Всплеск.

Он не знал, сколько еще все это будет продолжаться. Но точно понимал, что уже на пределе. Хотя скорее давно прошел ту черту, которую можно было назвать пределом. У него не было сил уклоняться, поэтому он просто ловил каждый тяжелый удар своим мечом.

В какой-то момент его клинок скрипнул слишком звонко, и он понял, что уже не сможет сбросить нависшее лезвие в сторону. Так Сатоши просто стоял, еле удерживая силу орка, а руки постепенно сгибались.

Все-таки не стоило ему идти в авантюристы... об этом думал паладин. Плевать, кто он сейчас: лидер или нет. Да даже плевать, какой он сейчас человек: хороший или плохой. Умрет-то все равно одинаково, ведь этого врага ему не победить.

Пусть хоть его товарищи выживут, дальше справятся сами. С этой мыслью он случайно заметил вдалеке бегущую фигуру с синими волосами. Закинув Хиори на спину, Арвен двигалась даже без оглядки на своих товарищей.

Маг глядела только вперед, она аккуратно оббежала всё сражение слева и нырнула к той самой шахте, уходящей в гору.

«Почему... она оставила нас?» — задался Сатоши и в тот же момент пропустил удар по легким. Он тут же закашлялся, а орк снова принялся метить в него. — «И что мне делать?»

Паладин ни капли не понимал, что происходит. Вся эта битва уже давно слилась в какой-то неразборчивый хаос, в котором у него якобы оставалась одна задача сражаться. Но вдруг ему нужно было сделать что-то другое, предпринять что-нибудь...

«Юма. Где Юма?» — по привычке, с трудом блокируя замахи орка, он глазами начал искать юношу, что вел их последнее время. — «Если Арвен так уверенно сбежала, значит, у него появился план?»

Но взглядом паладин нашел только лежащее без единого движения тело того мечника.

«Юма?» — его веки растянулись так, что еще чуть-чуть бы и порвались. — «Н-не может такого быть...»

Человек, за которым он шел, просто взял и умер. Тогда Сатоши попытался найти Арвен, но та уже скрылась в шахте вместе с Хиори. Полное опустошение спустилось на его голову.

«Что мне делать?»

Отступая с каждым шагом всё дальше и дальше, он внезапно осознал, что...

«Когда я в последний раз задавал себе этот вопрос?»

Быть может, когда ранили Хиори?

«А что я тогда вообще делал всё это время?» — и на вопрос в его голове ответом не всплыло даже одной картинки. — «Я просто... бездумно шел за Юмой»

Теперь же, когда Юма умер, Сатоши не знал, что делать. И за этими мыслями он даже не заметил, как оказался окружен. Трое орков уже стояли в пяти метрах от него, образовав тем самым треугольник. Один из них, тот, с которым сражался Сатоши, вдруг провизжал что-то другому, с которым бился Юма. Этот второй был чуть больше остальных и, по-видимому, являлся главным.

Он стоял, сложив руки на груди прямо как человек. Это было одновременно странно и до боли жутко.

— Так ты убил Юму?! — какой-то гнев отчасти сквозил в голосе паладина.

Но в ответ Дориан лишь смерил его взглядом, а после сказал на своем что-то третьему чудовищу. Третий уже еле стоял, он был тем, кто первый появился перед авантюристами, и тем, кто успел получить больше всех.

Глядя на него и сам того не понимая, Сатоши почему-то задался одним вопросом.

«А где его топор?» — и в тот миг на ум ему пришел еще один вопрос. — «И где Китами?»

Тогда третий орк поднял руку, в которой держал повисшего вора. Его тело было в глубоких прорубах, иногда в них даже были видны кости и мышцы, беспощадно перерубленные топором.

— Китами!

Но парень не ответил, а чудовище кинуло его тушу в Сатоши. Паладин кое-как поймал тело, но не успел даже проверить пульс, как услышал спор свиней.

— Звизж! — взвизгнул тот, что изначально дрался с Сатоши, и сначала ударил себя кулаком по груди, потом этим же кулаком указал на паладина. В том жесте читалась простая фраза: «Это моя добыча!»

— Звирзг, — спокойно передал ему Дориан и указал на лежащее тело Юмы, затем на свое раненое колено.

— Жизв! — с каким-то несогласием отказался третий, покалечивший Китами. Он похожим образом ударил кулаком себя в грудь, а после показал на Сатоши. — Звизж!

Тогда оба орка, противник паладина и тот с топором, сделали шаг друг на друга. Их губы разошлись вверх и вниз, оголяя желтые клыки. Рыки вырывались из их глоток, а пальцы сжимали клинки. И в момент, когда, казалось, произойдет схватка между сородичами, их разнял Дориан. Он спокойно оттолкнул третьего и указал рукой на изначального противника Сатоши, как будто был на его стороне.

