Чай и грязь

Клара как раз дописывала подробный отчёт герцогу фон Рения, когда в комнату — аккурат перед обедом — ввалилась слегка запыхавшаяся Эмма. Её усыпанные веснушками щёки пылали румянцем от долгого бега.

— Все пять приглашений доставлены в лучшем виде, Клара! Служанка леди Шарлотты сперва было заважничала, заявив, что её госпожа не жалует внезапные приглашения в последнюю минуту. Но я сделала ровно так, как ты велела, и назвала имя леди Айрис — спеси у неё сразу поубавилось, — Эмма плюхнулась на свою кровать и с наслаждением потянулась: — Зато у леди Вивьен горничная просто душка. Даже угостила меня печеньем!

— Отличная работа, — Клара кивнула на прикроватную тумбочку между их койками, где стояла накрытая льняной салфеткой тарелка: — Надеюсь, после печенья у тебя ещё осталось место в желудке. У меня для тебя кое-что есть.

Эмма с настороженным любопытством присела на краешек матраса. Клара с улыбкой сдёрнула ткань, обнажив дюжину круглых шоколадных шариков.

— Ой, а что это? — девочка подалась вперёд, удивлённо моргая: — Они похожи на… комочки сладкой грязи?

Клара прыснула:

— Это называется бригадейро. Такой сорт сладостей. Ну-ка, попробуй.

Эмма с величайшей осторожностью подцепила один шарик двумя пальцами. Осмотрела со всех сторон, принюхалась и наконец робко откусила самый краешек.

Её глаза распахнулись во всю ширь. Девочка прижала ладони ко рту и издала сдавленный, восторженный писк.

— Клара… — голос её звучал глухо сквозь ладони: — Клара, господи, что это такое?!

— Какао, сладкое уваренное молоко и сливочное масло. Вот, собственно, и всё.

— Я в жизни ничего вкуснее не пробовала! Оно такое… такое тающее, такое—

Дверь в их каморку с грохотом распахнулась.

— Клара! Эмма! Вы уже— — Айрис замерла на полушаге, смешно поведя носиком: — Чем это здесь пахнет?

— Моя госпожа, — начала Клара, поднимаясь: — Я как раз собиралась идти к вам с докладом. Все приготовления к чаепитию закончены.

— Да-да, замечательно, но чем это так пахнет?! — Айрис решительно обогнула Клару и коршуном спикировала прямо на тарелку: — О-о.

— Бригадейро, моя госпожа. Домашнее лакомство. — Клара всё равно собиралась отнести угощение Айрис, так что визит хозяйки пришёлся как нельзя кстати.

Айрис двумя пальчиками подцепила одну конфету и придирчиво сощурилась:

— Выглядит чересчур просто, Клара. Неужели именно это считается изысканным лакомством у простолюдинов? Их даже становится немного жаль.

— Они невероятные, госпожа! — не сдержалась Эмма.

Айрис секунду помедлила, а затем осторожно надкусила шарик.

Сперва не произошло ничего. Затем высокомерный прищур дрогнул, а напряжённые плечи едва заметно опустились. Она принялась медленно, вдумчиво жевать, и тут — тихонечко, на грани слышимости — из её горла вырвался сладкий вздох:

— …О-о.

Она прикончила бригадейро в два укуса и тут же потянулась за вторым:

— Это поразительно. Откуда они? Из кондитерской? Почему мне не доложили о них сию же секунду?!

— Я приготовила их сама, моя госпожа. Сегодня утром на кухне.

Рука Айрис замерла на полпути к третьей конфете:

— Сама? И откуда же ты раздобыла этот рецепт?

— Я… — Клара замялась. Ляпнуть, что рецепт достался от матери, было нельзя: Стелла числилась круглой сиротой, а точной даты смерти её матери Клара не знала. — Я изобрела его сама. Когда мы вчера дегустировали заварной тарт, мне пришла мысль соединить уваренное молоко с тёртым какао.

— Изобрела? — Айрис снова впилась взглядом в тарелку, напряжённо поджав губки. — Сколько штук ты сможешь накрутить к вечеру? Они непременно должны быть на сегодняшнем чаепитии! — В её голосе зазвучали безапелляционные нотки: — Ты только представь лица этих девиц, когда они попробуют нечто, чего до них не вкушал ни один человек на свете! А когда они спросят, откуда эта роскошь, я объявлю, что это фамильный секрет дома фон Рения! — Айрис экзальтированно всплеснула руками, её аметистовые глаза хищно блеснули: — Они будут судачить об этом неделями! Все до единой будут умолять раскрыть мой секрет!

Клара мысленно усмехнулась. «Её» секрет, надо же.

— Полагаю, я смогу приготовить порцию побольше, — согласилась она.

