— Ответ этой задачи — классический пример…
Внезапный звонок прервал Эвелин. Она отказалась от последнего оставшегося примера, объявила конец занятия, убрала указку и закрыла только что появившийся слайд.
Студенты один за другим хлынули к задней двери аудитории. Эвелин взглянула на Ноа, который смеялся и шутил вместе с соседями по комнате, затем опустила голову, вынула флешку и начала собирать учебные материалы.
Ноа заранее предупредил её, что сегодня пообедает с соседями у них в общежитии. Поскольку речь шла всего лишь о мужской комнате, Эвелин не видела причин беспокоиться и временно позволила мальчику исчезнуть из её поля зрения.
— Профессор Миллер.
Девичий голос заставил Эвелин поднять голову.
Студентка указала на пример в учебнике.
— Я всё ещё не понимаю вот эту задачу. Здесь, на этом шаге…
Задача действительно была довольно сложной. Пусть Эвелин уже объясняла её на занятии, полностью разобраться наверняка смогли лишь немногие, а подойти и спросить, если не понял, решались ещё реже.
Она давно к этому привыкла. Стоило ей спросить: «Есть вопросы?» — и вся аудитория мгновенно погружалась в абсолютную тишину. В лучшем случае отвечали одна-две прилежные девушки.
Проще было просто продолжать лекцию.
— Поэтому окончательный интервал сходимости получается от минус единицы до единицы, после чего выражение раскладывается в степенной ряд по x. Остались ещё вопросы?
— М-м… Теперь поняла. Спасибо, профессор.
Девушка ушла с учебником.
Эвелин перевела взгляд на другую студентку, которая уже некоторое время стояла неподалёку.
— А ты? Есть вопросы?
— Это… вам.
Нора протянула небольшую подарочную коробку. Тёмно-красная упаковка была перевязана красивой лентой с бантом. Эвелин приняла её, внимательно осмотрела и спросила:
— Ты потом занята?
— Вечером у меня смена на подработке, а сейчас свободна.
— Идём со мной.
— А… хорошо.
Выйдя из аудитории, Нора пошла на полшага позади Эвелин. Никаких вопросов она не задавала, просто послушно следовала за ней.
Эвелин проверила телефон и, обернувшись, спросила:
— Ты ведь ещё не обедала?
— Нет.
Эвелин снова посмотрела на экран и отвела её в университетский кабинет психологической помощи.
Как обычно, там было тихо и пусто.
Она положила учебные материалы и коробку на стол.
— Садись. Я заказала доставку. Скоро должна приехать.
— Спасибо, профессор Миллер.
Нора вежливо поблагодарила её, отложила книги и села ровно и почтительно.
Эвелин налила стакан воды, поставила перед Норой и села напротив.
Её голос оставался нейтральным.
— Сегодня вроде не День учителя и не какой-нибудь праздник. За что подарок?
— За пожертвование в прошлый раз. И за то, что вы всегда отвечаете на мои вопросы.
— За пожертвование благодарить не нужно. А помогать студентам с учёбой входит в мои обязанности.
Она слегка улыбнулась, не отрывая глаз от лица Норы. Взгляд скользил по красивым чертам девушки, словно фиксируя каждое едва заметное изменение выражения и пытаясь проникнуть в настоящие мысли.
— Как операция твоего отца? Денег уже достаточно?
— Нам всё ещё немного не хватает… — На лице Норы появилось беспокойство. Судя по всему, положение было далеко от оптимистичного. — Пока просто тянем время. Даже не знаю, получится ли…
Эвелин ничего не сказала.
В комнате внезапно стало очень тихо.
Она сделала глоток воды. Мягкий стук стакана о стол отчётливо прозвучал в тишине.
— Надеюсь, он скоро поправится.
— Спасибо, профессор Миллер.
Нора понимала, что на этом помощь Эвелин, скорее всего, и закончится.
В конце концов, они всего лишь преподаватель и студентка, а не семья. Нельзя было рассчитывать на какую-то серьёзную финансовую поддержку.
