* * *
— Боже, что же наделано... — тяжело, прерывисто задышала Аделина в тесной кабине «Шэдоу».
Низринувшись со скалы на учебном полигоне, лишь чудом сумела высвободиться из-под заваливших её обломков грунта и камней. Не теряя ни секунды, девушка бросилась в погоню за обезумевшим «Типом 96 Кай» и настигла его лишь здесь — на строительной площадке, где ещё днём разыгралась трагедия. Обнаружив, что взбесившаяся машина терзает гражданский погрузчик, Лина не раздумывая швырнула в неё учебный резак, но...
«Какое счастье, что удалось вырвать винтовку из лап чудовища.» — пронеслось в её мыслях.
Даже лишённое заточки учебное лезвие, запущенное колоссальной гидравлической силой манипуляторов «Шэдоу», обладало поистине сокрушительной мощью.
— Гхм... — стон сорвался с её губ.
Стоило лишь на мгновение ослабить бдительность и ощутить мимолетное облегчение, как правую ногу прошила нестерпимая, жгучая боль. Когда «Тип-96» коварно открыл огонь из засады, один из осколков, пробив бронеплиту кабины, насквозь прошил её бедро.
Пилот Арм-слэйва внутри кокпита намертво зафиксирован управляющим костюмом. Чтобы перевязать рану, требовалось покинуть ложемент, но драгоценные секунды таяли на глазах — времени на это не было. Из глубокого пореза непрекращающимся потоком струилась кровь. Стоило лишь на миг поддаться слабости, и сознание грозило провалиться в манящую чёрную бездну.
«Но тебе не уйти.» — стиснув зубы, поклялась себе.
Лоб её покрылся крупными каплями холодного липкого пота. Из-под нависшей чёлки Аделина яростно уставилась на замерший в прицеле «Тип-96». Одному богу известно, какое безумие овладело чужим пилотом, но эта машина явно сошла с ума. Палить без разбору по беззащитным мирным людям... Это уже не просто терроризм — это низость, повадки бешеного зверя, выскочившего из подворотни. Словно назло, радиостанция приказала долго жить, лишив её всякой связи со штабом.
«Карлос сейчас у подножия Фудзи, а поблизости из Сил самообороны — лишь пехота да инженерные части...» — осознание этого жгло изнутри: сейчас этот стальной кошмар под силу остановить ей и только ей.
— Карамазов, снять ограничители мощности.
— «Внимание. Согласно пунктам четыре и cвязанным положениям девятой статьи, а также пункту два двадцать третьей статьи внутреннего регламента корпорации D.O.M.S., снятие лимита производительности...»
— Объявляю критическое положение — Код Красный! Действую на основании полномочий действующего пилота в зоне боевых действий. Снятие блокировки необходимо.
— «Вас понял. Запрос подтверждения: вы действительно желаете отключить ограничители систем?»
— Кому сказано — выполняй!
— «Принято. Блокировки сняты.»
Едва механический голос подтвердил команду, по стальному телу «Шэдоу» пробежала едва заметная дрожь, словно хищник пробуждался от спячки. Цифры на лобовом стекле индикатора завертелись в безумном танце, а мощность палладиевого реактора стремительно поползла вверх — с дежурных девятнадцати сотен киловатт до пиковых двух тысяч двухсот.
По бумагам этот «Шэдоу», принадлежащий частной военной компании D.O.M.S., числился урезанной экспортной модификацией «М». Однако в действительности его утроба скрывала оригинальные узлы и агрегаты, добытые по секретным каналам, что превращало его в грозную силу, ничуть не уступающую базовой модели «Zy-99», состоящей на вооружении регулярной армии. В мирное время электроника искусственно сковывала этот потенциал, держа его в строжайшей тайне от посторонних глаз.
И вот теперь Аделина решительным жестом сбросила это ярмо.
— Поехали... — прошептала она.
Обретя свою истинную, первозданную мощь, свойственную боевым машинам третьего поколения, «Шэдоу» взмыл ввысь. Аделина сгруппировалась, готовая принять сокрушительный удар при приземлении. Противная, липкая кровь, сочащаяся в ботинок и скопившаяся у пальцев правой ноги, вызывала мерзкое чувство, но пилот отмахнулась от него.
Резко припав к земле, её робот молнией метнулся к «Типу-96». В одно мгновение сократив дистанцию, «Шэдоу» прорвался в мёртвую зону противника и нанёс яростный, таранный удар локтем прямо в бронеплиту кабины. Оглушительный грохот столкновения двух десятитонных стальных исполинов раскатистым эхом пронёсся по горному ущелью.
Воспользовавшись тем, что вражеский титан покачнулся, «Шэдоу» мёртвой хваткой вцепился в его манипулятор и единым, плавным, выверенным движением подсёк опорную ногу. Классический приём ближнего боя для Арм-слэйвов. Описав в воздухе неуклюжую дугу, «96» со всего размаху рухнул навзничь прямо на проезжую часть. Асфальт под ним с треском лопнул и раскрошился, обнажив тёмное нутро израненной земли.
«Теперь ты у меня в руках!» — Лина навалилась сверху всем весом своего механического скакуна, пытаясь намертво прижать поверженного врага.
Но «Тип-96» отчаянно, судорожно извивался, и в какой-то момент его правый манипулятор оказался направлен прямо в лицо «Шэдоу». Встроенный в запястье тяжёлый пулемёт бешено взревел, выплёвывая свинец почти в упор.
— Чёрт!.. — только и успела выдохнуть.
Удар. Оказывается, и это оружие было заряжено боевыми! Двенадцатисемимиллиметровый калибр вражеского пулемёта мог в долю секунды превратить человека в кровавое месиво, однако в дуэли многотонных титанов он казался не опаснее детской рогатки. И всё же...
