На третий день после переезда Линь Яня случилось то, чего он боялся больше всего.
В тот день до полудня Лао Гуй по обыкновению отправился продавать овощи в Крепость Серых Скал. Солнце еще не перевалило за макушку, как он прибежал обратно – не шел, а примчался мелкой трусцой, с порога закричав сорванным голосом:
─ Господин Линь! Беда!
─ Какая еще беда? ─ Линь Янь присел на корточки в новом саду, подсыпая земли к перцам, и даже не поднял головы.
─ Звериный прилив! ─ Лао Гуй ухватился за притолоку и тяжело задышал. ─ На юге поднялся прилив! Говорят, за ночь у русла собралась огромная стая радужных зверей. Они снесли оба лагеря сборщиков, погибло несколько человек! Крепость Серых Скал уже закрыла южные ворота, весь охранный отряд выставили на защиту рубежа!
Рука Линь Яня, державшая рассаду, замерла в воздухе.
Он выпрямился и посмотрел на юг. Небо было серым и затянутым, ничего необычного не разглядеть. Но старый пройдоха Лао Гуй не стал бы выдумывать подобное – за такие шутки здесь могли запросто забить до смерти толпой.
─ Радужные звери, ─ брови Линь Яня сошлись на переносице. ─ Ты уверен, что это радужные звери, а не обычные мутанты?
─ Точно! ─ Лао Гуй утер пот и замахал руками. ─ Те самые, что переливаются всеми цветами, с мутными глазками, которые бросаются на все живое, как безумные! Я у этой крепости без малого двадцать лет живу, но такую чертовщину вижу впервые!
─ Где они сбились в стаю?
─ К югу от русла! Прямо там, где раньше лагерь Кровавого Клыка стоял! ─ Лао Гуй понизил голос: ─ И еще… Я своими глазами видел, как отряд стражи выступал через южные ворота. Впереди шел сам Рейно. Он меня заметил и издадали крикнул, чтобы сборщики из наших мест немедленно уходили на север, а не сидели в пустошах!
Линь Янь молчал.
Он опустил взгляд на свой только-что обустроенный сад. Рассада была свежей, гряды – аккуратно вспаханными, корни едва успели уйти в землю. Сколько сил ушло на переезд со старого участка, и теперь его зовут бросить все?
Куда уходить?
─ Никуда не уходим.
─ А? ─ всполошился Лао Гуй. ─ Господин Линь! Это же звериный прилив! Радужные звери – совсем не то же самое, что обычное зверье. Эту дрянь звездная пыль насквозь пропитала, они боли не чувствуют, страха не знают, стоит им пойти лавиной – сметут все! Нас тут всего горстка, в руках по тяпке, чем ты собрался…
─ Именно поэтому уходить нельзя, ─ перебил его Линь Янь. ─ Уйдем – не будет этой земли. Не будет земли – что мы станем жрать потом? Мыкаться по ветру и подбирать консервные банки до конца дней?
Лао Гуй открыл рот, но возразить так и не смог. Он уже пожил с Линь Янем и прекрасно знал этого человека: обычно расслабленный и безобидный, но стоило завести речь о «земле», как в нем просыпалось такое упрямство, что с места не сдвинешь и десятком зверей.
─ Но мы же не сможем отбиваться голыми руками… – его голос упал.
─ И не собираемся отбиваться голыми руками, ─ Линь Янь присел на корточки, сломал сухую ветку и принялся чертить прямо на земле. ─ Смотри. Наш лагерь: с северо-запада склон, с востока та сухая речная балка, а на юге – сплошная открытая местность. Если звери действительно попрут с юга, они пойдут только по этому открытому полю.
Ветка оставила в грязи три точки.
─ Бери Чжуцзы, углубляйте и расширяйте ту восточную балку, превращайте ее в настоящий ров. А вдоль края перетащите все наши колючие дикие ягоды и посадите вплотную, густым рядочком.
─ Сажать колючки? ─ Лао Гуй ошарашенно хлопал глазами. ─ Эта мелочь может остановить зверя?
─ Сама по себе – нет, ─ ответил Линь Янь. ─ Но они потеряют строй. У радужных зверей мозги набекрень, они прут напролом по прямой и прыгать не умеют. Добегут до рва, передние свалятся вниз, задние затормозить не успеют, кубарем полетят вслед за ними, а тут их колючки встретят – и весь их порядок рухнет к чертям.
Он воткнул ветку в землю.
─ Сбежавшуюся в кучу стаю уже куда проще укротить.
Лао Гуй постоял с минуту, соображая, а потом от души хлопнул себя по бедру:
─ Батюшки! Господин Линь, да откуда у вас такая голова!
