С каждым часом солнце поднималось все выше.
Желтая земля на тренировочной площадке раскалилась так, что обжигала ступни, а капли потá, срывавшиеся с лбов стоявших в стойках учеников, испарялись на лету.
Лу Чжэнь продолжал удерживать свой «Столб Свернувшегося Дракона».
Он уже дошел до предела: ноги заходили ходуном, а мышцы онемели от напряжения.
Пот заливал глаза, жгло нестерпимо, но поднять руку и вытереть лицо он не смел.
Старшая сестра Сюн Юэ предупреждала: вся суть стояния в столбе кроется именно в этом дыхании.
Стоит духу иссякнуть – рухнет и стойка, а прежние труды пойдут прахом.
Стиснув зубы, Лу Чжэнь держался из последних сил.
Остальные новички, молодые подмастерья, давно уже пластом лежали на земле, тяжело разинув рты.
Лишь Лу Чжэнь упорно продолжал стоять.
В голове его билась всего одна мысль.
Каждая эта минута, каждая секунда была уплачена звонкой монетой, честными серебряными долларами.
Не можешь довести себя до смерти тренировками – тренируйся до смерти.
«Бам…! Бам…!»
Гонг в дальнем конце внутреннего двора возвестил об окончании мучений.
Многие мгновенно почувствовали себя свободными.
─ Жрать! ─ рявкнула Сюн Юэ.
Толпа на плацу ожила в одно мгновение: словно стая голодных волков, ученики побросали каменные замки и бросились к западной кухне.
Лу Чжэнь сбросил напряжение и тяжело выдохнул застоявшийся воздух.
Стоило ему расслабиться, как ноги подкосились, и он едва не рухнул прямо на землю.
Но отдыхать было нельзя.
Опоздай он – и лучшие куски мяса достанутся другим, придется довольствоваться объедками.
Влетев на кухню, он сразу уперся взглядом в клубящийся густой пар.
В ряд выстроились огромные чугунные котлы, а аппетитный дух так и ударял в нос.
Лу Чжэнь сглотнул слюну, в животе тут же заурчало.
Все выстроились в очередь, зажимая в руках чашки.
Когда подошла его очередь, толстый повар-раздатчик бросил на него короткий взгляд, и его черпак зачерпнул ровно столько, сколько положено – никакой привычной скупости не наблюдалось…
В миску плюхнулась полная горсть зерновой каши: смесь сорго с кукурузной мукой, сытная донельзя.
Следом ляпнули огромный половник тушеной капусты с тофу и крахмальной лапшой – жиру не пожалели, сверху плавал толстый слой янтарных масляных кругов.
А венцом творения стал кусок тушеной свинины величиной с ладонь, громоздившийся поверх всего.
Мясо было жирным, с тонкими прожилками тощего, и подрагивало от каждого движения руки, так что слюнки текли сами собой.
Наконец, ему плеснули пиалу костного бульона с мелко нарезанным зеленым луком: мяса там почти не было, но бульон варился на свиных мослах всю ночь, отливал молочной белизной и считался лучшим средством для укрепления костей.
Удерживая эту немудреную снедь, Лу Чжэнь отыскал укромный уголок и опустился на скамью.
Сначала он взял миску с бульоном и, ничуть не страшась обжечься, сделал большой жадный глоток.
─ Ха-а… ─
Обжигающая волна покатилась по горлу прямо в желудок, мгновенно выгоняя из тела остатки усталости.
Блаженство.
Затем он подцепил палочками кусок свинины и отправил в рот.
Жир таял на языке, мягкий, сладковатый, совсем не приторный.
Прищурившись, Лу Чжэнь принялся заглатывать кашу большими порциями.
Такой сытной и жирной еды за все свои три десятка лет он смел желать разве что в дни новогодних праздников.
Теперь же в боевой школе мог позволять ее себе едва ли не каждый день.
Эти деньги были потрачены не зря.