«Как люди...» — с дрожью в груди невольно подумал паладин. — «Делят меня, как люди свою добычу».

Меж тем какой-то грохот, затихающий временами, вдруг снова раздался где-то вдали. Он никогда полностью не оставлял эти песчаные земли, но почему-то именно сейчас прозвенел так громко. Под этот звук орк сделал шаг в сторону Сатоши, жестом руки он говорил тому подниматься, но паладин просто замер.

«Не знаю... не могу думать. Юма, почему ты умер? Что я должен сделать? Только прикажи...»

В конце концов, рыцарь аккуратно положил Китами на песок, даже не проверив, жив ли тот. Он поднял свой до странности тяжелый меч и посмотрел на врага. Вышедший один орк замахнулся, а Сатоши сразу понял, что не переживет этот удар, но... хоть напоследок он сам решил, что попытается поставить блок.

Под вой паладина чудовище повело меч к его шее и...

...вдруг увидело лицо.

— Смотри на меня.

В воздухе блеснул металл, и в тот же сдвиг тело орка упало. Песок поднялся от падения такой огромной туши, пока остальные до сих пор смотрели на Сатоши. Лишь спустя миг головы всех повернулись к силуэту, стоявшему над трупом чудовища.

В худых руках был обломок меча, покрытый алой кровью, стекающей на черный песок. Темные волосы его трепались на ветру, налипший на тело пепел едва отлипал от кожи. И на лице его красовалась измученная улыбка смертника.

Дориан застыл, видя, как умершее от его руки существо прошило голову сородича через глаз и оставило на его месте кровавую дыру.

— Юма?!

— Тризж?!

— Человек?!

Парень проигнорировал их слова, наклонился к трупу убитого орка, поднял его клинок и отбросил свой обрубок.

— Человек...! Нет, не человек! — крикнул Дориан. — Я убил человека! Вскрыл глотку человека!

Сатоши искоса посмотрел на вожака чудовищ, но потом и сам вспомнил, как бездыханно валялось тело товарища. Не было сомнений в том, что монстр действительно хотел убить синеглазого, только отчего тогда...

Паладину вдруг вспомнилось, как Арвен, что точно должна была попасть под пламя Эустомского короля, когда-то оказалась невредима. Ему вспомнилось, как парень однажды сказал «...смилуйся над своими рабами» над раненой Хиори. И на это в голове Сатоши вспыхнуло одно, и потому он вместе с орком Дорианом взгляд на шею того человека.

— Если честно, я пока так и не понял, как работает эта штука.

Юма запрокинул голову назад, оголяя то заветное место. И увидели их глаза на месте том свежий шрам.

— Временами получается, а временами ничего. Как игра в рулетку... Ну, если успел спастись, жаловаться уже нельзя.

Вновь вдали раздался странный грохот, под который Юма сразу рухнул на лидера орков. Чудовище успело выставить клинок, принять удар и сбить его в сторону, но парень сразу же рубанул снова.

Лидер монстров сделал неожиданно большой рывок и повёл клинком в Юму, но синеглазый не стал по привычке блокировать или отпрыгивать. Он наоборот шагнул вперёд прямо на Дориана, и лезвие прошло мимо, не задев его. В том же движении он всадил лезвие в живот чудовища. Клинок вошел неглубоко, орк сжался и задержал сталь мышцами, а потом ударил кулаком в человека, но Юму только откинуло, отчего он устоял на ногах.

— СЛАБО!

Тогда же сзади парня вдруг появился другой замахивающийся орк с топором, а спереди Дориан уже развел клинок для нового удара. В ответ Юма лишь сделал кувырок назад, прокатываясь под ногами орка с топором. Чудовища чуть не атаковали друг друга, но вовремя остановились.

Юма не замедлился ни на секунду, словно бешеный зверь, он уклонялся и бил без остановок. Постепенно сам он покрылся гематомами и порезами, Сатоши наблюдал, как тот отринул осторожность. А на лице его по-прежнему висела улыбка мертвеца.

«Юма... так изменился», — подумал паладин, глядя на него. — «Настолько, что я еще больше не понимаю... что мне делать».

В моменте он осознал, что все это время просто стоял. Он не понимал, присоединиться ли ему к бою или так он только помешает. Может, ему стояло взять Китами на руки и убежать?

Сатоши наклонился над Китами, с тревогой положил два пальца на его шею и почувствовал слабое биение. От сердца рыцаря отлегло, вор до сих пор оставался жив.