─ Перепахал земли больше твоего, ─ Линь Янь сунул ему в руки ветку. ─ Как защищаться от диких кабанов, роющих почву, как спасать побеги от антилоп – старики передали немало народных хитростей. Суть та же, просто зверь крупнее. Иди работай. До темноты ров должен быть готов.
Лао Гуй кивнул, схватил лопату и кликнул Чжуцзы – оба зашагали к восточной границе.
Рытье рва – дело простое на вид, но требующее сноровки. Срез должен получиться широким наверху и сужаться книзу, образуя крутой клин, а стенки следует хорошо утрамбовать, чтобы свалившийся зверь не смог выкарабкаться. Всю вынутую землю нужно было сбросить на внутренний край, насыпав земляной вал высотой по грудь, и уже на нем высаживать колючие заросли – получалась двойная преграда из рва и стены, где зверье сначала натыкалось на шипы, потом проваливалось в яму и наконец врезалось в земляной вал.
Чжуцзы поначалу взмахивал лопатой как попало, за что тут же схлопотал черенком по руке от Лао Гуя:
─ Копай по линии! Не видишь черту, которую провел господин Линь? Ров должен идти ровной стрелой, только тогда звери побегут вдоль него, а если он у тебя виляет криво, тварь запросто прорвется через прореху!
─ Зверь же не разбирает, ровный ров или нет… – забормотал Чжуцзы.
─ Ты умнее или я? ─ Лао Гуй засунул чубук трубки за пояс. ─ Старики с детства учили, как встречать звериный прилив, именно так их и копали. Я это ремесло тридцать лет не забывал.
Линь Янь тем временем обошел весь лагерь по периметру. Где нужно укрепить, что можно отбросить, какой глубины делать канавы, сколько рядов колючек выставить – в прошлой жизни, работая в научно-исследовательском институте сельского хозяйства, он поездил по селам и наслушался от старых крестьян множества дельных советов против вредителей и ненастья. Теперь все эти знания всплывали из памяти одно за другим, находя свое место на этой земле.
Добравшись до открытого поля на южной стороне, он остановился и долго смотрел вдаль.
За открытым полем лежало русло реки. А за руслом бушевал звериный прилив.
Он ничего не сказал, но мысленно сделал для себя пометку.
Днем, пока он вместе с Лао Гуем и Чжуцзы ковырялся в земле, прибыла Су Вань.
Она верхом на серой вьючной твари подъехала к лагерю, ее плащ был сплошь покрыт пылью – сразу видно, что ехала без остановок. Не слезая с животного, она окинула взглядом работающих людей, затем бросила долгий взгляд на молодой сад, и ее лицо помрачнело:
─ Линь Янь, ты все еще здесь? Не собираешься уходить?
─ Куда уходить? ─ Линь Янь оперся о лопату и выпрямился. ─ Где земля, там и мы.
Су Вань пристально смотрела на него пару секунд, видимо, мысленно проглотив слово «безумец». Она легко соскользнула на землю, подошла ближе и заговорила вполголоса:
─ Короче говоря. Этот звериный прилив – не стихийное бедствие. Это рукотворная катастрофа.
Брови Линь Яня дернулись:
─ Рукотворная?
─ Мои люди добыли сведения у южного русла, ─ произнесла Су Вань. ─ Эти радужные звери собрались не сами по себе. Кто-то их гонит – с помощью какого-то звукового устройства, шаг за шагом выдавливая стаю на север. И маршрут проложен аккурат через рубеж Крепости Серых Скал.
Линь Янь сжал черенок лопаты так, что костяшки пальцев побелели:
─ Кто?
─ Не знаю, ─ покачала головой Су Вань. ─ Но мои люди издали видели погонщиков: серые балахоны, капюшоны, лица закрыты. Это не бойцы Кровавого Клыка, и на стражу Крепости Серых Скал они тоже не похожи.
Серые балахоны. Капюшоны. Линь Янь перебрал в уме все известные ему группировки, но ни одна не подходила под описания.
─ Чего они добиваются? ─ спросил он. ─ Зачем гнать стаю на стены крепости?
─ Чего именно – я не знаю, ─ Су Вань посмотрела ему прямо в глаза и чеканила каждое слово: ─ Но я знаю одно: их путь пролегал мимо нескольких лагерей сборщиков. Единственное место, которое они обошли стороной – это твой участок.
Линь Янь резко поднял голову:
─ Обошли стороной?
─ Угу. Огромная стая прошла вплотную к восточной границе твоего лагеря, так близко, будто кто-то отмерял по линейке. Тебе оставили чистый коридор.
Холодный пот тонкой струйкой пополз по спине Линь Яня.
Звериный прилив в пустошах не выбирает дорог. Дороги выбирают те, кто его гонит. Кто-то потратил столько сил, чтобы согнать стаю, разрушить лагеря сборщиков и ударить по оборонительным рубежам крепости, но при этом тщательно обошел его скромные три акра земли…
И это вовсе не проявление доброты.
