─ Погода проклятая, с каждым днем все холоднее. ─
Лу Чжэнь у входа в переулок посильнее запахнул воротник, прогоняя наваждение нежданной удачи.
В прошлой жизни он начитался романов и сразу смекнул, к чему всё идет, но разобраться с эффектами предстояло досконально.
У входа в Трущобы свиных клеток лавка с пареной мучной снедью источала дразнящий аромат мяса, однако вокруг царила мертвая тишина – в нынешние времена простому люду редко доводилось отведать мяса.
Старик Лао Лю, продающий пареное тесто, втянул голову в плечи, делая вид, что увлечен чтением газеты, и даже не поднял головы на шаги.
─ Лао Лю, десяток паровых булочек из смешанной муки, ─ бросил взгляд на прилавок Лу Чжэнь, после чего его взор приковал мясной лоток. ─ И нарежь цзинь свиной головы, пожирнее. ─
Услышав это, Лао Лю окинул Лу Чжэня оценивающим взглядом с ног до головы: ─ Ого… Мясо? Добро нынче дорогое… ─
Лу Чжэнь не стал тратить слова и хлопнул по прилавку серебряным «юанем».
Глаза Лао Лю полезли на лоб.
Нынче бумажные деньги падали в цене день ото дня, а полновесный серебряный доллар оставался надежной монетой.
─ Гляди-ка, Сяо Лу, разбогател? ─ Лао Лю вмиг расплылся в улыбке и проворно приподнял крышку бамбуковой пароварки. ─ Нынче курсы другие, один серебряный за сто тридцать пять фэней бумажных идет.
Булочки по одному фэню штука, а свиная голова – двадцать пять за цзинь. ─
Брови Лу Чжэня слегка сошлись: ─ Разве на пристани на прошлой неделе не давали три за два? ─
─ Хе-хе, цены меняются ежедневно, ─ Лао Лю застучал ножом по разделочной доске со словами: ─ На севере затевается война, железную дорогу перекрыли, импортные товары не завозятся.
Крупные амбары сегодня с утра вывесили лимиты на продажу, а к полудню цены взлетели вдвое.
Не пеняй на дороговизну, завтра, боюсь, и с деньгами ничего не сыщешь. ─
Лу Чжэнь промолчал.
Когда он тащил рикшу по улицам, ему то и дело доводилось слышать о территориальных уступках да контрибуциях, и тогда все это казалось далеким, но стоило бедам коснуться простого люда, как они оборачивались непрерывным ростом цен на рис и все более водянистой кашей в миске.
Деньги теряли вес.
Жизнь, судя по всему, тоже.
─ Готово, завернул, ─ Лао Лю плотно обернул мясо в лопух и сунул вместе с горстью замасленных мятых бумажек. ─ Обменяно по рыночному, проверяй. ─
Лу Чжэнь прикинул вес, сунул снедь в карман и зашагал прочь.
Чем глубже уходил он в лабиринт переулков, тем тусклее становились огни.
Когда он проходил мимо глинобитной лачуги на углу, изнутри донеслись женские крики от побоев.
Пронзительный плач морозил душу.
Лу Чжэнь шагу не сбавил, лишь плотнее запахнул на груди горячую снедь и, приволакивая больную ногу, направился прямо к дому.
……
В холода Ваньэнь без дела забивалась в старое ватное одеяло, а завидев возвращение брата, тут же вынырнула наружу.
Хотя ей почти исполнилось шестнадцать, из-за вечного недоедания ростом она едва доставала Лу Чжэню до груди.
Лу Чжэнь вытащил пакет из лопуха, и стоило ему развернуться, как нос девчонки дважды забавно дернулся, а глаза вмиг округлились.
─ Братец… мясо? ─
Лу Чжэнь разломил дымящуюся паровую булочку, засунул внутрь увесистые жирные куски и протянул ей: ─ На кого ты похожа… Ешь давай. ─
Ваньэнь с криком бросилась вперед, вцепилась в булочку и принялась жадно заглатывать куски.
Пальцы обжигало, но она не выпускала добычу, щеки раздулись, из глаз от жара брызнули слезы, а она все же усердно жевала.
Глядя на блестящие от жира губы сестренки, Лу Чжэнь улыбнулся краешком рта: с этой панелью житье должно наладиться.
Он присел на край кровати, и перед глазами вспыхнула голубая панель.
За сегодняшние почти восемь часов беготни с рикшей набежало ровно два серебряных доллара – так система засчитала его дневной заработок.
