Когда этот отряд объявился на южной окраине аванпоста, Линь Янь сидел в междурядье, сооружая опоры для побегов перца.
Первой опасность почуяла Нонно. Она стрелой метнулась с другого конца грядки, приземлилась ему на плечо и коротко пискнула в сторону юга.
Линь Янь выпрямился, прищурившись и проследив за направлением ее взгляда.
По южному пустырю двигался отряд из пяти или шести человек. Совсем не чета вооруженным бойцам из крепости – эти щеголяли в одинаковых светло-серых мундирах с безупречно отглаженными воротниками и манжетами, а их сапоги сияли чистотой, словно они прогуливались по мостовой, а не месили грязь Пустоши.
Впереди шел мужчина лет сорока в тонкой оправе очков, с волосами, уложенными волосок к волоску, и серебристым чемоданчиком в рост человека за плечами. Остальные члены отряда держали руки на рукоятях коротких клинков, их глаза сканировали местность без единой паузы, а шаги ложились строго по одной линии – школа чувствовалась сразу.
Линь Янь медленно опустил лозу на землю, меняя выражение лица: простодушное, растерянное, с легким оттенком робости крестьянина, увидевшего важных господ.
─ Пожаловали, ─ тихо бросил он.
Нонно пискнула и нырнула в его жилетку, оставив снаружи только глазенки.
Отряд не стал маршировать прямо к аванпосту, сначала сделав полукруг вдоль русла реки, перехватывая попадавшихся на пути мародеров, задавая вопросы по одному, сверяясь с бумагами и делая пометки. Линь Янь издалека наблюдал за ними со склона. Он заметил, как они остановили старого собирателя, кто-то из отряда протянул тому сухпаек, старик со слезами на глазах заискивающе заглянул в карту, покачал головой, потом еще раз. Командир вовсе не рассердился, похлопал старика по плечу и отпустил восвояси.
─ Сначала конфетку, ─ пробормотал Линь Янь. ─ А потом душу вынут.
Всё, что рассказывала Су Вань, пронеслось у него в голове. «Эдем», Парящий Город, Источник Очищения, серебряный значок в форме прорастающего семени на лацкане у горожанина – у него сложилось девяностопроцентное понимание того, откуда взялись эти гости.
Отряд остановился в двадцати шагах от забора. Мужчина в очках заговорил не сразу, сначала окинув взглядом всё хозяйство – каждый рядок всходов прошел через его мысленные весы – и наконец перевел взгляд на Линь Яня, расплывшись в учтивой улыбке:
─ Приветствую. Подскажи-ка, хозяин, это твои владения?
─ Можно и так сказать, ─ Линь Янь почесал затылок. ─ Мародерствую помаленьку, глянул – место вроде ничего, вот и обосновался. А вы сами кто будете?
─ Фамилия моя Чэнь, я управляющий торгового каравана с севера, ─ мужчина извлек из-за пазухи аккуратно сложенный лист бумаги. ─ Мы тут скупаем травы да минералы, ну и попутно кое-что ищем – не доводилось ли тебе встречать подобное?
Бумага развернулась.
На ней была нарисована округлая, излучающая свет семечка, а рядом красовалось несколько строк мелкого текста. Линь Янь бросил взгляд, и струна у него в груди натянулась – нарисованное походило на «семя Древа Мира» из его системного интерфейса процентов на семьдесят-восемьдесят.
Лицо его осталось абсолютно неподвижным, он даже подался вперед, нахмурившись и с самым озадаченным видом разглядывая рисунок: ─ Это… что такое? Семечко?
─ Верно, особая разновидность семян, ─ улыбнулся управляющий Чэнь. ─ Предание гласит, что оно способно очистить Пустошь, священная реликвия, уцелевшая с трехсотлетней давности. Ты живешь здесь давно – не видал ничего похожего?
─ Не видал, ─ отрезал Линь Янь без тени сомнения. ─ Я здесь всего с месяц, целыми днями ковыряюсь в грязи да ращу овощи, глаза глядят только под ноги. К тому же… ─ он указал на сад за спиной и развел руками, ─ будь у меня такая чудесная семечка, стал бы я выращивать редиску с капустой? Стал бы горбатиться здесь с подвязками?
─ Ты расспросил всех в округе? ─ в его голосе прозвучало чисто крестьянское любопытство. ─ А вообще, как выглядит эта штука с картинки? Круглая? Светящаяся? Какого размера?