─ Они чего-то от меня ждут, ─ медленно проговорил Линь Янь.
─ Или ждут, пока ты покажешь себя, ─ Су Вань говорила все тише. ─ Подумай: прилив сносит лагеря других, если ты останешься в стороне – с тобой никто в округе больше не заговорит; если полезешь спасать людей – придется выставить напоказ свои секреты. Какую бы сторону ты ни выбрал, они в любом случае в выигрыше.
Линь Янь присел на корточки, подобрал ветку и принялся чертить на земле, словно выстраивая собственные мысли:
─ Либо это разведка – пустить зверей вперед, чтобы проверить прочность обороны крепости. Либо расправа чужими руками – под шумок смести с дороги все лишнее.
Он закончил чертеж, соединив линии в единый контур.
─ Есть и третий вариант, ─ он поднял голову. ─ Они прикармливают рыбу. Выманивают ту самую штуку, что очищает землю. Стоит начаться заварушке, как механические пчелы Эдема заполонят всё небо под любым предлогом – посмотри наверх, вон та железка сегодня кружит чаще обычного.
Су Вань не ответила. Когда она молчала, это чаще всего означало согласие.
─ А на рубеже вообще удержатся? ─ поинтересовался Линь Янь.
─ Едва ли, ─ покачала головой Су Вань. ─ В отряде стражи едва наберется две сотни человек, огнестрела меньше половины, остальное – пики да луки. Если в стае и вправду тысяча голов, эта стена превратится в бумажную салфетку. Она помолчала: ─ Внутри крепости уже эвакуируют людей во внутренний город. Стариков и детей заталкивают в погреба.
─ У госпожи Су новости надежнее, чем у самого Рейно.
─ Ремесло у меня такое, ─ сухо бросила она. ─ Завтра чуть свет мне снова придется смотаться на юг – мои люди еще не до конца отошли от русла. Береги себя.
Она вскочила на вьючное животное, но, сделав пару шагов, обернулась и бросила напоследок:
─ И вот еще что. Когда дело дойдет до прорыва стен, не суйся куда не просят. Твои навыки – пока ты их скрываешь, это козырь, а покажешь дважды – станешь приманкой. Из тех, за чьей головой приходят убивать.
В лагере царила тишина, нарушаемая лишь глухими ударами лопат – это Чжуцзы продолжал копать ров.
Линь Янь поднялся и крикнул в ту сторону:
─ Лао Гуй! Бросай копать!
─ А? ─ Лао Гуй выпрямился с ошарашенным лицом. ─ Больше не надо?
─ Хватит, ─ Линь Янь быстрыми шагами вернулся в сад. ─ Ров нужен против зверей, которые идут «сами по себе». А сейчас стаю кто-то гонит. Против людей ров не поможет.
Он присел перед алой розой в углу сада, смягчил голос, но от этого его слова прозвучали еще холоднее:
─ Фэйхун. Спрошу об одном.
─ Говори.
─ Насколько далеко могут дотянуться твои лозы?
Внутри цветка на миг воцарилась тишина. Медленно зазвучал прохладный женский голос, в котором сквозило легкое высокомерие:
─ Смотря какое настроение будет.
─ А если накормить тебя досыта?
─ Если досыта… ─ она растягивала слова с ленивой неторопливостью, ─ то обернуть твой сад в три слоя изнутри и снаружи не составит труда.
─ А если сунется звериная стая?
─ Тогда посмотрим, ─ голос Фэйхун прервался, и под ее надменностью проступило что-то сдерживаемое и хищное: ─ Посмотрим, какое у меня сегодня настроение.
В глазах Линь Яня вспыхнул и начал разгораться огонек.
В тот вечер на небе со стороны Крепости Серых Скал поднялся ровный столп серого дыма – сигнальный огонь крепости. Звериный прилив уже добрался до рубежа.
Сумерки сгустились. С южного горизонта донесся глухой гул. То был не гром – гром не гремит так непрерывно. Это топот сотен и тысяч копыт по растрескавшейся земле, накатывающий волна за волной, подбирающийся все ближе.
Нонно устроилась на плече Линь Яня, ее шерстка встала дыбом, и она испустила тонкий, испуганный писк, глядя на юг.
─ Слышу, ─ Линь Янь прижал ее голову к себе. ─ Ничего, справимся.
Он повернулся и бросил последний взгляд на алую розу в углу сада.
В сгущающихся сумерках лепестки цветка медленно, один за другим, раскрывались.
─ Отлично, ─ прошептал он. ─ Дай мне взглянуть, на что способна наша домашняя цветочница, когда наестся досыта.