А те два серебряных доллара, что дала старшая сестра, в расчет не вошли.
Лу Чжэнь призадумался: ─ Значит, система считает только то, к чему я приложил собственные руки, а чужие подарки в зачет не идут? ─
Затем он перевел взгляд на панель.
[Лу Чжэнь (30 лет)]
Текущая профессия: Кучер
Уровень: Ежедневный расчет Ув. 1 (0/50)
Навык: Тяга рикши Ув. 1 (5/50)
Телосложение: Закупоренные меридианы Ув. 1 (5/50)
Универсальный опыт: 5 очков
Имеются универсальные очки опыта? Можно прокачивать навыки? Что же выбрать?
Перед ним лежало три пути.
Если вложиться в «уровень ежедневного расчета», это принесет сложные проценты, доход станет расти, ведь с ростом уровня ежедневного расчета увеличится и приток универсального опыта.
Второй путь – прокачать навык тяги рикши, однако Лу Чжэнь считал это бессмысленным. Как ни гоняй, останешься чернорабочим, а становиться «мастером заказов» из прошлой жизни он не собирался.
Оставался третий путь – «Телосложение: Закупоренные меридианы».
Лу Чжэнь коснулся одеревенелого правого колена – прошло уже двенадцать лет.
С тех пор как Чжао Цзиньчэн повредил ему меридианы, эта нога не слушалась, начисто перекрыв любые перспективы в боевых искусствах.
Лу Чжэнь смотрел на панель: раз уж это «прокачка», она наверняка не сделает хуже.
Если полностью избавиться от «закупорки», не исцелится ли его нога?
Дыхание Лу Чжэня участилось.
В этот смутный век деньги – вещь хорошая, но без силы они не удержатся в руках, и чем их больше, тем скорее придет смерть.
Лишь обретя мощь, он получит право свести счеты и с долгами Черной Змеи, и с давними обидчиками.
─ Деньги еще заработаем, но эту ногу я не намерен терпеть ни дня дольше. ─
Больше не колеблясь, Лу Чжэнь влил все пять очков универсального опыта прямо в телосложение.
[Телосложение: Закупоренные меридианы Ув. 1 (10/50)]
В тот же миг правое колено пронзило ощущение, будто туда вогнали раскаленную добела тонкую иглу.
Не боль, скорее – забытое ощущение тепла.
Хотя жар быстро рассеялся, оцепенение в правой ноге и впрямь самую малость отступило.
Лу Чжэнь провел ладонью по колену: есть толк! Настоящий толк!
Эта искалеченная на двенадцать лет нога спасена!
Глубоко вздохнув, Лу Чжэнь отвлекся от мыслей и взглянул перед собой.
Булочки в руке Лу Вань уже исчезли, и теперь она опустила голову, тщательнейшим образом слизывая с пальцев жир.
Ее взгляд то и дело воровато скользил к остаткам мяса на столе, горло судорожно сглатывало, но пальцы спрятались в рукава, не смея взять еще.
Лу Чжэнь взял булочку, густо набил ее жирными кусками и сунул прямо ей в руку, а себе прихватил еще одну и откусил сразу половину.
Во рту разлился богатый масляный вкус.
Ваньэнь, казалось, о чем-то задумалась, ее огромные глаза полнились недоумением.
─ Братец… ─
Дети бедняков рано взрослеют, она знала, как тяжело дается кусок хлеба.
Сколько же ледяной бельевой стирки пришлось перенести, чтобы заработать на это мясо?
Раньше старший брат каждую монетку делил надвое, что же с ним стряслось сегодня?
Уж не… ─
Девчонка не смела додумать мысль до конца, ее тело слегка задрожало.
Лу Чжэнь проглотил мясо, взглянул на ее испуганное личико и легко улыбнулся.
─ Не забивай голову, ешь давай. ─
─ Глядишь, с этих пор житье наше и впрямь пойдет на лад. ─
Ваньэнь опешила.
Старший брат никогда не бросал слов на ветер.
Раз он сказал, что станет лучше, значит – непременно станет.
Небывалое прежде предвкушение нахлынуло на нее.
Она изо всех сил кивнула, покрасневшими глазами глядя на него, широко разинула рот и отхватила изрядный кусок от булочки.
Как же вкусно.
……
Следующие четыре дня метель не утихала.
Зима в Янчэне люта не столько морозом, сколько пробирающей до костей сыростью, сравнимой с колдовскими чарами.
Прохожие жались друг к другу комочками, и лишь тянувший рикшу Лу Чжэнь дымился от жара, казалось, вовсе не зная усталости.