─ Ну, круглая, светящаяся, с голубиное яйцо, ─ управляющий Чэнь внимательно следил за ним. ─ Если вдруг увидишь – непременно дай знать. Корпорация «Эдем» щедро вознаградит нашедшего.
─ Заметано! ─ Линь Янь хлопнул себя по груди. ─ Как увижу – первому доложу!
Он отвечал так быстро и охотно, что сопровождавшие управляющего Чэня люди убрали руки с рукоятей клинков.
Управляющий Чэнь улыбнулся, но уходить не спешил. Он неторопливо шагнул к самой кромке огорода, присел на корточки, зачерпнул двумя пальцами щепотку земли и поднес к глазам, медленно растирая между пальцами.
Сердце Линь Яня подпрыгнуло.
Эта земля была очищена Нонно – темно-бурая, влажная, стоит сжать в кулак – держится комком, а разожмешь – рассыпается, и от нее исходило живое дыхание. На фоне серой и потрескавшейся Пустоши это выглядело так, будто в кучу угля бросили нефрит.
─ Земля у тебя знатная, ─ управляющий Чэнь растирал почву меж пальцев, поднимая веки. ─ Вырастить такую в Пустоши… непросто.
─ Эх, дело случая, ─ Линь Янь виновато ухмыльнулся, кивком указывая на серые кустики внизу склона. ─ Видали ту травку? Очищающая трава. Выкопал в северных скалах, старики сказывали, будто она вымывает из почвы всю скверну. Я перегнил ее и заправил в грядки, повозился с полгодика – вот почва такой и стала. Никаких секретов, просто уход и труд. Коли в вашем городе тоже вздумают заняться земледелием, я бы мог пару приемов подсказать.
Он говорил просто и приземленно, совмещая хвастовство с самоуничижением, и ни единого лишнего слова.
Те кустики очищающей травы под склоном он нарочно выставил на самое видное место полмесяца назад – раз уж хотят смотреть, пусть смотрят вдоволь. Настоящее сокровище спрятано в глубине под землей, а напоказ выставили лишь ширму для глаз.
Управляющий Чэнь бросил взгляд в указанном направлении, опустил глаза на землю между пальцами и несколько секунд сверлил Линь Яня взглядом.
─ …Ладно, ─ он поднялся, отряхнул ладони и усмехнулся. ─ Беспокоить не буду.
Взмахнув рукой, он повел людей на восток.
Линь Янь стоял на месте, провожая отряд взглядом, а простодушное выражение с его лица исчезало дюйм за дюймом, уступая место холоду на дне глаз.
Он опустил взгляд на то место, где только что приседал управляющий Чэнь – нарыхленный слой рыхлой земли. Пальцы он испачкал не просто так.
─ Он забрал землю с собой, ─ тихо констатировал Линь Янь.
Голос Багряни прозвучал из глубины цветка, непривычно серьезно:
─ Тот человек… с душком.
─ Каким еще душком?
─ Не здешним, ─ отозвалась Багряни. ─ От него разит хоромами и благовониями, какими вытравливают запахи. Торговый управляющий мотается по всей Пустоши, от него должно нести дорожной пылью, а от этого – ни капли.
Линь Янь кивнул. Он тоже это заметил. Здешние местные авторитеты из крепости общаются и ведут дела с размахом бродяг; а этот управляющий Чэнь выдавал речи без единой бреши, двигался строго по уставу и даже улыбался строго по линейке – вышколенные манеры, а не дорожная закалка.
─ Люди «Эдема», ─ он мысленно проговорил это имя.
Багряни на мгновение замолкла, а затем бросила: ─ Испугался?
─ Чего пугаться, ─ Линь Янь наклонился, поправляя стойку для перца. ─ Образцы почвы унесли, так что страх не поможет. Теперь надо думать об одном: раз они взяли землю раз, смогут взять и второй. Сегодня их привлек огород, а завтра их заинтересует корень, что прячется в земле.
Он выпрямился и крикнул вглубь двора: ─ Лао Гуй! Чжуцзы! Бросайте дела – переезжаем!
─ Чего? ─ Лао Гуй высунул из дома половину туловища. ─ Куда это мы намылились?