«Почему именно сейчас не хватает сил даже на малейшую молитву?... ладно, успеть еще можно».

Но от того принять решение становилось только тяжелее.

«Спасти или помочь?»

Он не мог просто взять и выбрать, как раньше. И тогда он снова услышал тот отдаленный грохот, отвлеченный он наконец посмотрел в ту сторону, пока остальные продолжали сражаться. И увидел он... летящие огненные камни.

Тот далекий холм вдруг пронзил небо жидким огнем, и множественные всплески подобно клинкам пронзили воздух. Впервые в жизни Сатоши видел, как извергается вулкан, но также он видел, как раскаленные камни летели прямо на них. Казалось, он единственный сквозь битву мог заметить их, а значит, он единственный решал, как с этим поступить.

Юма тем временем не останавливался. Он кружил вокруг орков, и подобранный им орочий клинок мелькал в воздухе снова и снова. Он доставал их раз за разом, лезвие входило в разные части тела, но монстры держались. Синеглазый просто перестал думать о том, что их шкура грубая, а мышцы плотные, он лишь продолжал неустанно бить.

От последнего принятого удара орк с топором потерял равновесие и чуть отступил. Однако Юма не стал его добивать, парень кинулся на Дориана, игнорируя это уставшее и истерзанное чудовище.

— НЕ МЕШАЙСЯ!

Орк напрягся, услышав эту фразу. Вены вздулись на его лице, а глаза покраснели. И именно тогда он кое-что понял: человеку было плевать на измученного монстра, он шел за их лидером. А значит... человек был слеп.

Чудовище с топором задержалось на земле, оно ждало подходящего момента. И он дождалось. Юма сделал слишком наглый выпад в сторону Дориана, и в этот миг топорный орк рубанул снизу вверх по его ноге. Лезвие пришлось по колену, и хруст раздался такой, что Сатоши услышал его даже сквозь грохот боя.

Нога подогнулась, мечник потерял равновесие и рухнул на больное колено. Парень сразу приложил ладонь к ране, но кровь всё равно сочилась сквозь нее. Тогда он сказал это...

— …смилуйся над своими рабами. И помоги им.

Хотя ничего не произошло. Видя это, Юма усмехнулся, и голос его прозвучал громче...

— Как я и сказал... рулетка.

Орки обступили его, они тяжело дышали, их тела были изрезаны, но стояли над ним. Чудовища уже просто хотели добить проблемного человека, и шаги их смыкались вокруг парня, загораживая ему путь к отступлению.

Но вдруг яркий свет разлился над песком у их ног, и те подняли головы. Пылающий валун летел прямо на них, а они просто смотрели на него.

— УБЬЮ!

Юма прорвался к завороженному Дориану, занося меч к его сердцу. Он не обратил и каплю внимания на приближающуюся смерть, ведь это был отличный шанс убить врага. Лезвие с писком пронзило воздух, как вдруг...

...нечто снесло его обратно. Неведомая мощь в миг обернулась обликом Сатоши, подхватившим синеглазого и уносящим их с Китами того куда подальше. Всего одного кадра не хватило до безоговорочной победы Юмы.

— Я не давал тебе приказа!

— Знаю! — прокричал паладин, хотя мог спокойно сказать.

Меж тем орки опомнились, увидев, как их враг просто сбегает. Они обернулись, сделали шаг вперед. И в ту же секунду огненные шар упал под их ногами, а последующая вспышка затмила их силуэты.

— Я же сказал, что в нашей команде больше не будет самовольцев!

— Знаю! — повторил запыхавшийся Сатоши, смотря точно на шахту в горе. И, кажется, там он видел фигуру с синими волосами, машущую им.

— ТАК КАКОГО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! — не унимался Юма.

Паладин лишь ускорил бег.

— ОТВЕТЬ МНЕ!

Он крепче поджал рвущегося Юму и болтающегося Китами к себе, а затем всей душой проревел...

— ПОТОМУ ЧТО МОГУ!

Раскаленные камни падали по сторонам, они рушили шахтерские домики, врезались в гору, поднимали облака черного песка, но даже тогда паладин не останавливался.

— Пусть и не должен брать всё на себя... — произнес он уже успокоившемуся Юме и отчасти себе. — Я не буду просто сидеть в ожидании чужих указаний, когда могу помочь!

Наконец Сатоши достиг той шахты, пересекая границу пылающей земли и темной пещеры. Фигура с синими волосами тоже заскочила внутрь.

— Я просто буду делать то, что мне по силам!

Сорвалось с губ паладина, когда один из пылающих валунов ударил прямо во вход пещеры, и тот завалило, погрузив авантюристов во тьму.