— Эвелин Миллер, двадцать шесть лет. Преподаватель матанализа на факультете компьютерных наук Университета Лоан.
— Как вы обнаружили тело?
— Во время ночной пробежки. Неподалёку чувствовался сильный неприятный запах, и мне показалось, что что-то не так.
Пожилой детектив поднял глаза на Эвелин Миллер, пытаясь найти на её поразительно красивом лице хоть след страха или паники. Женщина оставалась совершенно спокойной, голос был ровным и прохладным. Будто она наткнулась всего лишь на труп бездомной кошки или собаки.
— Во сколько вы его нашли?
— Примерно в девять сорок. Я сразу позвонила в полицию.
Записав сведения, капитан Томас Рид ещё раз взглянул ей в лицо. По-прежнему ничего.
— За пятнадцать лет службы вы самый спокойный свидетель, которого я встречал.
Эвелин равнодушно моргнула. — Я могу идти?
— С вами закончили. Спасибо за сотрудничество. — Взгляд капитана Рида переместился на Ноа Миллера, сидевшего на ступеньках неподалёку. Тот всё ещё выглядел потрясённым. Вот это была нормальная реакция человека, который только что увидел жестоко убитый труп.
— Кем он вам приходится?
— Младший брат. И один из моих студентов.
Эвелин направилась к Ноа. Рид снова повернулся к оцепленному месту преступления. Сотрудники полиции Лоана действовали быстро: фиксировали улики, ограничивали доступ к территории. За жёлтой лентой уже собралась небольшая толпа каким-то образом прознавших обо всём журналистов и любопытных студентов.
— Похоже, ночь будет долгой.
— Капитан Рид. — К нему торопливо подошёл молодой полицейский. — Погибший — мужчина, примерно двадцати-двадцати пяти лет. Рост около ста семидесяти пяти сантиметров. Предположительное время смерти — после семи вечера позавчера. Задушен. По предварительным данным, орудием была толстая верёвка. Вероятнее всего, студент этого университета.
Рид слушал доклад, направляясь к телу. Вчера стояла солнечная погода, а сегодня прошёл сильный дождь. Жара и влажность ускорили разложение. Труп окоченел и побледнел, на животе проступили пятна, местами вытекала желтоватая жидкость. Зрелище было отвратительным; человек со слабым желудком уже давно стоял бы в стороне и его рвало.
Трудно было представить, что обычная преподавательница способна оставаться настолько спокойной перед таким зрелищем.
— До смерти потерпевшего избивали. На теле множество мелких травм. Возможно, убийство из мести.
Тело нашли за старым учебным корпусом, прислонённым к стене. С другой стороны этой стены находился мужской туалет. Судя по обстановке, мужчину, скорее всего, задушили внутри, а затем выбросили через окно.
Людей здесь проходило мало, а густые деревья хорошо скрывали место. Тело пролежало незамеченным целых два дня. Солнце и сильный дождь уничтожили значительную часть следов, серьёзно осложнив работу экспертов. Несколько ближайших камер наблюдения были старыми и неисправными. Это дело обещало оказаться намного сложнее большинства.
— Поднимите список студентов, недавно объявленных пропавшими, и как можно скорее установите личность погибшего. Ещё пусть кто-нибудь просмотрит записи со всех работающих камер за позавчерашний вечер и проверит, кто проходил в этом районе.
— Есть, сэр. — Молодой полицейский чётко отдал честь.
Рид кивнул. — И проверьте журнал всех посетителей, не являющихся студентами, которые входили на территорию кампуса за последние два дня. Учтите каждый возможный вход.
…
Окно спальни выходило прямо на старый учебный корпус. Даже отсюда в резком свете можно было различить движущиеся силуэты. До них долетали обрывки хаотичного шума с места происшествия.
Эвелин задёрнула шторы, повернулась и ласково погладила Ноа по волосам. — Страшно, Нейт?
— Нет… Не страшно. Это всего лишь тело… Ты ведь совсем не испугалась, Ив.
— Тогда почему дрожишь?
— Я дрожу? — Ноа изо всех сил попытался взять себя в руки, вытесняя из головы мерзкий образ разлагающегося тела.
*Ив не испугалась. Я уже взрослый мужчина и ещё в детстве обещал, что вырасту и буду защищать сестру. Нельзя позориться перед ней. Успокойся… Спокойно. Не дай ей разочароваться во мне.*
— Точно не страшно, Нейт?
— Ага… Всё нормально. Не страшно.
Ноа постепенно успокоился, и неконтролируемая дрожь стала сходить на нет. Он поднял голову и решительно посмотрел на неё. И вдруг Эвелин толкнула его на кровать, обвила руками шею и крепко прижалась.
— Мне было ужасно страшно, Нейт. Живой человек превратился в нечто настолько гнилое и отвратительное… А ведь это мог быть один из моих студентов. Здесь, прямо на территории университета, возле маршрута, по которому мы бежали. Просто… вот так исчез.
Ноа чувствовал слабую дрожь, пробегавшую по её телу, пока она прижималась к нему, совершенно забыв о привычной сдержанности. В голосе слышалась почти готовая прорваться слеза. Обычно сильная и спокойная Эвелин словно сбросила маску и внезапно стала хрупкой и беззащитной.
— Ив… ты правда испугалась?
— Конечно. — Она спрятала лицо у него на шее, губы едва касались кожи. — Я всего лишь обычная женщина. Как мне не бояться такого?
— Но ты там выглядела такой спокойной. Я думал, тебя это вообще не задело.
— Я притворялась. Кто-то должен был разговаривать с полицией. Я столько времени держалась, но больше не могу… Нейт, обними меня.
— Хорошо.
Ноа кивнул, положил руки ей на спину и обнял дрожащее тело.
Спортивная футболка из дышащей ткани была тонкой. Сквозь неё он чувствовал лямку бюстгальтера и гладкую упругую кожу — совсем не похожую на его более жёсткое тело, лишённую той плотной мужской силы.
— Нейт, ты ведь всегда будешь рядом со мной? — Её голос стал мягким и уязвимым, как у чувствительной молодой женщины, ищущей утешения.
Будто вся прежняя собственническая одержимость и жажда контроля на самом деле рождались лишь из зависимости.
— Да. Я никогда тебя не оставлю, Ив.
Эвелин подняла голову и прямо посмотрела ему в глаза. Прекрасные персиковые глаза блестели от непролитых слёз — хрупкие и пленительные, словно огромное глубокое ночное небо, усыпанное звёздами.
— Не обманывай меня.
— Клянусь.
Она опустила голову и поцеловала его в губы. Поцелуй был коротким и лёгким — маленький язык лишь провёл по губам, не проникая внутрь.
— Можешь пойти со мной в ванную, пока я буду умываться? Мне всё ещё страшно…
— Без проблем.
На этот раз Ноа сам взял её за руку и повёл вперёд. Он вспомнил, как в детстве они смотрели фильмы ужасов. Тогда дома были только они двое, и ещё несколько ночей после просмотра Ноа категорически отказывался идти умываться в одиночку.
Эвелин сначала стала мыть ноги. Ноа стоял у раковины, чистил зубы и умывался. Разговор между ними внезапно стих. В помещении стало тихо. Закончив, он прополоскал рот, выплюнул воду и поднял взгляд.
В зеркале прямо за его спиной стояла Эвелин.
Холодная. Равнодушная. Одержимая. Безжалостная…
Женщина в отражении казалась пугающе незнакомой. На её лице были выражения, которые совершенно не принадлежали его сестре.
Ноа резко обернулся. Видение исчезло, словно иллюзия.
— Я уже помыла ноги. Ты закончил, Нейт?