Отдельный чайный салон в «Вествик Плаза» словно был специально создан для особы калибра Айрис фон Рения. Высокие арочные окна выходили во внутренний дворик отеля, где среди ухоженных клумб и подстриженных кустов тихо журчал мраморный фонтанчик. Стены украшали изысканные кремовые обои с золотым тиснением, а кресла манили мягкой обивкой цвета бледного шалфея. Круглый стол в центре застелили накрахмаленной кружевной скатертью, на которой красовались шесть наборов тончайшего фарфора и роскошная трёхъярусная этажерка. На самом её верху, подобно драгоценному венцу, возлежала горка свежих бригадейро.

Клара замерла у сервировочного столика, готовая разливать чай, едва переступят порог гости. Рядом с ней как на иголках стояла Эмма, не сводящая напряжённого взгляда с дверей. Сама Айрис уже восседала во главе стола: спина струной, колени безупречно скошены набок.

Ровно в шесть часов, едва на ратуше отзвонил колокол, в зале появилась первая гостья — леди Фелисити, которую Айрис охарактеризовала как главную сплетницу курса. Это была сухопарая девица с острыми, как бритва, скулами и ещё более колючими глазами, а её смоляные косы спускались заметно ниже талии.

— Айрис, душенька! Какая прелесть, что ты нас собрала. Я буквально истосковалась по цивилизованному обществу! — Она манерно поцеловала воздух у щёк хозяйки.

— Фелисити, ты выглядишь ослепительно, — Айрис коснулась пальчиком лазурной броши на её воротнике: — Новая вещица?

— Ах, эта безделушка? Матушка прислала из столицы на прошлой неделе, — Фелисити уже вовсю стреляла глазками по этажерке со сладостями: — А это что такое?

— Всему своё время, дорогая. Лучше услади мой слух своими бесподобными познаниями о том, чем дышал Клавес, пока я отсутствовала.

Они принялись перемывать косточки академическим новостям, добрая половина которых пролетала мимо ушей Клары, пока не подтянулась вторая гостья — леди Филиппа, та самая, что была должна Айрис услугу. Высокая, смуглая девушка со строгим пучком волос на затылке держалась подчеркнуто сдержанно:

— Леди Айрис. Благодарю за любезное приглашение, — она сухо склонила голову.

— Полно, Филиппа, брось этот тон. Мы ведь в кругу близких подруг.

Вскоре подоспели и следующие гостьи: леди Шарлотта и леди Сесили. Миниатюрная фарфоровая блондинка Шарлотта ухитрялась держаться так, словно снисходила до всего мира, а скромная круглолицая Сесили с ласковым взглядом и волосами оттенка лесного мха составляла ей очаровательный контраст.

— Вечером у меня ещё одна важная встреча, — заявила Шарлотта, брезгливо проверив подушку кресла на наличие пыли, прежде чем сесть: — Надеюсь на твоё понимание, Айрис.

— Разумеется, — сладко пропела Айрис. — Мы непременно подстроимся под твой плотный график, Шарлотта.

Последней вошла леди Вивьен, подруга Елены. Приглашение первых четырёх вопросов не вызывало, но зачем Айрис позвала именно её, Клара пока не улавливала. Серьёзная, темнокожая девушка с аккуратными заплетёнными косичками вежливо присела в реверансе:

— Прошу простить мою невольную оплошность, леди Айрис. Засиделась над фолиантами в библиотеке и потеряла счёт минутам.

— Ну что ты, милая Вивьен, для истинной учёности не существует строгих часов. Прошу, присаживайся.

Клара разлила ароматный чай, и следующие несколько минут беседа плавно скользила по будничным академическим темам, пока благородные девицы отпивали настой и лакомились выпечкой — хотя к бригадейро Айрис прикасаться пока никому не дозволяла. Звучали дежурные жалобы на профессоров, шушуканье о новоиспечённых и распавшихся парочках, а Шарлотта успела раскритиковать цвет новых портьер в общежитии — словом, стандартный светский трёп.

— Должна признаться, Айрис, — томно протянула Фелисити, пригубив чашку: — Ты держишься с изумительным величием для дамы, перенёсшей столь вопиющие потрясения.

Айрис с изящным звоном опустила чашку на блюдце и улыбнулась:

— Благодарю за чуткость, дорогая. Прошедшие дни были нелёгким испытанием, но благодаря преданности моей камеристки Клары всё разрешилось именно так, как подобает справедливости.

— Вот как? — пять пар прелестных глаз тотчас обратились к Кларе. Та лишь склонила голову с почтительной улыбкой. — Неужели это та самая особа, которая осмелилась возразить самому Святейшеству? — лукаво приподняла бровь Шарлотта.