Обретя панель, Лу Чжэнь перестал воспринимать работу каторгой, трудясь с полным усердием, словно прокачивал персонажа в игре.
За четыре дня Лу Чжэнь пропадал на работе с раннего утра до заката.
Ему удалось отложить семь-восемь серебряных долларов, и это притом, что ежедневный расчет пока держался на первом уровне, принося лишь двукратный бонус.
Куда сильнее его радовала строчка [Телосложение: Закупоренные меридианы Ув. 1 (40/50)].
Весь опыт с вечерних расчетов он неизменно вливал в телосложение.
Правая стопа, прежде лишенная чувствительности, отзывалась все отчетливее, частенько ныла и зудела.
Боль – это к добру.
Если чувствует боль, значит, нога исцеляется.
……
У ворот «Артели Шуньфа».
Лу Чжэнь сдал телегу, уплатил дневной оброк и яростно потер ладони.
Стоит пережить сегодняшний расчет, прибавить еще пять очков универсального опыта, и телосложение поднимется на новый уровень.
Выйдя из артели, он по привычному маршруту свернул в Трущобы свиных клеток.
─ Лао Лю, по старому обычаю. ─
Вспыхнул нож, и десяток булочек вместе с фунтом сочащейся жиром свиной головы, плотно завернутых в листья лопуха, источали густой жар, согревая руки в этот морозный вечер.
Лу Чжэнь с пожитками шагал по сумрачным переулкам, как вдруг у самого колодца посреди улицы раздался гулкий плеск воды.
Какая-то женщина с трудом тащила деревянное ведро, но из-за наледи на срубе половина ледяной воды расплескалась на ее тонкие штанины.
─ Ай, беда какая… ─ покачала головой старая карга лет шестидесяти под забором, вздыхая.
Толстая тетушка по соседству подступила ближе и понизила голос: ─ Невестка семьи Хэ, часом? Опять побили? ─
─ А то как же. Сказывают, с утра не добыла горячей кажи, так муж лицо ей ночным горшком отходил, ─ сокрушалась старуха. ─ С тех пор как Хэ-третий слег, рассудок его совсем помутился. ─
Прежде был ученым человеком, таким учтивым, а теперь? Целый день подозревает всех вокруг, чуть что не по нраву – лупит жену до полусмерти. ─
Лу Чжэнь слышал все это, и память всколыхнула события десятилетней давности.
В то время, когда он только лишился ноги, а родители погибли, дома оставалась лишь малолетняя сестренка, требовавшая ухода.
Он помнил, как сестра Шэнь тайком приносила им парочку серебряников, частенько делилась горячим супом и помогала латать одежду, иначе они с сестрой замерзли бы в ту лютую зиму.
─ Сестра Шэнь, все в порядке? ─ Лу Чжэнь шагнул вперед.
Женщина испуганно вскинула голову.
Прежде миловидное овальное лицо покрывали синяки и кровоподтеки от долгих побоев.
─ Это ты, Сяо Лу… ─ узнав гостя, Шэнь Юнь немного расслабилась, поспешно расправляя растрепанные пряди, чтобы скрыть увечья. ─ Все хорошо, ты гляди под ноги, скользко тут. ─
Лу Чжэнь молча развернул сверток из лопуха, выхватил три обжигающих пальцы булочки с начинкой из мясных обрезков, завернул в бумагу и бесцеремонно сунул ей в руки.
─ Держи. ─
Шэнь Юнь отпрянула, словно обожженная: ─ Нельзя так! Сяо Лу, тебе самому тяжело, а у Ваньэнь еще растет… ─
─ Ешь пока горячее, чтобы никто не видел, ─ отрезал Лу Чжэнь жестким тоном.
Шэнь Юнь опешила, глаза ее покраснели, а голос зазвучал едва слышно: ─ Спасибо тебе, Сяо Лу. ─
Лу Чжэнь одной рукой подхватил полупустой ушат, донес его до порога ее дома и тут же повернулся, чтобы уйти.
Однако не успел он отойти и на пару шагов, как из ветхой деревянной двери донесся исступленный рев.
─ Полчаса за водой ходила?! Опять у колодца с какими-то бродягами глазами лупала?! ─
Следом раздался грохот швыряемых предметов.
─ Это что такое? Булочки? Да еще горячие! Ах ты ж… Я-то думаю, чего это тебя так долго не было, оказывается, бегала к чужому мужику на свиданку! Кто тебе среди ночи белые булочки подаст – продавец мясного Лао Лю? Или цирюльник? Бессовестная… тварь! ─
─ Нет, Третий, послушай меня, это… ─
─ Трах! ─
Звук разбитой посуды слился с глухим ударом тяжелого предмета о живую плоть и сдавленным стоном Шэнь Юнь.