В самый разгар трапезы за соседний стол кто-то присел.
Это был парень примерно его лет, с поразительно белым, чистым лицом, совершенно неуместным среди местных загорелых громил. Даже грубая холщовая форма ученика сидела на нем так элегантно, будто длинный халат ученого мужа.
Правда, сейчас юноша даже не притронулся к еде: в руках он держал миниатюрную записную книжку в нитяном переплете и тонким угольным карандашом яростно чертил что-то на полях, лихорадочно бормоча себе под нос.
─ Так не пойдет… Если патрон подается из магазина сзади, затворный рычаг придется дергать вручную перед каждым выстрелом, разве тут возможна скорострельность? В толкучке такая штука не спасет…
─ Как добиться, чтобы патроны уходили очередью без смены магазина? Даже спаренные стволы дают всего два выстрела… ─
Юноша исступленно теребил мочку уха, брови его сошлись на переносице.
Он водил карандашом по бумаге, выводя замысловатые чертежи деталей механизмов и оружейных затворов – посторонний принял бы это за колдовские письмена.
Лу Чжэнь проглотил кусок свинины и бросил на соседа короткий косой взгляд.
«Ишь ты, чертит эскизы огнестрела!» Да еще в точности как в памяти из старых западных книжек по оружейному делу, самой примитивной версии.
─ Увлекаешься западными пушками? ─ бросил Лу Чжэнь между делом.
Парень поднял голову, тяжело вздохнул и ответил с легким вызовом:
─ Меня зовут Гу Яньчжи. Брат, ты не понимаешь: мы с единомышленниками организовали небольшой механический клуб, все помешаны на заморском оружии.
Скоро у нас очередная сходка, и тот, кто предложит лучший проект, сорвет все аплодисменты.
Гу Яньчжи помрачнел: ─ Я ужасно хочу смастерить штуку, которая стреляла бы непрерывно, без этой канители с перезарядкой, но сколько ни ломаю голову – чушь выходит. Пороховая камера и затвор сцепляются намертво, тупик.
Лу Чжэнь присмотрелся к чертежу, а затем указал пальцем на зону позади оружейного ствола.
─ Сдался тебе этот единственный ствол, зачем мучиться? ─
Гу Яньчжи опешил: ─ И что же предложит уважаемый брат?
─ А добавить сзади вращающийся барабан на оси трудно догадаться? ─ Лу Чжэнь зачерпнул еще ложку каши. ─ Сделать цилиндрический звездчатый узел, насверлить в нем пять-шесть параллельных камор.
Нажимаешь на спуск, собачка проворачивает цилиндр на один шаг, патрон за патроном, боек лупит прямо по капсюлю – разве это не стрельба без остановки?
Гу Яньчжи замер, словно пораженный молнией, и несколько секунд молчал, судорожно переваривая услышанное.
Мгновение спустя его глаза округлились до предела.
Угольный карандаш в его пальцах заходил по бумаге с бешеной скоростью, и на листе бумаги прямо на глазах родился прототип револьвера с многокаморным вращающимся блоком.
Вращение барабана, единый ствол – гениальность в чистом виде!
─ Хлобысь! ─
Гу Яньчжи впопыхах хлопнул ладонью по столу: ─ Гениально! До чего же гениально! Звездчатый барабан, поворотный ударник! Да с такой схемой можно выплеснуть пять-шесть пуль подряд, какая чудовищная огневая мощь! Как же сам-то не додумался до столь божественной компоновки?!
Он резко повернулся и впился в Лу Чжэня взглядом.
─ Да ты просто мой спаситель! С этим чертежом я завтра на клубе всех за пояс заткну, вот это будет триумф!
Как твое имя? Меня зовут Гу Яньчжи.
Лу Чжэнь отмахнулся и в два счета доел остатки из миски.
─ Лу Чжэнь.
Назвав имя, он не стал продолжать разговор, подхватил поднос и поднялся на ноги.
