родов Штормберии, мы сейчас разве что, можем отослать учебники, по азам магии, не более.
-Дай угадаю, учителей трое, и тех в любой момент мобилизуют на войну?
-Вообще-то двое, я и твоя сестра, Элизабет уже хоть и учувствовала в сражениях, но свою магистерскую все еще пишет, под руководством Айши.
-Она получается ученица еще?
-Не совсем, она квалифицированный волшебник, но для титула ей нужно закончить свой труд, а учить может лишь волшебник с титулом. Все просто.
-И правда, просто. А сестра получается титул получила за выходку свою?
-Ага, старый архимаг расценил это как деяние достойное титула, а значит Айша, практически пропустила несколько ступеней. Однако, гениальным умам и гениальные поступки, верно?
-Мог бы я поспорить с этим, но в ее случае соглашусь. Вообщем, до встречи, коллега. – Сказал я и побрел к выходу.
-До встречи Гриша.
Ворон Зигфрида довел меня до особняка Ла-Валь, затемно, соответственно ночевать я остался там. Мне выделили комнату на третьем этаже из четырех возможных. Как я понял на четвертом спала хозяйка и… Походу судя по звукам доносившимся пол ночи сверху еще и мой отец. Грешат, до свадьбы. Ая-яй. Хотя, может, в этом мире нет подобного запрета. В любом случае я впервые за долгое время смог поспать на мягкой и практически воздушной кровати. Когда я смог абстрагироваться от посторонних шумов, морфей забрал меня в свое царство.
Следующим утром я отправился в полк, и начал руководить постройкой зимних квартир для мушкетеров и пикинеров. Август в расположение пока не явился, видимо он остался у отца. Возможно, не помни я прошлой жизни, и воспитывайся я у отца как «правильный» дворянин, то я бы тоже так себя вел.