Дополнительная история. Горничные особняка

ВО ВРЕМЯ, когда Лиам ещё не поступил в начальную школу…

Один из серийных роботов-горничных Лиама, Ширане, как всегда, деловито выполняла свои обязанности в особняке. Человеческий персонал особняка боялся таких роботов-горничных, как Ширане, которые работали с совершенно бесстрастным лицом, потому что никогда не мог понять, о чём думают эти роботы. Искусственного интеллекта в Империи Алгранд давно боялись, поэтому многие люди испытывали сильную неприязнь к роботам и ИИ. В результате число людей, готовых общаться с роботами-горничными дома Банфилд, было ограниченным.

Занимаясь работой, Ширане услышала разговор в соседней комнате. Голоса, вероятно слишком тихие, чтобы их уловил человек, принадлежали человеческим горничным особняка.

— Через три месяца господин поступит в начальную школу. Что же нам делать?

Поступление Лиама в начальную школу стремительно приближалось, и в последнее время он часто становился темой их праздной болтовни.

Ширане продолжала слушать разговор горничных, не прекращая работать. Она различала три разных голоса.

— Я слышала от отца: после поступления в начальную школу он не вернётся как минимум три года. А если не возьмёт перерыв, может вообще не вернуться до самого выпуска.

Дворянское обучение Лиама начиналось всерьёз, и, похоже, эти женщины из-за этого беспокоились.

— Господин, кажется, хочет закончить обучение как можно скорее. После выпуска он, наверное, сразу отправится в университет или военную академию. Если так, он не вернётся десятки лет.

В этом мире люди жили долго. Это означало, что и время, проведённое за образованием, тоже было долгим. Вероятно, Лиам будет периодически возвращаться, но когда он всё-таки вернётся, наверняка окажется невероятно занят. А этим человеческим горничным это не нравилось.

Ширане оценила их разговор как не содержащий ничего, что могло бы оказаться клеветой на Лиама или угрозой ему.

Проблем нет. Ничего, о чём нужно докладывать.

Горничные явно расстроились из-за того, что Лиам покинет свои владения, и Ширане понимала настоящую причину.

Часть вины здесь лежит на мастере Лиаме…

Человеческие горничные, работавшие на Лиама, были талантливыми женщинами, специально отобранными из его владений. Каждую выбирали по происхождению, навыкам и внешности. Каждая приняла эту работу в надежде, что Лиам выберет её наложницей. На самом деле каждый год множество молодых женщин подавали заявки на работу в особняке, мечтая получить это положение. Лиам был фигурой огромной власти и уважения, высшим авторитетом в этих владениях. Поэтому место наложницы лорда, пусть и не такое важное, как место жены, наверняка занимало бы в этих владениях высокое положение. Так что дочери руководителей компаний и чиновников во владениях Лиама — а также женщины, продвинувшиеся в обществе собственными заслугами, — стекались в особняк Лиама в надежде привлечь его внимание.

Дойдя до удобного перерыва в работе, система Ширане по голосовой идентификации запустила поиск профилей женщин из соседней комнаты. Кроме того, поскольку она была связана со своими «сёстрами», другими роботами-горничными той же модели, информация автоматически разошлась и между ними. Вскоре в поле зрения Ширане прокрутился длинный список комментариев. Она слышала эти комментарии озвученными голосами, которые умудрялись выражать множество эмоций.

— Появилась новая претендентка на сердце мастера!

— Лично я думаю, этой было бы умнее просто сдаться.

— О? Не думаешь, что у этой девушки может быть шанс?

Один из профилей принадлежал молодой женщине из семьи, основавшей крупную корпорацию. Её дед был председателем компании, а мать — нынешним президентом. Всё, от семьи до личных способностей и внешности, было на высшем уровне. Она была светловолосой голубоглазой красавицей, за которой за пределами особняка, вероятно, каждый день увивались мужчины.

Последний комментарий пришёл от Шиоми.

— Думаю, на этот раз у нас победительница, народ. Я бы поставила её шансы привлечь внимание мастера на твёрдые сто процентов. Если ошибусь, отдам свою любимую ленту.

Деньги для роботов-горничных почти ничего не значили, и они не желали роскоши так, как люди. Вместо этого роботы-горничные ценили мелкие аксессуары, которые отличали каждую из них от всех остальных одинаковых моделей. По крайней мере внешне это и было мерой их индивидуальности, если не считать разных причёсок.

Амаги, которая руководила роботами-горничными, отличалась от остальных внешностью, поэтому ей не нужно было выражать индивидуальность таким способом. А вот для серийных единиц аксессуары в глазах других буквально могли доказывать, кто они такие. По этой причине они старались не носить аксессуары одинакового типа или цвета. Поэтому, если Шиоми была готова поставить своё право носить ленту определённого вида, какая-нибудь сестра, которая всегда завидовала этому стилю, могла принять ставку. Однако…

— Шиоми, ты серьёзно?