Само пожертвование уже стало неожиданностью.
— Похоже, ты довольно близка с моим братом.
— А? Да… Мы друзья. Он много мне помогал.
— Каким человеком ты его считаешь?
— Ну…
Нора немного задумалась.
В её глазах Ноа всегда был скромным, мягким и воспитанным молодым человеком — спокойным, вежливым, с хорошими манерами. Именно тем, кто заставил её тайно влюбиться и спрятать эти чувства глубоко в сердце.
Не считая чрезмерной покорности женщине перед ней, она почти не могла найти в нём недостатков.
— Он действительно замечательный. Красивый, хорошо учится, характер тоже отличный.
— Значит, он тебе нравится?
— А?
Нора совершенно не ожидала настолько прямого вопроса.
Женщина напротив была одновременно сестрой Ноа и её преподавателем.
Пусть голос и выражение Эвелин оставались мягкими и непринуждёнными, ответ всё равно давался Норе с трудом.
Сначала они были просто однокурсниками, потом стали друзьями. Конечно, ей хотелось однажды приблизить их отношения к любви, но… заслуживала ли она вообще такого человека?
Даже если Эвелин была всего лишь его сестрой, как самой Норе тягаться с Лайлой Вейл?
Лайла была подругой детства Ноа, признанной красавицей Университета Лоан и его бывшей девушкой, с которой они то сходились, то расходились. Нора не считала себя плохой, но в сравнении с Лайлой почти не могла найти у себя преимуществ.
И всё же если она даже перед посторонним человеком не могла набраться смелости и признать собственные чувства, позволив этой безнадёжной влюблённости молча умереть в сердце, то сама себе казалась слишком жалкой.
— Вы никому не расскажете, профессор Миллер?
— Конечно.
Нора глубоко вдохнула, словно собираясь с духом.
— Да. Мне нравится Ноа. Вы наверняка понимаете его намного лучше меня, профессор Миллер. И сами знаете, сколько в нём всего, за что можно влюбиться.
— Я никогда специально не пыталась к нему приблизиться. Наши отношения всё это время оставались на безопасной дистанции друзей. Я знаю, что он не мой. Не был моим раньше и не станет в будущем. Сам факт, что я могу быть его другом, уже огромная удача. Мне этого достаточно.
Лёгкий румянец окрасил щёки Норы, пока она прямо смотрела на Эвелин.
Но в глазах женщины напротив не дрогнуло ничего.
Словно они обсуждали какую-то совершенно незначительную мелочь.
— И как сестра Ноа, и как твой преподаватель я довольно хорошо к тебе отношусь. Твой выбор меня тоже устраивает. Надеюсь, ты запомнишь собственные слова и не станешь подходить к нему слишком близко.
— М-м…
Нора поняла смысл слов Эвелин.
Ей оставалось лишь тихо кивнуть и принять это предупреждение.
Глядя на лицо Эвелин, она понимала, что вопрос может прозвучать слишком дерзко, но всё же не смогла удержаться.
— Профессор Миллер… а вам нравится Ноа?
Выражение Эвелин совершенно не изменилось.
Она несколько секунд молча смотрела на Нору, после чего поднялась и направилась к двери.
Нора повернула голову и увидела курьера доставки, стоявшего снаружи.
— Это тебе.
Эвелин достала коробку с рисом и поставила перед Норой.
— У меня ещё есть дела. Я пойду.
— Спасибо, профессор.
На последний вопрос Норы Эвелин так и не ответила.
Вернувшись в преподавательский корпус, она открыла маленькую коробочку, которую подарила девушка.
Внутри оказались довольно красивые небольшие песочные часы.
Полуденное солнце палило особенно ярко. Свет проходил через два аккуратных стеклянных сосуда, заставляя мельчайшие песчинки внутри искриться и сиять.
Неожиданно красивое украшение.
Но Эвелин поставила его в неприметный угол, куда не доставали солнечные лучи.
Стоило песочным часам оказаться в тени — и их сияние мгновенно исчезло.
Они больше не привлекали взгляда.