— Мне жутко интересно, как всё прошло на самом деле! Я бы с удовольствием послушала подробности, — призналась Вивьен. Сесили согласно закивала.

—Разумеется, это в высшей степени занимательно, но куда интереснее другое: что там с принцем Лохланном? Поговаривают, они теперь неразлучны. Это правда, Вивьен? — хищно сощурилась Фелисити.

Вивьен невозмутимо отпила чай, проигнорировав выпад. Айрис метнула выразительный взгляд на Филиппу.

— Это уже дела минувших дней, Фелисити, — послушно перебила Филиппа. — Куда больше меня волнует этот кошмар с Форрестом Лорном. Пустота Памяти прямо в стенах Клавеса! Разве это не ужасающе?

— Мне так жаль бедняжку, — вздохнула Сесили.

— В свете поговаривают, виновен почтенный профессор Моррис, — обронила Шарлотта: — Слухи сходятся на нём.

Айрис наконец вступила в игру:

— «Все» болтают слишком много чепухи, которая на поверку оказывается глупостью. Но вот ушкам Фелисити мы всегда можем доверять, не так ли?

Глаза Фелисити победно вспыхнули от оказанной чести:

— О да, — она заговорщически подалась вперёд: — Мне довелось узнать куда больше, чем известно этой вашей «болтливой толпе». Вся эта драма вообще началась не с профессора Морриса. Суть в том, что стряслось аккурат накануне!

Айрис снова выразительно зыркнула на Филиппу. В глазах той мелькнула тень испуга, но девушка тут же напустила на себя идеальную маску любопытства:

— Вот как? До меня долетали обрывки слухов, но весьма туманные… Вроде бы речь шла о каком-то любовном признании?

Фелисити победоносно вскинула подбородок:

— О-о, это было не просто какое-то там признание! Форрест осмелился признаться в любви леди Марселле. Они ведь вместе состоят в Клубе магоплетения.

Шарлотта опешила:

— Марселле Скеррингтон?! Но помилуйте, она же дочь графа, а Форрест — безродный простолюдин!

Подала голос Сесили:

— Насколько я видела на занятиях, они с леди Марселлой всегда отлично ладили. Он вечно помогал ей с формулами заклинаний, а она была с ним невероятно добра и мила.

— Как романтично, — тихо обронила Вивьен.

Айрис нахмурилась, но смолчала.

— Ах, наивная, святая Вивьен, — с саркастичной усмешкой протянула Фелисити, откусывая кусочек скона: — Полагаю, бедняжка Форрест был столь же слеп к очевидному.

— Слеп? — удивилась Вивьен. — К чему же?

— К тому, что леди Марселла — предмет воздыханий виконта Реджинальда Вейнглори, — с ледяным спокойствием пояснила Айрис. — Он обхаживает её уже не первый год. Крайне безуспешно, стоит добавить.

— Виконт жуткий собственник, а по влиянию на кампусе с ним мало кто может потягаться, — поддакнула Фелисити.

Айрис выразительно прокашлялась.

— Разумеется, за вычетом тебя, дорогая, — торопливо поправилась сплетница.

Клара прищурилась. На утреннем заседании у неё не хватало зацепок, чтобы всерьёз прижать виконта к стенке, но если они с Форрестом претендовали на сердце одной и той же девушки — вот вам и железобетонный мотив! А в купе с алмазной брошью и вырванными страницами из дневника…

Айрис наигранно вздохнула:

— Каким ударом это должно было стать для Реджинальда! Узнать, что его чувства так бесцеремонно оспорены безродным выскочкой, а затем лично стать тем, кто первым обнаружил соперника в столь плачевном виде.

«Как же виртуозно она дирижирует этой стаей, — мысленно восхитилась Клара. — Чистой воды совет директоров в самой ядовитой корпорации мира».

— Виконт Вейнглори сам нашёл Форреста? — удивлённо вскинула бровь Сесили. — Отмахав дорогу до самого Уитмор-холла?

— Из первых уст слышала от самого благородного виконта. Якобы он примчался на рассвете из глубокой тревоги за клубный проект юноши, — протянула Айрис, небрежно надкусывая макарон.

— Вот это номер, — Фелисити осклабилась и понизила голос до доверительного полушёпота: — Только чур, это строго между нами! Но подруга моей кузины рассказывала, что прошлый бедолага, осмелившийся приударить за Марселлой, покинул стены Клавеса спустя считаные недели после отказа. Не находите, что здесь прослеживается занятная закономерность?

Клара задумчиво приложила палец к губам.

Шарлотта с сомнением покачала головой:

— По-моему, ты сгущаешь краски. Вряд ли виконт стал бы марать руки столь примитивным способом. И если подумать, Пустота Памяти для него — ещё благо по сравнению с тем, на что способен разгневанный дом Вейнглори. От этого хотя бы не страдает вся семья.

