Арвен была в замешательстве. Меч пролетел по диагонали, Юма отпрыгнул и забежал за спину монстра. Орк развернулся, а он просто стоял перед ним. Его правая больная рука поднялась ладонью вверх и махнула на себя.
— Давай сюда, большой мальчик.
— ЧЕЛОВЕК! — спокойно, но сразу монстр бросился вперед.
В ответ Юма только резко махнул ногой, и поднявшийся черный песок врезался в глаза свина. Чудовище тут же схватилось за лицо, размахивая мечом вслепую.
— А не тяжело ли твоим ножками держать такую тушу?
Парень увернулся от летающего лезвия и со всей силы рубанул над левым коленом монстра. В ответ орк сразу рассек воздух своей огромной рукой, но Юма уже отошел назад. Наконец монстр открыл раздраженные от песка глаза и ринулся дальше, как вдруг левое колено пошатнулось, и он опасно качнулся, но не упал.
— Удивлен? — спросил манящий за собой Юма. — У людей с внушительным весом часто страдают колени, даже если они сильны, как вы. А что будет, если еще и повредить сухожилие?
— Зви-хи-хи!
Сквозь боль орк сделал неожиданно большой рывок, на который даже Юма еле успел среагировать. Держа за рукоять в левой и уперев кончик лезвия о правую, клинком он заблокировал мощную атаку. Ноги провело по скользкому песку, на котором подвернуть стопу казалось проще простого. Мечник мгновенно перешел в шаг и под внезапную улыбку орка услышал странный звук.
«Одним ударом?»
Юма посмотрел вниз, он видел, как упал кусок его нового клинка. Парень глянул на обрубок в своей руке, а орк снова пустился вперед, пусть и не так быстро.
«А ведь Сатоши потребовалось минут двадцать. Сила или мастерство?»
Мечник уклонился от очередной атаки, развернулся и уже хотел пнуть по раненому колену монстра, но тот внезапно приготовился ловить ногу. Тогда Юма бросил попытку ударить и вновь отступил. Они уже достаточно отошли от Арвен с Хиори, и, реши чудовище снова на нее напасть, парень успел бы этому помешать.
«Но до конца еще далеко», — украдкой глянул назад синеглазый.
Юма отступал, точно видя, как шаг за шагом приближается к шахтёрскому домику. Орк не давал ни секунды передышки, он был яростнее Сатоши, и даже со всеми рефлексами парня порой едва задевал его клинок.
Юма пятился спиной вперёд, резко уводя корпус то влево, то вправо, и каждый раз лезвие проходило всего в сантиметрах от тела. Он пытался контролировать свое дыхание, однако уже через тридцать секунд оно начало слышаться в ушах, а легкие с горлом беспощадно горели.
В какой-то момент орк слишком сильно обрушил лезвие сверху вниз. Юма еле ушёл в сторону, и орочий клинок с глухим звуком врезался в чёрный песок.
Мечник подхватил шанс, рванулся вперёд и со всей силы наконец пнул по раненому колену. Удар вышел настолько тяжелым, насколько позволяли вес и мышцы парня. Этого явно не хватало, чтобы сломать сустав, но чудовище все равно издало низкий стон и просело на изувеченную ногу.
— Не обидишься же, если я тут постою? — Юма не стал на всех порах нестись к склонившемуся монстру, вместо этого он даже отошел. — Чтобы тебя и подкосил такой слабый пинок? Хватит симулировать, а!
После этих слов орк действительно поднялся, отталкиваясь раненым коленом к парню.
— Ну и хитрец.
Юма шагнул назад.
— Сколько не пытайся, тебе меня не дос…
И пока мечник оглядывался на домик, до которого оставалось всего пять метров, нога вдруг подвернулась.
Это произошло слишком быстро и слишком глупо, чтобы успеть что-то исправить. Песок под ступнёй ушел в сторону, а тело повело. Равновесие исчезло, и в этот короткий, оглушающе тихий момент Юма понял, что не увернется.
— Кха-кх...
Клинок орка вошёл в него с правой стороны груди почти без сопротивления. Юма замер, широко раскрывая глаза и сразу осознавая, что именно произошло. Он не успел еще почувствовать боль, а кровь уже вырвалась из раны и заполнила рот.
Тело дёрнулось на клинке, с губ полился алый, уходящий в черный песок под ногами. Монстр бездушно вынул лезвие, на секунду оставив Юму стоять на своих двоих. Кровь брызнула широкой дугой, в воздухе промелькнул тёмный след, который тут же разорвался. Грудная клетка быстро сжималась, но не расправлялась, а от уст шли немые хлюпы, как у задыхающейся рыбы.