─ Недалеко, ─ Линь Янь указал на северо-западный склон. ─ Перетащимся на двести метров за холм, разобьем лагерь под прикрытием склона. Старый огород оставим, но… ─ он помедлил, ─ всю зелень с грядок сегодня же выкопать и перенести на новое место. С комом родной земли, чтобы корни не растрепались.
─ Выкапывать капусту?! ─ сердце Лао Гуя зашлось от жалости. ─ Да они же еще вовсю растут!
─ Потому и выкапываем, что растут, ─ ответил Линь Янь. ─ Зелень засветили, теперь нельзя оставлять ее на прежнем месте. Сегодня ночью перебираемся, а завтра этот участок превратится в пустырь – если они заявятся снова, им достанется лишь горсть самой обычной земли.
Лао Гуй собирался спорить, но, взглянув на лицо Линь Яня, проглотил слова и зашагал поднимать Чжуцзы за сбор пожитков.
В ту же ночь аванпост сменил дислокацию.
Новый лагерь располагался за северо-западным склоном: местность высокая, от ветра защищает, а идущим с юга придется сделать изрядный крюк, чтобы его заметить. Линь Янь вместе с Нонно выкорчевывал растения по одному, оборачивая корни родной почвой и под покровом ночи пересаживая на свежевспаханные грядки. Нонно порхала над рядами без устали, стоило ей пролететь над грядой – земля тут же насыщалась влагой; ее скромные возможности в эту ночь не иссякали до утра.
Факелы горели до рассвета. Лао Гуй с Чжуцзы с лопатами наперевес мотались туда-сюда между старым огородом и новым участком, выбиваясь из сил до белых мушек перед глазами, но никто не смел жаловаться. Оба прекрасно осознавали: это не просто зелень, это их спасительные корни.
К утру новый огород принял законченный вид. Ряды ростков устроились на новых грядах, их листья блестели от росы, выглядя так бодро, будто их и не пересаживали вовсе. На месте старого огорода остался лишь свежевспаханный клочок земли, чей бурый цвет растворился в ландшафте Пустоши, сгладившись до полной неузнаваемости.
Нонно сдалась последней. Под утро она начала заваливаться на лету и рухнула прямо в раскрытую ладонь Линь Яня, раскинув лапки и заснув без задних ног. После двух бессонных ночей запасы крохи иссякли.
Линь Янь спрятал ее за пазуху к самому сердцу, чтобы отогреть, и вернулся к перетаскиванию оставшихся двадцати с лишним кустов рассады.
Кровавая роза в углу сада также была выкопана им с комом земли и перенесена на новый угол. Багряни мучилась всю ночь вместе с ним, и едва забрезжил рассвет, как недовольство выпле наружу со страшной силой:
─ Не мог выбрать день поприличнее?
─ Пересади я днем, когда сверху кто-то пялится, считай, пересадил бы зря, ─ Линь Янь присел перед цветком, подсыпая к ее корням землю. ─ Потерпи. На новом месте и возвышенность лучше, и солнце ярче, и от ветра прикрыто.
─ Хм, ─ Багряни издала звук, означавший, что одолжение принято.
Линь Янь отряхнул руки и поднялся, собираясь вздремнуть, как из глубины цветка вновь донесся голос Багряни. На сей раз никакого сонного ворчания – прохладный и совершенно ясный тон:
─ Линь Янь.
─ М? Жду.
─ Железная птица снова прилетела.
У Линь Яня на затылке мгновенно натянулась кожа.
Он поднял голову в указанном ею направлении – в невероятно далеком южном небе под самой кромкой облаков висела крошечная черная точка. Не летит, не кружит – замерла на месте, вися слишком высоко для того, чтобы обычный человек разглядел ее невооруженным глазом.
─ Отдохнула с полмесяца, ─ лениво протянула Багряни. ─ И снова вышла на смену.
─ Давно следит? ─ спросил Линь Янь.
─ Еще до того, как ты затеял переезд, ─ ответила она. ─ Тащилась хвостом всю дорогу, и до сей минуты – ни с места.
Линь Янь несколько секунд сверлил взглядом черную точку, развернулся и направился к дому, на ходу отдавая распоряжения:
─ Кипяти воду. И пускай Лао Гуй соорудит восточный навес – с сегодняшнего дня все работы с рассадой и семенами переносим под крышу.
─ То, что положено видеть на земле, ─ бросил он через плечо, ─ пускай лежит на виду. А то, что видеть не положено – спрячем надежно.