─ Смеешь еще огрызаться! Я калека, а ты решила пойти по рукам, да?! Сдохни, тварь! ─
Звуки погрома и грязная ругань нескончаемым потоком неслись по переулку.
Шаги Лу Чжэня замедлились, брови сошлись на переносице, кулаки сжались и вновь разжались.
В конце концов он не оглянулся, лишь прибавил шагу и растворился в ночной темноте.
……
Вернувшись в свою каморку.
[Панель ежедневного расчета активирована]
[Расчет за сегодня: тянул рикшу восемь часов, пробежал сто двадцать ли]
[Получено: серебряный доллар +3, опыт профессии +5, опыт телосложения +5, универсальный опыт +5]
[Текущий уровень ежедневного расчета: УВ. 1, ежедневная награда умножена на 1 раз]
Лу Чжэнь глядел на нее горящим взором.
[Телосложение: Закупоренные меридианы Ув. 1 (45/50)]
С этими пятью очками набирался полный круг!
Лу Чжэнь глубоко вздохнул и мысленно произнес:
─ Прокачать! ─
В тот же миг жгучий поток разлился по всему телу.
─ Хрусь, хрусь. ─
Лу Чжэнь стиснул зубы до боли, на лбу вздулись вены, но он не издал ни звука.
Боль! Пронизывающая до костей боль!
Разорванные за долгие годы меридианы срастались заново, черная дурно пахнущая кровь сочилась сквозь поры, источая застарелый смрад.
Текущая профессия: Кучер
Уровень: Ежедневный расчет Ув. 1 (0/50)
Навык: Тяга рикши Ув. 1 (30/50)
Телосложение: Крепкое здоровье Ув. 2 (0/200)
Универсальный опыт: 0
Лу Чжэнь не обращал внимания на зловоние, он вскочил на ноги и шевельнул пальцами ног по дощатому полу.
Порядок… ха-ха, и вправду все прошло, то самое забытое чувство равновесия и твердой опоры под ногами заставило глаза Лу Чжэня защипать.
Привыкнув к новому ощущению, Лу Чжэнь, невзирая на холод, выскочил в крошечный дворик перед домом.
Вспоминая ощущения со времен занятий в боевой школе, он резко вскинул ногу и тяжело топнул.
─ Бух! ─
Земля мелко задрожала, сила поднялась от стоп, пронизывая каждый сустав.
─ Меридианы срослись! ─
Лу Чжэнь встал в стойку, правый кулак послушно взметнулся вперед и рассек воздух.
─ Хлоп! ─
Раздался сухой щелчок – так звучит усилие, пробивающее воздушную преграду.
─ Начальный этап тренировки силы. ─
Лу Чжэнь опустил кулак и замер.
В этом смутном мире первым шагом в боевых искусствах была «Закалка силы».
Начальный этап требовал закалки мускулов, когда в одном ударе руки должна чувствоваться сила в две сотни цзиней, что под силу любому крепкому парню, готовому терпеть трудности.
Средний этап тренировки силы требовал проведения усилия по всему телу, доводя удар до пяти сотен цзиней, и среди практиков лишь один из десятка мог надеяться достичь этого.
Что же до позднего этапа, то он и вовсе оставался уделом единиц из сотни.
Глядя на собственный кулак, Лу Чжэнь не предавался излишней самоуверенности.
Хоть этот удар и прозвучал громко, в нем все еще чувствовалась грубая, сырая сила.
Тогда в школе «Цзинчэн» наставники учили лишь основам вроде стояния столбом и закалки костей.
Настоящее перенесение «ци и крови», омовение кожи и рождение Явной Силы составляло тайное знание каждого отдельного дома боевых искусств.
─ Нужно найти наставника. ─
Мысленно рассудил Лу Чжэнь.
Возвращаться в школу было поздно, да и в его годы таких переростков уже не принимали.
Чтобы продвинуться дальше, придется идти наниматься в бойцовские залы.
В Янчэне полно боевых школ, и среди них немало толковых, стоит лишь раскошелиться – и удастся постичь настоящее ремесло.
Хотя денег в обрез, обретя такую силу, он станет зарабатывать все больше.
Он принял решение.
Завтра же, закончив с развозкой, он обойдет несколько школ на юге города, чтобы разведать обстановку.
……