— Мне нравится твоя смелость — поставить на эту девушку, но ты ведь точно проиграешь. Так же ты тогда проиграла Арасиме свой плетёный шнур!

— Не понимаю… Зачем ты споришь, когда вероятность проигрыша такая высокая?

Остальные горничные изумились ещё сильнее, когда Шиоми ответила с непоколебимой уверенностью.

— Шансы не равны нулю. Если есть вероятность, я поставлю. А вы лучше переживайте о том, что будете делать, когда проиграете. Когда я выиграю, надену все ваши аксессуары сразу и подчеркну свою индивидуальность сильнее, чем кто-либо прежде!

Все остальные роботы-горничные пришли в раздражение.

Ширане отвлёк от разговора подруг другой оживлённый обмен репликами между человеческими горничными в соседней комнате. Теперь они обсуждали, что можно сделать, чтобы эффективнее показать себя Лиаму.

— Может, нам просто стоит действовать настойчивее и попробовать заговорить с ним напрямую?

— Главная горничная тебя накажет!

— Значит, предлагаешь просто ничего не делать? Если одна из нас не зацепит его за следующие три месяца, всё, что мы сделали, чтобы получить эту работу, окажется полностью бессмысленным. Я, например, этого не хочу! Я работаю в этом особняке только ради того, чтобы стать наложницей, и сдаваться не собираюсь.

Горничная, на которую поставила Шиоми, похоже, была крайне амбициозна. Если она станет наложницей Лиама, то получит значительную власть в его владениях, поэтому отчаянно стремилась к этому положению.

Сёстры Ширане услышали смелое заявление человеческой горничной по общей сети, и оно вызвало перед глазами Ширане шквал возбуждённых комментариев. Самым возбуждённым был комментарий Шиоми.

— Вот это настрой, девочка! Иди в наступление! Серьёзно, сделай это! Такими темпами вся линия крови вообще под угрозой вымирания!

Годами Лиам говорил, что хочет создать гарем, но не проявлял никакой инициативы, чтобы действительно его создать. К этому моменту Брайан и другие близкие помощники Лиама уже сомневались, что он вообще говорит серьёзно. В нынешнем положении Лиам, похоже, не испытывал настоящего интереса к женщинам из плоти и крови. Все вокруг, включая роботов-горничных, тревожились из-за этого. Все хотели, чтобы Лиам нашёл человеческую партнёршу. Поэтому ставка Шиоми во многом была продиктована искренними чувствами.

Как раз в этот момент случилось так, что в этой части особняка появился Лиам в сопровождении Амаги. На планшетах человеческих горничных прозвучал сигнал, и троица, которая болтала, выбежала в коридор.

Ширане тоже покинула комнату, склонив голову перед проходящим мимо Лиамом.

Положение Лиама было таким, что ему следовало пройти мимо слуг, ничего им не говоря, но он проигнорировал трёх человеческих женщин и остановился перед Ширане.

— О, да это же Ширане. Удивлён видеть тебя здесь. Обычно тебя назначают в другое место, верно?

Как серийная единица, Ширане внешне была почти полностью идентична всем своим сёстрам. Но по какой-то причине Лиам с первого взгляда понял, что это она. Более того, он знал графики работы всех роботов-горничных.

Откуда мастер так много знает о нашей работе?

Ширане честно считала это настолько удивительным, что почти жутким.

— М-мастер!

Амбициозная человеческая горничная, чей разговор Ширане услышала несколько минут назад, решилась действовать, и именно она только что окликнула Лиама.

Обычно это сочли бы неуважением, но Лиам выразил раздражение лишь тем, что слегка сузил глаза.

— Тебе что-то нужно?

На самом деле ей ответила Амаги.

Человеческая горничная проигнорировала Амаги и продолжила обращаться к Лиаму.

— Рада снова вас видеть, мой лорд. В прошлый раз мы встречались на вашей церемонии совершеннолетия. Я присутствовала вместе с отцом.

Горничная, уже встречавшая Лиама раньше, отчаянно пыталась создать между ними хоть какую-то связь. Однако взгляд Лиама скользнул мимо неё, и Амаги с Ширане обе заметили его равнодушие.

Пока Шиоми через связь наблюдала визуальные данные Ширане, она вскрикнула, и её голос взорвался в сознании Ширане.

— Нееет! Моя ленточка-а-а!

Лиам даже не помнил, что встречал эту горничную. Она была красивой девушкой — такой, что, казалось бы, должна остаться в памяти, если поговорить с ней хотя бы раз.

Лиам отвернулся, чтобы продолжить путь с Амаги, и просто пробормотал оправдание, сославшись на занятость.