Сесили аж отшатнулась:

— Тебе не кажется, что это чересчур жестоко? Бедный Форрест никому не желал зла, а виконт, при всей своей заносчивости, вряд ли пошёл бы на открытое преступление!

В гостиной повисла гнетущая, неловкая пауза, но вскоре разговор сам собой перетёк в более безопасное русло дежурных пересудов.

Клара бесшумно шагнула из-за спины Айрис:

— Моя госпожа, позволите подать бригадейро?

— О да, — лицо Айрис озарилось лучезарной улыбкой: — Девочки, вы просто обязаны это отведать. Особая гордость дома фон Рения.

Фелисити, ясное дело, потянулась первой. Едва надкусив тёмный шарик, она замерла с распахнутыми глазами, торопливо прижав пальцы к губам. Следом конфету попробовала Филиппа — и её строгая маска дала трещину впервые за весь вечер.

— Это потрясающе, — ошеломлённо признала Шарлотта, распробовав угощение: — Как ты их назвала… бригадейро? Никогда о таком не слышала!

Айрис небрежно махнула тонкой ручкой:

— Авторский рецепт, созданный моей личной прислугой. Больше вы такого не сыщете нигде в целом мире.

Сесили и Вивьен тоже взяли по конфете. На лице добродушной Сесили расцвела тихая улыбка, а вот Вивьен долго разглядывала тёмный шарик на весу:

— Какая необычная текстура, — она откусила кусочек, медленно пережёвывая: — Богиня правая… Он плотный, но совершенно не тяжёлый. Это уваренное сладкое молоко? Как это вообще готовится?

— Вивьен, милая, — Айрис лукаво коснулась подбородка: — Боюсь, семейные тайны нашего рода я так просто не раздаю.

— Тогда, быть может, твой повар согласится приготовить партию для меня в следующем месяце? — с неприкрытой надеждой спросила Вивьен. — У моих младших сестрёнок просто маниакальная тяга к сладкому, а у них скоро день рождения. Я уже все лавки обошла в поисках чего-то особенного.

Айрис скорбно и драматично вздохнула:

— Ах, Вивьен, я бы со всей душой! Но… мне порой кажется, что мы с тобой так отдалились друг от друга. Ты вечно с головой в книгах, а когда не учишься — даёшь частные уроки… О, кстати об этом! До меня дошли слухи, что ты взялась подтягивать леди Елену? Какое поразительное великодушие.

«Вот оно», — Клара мысленно прикрыла глаза, сразу поняв, куда клонит хозяйка.

— Елена пропустила несколько недель занятий, пока болела, — сдержанно и осторожно пояснила Вивьен. — Она сама обратилась за помощью, а у меня как раз нашлось немного свободного времени.

— Разумеется. Это так благородно с твоей стороны, — Айрис принялась размеренно, гипнотически кружить ложечкой в чашке чая: — Вот только не слишком ли это тяжело на пороге промежуточных экзаменов? Натаскивать другую студентку, рискуя собственными блестящими баллами?

Вивьен слегка нахмурилась:

— Это отнимает немало сил, скрывать не стану.

— Я пекусь исключительно о твоём благе, Вивьен. Ты необычайно талантлива, но даже у гениев силы не бесконечны. У Елены полно других защитников — кронпринц уж точно мог бы раскошелиться на личного репетитора.

Остальные девушки напряжённо переглянулись.

— Я действительно трачу на неё слишком много времени, — неохотно признала Вивьен. — И лишние часы на собственную подготовку мне бы точно не повредили.

— Ну вот и славно, — Айрис изящно подцепила двумя пальцами ещё один шарик бригадейро и опустила на краешек тарелки Вивьен: — Пожалуй, Елене пора научиться стоять на собственных ножках. Ты ведь борешься за первое место на курсе, Вивьен. Приоритеты должны быть правильными.

Вивьен опустила взгляд на шоколадный шарик, затем посмотрела на Айрис и медленно, с весом кивнула:

— Ты права. Я предупрежу Елену, что до окончания сессии вынуждена сосредоточиться на собственных занятиях. — Она помедлила: — А сладости к празднику сестёр будут?

— Сладости? — Айрис картинно наклонила голову: — Ах, бригадейро! Я уж почти забыла о них. Разумеется! Разве посмею я отказать дражайшей подруге? Мы доставим щедрую корзину прямо к вашему торжеству. Сообщи мне точную дату, и… когда будешь угощать гостей, не забудь упомянуть, что это подарок от Айрис фон Рения. О-хо-хо!

«Что ни говори о её моральных ориентирах, но в искусстве находить рычаги давления этой девчонке не откажешь».