─ Приятного аппетита, молодой мастер Гу, у меня дела, я пошел.
─ Счастливо, брат Лу! ─
…
Когда он вышел из школы, солнце уже клонилось к западу.
После тренировок тело полностью исчерпало силы, и налетевший ветер показался особенно ледяным – если бы не плотный обед, простуда была бы гарантирована.
Лу Чжэнь плотнее запахнул безрукавку и зашагал прямо к рикшской стоянке «Шуньфа».
Хотя он отмахал на плацу все утро, отдыхать он не собирался.
Шестнадцать серебряных долларов уплыли, карманы теперь абсолютно пусты, нужно срочно зарабатывать.
Получив тележку, он выехал на улицу.
Стоило ему тронуться с места, как Лу Чжэнь ощутил разницу.
Хотя утреннее стояние в «Столбе Свернувшегося Дракона» дало лишь поверхностные навыки, сдвигая повозку с места, он инстинктивно вложил в толчок то самое усилие из стойки.
Спина чуть согнулась, бедра напряглись, ступни вцепились в брусчатку.
Раньше он толкал за счет жесткого упора в колени, отчего к концу дня суставы ныли.
Теперь же мощь передавалась от пяток прямо в поясницу и далее на оглобли – техника изменилась кардинально.
─ Фу-у… вдох… выдох… ─
Подстроившись под ритм дыхания, колеса закрутились легко и быстро.
Лу Чжэнь чувствовал себя так, словно у него выросли крылья: тяжелая прежде повозка казалась пушинкой.
Пробежав с десяток ли, он впервые почувствовал жар во всем теле, да и одышка была совсем не та, что раньше.
─ Эй, извозчик, до «Великого мира»! ─
─ Сделаем в лучшем виде, держитесь крепче! ─
Весь этот полдень Лу Чжэнь растворился в беге.
Тянул ли он пухлого толстосума или тащил тяжелую кладь – справлялся со всем играючи.
Некоторые седоки при расчете даже хвалили его за плавный ход и докидывали сверху пару медных монет.
Он бежал до тех пор, пока небо не потемнело и на улицах не зажглись фонари.
Укрывшись в тихом переулке, Лу Чжэнь пересчитал дневной заработок.
Вычтя арендную плату за тележку, на ладони остался целый серебряный доллар и пригоршня медной мелочи.
За полдня – больше одного доллара.
Если сравнивать с прошлым, доход вырос даже не вдвое.
Похоже, польза от занятий боевыми искусствами огромна: не только защита, но и прямой путь к хорошему заработку.
…
Вернувшись в Переулок Клеток для Сверчков, он застал уже глубокую ночь.
Лу Чжэнь купил горячих лепешек и прихватил для сестренки леденец на палочке.
Войдя в комнату и глядя, как радостно уплетает сласти девочка, он почувствовал, как на душе стало спокойно.
После короткого умывания он лег на циновку.
Знакомые бледно-голубые строчки вновь проступили перед глазами.
[Панель Ежедневного Расчета активирована]
[Итоги дня: занятия в боевой школе три часа, извоз – четыре часа, пробег – шестьдесят ли.]
[Получено: серебряный доллар +1.2, очки опыта профессии +15, очки опыта телосложения +10, универсальные очки опыта +5!]
[Текущий уровень Панели Ежедневного Расчета: Ур. 1, ежедневный бонусный множитель: X1]
[Лу Чжэнь (30 лет)]
Капитал: 2.4 серебряных доллара
Текущая профессия: Рикша
Уровень: Панель Ежедневного Расчета Ур. 1 (5/50)
Навыки:
Рикша Ур. 1 (45/50)
Столб Свернувшегося Дракона Ур. 1 (5/50)
Кулак Железной Нити Ур. 1 (5/50)
Телосложение: Крепкое здоровье Ур. 2 (20/200)
Универсальные очки опыта: 10 единиц
…