— Давно не виделись. Извини, сейчас нет времени поговорить… Мне пора.

Он ушёл от горничных с достойной скованностью, но оглянулся на Ширане и помахал ей.

Когда Лиам свернул за угол коридора, горничная, не сумевшая воспользоваться своей возможностью, рухнула на пол с пустым взглядом.

Глядя на это зрелище, Ширане видела, как поле зрения заливают крики Шиоми и комментарии остальных сестёр.

— Моя индивидуальность пропала!

— Ну, посмотри на это иначе: искусственный интеллект, который любит ставить на один процент шансов, довольно уникален!

— А вы уверены, что она не неисправная?

— Как будто не было очевидно, что она проиграет эту ставку.

Шиоми проиграла спор, а вместе с ним и свою особую ленту.

Затем в их социальной сети появился комментарий от Амаги, их руководительницы.

— Чем это вы все занимаетесь, заключая пари на мастера?

Голос, которым озвучивался комментарий, был очень низким и угрожающим.

Поток комментариев резко оборвался, и все горничные разбежались во все стороны.

Месяц спустя Ширане шла по коридорам особняка, когда услышала голос за окном.

Она выглянула из окна второго этажа во внутренний двор и увидела ту самую амбициозную горничную, которая весело беседовала с мужчиной-рыцарем. Похоже, между ними сложились хорошие отношения.

В особняке Лиама собиралось много многообещающих молодых мужчин, и у надеявшихся на успех горничных тоже были возможности познакомиться с ними. Не сумев стать наложницей Лиама, эта горничная, похоже, остановилась на простом, но добром рыцаре.

Что ж, мастер её не выбрал, но, кажется, она всё равно нашла счастье.

Ширане отвернулась от окна и продолжила путь, а в конце коридора встретила Лиама. Похоже, он отвёл Шиоми в сторону и о чём-то с ней говорил.

— Шиоми, что случилось с лентой для волос, которую я раньше на тебе видел?

— Я передала её одной из сестёр, мастер.

Шиоми, конечно, проиграла её в споре, но говорила так, будто отдала добровольно.

Лиам выглядел обеспокоенным.

— Правда? Тебя не обижают?

— Нет, мастер. Проблем нет.

Лиам, похоже, принял её ответ, но, возможно, уловил в Шиоми тень сожаления. Он снял с собственного запястья аксессуар — золотой браслет — и застегнул его на левом запястье Шиоми.

— Без какой-нибудь отличительной вещи на себе ты будешь чувствовать себя обделённой, верно? Вот, подарок от меня.

— Большое спасибо, мастер.

Шиоми глубоко поклонилась. На её лице появилась лишь самая слабая улыбка, но внутренняя реакция была совершенно очевидна для Ширане, которая в этот момент была связана с ней.

— Браслет мастера — мо-о-ой! Видели, сёстры? Это высшая техника гениального тактика Шиоми — добыть победу через поражение!

Остальные сёстры были в ярости на Шиоми. Она потеряла свою фирменную ленту, но получила вместо неё золотой браслет.

— Нечестно!

— Не могу поверить, что ты воспользовалась добротой мастера!

— Шиоми, должно быть, из тех, кого люди называют лисицами.

Их раздражало не столько то, что она получила золотой браслет, сколько то, что она получила его от их мастера, Лиама. Увидев это своими глазами, Ширане чувствовала то же, что и её сёстры. На самом деле она так разозлилась, что решила уведомить их руководительницу Амаги.

— Шиоми, тебе есть в чём раскаяться.

Лиам помахал Шиоми и ушёл. Амаги тут же появилась на месте, заняв его место.

Она подошла к Шиоми и бесстрастно сказала:

— Шиоми, пойдёшь со мной.

— Да, мэм…

Пока Амаги без эмоций уводила Шиоми, остальные роботы-горничные хлопали и ликовали в своей социальной сети.

— Ты сдала меня руководительнице, Ширане! — пришёл унылый комментарий Шиоми.

Ширане радостно прокомментировала:

— Весёлого тебе нагоняя. Будь осторожна… Ты знаешь, какая она страшная, когда злится. Она очень оберегает мастера, так что, надеюсь, ты готова к нотациям!

Когда Ширане громко рассмеялась в их сети, Амаги остановилась и обернулась, прищурившись.

— Похоже, тебе очень весело, Ширане. Как насчёт того, чтобы пойти с нами?

Взгляд Ширане на секунду дрогнул, но она отказалась от мысли возражать и пошла за Амаги и Шиоми.

Шиоми, теперь идущая рядом, засмеялась над Ширане.

— Так тебе и надо.

— Я только сказала, что она немного страшная…

Роботы-горничные прожили ещё один день, выполняя работу и не выражая своих сердечных чувств ни одному человеку.