— «Внимание, попадание в головной модуль. Повреждён вспомогательный оптический сенсор.»
На беду, пуля угодила в уязвимое место. Лишившись части обзора, «Шэдоу» инстинктивно отпрянул назад. Этого мига хватило, чтобы противник выскользнул из-под пресса, неуклюже приподнялся на карачки и припустил прочь.
— Стой!.. — рванулась было вслед за ним Аделина, но истерзанное тело и истощённый дух подвели её.
Короткая, но яростная схватка забрала последние крохи сил. Перед глазами всё поплыло, руки и ноги сделались ватными. Обезножевший «Шэдоу» тяжело рухнул на колени и замер, словно безжизненное изваяние.
* * *
Грохочущая битва стальных колоссов, столь внезапно разгоревшаяся прямо перед глазами изумлённых свидетелей, оборвалась так же мгновенно, как и началась.
— ...Эй!.. Слышишь!.. Очнись!.. — сквозь застилающую глаза пелену проступали нечёткие силуэты. Чей-то крик доносился будто из глубокого колодца. — Парень, очнись, Тацуя! Ты цел?!
Узнав в этом отчаянном зове голос отца, Тосиюки, юноша судорожно вдохнул, приходя в себя.
— Д-да... отец, всё в порядке. — пробормотал он. Тряхнув головой, дабы сбросить оцепенение, попытался выбраться из замершего погрузчика «Дайдара». — Что за... Пальцы левой руки судорожно, намертво вцепились в рукоять управления — страх сковал мышцы так, что ладонь словно окаменела. Просунув правую руку сквозь сплетение рычагов ведущего манипулятора, принялся силой отдирать собственные пальцы. Белые как мел, лишённые крови, они никак не хотели разжиматься. Мелкая, непрекращающаяся дрожь в правой руке лишь усложняла задачу, превращая каждое движение в неуклюжую возню. — Чёрт, да давай же!..
После изнурительной борьбы ему наконец удалось высвободить кисть и вывалиться из кабины «Дайдары». Ноги сделались ватными, поясница не слушалась — казалось, он пытается продраться сквозь вязкую жижу в каком-то жутком кошмаре.
Взору его предстала картина полнейшего разгрома. Строительная техника, грузовики, дорогостоящее оборудование — всё лежало в руинах, груды искорёженного металла целиком заблокировали проезжую часть. Всего полминуты... Хватило каких-то тридцати секунд безумств одного-единственного Арм-слэйва, чтобы превратить это место в филиал ада. Лишь сейчас Тацуя всем сердцем ощутил, насколько чудовищной, первобытной разрушительной силой обладает это оружие.
— Как остальные? Целы?
— Пока неясно. Но Сакагути... — Тосиюки обернулся, указывая рукой в сторону.
Тацуя проследил за его взглядом, и у него перехватило дыхание.
На расстеленном прямо на сырой земле куске синего брезента неподвижно лежал Сакагути. Лицо его сделалось землисто-серым, веки были плотно сомкнуты, ни единого признака жизни. Сгрудившиеся вокруг Генда и рабочие отчаянно пытались привести его в чувство, выкрикивая имя товарища.
— Мы вытащили его из перевернувшейся «Дайдары», но он...
— Понятно... Твою же мать! — злобно выплюнул Тацуя и с досады с силой пнул подвернувшийся под ноги обломок щебня.
«Куда подевался этот проклятый робот? Если он в таком состоянии ворвётся в жилой посёлок, быть беде...» — крутилось в голове у юноши.
Он бросил взгляд туда, куда умчался «Тип 96», и вдруг краска мгновенно сбежала с его лица.
— Сын, ты чего? Чего побледнел?
— Отец... Скажи, ведь этот сумасшедший кусок железа ушёл именно туда?
— Ну да, туда, а что?.. — Тосиюки проследил за вытянутым пальцем сына, и тут до него самого, наконец, дошёл весь ужас происходящего. Старик побелел как полотно. — Проклятье, так ведь это же дорога к нашей гостинице!
До гостиницы, где они остановились, было около пятнадцати минут езды на машине. Для военного робота путь займёт куда меньше времени. А ведь там, совсем одна, сейчас находится Юкари — его младшая сестренка!
— Чёрт, чёрт, чёрт!
Как назло, в сём глухом горном ущелье, пускай даже вдоль федеральной трассы, сотовая связь напрочь отсутствовала. Яростно ругаясь сквозь зубы, он выхватил мобильник, но на экране по-прежнему упрямо горело: «Нет сети».
— Отец, хоть одна машина уцелела?! — со скрытым отчаянием в голосе выкрикнул Тацуя.
— О господи... — батек лишь обречённо покачал головой.
Юноша в бессилии закрыл лицо руками. В его сознании бешеной каруселью завертелись картины недавнего кошмара: бесчинствующий робот Сил самообороны, изрыгающее пламя дуло винтовки, мечущиеся в панике рабочие... И на месте этих рабочих он вдруг отчётливо увидел Юкари.
«Что делать? Нам-то в последний миг явилось спасение, а ей?..»
Эта мысль обожгла его, и Тацуя резко вскинул голову.
— Тот... робот... — едва слышно выдавил он и, сорвавшись с места, бросился к замершему «Шэдоу».
— Куда ты, Тацуя?! — крикнул ему вслед отец...
... но юноша даже не обернулся. Он с ходу вцепился в выступы на броне стоявшего на коленях «Шэдоу» и принялся лихорадочно карабкаться вверх. Оказавшись на спине стального исполина, стал отчаянно осматривать обшивку.