Тогда же орк, разочарованно наблюдая за этой картиной, спокойно занес меч. Металл понесся прямо к шее парня, но даже в таком состоянии тот умудрился уйти в сторону на своих подкашивающихся ногах. Монстр в ответ мгновенно впечатал свой мощный кулак в живот парня, выбивая вместе с кровью слюни.
От силы удара торс Юмы сначала обхватил руку орка и следом отлетел прямо, прошив собой оставшееся от деревянной стены дома. Внутри послышался грохот, и чудовище шагнуло следом.
То, что ещё недавно было укрытием, теперь больше напоминало разломанный каркас. Остались лишь сломанные балки, осыпающийся настил и провал вниз. В подвале, где раньше прятались орки, давно уже лежали свалившиеся туда трупы шахтеров.
Юма находился выше, на уцелевшем куске пола, который держался на соплях. Полусогнутый он едва стоял на ногах, тяжело навалившись рукой на стену. Кровь текла из раны и капала на тела тех шахтеров. Монстр остановился в нескольких шагах, посмотрел на него без спешки, как на уже мертвого. Затем снова издевательски медленно поднял меч, стряхивая с него кровь.
— Спасибо за потеху, человек. В благодарность я запомню твое имя.
На слова Юма только чуть приподнял голову.
— Молчать? Аэх, у вас же представляются первым... меня назвать Дориан... А ты? Поведай перед смертью.
— Кха… кхеах… кха… — парень закашлялся, кровь снова заполнила рот, но он выплюнул ее. — Рановато... ты расслабился, Дориан.
В ответ орк слегка дёрнул ухом, не столько удивлённый, сколько не до конца понявший. И в эту секунду Юма выпрямился, его голос прорезал домик так, чтобы услышал даже человек далеко от строения.
— АРВЕН!
Почти сразу он сорвался с места и швырнул в Дориана бочку, стоявшую у стены. Чудовище даже не напряглось, оно с легкость разрубило дерево клинком. Но с расколотой тары повалил порох, осыпавший орка. Порошок с запахом угля и серы забился в нос и глаза монстра, что едва потерялся в пространстве.
Не медля, Юма со стоном врезался в Дориана всем телом, снося его наружу. Пара вспорола черный песок и, пока скользили, орк наконец понял, что происходит. Его глаза расширились, в них впервые мелькнула не ярость или смех, а настоящая тревога.
И Юма давил прямо на него, не замечая кровь, стекающую по собственному подбородку.
— Взгхрыв!
.
.
.
.
.
.
.
Но...
Глядя с молчаливым спокойствием в лицо страшащегося орка, он вдруг для себя осознал, что... ничего не происходит. Три мгновения он всё еще держал Дориана под собой, когда наконец повернул голову и увидел... спину Арвен.
«...почему она...» — не успел закончить он.
Орочий кулак впечатался в голову, сбрасывая тушу парня. В ушах запищал шум, и перед носом всё внезапно раздвоилось. Безвольной куклой Юма рухнул на песок, даже не в силах смягчить падение. Дрожащими руками он попытался привстать на пару сантиметров и сразу упал.
«Нужно подняться...» — парень ясно осознавал, что должен сделать, но тело его не слушалось. — «Нет… так не должно быть».
Меж тем Дориан медленно встал на ноги, стряхнул с себя остатки пороха. Шатающейся походкой он подошел к своем мечу и поднял его.
«Нет... нет... нет... нет... нет... я ведь почти... победил», — захлебываясь в собственной крови, Юма еле дернул рукой в раздвоенное чудовище, но промахнулся на метр, и оно схватило его за кисть.
Существо с легкостью подняло обмякшее тело парня в воздух, попрощалось взглядом, а затем...
— Ткха-ткх…! келх…!
...пронзило его горло.
Пенистая кровь прорвалась из раны, со рта повалил влажный приступообразный кашель. Юма начал бесконтрольно хрипеть, алый пролился как наружу, так и внутрь.
— Пусть без имени, но я тебя запомню, человек.
Сказал Дориан, бросая тело на черный песок, взметнувшийся от падения. Монстр отвернулся и оставил его одного, лежащего в крови и налипшем песке, сжимающего со всей силы ладонью горло. Глядя на удаляющуюся фигуру, Юма остался один.
— Кухе… смилуйся... бхл… над... хпи… своими ктф… рабами...
Прозвучали слова, которыми он когда-то спас человека, и темно-синие глаза потеряли живой отблеск.